You don't know the half of the abuse

14.49 Знаете, какое самое глупое решение можно было принять на месте Джоша? Правильно. Пойти на встречу с Тайлером. Хотя, с другой стороны, если бы он не явился, Джозеф бы скрутил его в рулетик, который подают в тюремной столовой по четвергам. Красивый и аккуратный рулетик из Джошуа Уильяма Дана от шеф-повара Тайлера Роберта Джозефа. Ха-ха. Очень смешно. Только не Джошу, который боясь не прийти опоздать, пришел раньше на четверть часа и сейчас просто ходил из стороны в сторону в течение последних трех минут, обдумывая свои дальнейшие действия. То, что Джозеф захочет грохнуть Дана из-за того, что тот увидел, это факт. Ну, Джош может попробовать убедить Тайлера в том, что он никому ничего не расскажет и, ВОЗМОЖНО, уйти оттуда целым и невредимым. Лучше всего опираться на это, но нужен и запасной план. Запасной план в виде заточки в кармане робы, которую Дану любезно отдолжил Фрэнк. Айеро вообще очень помог Джошу даже за столь короткий срок его пребывания здесь. Дан был настолько ему благодарен, что готов был расцеловать с ног до головы. 14.53 Джош всё ещё нервничает. 14.57 Нервничает. 15.01 Тайлер не очень пунктуален. 15.04 Джозеф не спеша направляется в сторону Дана, сунув руки в карманы и улыбаясь своим ненормальным мыслям. Уильям сглотнул ком в горле и попытался сделать вид, будто он совсем не боится Роберта до усрачки. У него это крайне плохо получается. Руки, сжимающие заточку в кармане, вспотели и начали дрожать, из-за чего та стала выскальзывать. Джош нехотя вынул руки из карманов, вытирая их о неприятную на ощупь робу.

Тайлер уже близко.

— Как живёшь, чей хуй сосешь, Джишва? — Точно не твой. — У Дана плохо получалось скрывать волнение. Его голос дрожал, а руки тряслись, как у эпилептика с неврозом. — Оу, ну это легко можно исправить.— Тайлер снова улыбнулся своей кроваво-красной улыбкой, которая так пугала Дана. — Знаешь, ведь я не просто так позвал тебя сюда. А после произошедшего мне ещё много чего нужно с тобой обсудить. Надеюсь, ты не против. Так? — Тайлер выждал пару секунд и, не получив ответа от Джоша, продолжил. — Знаешь, ты слишком много видел сегодня. Ты хороший парень, и мне не хотелось бы тебя убивать, так что надеюсь, ты послушаешь меня и ничего никому не расскажешь. Даже своему любимому Фрэнку. Или в следующий раз вместо охранника ты увидишь труп, который тебе совсем не захочется видеть. Ну, например, Лауры? Джордана? Эбигейл? Мне продолжать? — Откуда? — Дан был в ужасе от того, что он знал имена его родных. Он слишком любил их и не хотел рисковать. Поэтому Уильям был зол на Роберта. — Да так, у меня много связей. И не только в тюрьме. Знаешь, одному нельзя добиться такого успеха. — Тайлер тихо рассмеялся. — Я просто пользуюсь людьми, а потом выкидываю их, как старые, ненужные игрушки. Ты скажешь, что я жесток, но жесток не я, а жизнь. Она много кого потрепала. В какой-то степени она мой кумир. Я хочу приносить столько же боли людям. Но боли не физической. Душевной. Просто я знаю, что ранит человека сильнее ножа. А ты знаешь, Джош? Очень зол. — Сильнее ножа человека только он сам. Он сам делает себе больно. У меня есть один принцип, Джош. Я не могу допустить, чтобы меня победили при помощи моего же оружия, воспользовались моей слабостью, моей любовью. Поэтому я сам убиваю свои слабости и любовь. Если ты любишь — ты слаб, а если ты слаб — ты не можешь быть жестоким. А я хочу быть жестоким. Как жизнь. Я знаю, что ты тоже этого хочешь. Так почему бы не освободиться от балласта, который тянет тебя на дно? Почему бы не избавиться от любви? От чувств? Я не злодей, наоборот, я помогаю тебе возродиться. Восстать. Так зол, что не произнес больше ни слова, а просто сжимал и разжимал руку с заточкой в кармане, рассчитывая и готовясь нанести удар. Никто не посмеет и пальцем прикоснуться к его близким. Каким бы страшным маньяком он ни был. Вероятно, его действия были слишком заметны… — Хей, малыш-Джишва, а что это у тебя в кармане? — Не прекращая улыбаться, спросил Тайлер. Но в его глазах промелькнул огонек то ли злости, то ли раздражения, который заставил спину Джоша похолодеть. — Там ничего нет. — Вся уверенность Дана в миг испарилась. Он снова почувствовал себя маленьким и беззащитным кроликом перед огромным и страшным волком — Джозефом. Но малюсенькая частичка этой уверенности всё ещё сидела в Джоше, не позволяя ему прямо сейчас разрыдаться или убежать. — Правда? — Тайлер приподнял одну бровь и сделал шаг навстречу Уильяму, заставив последнего попятиться. — Д-да. — Ладно, уверенности точно не осталось. Глаза Уильяма защипало от наступающих слез. Он был в шаге от того, чтобы просто расплакаться от испуга, как маленький ребенок, испугавшийся в темноте монстра из шкафа. Но, к сожалению, здесь нет одеяла, под которым он мог бы спрятаться от злого чудовища. На этот раз реального. Чудовища по имени Тайлер. — Ну, раз там ничего нет, покажешь? — Ещё шаг. — Н-не думаю. — Господи, пожалуйста, хватит, Джош больше не выдержит. Слишком много свалилось на его голову в последнее время. — Оу, ну тогда мне придется самому посмотреть. — Дан даже не успел открыть рот, как Джозеф оказался рядом и схватил его за руку. Джошуа, недолго думая, перекинул заточку в другую руку и попытался нанести удар, но Тайлер опередил его, схватив Дана за запястье. — Малыш-Джишва решил показать, какой он крутой? Как жаль, что у него ничего не получится. Я сказал это все зря? Ты не вынес урока из моих слов? Я так старался, это меня оскорбляет. — Тайлер с такой силой сжимал руки Джоша, что он был уверен, на них останутся синяки. Если Джош останется в живых. Дан молился всем известным ему богам, чтобы этот маньяк просто оставил его в покое, чтобы он просто мог вернуться домой живым, а не в мешке для трупов. Да пускай даже не домой. Просто уйти из этого места в свою, на данный момент, такую уютную и безопасную камеру, в которой нет Тайлера, со всей силы сжимающего его запястья. — Но ведь ты совсем не умеешь ей пользоваться. Хочешь, я тебя научу, Джишва? Хочешь, я научу тебя пользоваться жизнью? Что? Дан уже просто закрыл глаза и приготовился к смерти, как Джозеф отпустил его руки и отошёл на пару шагов. Уильям недоуменно, но немного испуганно, посмотрел на Роберта и кинул заточку на пол в качестве примирительного жеста. — Так быстро сдаешься? Тебе многому предстоит научиться. Ведь я не бросил нож на пол, когда Чарльз просил о пощаде. Потому что я не боюсь. Дан всё ещё молчал. Это начинало раздражать Джозефа. — Может скажешь хоть слово? Или мне нужно тебе пистолет к виску приставить, чтобы ты заговорил? — И что ты хочешь от меня услышать? — Голос Уильяма хрипел то ли от длительного молчания, то ли от испуга. — Я хочу увидеть, что у тебя есть стрежень. Свой стержень. Я хочу увидеть, что у тебя есть чувство собственного достоинства. Я хочу, чтобы ты доказал мне, что можешь стать безбожником. Ведь я никогда не ошибаюсь в выборе друзей. — Что? — Дан, пораженный словами Тайлера, даже забыл про испуг. — Думаю, ты понял о чем я. И подними заточку. Здесь она тебе пригодится. Джош послушал Тайлера и наклонился, чтобы забрать «оружие». Когда он поднял голову, Роберта уже не было. Ничто не напоминало о его недавнем пребывании здесь, кроме боли, сдавливающей виски и сердце Дана. Возможно, он просто переволновался. А возможно, Тайлер оказался прав, и Джош просто сейчас думал, что ему нужно взять себя в руки и перестать шугаться каждого человека. Он, блядский Джошуа Уильям Дан, не должен размокать. Хватит. Здесь свои правила, которые устанавливает Тайлер. Значит Джошу нужно стать таким же. Стать безбожником.