Треск костей

      Земля была слишком тесна, чтобы удовлетворить все прихоти человека. Сильнейшее существо на планете, имеющее самое могучее оружие - разум, не смогло насладиться полным завоеванием планеты, растущие потребности человека - желание достичь большего, завоевать и уничтожать то, что в таком избытке предоставляла им Земля, лишь негативно сказались на судьбе их мира.       Достигнув полного заселения планеты, человечество решило, что родной планеты им не хватает. Человек стал тратить все больше невосполнимых ресурсов на отправку ракет, механизацию производства и превращение Земли в один огромный завод, вызывая природные катаклизмы и губя свою жизнь в погоне за лучшей. Голод и мор, кислотные дожди и вымирание животных привезли к тому, что люди стали воевать друг с другом ради еды и ресурсов. Убивая и пожирая себе подобных, человеческое существо показало, на что способно, оказавшись во власти своей неутолимой жадности.       Истратив все доступное топливо и погрузив мир в войну, человек начал искать другие методы по его добыче, но на Земле жилось все хуже и хуже. Высшей кастой стали ученые, в то время как обычные люди бродили по опустевшей земле, борясь за жизнь. Городские джунгли пришли в запустение, а выжившие искали в них остатки былой славы человека. Тогда-то человек оглянулся - и увидел, что стало с его миром, покрытым сплошь городами, опустевшими от вымирания человечества. Ученые не предприняли никаких попыток вернуть свое былое величие, они отреклись от своей планеты, считая, что она себя уже изжила. Удалившись в многочисленные подземные лаборатории, они продолжали развивать там свои безумные идеи, оставив умирающих обывателей на поверхности.       И тогда произошло невероятное - Солнце, ранее бывшее могучим небесным светилом, дающим жизнь, утратило свою мощь. Будь то деяния ученых или нет, звезда погрузила человечество в сумрак, словно отвернувшись от корыстной расы, оставив на своем месте только белый карлик.       Но человек выжил... Оставшись на холодной земле, он продолжал нескончаемую борьбу. Деревья и животные умирали в неблагоприятной среде, необходимого кислорода становилось все меньше, иммунитет слабел, человеческий организм стал уязвим для оставшихся на планете вирусов. Люди столкнулись с новой проблемой, помимо голода и и все меньших запасов кислорода - болезнями. Умирая все чаще, остатки расы могли ответить жестокой судьбе только одним - они продолжали жить.       Диггори был обычным семнадцатилетним парнем, когда это случилось. Наблюдая за Солнцем и растущим безумием он укрывался на обломках бывшего швейного завода, где помимо него жила его мать и еще человек двадцать. Хоть человечество и умирало постоянно, людей осталось еще довольно много. Он рос без отца - тот умер от астмы, а болезнь также передалась и всем членам семьи. Оставаясь со своей матерью, Диггори ежедневно выбирался с остальными способными к работе мужчинами в город, чтобы снова вернутся обратно со скудными припасами. Хоть юноша и был подавлен, он продолжал верить в легенды про ученых, разрабатывающих под землей панацею, способную спасти человечество, что являлось его главным стимулом жить.       Остерегаясь мародеров, Диггори с небольшим отрядом пробирался через обломки к фабрике. Ничего не найдя внутри, группа была вынуждена вернуться обратно ни с чем. В середине большого помещения, среди станков, был разложен костер, который могли подпитывать только пластиком и резиной, травясь отходами горения, люди находили в этом слабом костре спасение от постоянного холода. Диггори застал мать возле костра, с той стороны, где не было дыма. Завернувшись в огромное количество старых свитеров и пледов, она с грустной радостью встретила сына. Юноша подошел к ней и мягко обнял. Ветер переменился, и Диггори аккуратно подвинул ее подальше от дыма, зная, что один единственный приступ может быть последним из-за отсутствия лекарств. Из кучи одежды, как у черепахи, опять высунулась голова. Грязные волосы спадали до плеч, но добрые карие глаза обезоруживающе заглядывали в душу. Слабеющие женщины в общинах не ценились - смысл размножения был утрачен, вследствии чего они просто являлись лишним ртами. Мужчины же, напрочь забыв о женской ласке, постоянно пропадали и искали пропитание, которого раз за разом становилось все меньше.       Изнывая от холода Диггори отправился на очередную вылазку, оставаться без еды было нельзя. Обшаривая на этот раз разрушенные квартиры, отряд нашел кое-какие запасы в виде консервов и старого черствого хлеба. Вернувшись, Диггори поделился с матерью своей долей еды и помог ей добраться до спален, уставленных рядом в другой комнате. Повеяло ветром из окна и внезапно женщина без сил упала на колени, непрестанно кашляя. Юноша быстро бросился к матери, но ничем не мог ей помочь, он кричал, звал о помощи, а мать неумолимо продолжала задыхаться. На крик сбежались все находившиеся рядом жители. Некоторые пытались помочь, некоторые просто стояли и с жалостью смотрели. В конце концов мать беспомощно повисла на руках и покинула этот мир.       Диггори видел, знал, что такое смерть, но никогда бы не думал, что она может причинять столько разъедающей боли, держа тело на руках, он, почти не дыша, опустил мать на землю. С губ тихо сорвалось "мама"... Но мама уже была потеряна им, в этом мире он остался один...       Остальные оказали ему всю возможную помощь, с ним поделились едой и сказали много утешительных слов, которые Диггори не слышал... он стоял возле криво собранного из прутьев креста и глядел на сухую безжизненную землю. Мальчик был полностью занят собой и никуда не выходил за пределы фабрики. Он не понимал, как человек может вот так уйти из жизни. Она растила его, а потом он начал заботится о ней, бок о бок они прожили в этом разрушенном мире... А потом она умерла менее чем за две минуты... Через некоторое время все забыли об этом случае и продолжили заботится лишь о себе. Молодая душа недоумевала, видя, как эти люди ведут себя как ни в чем не бывало. И он ушел. Диггори не давал себе отчёта, внезапно в душе разгорелся гнев. Гнев за смерть матери и за то, что он не смог ей никак помочь. Ранее спокойный подросток сейчас лез на радио вышку, поминутно рискуя свернуть шею, но это его и не беспокоило. Поднявшись наверх, Диггори оглядел город - с той стороны были жилые кварталы, неподалеку родная швейная фабрика, а вдалеке, насколько простирался взгляд, плотно шли заводы под серым небом, освещаемым лишь подобием былого светила, на месте которого сейчас был светлый небольшой диск. Диггори задумался. Все это время он боролся за существование, но ради чего? Разве не больная мать была его главной целью? Не ради нее ли он так старался, не ради нее ли он готов был терпеть любой мороз? И где она теперь?.. Диггори чувствовал себя абсолютно потерянным, он уже не знал, куда ему идти, ради чего бороться. Перед ним был лишь спуск вниз и возвращение к проклятому миру, созданному безумием человека, или решение всех проблем - тоже спуск, но более быстрый. Оставалось только решится, сделать шаг вперед и отдаться объятиям свободы. Диггори долго стоял у обрыва, но никак не мог решиться, он ничего не боялся, ему было все равно, но высота все-таки заставляла его пересматривать свое решение много раз. Человеку не свойственно убивать себя и себе подобных, хоть общая картина этого мира подтверждала обратное. Юноша начал колебаться. Вдруг он почувствовал, как мощная рука легла на его плечо. Диггори резко обернулся, но за спиной никого не было. Он повернулся обратно к обрыву. Что-то мгновенно придало ему уверенности, и он, вытянув руки в стороны, провалился в пустоту. Казалось, будто он летел вечность, как вдруг земля начала быстро приближаться. Диггори почувствовал резкий страх, ему хотелось обратно вернуться на вершину вышки, вернуться на завод, к матери. Но поздно было что-либо решать. Его судьба уже сделала свой выбор. Он уже летел... Диггори глухо упал на землю. Затрещали кости. И наступил мрак...       Диггори очнулся лежащим на сухой безжизненной земле. Он хотел приподнять голову и осмотреться, но все тело протестующе заныло. Он пытался пошевелить чем только смог, но любые движения отзывались ему с невыносимой болью. Он хотел кричать, но изо рта доносился только приглушённый хрип. Он мог шевелить губами, но не мог выговорить ни единого звука. На Диггори пало осознание - он, не умер, не смог. Считать это везением он не мог, так как такие травмы не могла лечить медицина выживших, от которой осталось одно название. И несчастному пришлось лишь расслабиться, чтобы не получать лишней боли и ждать смерти, которой он так добивался.       Лучше бы он умер быстро, ударился бы о землю и умер. Чем он заслужил дополнительные мучения? Разве так он и должен был погибнуть? Или это цена, за которую он должен встретится с матерью? Голова Диггори плохо соображала и непрерывно болела. В голове крутилась вся его жизнь, состоявшая из обрывочных воспоминаний о неявном отце, о жестоком детстве, о том, как погасло Солнце, о смерти матери. Неужели они все должны умереть вот так, тихо и без надежды на любую помощь? Что же будет, если люди его найдут? Вернут на завод и будут там заботится или просто съедят, как легкую добычу? А ведь он даже убить себя не смог. Пытался но не смог... И сколько он так протянет? Вопросы непрестанно забивали голову Диггори. Но любой ответ означал, что его конец близок и он будет не из приятных.       Диггори напряг слух и еле-еле расслышал тихие шаги. Мародеры, или люди с завода пошли искать его? Если это мародеры, то они просто убьют его и оставят, где лежал, или отправят его топить костер... в качестве топлива. Его голова лежала на боку, и он увидел на дороге пятерых людей, закутанных в теплые поношенные пуховики. Да, это с завода, они искали его, не обнаружив на месте, заодно решив проверить другие места на еду. Но город большой, а они ведь и не имели представления, где его искать. Они не видели его и просто прошли дальше, оставив Диггори умирать. Постоянный голод начал все больше напоминать о себе, но было неизвестно, как долго он протянет без еды. Так оставаться нельзя, либо он доберется до своих, либо сгинет. С диким хрипом он резко поднял туловище. Многочисленные переломы рвали кожу изнутри, выходя наружу, кровь полилась изо всех ран, во рту заиграл ее вкус. Диггори получал странное удовлетворение от этой боли, ибо она предвещала его скорую смерть. В глазах помутнилось. Мутнилось все больше, пока не заслонило свет насовсем. Вот оно... Сейчас он воссоединиться с мамой...       Диггори лежал на полу. Воздух был теплым и приятным. Он открыл глаза, но не увидел ничего, перед ним была пустота. Он двинулся, но ничего не болело, словно все волшебным образом вылечилось. Он поднялся, чувствуя себя бодро, как от хорошего сна. На теле сидела свободная легкая одежда, напоминающая мантию. Диггори пощупал ее, ткань ровно скользила у него между пальцев словно вода. Он заметил свет позади себя и развернулся к нему.       Посреди этого абстрактного черного помещения стоял стол из дерева, что поразило Диггори. За ним сидел сутулый молодой человек в такой же мантии, что и Диггори. За ним была расположена большая бордовая дверь, украшенная золотой "2". Человек встал, медленно подошел к Диггори и протянул руку - Приветствую тебя, Диггори! - сказал он радостно. - Кто ты? - Диггори с удивленным голосом задал первый мучивший его вопрос - Я? Даже и... не помню. Да и не важно. Можешь называть меня как хочешь. - незнакомец приветливо улыбнулся. - Как хочу? - недоумевая уточнил Диггори. - У тебя нет имени? - Имя у меня было, как и у тебя, но было утрачено из-за ненадобности. Здесь тебя никто по нему звать не будет. Но... ты можешь звать меня автором. - Автором? - второй раз уточнил Диггори, чувствуя, как глупо звучат его вопросы. - Что это за место? - Сколько вопросов, однако, Диггори. - саркастически отметил Автор. - Если бы мне и самому было известно. Я лишь прожил тут несколько лет, и за это время так ничего об этом месте не узнал. Как думаешь, на что оно похоже? - О чем ты? - Тебе ничего неизвестно, и поэтому я должен тебе поведать? Этого я и ждал, значит, ты хочешь знать       Автор отошел на шаг и обвел рукой комнату. Диггори осмотрел ее получше. На столе виднелась огромная книга, где было что-то записано, но разглядеть записи с такого расстояния он не мог, рядом лежало железное перо и небольшая чернильница, на углу стояла лампа, никак не подключенная к питанию, но светившая не светлым, не тусклым, но теплым светом. Хоть комната и была в полумраке, Диггори не покидало ощущение уюта. Автор наблюдал за его реакцией и опять заговорил: - Как ты видишь, это книга, интересно, что там написано? - Можно? - по-детски спросил Диггори. - Разумеется. Эта книга уже ничем мне не послужит. Оставь себе, на память.       Диггори осторожно, с трепетом подошел к столу и развернул книгу в свою сторону.       В книге точь-в-точь были записаны все его мысли, все рассуждения, все поступки, хорошие и плохие, добрые и эгоистичные. Диггори захлестнуло воспоминаниями. Из уголков глаз медленно вытекали слезы, слезы тоски. - Это книга обо мне? - Да. - коротко ответил Автор. - Как? - Позволь мне объяснить дальше, ты слышал при жизни о Боге? - Так вы - Бог? - не отвечая, удивлённо спросил Диггори.       Автор залился звонким смехом. - Я - Бог? Нет, я лишь жалкое подобие, носитель его воли, я писатель. Автор, как я уже тебе сказал. - Я... не понимаю... - Тогда напряги извилины, парень, и слушай, так как недолго нам осталось тут болтать. - автор взглянул на дверь и начал говорить быстрее. Диггори пытался слушать максимально внимательно и запоминать каждое слово. - Бог высшее существо, так? Но Бог является верховным творцом, а другими делами заправляют ангелы, такая уж божественная иерархия. Я говорю все это простыми, понятными тебе словами, но дело это гораздо более сложное и глубокое. Ты поймёшь, времени у тебя еще в запасе много. Как бы то ни было, творцами мелких дел являются ангелы. А человеческая жизнь - это как раз таки мелкое дело. Всевышний управляет погодой, влияет на историю, вызывает катаклизмы и чудеса. Наводнения и концы света. Бог - велик, а мы - ангелы, вершим лишь судьбы людей, побочный продукт его творения. - И Он вызвал это все? - Тут ты ошибаешься, это сделал человек. А Создатель, в свою очередь, вызвал вымирание и отнял у человечества их богатство - Солнце, дабы остановить это безумие. - То есть ты - ангел, что писал мою историю? - Именно так, но это лишь мое видение, что, например, если это ад? А то, где мы находимся - лишь первый этап нашего наказания? И сейчас мы управляем судьбой другого человека, чтобы понять, насколько бессмысленной была наша жизнь? С этими словами Автор указал на цифру "2" на двери. - Этот процесс цикличный, один "ангел" - один человек. После смерти человека душа заменяет его и начинает новую историю с чистого листа. - Значит, это ты убил мою мать?! Это ты заставил меня мучатся, лежа на земле без намека на помощь?! - Диггори перебил его и резко превысил голос, осознав все, что хотел знать. Автор переменился в лице с радостной легкой улыбки на выражение сострадания. - К сожалению, не все "ангелы" так добры к доверенной им душе. - сказал Автор тихо. - Твоя мать умерла, потому что так решил другой, и сейчас она, скорее всего, находится сейчас где-то в такой же комнате. - Тогда как мне с ней встретиться? - Диггори переменил тон на умоляющий. Автор, казалось бы, стал немного ниже в росте, ему было тяжело говорить с юношей. - Диггори, я... не могу ответить на твой вопрос. Может быть и да, но это будут лишь догадки. - А что на счет меня? - Я лишь хотел, чтобы ты остался жив, чтобы ты умер любым способом, любым, но не таким. - Что же тогда не написал мне другой способ? - ехидно отметил Диггори. - В написании твоей жизни обязательно должен быть упомянут один фактор, который я назвал Судьбой. Это все трудно объяснить, но иногда случается то, что нельзя исправить пером. Я старался сохранить тебе жизнь, но у меня не вышло. Я виноват перед тобой, но всегда есть сила, которая выше твоего понимания и даже у судьи есть правила, по которым он судит.       В комнате медленно открылась дверь, за ней был длинный коридор со сводчатым потолком. Автор резко засуетился. - Я рассказал тебе все, что мог, теперь и ты "ангел".       Автор широко улыбнулся, подошел к столу и взял со стула книгу, точно такую же, что лежала на столе, и направился к двери. У самого прохода его остановили слова Диггори: - Это книга о тебе? - Да, это книга обо мне. - И куда теперь? - А куда же еще? Дальше!       Автор снова улыбнулся и прошел в коридор, дверь медленно закрылась за ним, оставив Диггори одного. Он растерянно подошел к столу и взял свою книгу. Под ней оказалась еще одна, которую он раньше не заметил, точно такая же, но совершенно пустая и открытая на первой странице. Диггори сел. Одновременно на "стене" перед ним словно включился проектор. Он увидел ребенка, только родившегося и удивился, как в этом мире еще могли рождаться дети. Он с умилением посмотрел на ребенка и схватил перо. Первой его записью было неловкое: "Ребенок открыл глаза и оглядел комнату, окружающую его". Почти сразу же это сделал и ребенок на экране. Диггори, удивленно наблюдая за этим, дал себе клятву о том, что не даст этому ребенку умереть так, как он. "Ангел" грустно посмотрел на книгу о себе, и, отбросив мешающие мысли, продолжил писать...