Не совсем мальчишка

Гарри стоял у стола, старательно пытаясь склеить оторванную обложку с ее сердцевиной, аккуратно совмещая края. Грубоватые руки, привыкшие к стиранию на древке метлы или к полировке волшебной палочки, все никак не желали мягко соединить две половинки одного целого, попросту не попадая в специальные отметины. - Это даже со стороны выглядит жалко, - фыркнул Драко. Он размашистым шагом подошел ближе, уверенно присаживаясь за тот самый стол, вонзая свой взгляд в гриффиндорца. - Что тебе нужно, хорек? - слабо огрызнулся Поттер, отвлекаясь от своего занятия. - Свалил бы ты куда, а то я ведь и клеем испачкать могу. - Вы только посмотрите, сэр Гарри Поттер угрожает мне при белом свете, ничуть не стесняясь множества свидетелей, - протянул слизеринец, блестя глазами. - А если серьезно, может тебе помочь, убогий? Я наблюдаю за этим зрелищем уже пару минут, и даже моя любовь к твоим страданиям уже запросила пощады. Гарри вздохнул, поднимая руки. - Ладно, делай. Но если испортишь, получишь в нос. Малфой покачал головой, забирая себе обложку и сердцевину книги. Внимательно изучил корешок, убеждаясь, что Поттер хотя бы клеем все старательно измазюкал. Блондин без видимых сложностей соединил части, аккуратно продавливая по всему капталу, чтобы не отходил. Гарри забрал книгу, придирчиво изучая ее. - И в чем подвох? - прищурился он. - А никакого, - улыбнулся Драко, поднимаясь на ноги. - Хочу, чтобы ты мучился осознанием того, что мне стало настолько жаль тебя, что даже мучать не хочется. Поразительно, верно? - Свали в туман, - Гарри показал ему средний палец, наблюдая, как тот, смеясь, выходит из центральной гостиной, где нередко собирались все факультеты, общаясь между собой. После войны общая агрессия и соревнования приутихли, многие чувствовали себя куда комфортнее, когда были рядом друг с другом. Поттер вернулся к дивану, где уже сидели Рон и Гермиона. Он устроился рядом, увлеченно зачитываясь описанием теории "магического заговора", именно о теории дверей, некогда популярной среди магов. И очнулся он только тогда, когда Гермиона сжала его колено в пальцах, привлекая к себе внимание. - Гарри? - М? - поднял голову Поттер, хлопая ресницами. Напротив него, стесняясь, стояла красивая девушка. - Прости, Гарри, мы можем поговорить? - мягко попросила Пристоун. Поттер напрягся и вспомнил, что эта девушка учится на курс младше на когтевране. У нее были удивительной красоты темные волосы, водопадом падающие на плечи и спину, спускаясь аж до талии. Гарри таких никогда не имел, да и не был уверен, что хочет подобное. С его образом жизни и привычками куда проще было подстригаться настолько коротко, чтобы при этом не пришлось оправдываться перед собой в зеркале. - Без проблем, - согласился он, поднимаясь. Гермиона злобно на него посмотрела, округляя глаза. Гарри намека не понял, пожав плечами. Разговор, он же всегда просто разговор, верно? Пристоун отвела их в сторону, чтобы никто не мог увидеть или подслушать их. - Я хотела сказать тебе, что ты мне очень нравишься, Гарри, - тихо произнесла девушка, протягивая ему бумажное красное сердечко. Поттер немного ошарашено взял его в руки, глупо рассматривая. - Я знаю, мы не так много общались, и я тебя почти не знаю, но... каждый раз, когда я смотрю на тебя, у меня так быстро бьется сердце! Гарри, я хочу быть рядом с тобой. Она посмотрела ему в глаза, приподнимаясь на цыпочки и собираясь его поцеловать. Зеленые глаза в шоке распахнулись, а сам Гарри отошел на шаг назад. "Она серьезно, что ли?!" - Эм, погоди, Пристоун... - Беверли, - поправила девушка. - Кхм, Беверли, - неловко повторил Поттер. - Понимаешь, тут все немного сложнее. Я не могу ответить на твои чувства. Ты очень и очень красивая девушка, и я уверен, просто удивительный человек, однако, - он панически взглянул в сторону, выцепив взглядом фигуру высокомерного мальчишки, знакомого с первого курса. - В общем, мое сердце уже занято. Прости. - Но Гарри, - протянула Пристоун. - Все знают, что ты ни с кем не встречаешься. Да и на тот бал, что был в честь турнира, ты никого не пригласил! А ведь скоро новый... - Точно. Ну, понимаешь, я вроде как собираюсь с чувствами, - пожал плечами Поттер. - Прости, но мне действительно нравится другой человек. Еще раз прости. Он вернул ей сердечко, возвращаясь к своим друзьями. Однако, чтобы это был за вечер, если бы Малфой не сунул свой любопытный нос? - Хей, Потти, а ты мастак разбивать сердечки, да? - усмехнулся он. - Ой, нет, погодите-ка. Я тут вдруг вспомнил, что Потти у нас всегда один. Как сломанный горшочек! Гарри сжал зубы. - Ты бы захлопнул варежку, хорек. А то быть может тебе понравилось путешествовать по чужим штанинам? - выгнул он бровь, толкая плечом Драко. Тот остановил его ладонью, уперевшись в грудь. - Дерзишь, Потти. А ведь я сказал только правду. Гарри покраснел, вдруг ударяя его по ладони. Он зыркнул на слизеринца. - Следи за своими конечностями, Малфой, а то, не дай бог, не досчитаешься парочки. Малфой удивленно хмыкнул, но мешать гриффиндорцу воссоединиться с любимыми друзьями не стал. Вместо этого он потер внешнюю сторону ладони, по которой пришелся удар. "Интересно, мне показалось, или пару лет назад он бил куда сильнее, чем сейчас? Или все дело в том, что я почти на голову стал выше нашего золотого мальчика?" - задумался Драко. Для него после войны встал настоящий вопрос. Если так уж получилось, что он встал на сторону гриффиндорца, значит ли это, что они стали друзьями? Или же можно и дальше подшучивать над его прической и стилем поведения? Драко вздохнул. Гарри был для него слишком сложным человеком, а значит и чувства к нему были вовсе не простые. Врагами они быть перестали, а для друзей не сблизились. И что тогда делать остается? Малфой хотел ответов, а спросить прямо не решался. Вот и дразнил Гарри каждый раз, как подставлялся случай.