Мир вне школьных стен

— Так все-таки, где мы конкретно находимся? — спросил Лонгвей, когда все последствия насильственного переноса исчезли. — В какой-то башне, — ответил брюнет, уже успевший немного осмотреться. — Напоминает, если честно, лаборатории профессор Делавик после неудачного эксперимента. Эстер и Лонгвей вынуждены были признать, что да, действительно похоже. Не хватало только злющей Айки Делавик в облике пантеры, а так — один в один. — А может, это она и есть, только в параллельной реальности? — задумчиво спросил в никуда саламандра, заинтересовано наблюдая, как цветок в полтора его роста пытается отгрызть ему руку. Получалось у цветочка это плохо — прокусить чешую саламандры не получалось, но тот честно старался. — Ведь портал могло пробить куда угодно. — Вот именно, — тяжело вздохнул дроу, держа на вытянутой руке за заднюю лапку создание, отдаленно напоминающее кролика. Отдаленно, потому что у кроликов нет клыков в палец величиной, и они явно не питаются мясом. — Нет, вряд ли. Разве что эта ветка реальности настолько далеко, что профессору Делавик совершенно плевать на развороченную лабораторию, а весь преподавательский состав дружно игнорирует боевую тревогу, которая должна была подняться при нашем прорыве сквозь щиты Академии. — Да, маловероятно, — признал Эстер, примериваясь к упорному цветочку. — Слушайте, очаровательная же гадость, ни у кого нет сумки с пятым измерением? Возьму себе росточек на память. — Есть, — отозвался Хэл, занятый тем, что отковыривал кусочек от другого растения — то длинными шипастыми лианами пыталось их придушить, сжимая в своих объятиях. — Если скрестить их с моими Дьявольскими силками, такая прелесть получится! Один мой знакомый будет просто в восторге! — А уж в каком восторге будут учителя боевки, которые твою комнату используют как полигон для особо провинившихся… А как будут «благодарны» студенты, — хмыкнул Лонгвей, качая головой. Он, в отличие от этой парочки, не был особым фанатом хищной растительности. — Эстер, у тебя чары стазиса получаются надежнее, чем у меня — заморозь мне парочку этих «кроликов». Из них, как мне кажется, получатся прекрасные умертвия пятого класса. Проснувшийся в них хомяк был нормален — все учащиеся Академии, проучившиеся там хотя бы года три, приобретали нездоровую привычку тырить все, что только находится в пределах видимости, если обстановка позволяла, конечно. К выпуску же многие были способны даже в разгар боя, проигрывая и находясь на грани жизни и смерти тащить все, что им казалось любопытным и интересным. Истинным мастером, на которого равнялись все студенты, была директор Рихела. Легендарная история о том, как женщина случайно без всякой магии в разгар коронации украла корону, заинтересовавшись плетениями на камнях, была самой любимой. Надо отметить, что корона тогда уже находилась в руках церемониймейстера, а сама директриса стояла с противоположной стороны от мужчины за десять метров от него. Корона сейчас в стеклянной витрине скромненько украшала кабинет женщины. Успокоив, наконец, свои инстинкты, троица решила, что стоит продвинуться дальше — смысла торчать на одном месте не было. Ведь, если учителя Академии не смогли пробиться по свежим следам, можно было не ожидать помощи раньше ближайших трех дней. И это — в лучшем случае. — Слушайте, мне здесь так нравится! — радостно крикнул Хэл, азартно уворачиваясь от просвистевшего мимо него лезвия гильотины. — Такая ностальгия сразу просыпается! — О, заткнись, Асфодель! Только у такого адреналинового наркомана, как ты, это может вызвать восторг! — проорал в ответ Эстер, вцепившись отросшими когтями в каменную кладку. Под ним разверзся пол, обнажая ощетинившиеся острые пики. Дроу никак не прокомментировал высказывание брюнета, занятый тем, чтобы не попасть под стрелы, которые атаковали его со всех сторон. От части тот успевал увернуться, еще часть — разрубить своими парными мечами или принять на магический щит. Увы, стрелы были с подковыркой — часть из них взрывалась, стоило им к чему-либо прикоснуться, поэтому Лонгвей был слишком сосредоточен, чтобы отвлекаться еще и на перепалки. Впрочем, Хэл был уверен — тот солидарен с саламандрой. — Не понимаете вы всей прелести смертельной опасности, когда жизнь висит на волоске, и каждое мгновение может стать последним! — притворно обиделся парень, распахивая крылья с жестким оперением и взмывая к потолку. Он нашел плюс своей анимагической формы — перья фактически были бронированными и успешно отражали струи пламени, лезвия и стрелы. Те просто соскальзывали с его крыльев, не причиняя вреда. — Заткнись!!! — удивительно синхронно закричали его друзья, умудряясь послать в него пару заклинаний. Хэл хихикнул и устроился на верхней балке, как на насесте. Ни Эстеру, ни Лонгвею ничего особо не угрожало, поэтому он позволил себе расслабиться и понаблюдать за мучением парочки. Наконец, Эстеру надоело собирать на себя все ловушки и слушать комментарии брюнета, и он вспыхнул. В прямом смысле слова окутался полупрозрачным пламенем, начавшим плавить камень своим жаром. Лонгвей заматерился и выставил сферический щит, на что саламандра не обратил никакого внимания. Разворотив несколько десятков метров вокруг себя, Эстер наконец успокоился и притушил пламя, вытягивая жар из камней. — Цып-цып-цып, спускайся сюда, — сладко пропел он, маня Хэла пальцем с отросшим черным когтем. — Неа, мне и тут неплохо, — помотал головой парень. — Вниз спускайся, кому говорю, курица общипанная! — зарычал Эстер, сшибая вновь отросшим хвостом одну из опор. Хэл спрыгнул с начавшей рушиться балки, зависнув в воздухе. — Вот кто бы говорил, ящерица-переросток! — оскорбленно фыркнул брюнет, уворачиваясь от просвистевшего совсем рядом кинжала. — И ты туда же! На лице дроу была кровожадная улыбка. — Мы убьем тебя совсем не больно, — пообещал Лонгвей, подбрасывая следующий кинжал на ладони. — Отомстим — и все. Спускайся, Хэл, обещаю — адреналина на всю жизнь хватит. — Какие вы злопамятные! *** После разрушений, оставленных огнем саламандры и попыток Эстера и Лонгвея прибить Хэла, в полу образовалась здоровенная дыра, которая уходила куда-то очень глубоко вниз. — Если следовать логике, то нам следует подниматься наверх, — задумчиво произнес дроу. — Но жопа подсказывает, что внизу гораздо интереснее! — закончил за него брюнет. — Тогда выбора у нас нет, — объявил Эстер, переглянувшись с дроу и расплываясь в нехорошей ухмылке. — Полетел! Хэл даже пикнуть не успел, отправленный в полет метким пинком саламандры. — Я посмотрю, как ты летать будешь! — крикнул он на прощание, падая в темный разлом. Спустя пять минут его обуяла скука, спустя еще десять он выпустил крылья, ускоряя свое падение. — Блин, я прям Алиса, нырнувшая в нору за кроликом, — пробурчал он, достигнув, наконец, дна. — А еще я, кажется, пророк. Все вещи в комнате находились вверх тормашками. — О, ну просто замечательно! Предел моих мечтаний — попасть в книжку про девочку-наркоманку, — ядом в его голосе можно было отравить. — А это еще что такое? — Не что, а кто, — мелодично ответила статуя (?) огромной красивой женщины, сидящей в позе лотоса. Ее руки зашевелились, Хэл автоматически их пересчитал — двенадцать — и плюхнулся на задницу. — Я — двадцать третий столп царя Соломона, Аим, и ты в моем подземелье. — Мне это ни о чем не говорит, — покачал головой парень, подбирая под себя ноги. Женщина открыла глаза (все три), по цвету напоминавшие рубины, и рассмеялась. — Это правда. Задам тебе вопрос — кто ты и как очутился в моей башне? Ты и твои товарищи не входили в нее. — Можешь звать меня Хэл. Мы с друзьями случайно создали прорыв реальности. — Ах, так вы из другого мира, — протянула джинн, постукивая пальцами одной из рук по губам. — Верно. Ты знаешь, как нам вернуться? — Нет, увы, я вам не помощник, — покачала женщина головой. Длинные темные волосы качнулись шелковистой волной, завораживая и притягивая взгляд. — Но, возможно, маги сможет вам помочь. — И где его найти? — За пределами моей башни, конечно же, — тонко улыбнулась джин, и эта улыбка очень не понравилась Хэлу. — Но это будет не так просто, претендент. Не важно, случайно ты попал в мое подземелья или специально — путь у тебя только один. Пройти подземелье или умереть. Сыграем в вопрос-ответ? Правила просты — я задаю вопрос, ты — честно отвечаешь. Солжешь — будешь наказан, ответишь правду — останешься жив. Всего десять вопросов. Согласен? — А у меня есть выбор? — вопросительно изогнул бровь парень. — Конечно же нет! — снова рассмеялась Аим, скаля клыки. — Но, думаю, просто спрашивать будет скучно и не интересно. Позовем твоих друзей?