Сердцу не прикажешь или я выбираю тебя

Лекса нерешительно стояла у двери спальни Кларк. В кулаке она сжимала небольшую золотую цепочку, которую купила неделю назад, но так и не нашла нормального повода подарить девушке. Уже давно шатенка не испытывала такого волнения как сейчас. Сердце трепыхалось в груди раненной птахой, а щеки пылали. Сегодня был уже сделан важный шаг вперед по восстановлению прошлых отношений с блондинкой, и хотя Кларк была пока не готова признаться даже самой себе о чувствах к ней, и списывала все на любовь к Элайзе, Лекса видела ложь в ее глазах и неуверенность, которую раньше никогда не замечала. Малышка Гриффин сейчас как никогда явно показывала свою скрытую сущность и уязвимость, и Гарсия хотела защитить ее от всего мира. Она подняла кулак в воздух, но и замерла с ним на месте. «А вдруг Кларк переодевается, и я ее побеспокою?» — промелькнула шальная мысль. Память услужливо подкинула, как в прошлом сама Лекса нередко наблюдала за сим действом и даже принимала не последнее участие в совершении этого ритуала. Вторгаться в личное пространство Лекса не собиралась. Она не хотела торопить события, ведь решила действовать медленно и осторожно. Общение с Кларк после долгого разрыва проходило на хождение по минному полю. Один неверный шаг — и назад пути нет. Один неверный шаг — и Кларк будет потеряна для нее навсегда. Потоптавшись еще несколько минут, Лекса все же решила сделать несколько тихих стуков, и только после того, как услышала такое же приглушенное приглашение, зашла в спальню. Кларк лежала на спине и смотрела в потолок, ноги свешивались с кровати, а руки покоились на мирно вздымающейся груди. Лекса аккуратно закрыла дверь и, до боли сжав цепочку, подошла к блондинке. Гриффин даже не пошевелилась от ее осторожного приближения к ней. Казалось, девушка даже не замечала ее присутствия и была полностью сконцентрирована на белоснежном потолке, словно на нем была написана картина как минимум Сальвадора Дали. — Ты можешь лечь рядом, я тебя не трону, — Кларк слегка приподнялась на локтях и посмотрела на бывшую. — Я не кусаюсь, ты выглядишь напряженной, что-то случилось? — в голосе слышалось беспокойство, и Кларк поднялась окончательно, чтобы внимательно посмотреть на Лексу. — Ничего такого, что не могло бы решиться в самое ближайшее время, — Гарсия нерешительно улыбнулась, и опустила голову вниз. — Я принесла тебе подарок, думаю, ты оценишь мой душевный порыв и примешь его. — Я приму все, чтобы ты мне не подарила. Кларк приподняла Лексу за подбородок и посмотрела ей в глаза. Она давно мечтала смотреть в них вечно, не отрываясь, но пропасть, которую воздвигла вокруг себя Гарсия, была огромна, а Кларк мечтала ее заполнить собой. Она не хотела причинять боль. Никому не хотела. Но она больше не могла собой владеть. Никогда Лекса рядом, никогда Лекса смотрит на нее так, словно она для нее огромный мир, со своими тайнами, требующими немедленные разгадки. — Просто будь рядом со мной, — прошептала Кларк на ухо и прикоснулась своим лбом лба Лексы, — просто будь рядом. Лекса не двигалась, она старалась даже не дышать, но слова Кларк слишком сильно задели ее сердце. Она чувствовала, что Кларк слышит его бешеную скачку. — Буду, — только и смогла произнести она, чтобы не нарушить сей важный для нее момент. Лекса надеялась, что Кларк больше не уйдет, как ушла тогда, не оставив даже шанса на ошибку, совершенную в огромном стрессе. Она не хотела говорить тогда таких обидных слов. Не хотела, но сказала. Ее самолюбие было ущемлено, и она показала себя во всей красе. Кларк ушла. И вместе с ней ушла ее душа, как уходит радость из-за грустных песен, заставляющих думать и анализировать свою безнадежность на любовном поприще. Кларк обхватила обеими ладонями лицо Лексы, и накрыла ее рот своим. Все потеряла для себя свою ценность. Слова больше были не нужны. Лекса рядом — и это главное на данный момент. Ей просто необходим был этот уикенд, чтобы понять — чего она хочет. Целовать Лексу всегда было приятным занятием для Кларк. Она не спешила углублять его. Лекса больше не уйдет и спешить некуда. Надо наслаждаться каждым мгновением наедине. Можно неторопливо покусывать ее рот или же оставлять крошечные поцелуйчики в его уголках. Посасывать верхнюю или нижнюю губу, и слышать, как свое сердце бьется в такт с ее. Они нашли единый ритм. Ритм любви? Пока об этом говорить рано, но то, что происходило сейчас между ними, точно что-то значило. Значило важное, и они явно смогут найти ответ. Найти ответ вместе. — Мы должны остановиться… — отчаянно произнесла Лекса, когда Кларк осознанно прикусила ее за челюсть, — я хочу все сделать правильно. Кларк, нет, — она уперлась рукой ей в грудь, чтобы остановить девушку. — Нет ничего неправильного в том, что я хочу тебя, — Кларк облизала губы и накрыла своей ладонью тыльную сторону руки Лексы. — Я знаю, что ты в основном святая, но будь сегодня лапочкой и не порть этот волнующий нас обеих момент… — Она говорила честно, она верила в них, в их будущее, хотя еще много невысказанного висело над ними дамокловым мечом. — А как же подарок? — робко спросила Гарсия, все еще сжимая в кулаке злополучную цепочку. — Он никуда не денется, Лекса, как и я… — Хорошо. Несмотря на то, что Кларк хотела поскорее избавить Лексу от одежды — она не спешила. Не торопясь, она убрала руку со своей груди и, не отрываясь от глаз, сидевшей рядом девушки стала медленно поднимать ее водолазку. Лекса сидела, не шевелясь, и чувствовала, что ее все еще не остывшие щеки становятся все пламеннее. Кларк была слишком близко. Ее расширенный зрачок уже практически скрыл голубую радужку, пока она, нервно дыша, стягивала ее верхнюю одежду. Лекса мысленно молилась, чтобы этот опрометчивый шаг с накатившим ниоткуда желанием, не испортил их взаимоотношения в дальнейшем. Она очень сильно надеялась, что для Кларк это вожделение ни разовое. Слишком тяжело будет, если настрой Кларк поменяется по отношению к ней, и она поймет, какую ошибку совершила. Будет большим ударом, если узнается, что Лекса далеко не так безгрешна, как считает Кларк. Близость Лексы всегда была афродизиаком для Кларк, и сейчас, находясь в считанных сантиметрах от прекрасной девушки, Гриффин любовалась ее хорошо натренированным практически обнаженным корпусом. Оставалась только небольшая преграда в виде бюстгальтера, которая очень волновала Гриффин. В памяти еще не стерся момент, когда на днях Лекса сама бесцеремонно разделась перед ней, но сейчас же не делала ни малейшей попытки ускорить данный процесс. Она просто неотрывно смотрела на нее, но восхитительные глаза выдавали ее нервное состояние, а Кларк не хотела, чтобы Лекса переживала без несуществующего повода. — Расслабься, прошу, — Кларк говорила едва слышно, — ты слишком сосредоточена. Если ты не хочешь продолжения, то я остановлюсь. — Нет! — Лекса отчаянно схватила Кларк за руку и притянула резко к себе: — мне это также необходимо, как и тебе! — Ее голос дрожал на последних словах. Она выглядела слабой. Гриффин нервно сглотнула, в своей стремительном порыве Лекса прикоснулась ее ладонью к своей груди, все еще скрытой чашечкой. Раз Лекса больше не хотела медлить, то Кларк не была больше настроена продолжать такую игру. Она чувствовала, что прикосновения к Гарсии разожгли в ней пожар страсти. Ее ладонь все еще удерживала ее и от этой близости Кларк сходила с ума. Трясущимися руками Гриффин стала возиться с ее застежкой, которая не хотела ей поддаваться. Видя безуспешные старания, Лекса сама расстегнула ее и отбросила ненужный атрибут в сторону. Она не была смущена, сидя полуголой перед Кларк. Только небольшой страх был присущ ей в этот момент. Страх, который она старалась скрыть от Кларк. Но Кларк не была бы Кларк если бы не заметила небольшие перемены во взгляде. Она пододвинулась к ней и успокаивающим жестом коснулась ее волос. Затем она притянула ее в крепкие объятия, так необходимые Лексе, и оставила легкий поцелуй на затылке. Пусть ее и окутывала голодная страсть, но моральное состояние Лексы было ей дороже минутной похоти. Спустя несколько минут Лекса стала затихать в объятиях Кларк. Сердце вернуло свой естественный ритм, а волнение и страх полностью исчезли. Она не была уверена, что они не вернутся вновь, но в данную минуту она была очень спокойна, пусть и выглядела маленьким обнаженным ребенком. Не только тело, но и душа были выставлены на показ, и Кларк не оттолкнула ее. Она оставалась рядом. Она переступила через себя, тем самым доказывая, что чувства Лексы дороже своих. Лекса ценила такие поступки, ведь Кларк нечасто переступала через собственное «я» в угоду других. Только определенный круг людей знал настоящую Гриффин. — Я хочу, чтобы ты продолжила, Кларк. — Кларк недоуменно уставилась на нее, когда Лекса освободилась из объятий. — Я буду в порядке, если мы продолжим то, что должны были сделать уже давно. Еще тогда, у меня в кабинете, на фоне красивой панорамы города… Кларк широко раскрыла рот, вспоминая ту игру. — Ты великолепная, Лекса. — Она забралась к Лексе на колени и положила ладони на худенькие плечи, — давай сделаем это. Лекса широко улыбнулась и отбросила цепочку в сторону, а затем с удовольствием устроила свои ладони на ягодицах Гриффин. Она приподняла голову и слегка наклонилась вперед, чтобы вновь коснуться губ и почувствовать вкус. Кларк приветливо приоткрыла рот, и язык Гарсии беспрепятственно проник внутрь. Он стал устраивать сумасшедшую игру с ее языком. Поцелуй стал все более жарким, когда в ход пошли зубы и Кларк почувствовала свою собственную кровь. Она на секунду оторвалась от Лексы, провела указательным пальцем по слегка кровоточащей губе и облизала его. — Ты очень плохая девочка, Лекса, — провокационным голосом произнесла она, не отрывая взгляда, и видя, что зеленая радужка совсем исчезла за зрачком. Лекса зачарованно наблюдала по ней, ожидая, что будет дальше. Она предчувствовала, что Кларк что-то задумала. Та в свою очередь оставила легкий поцелуй в щеку и слезла с ее колен. — Вставай! — полу приказным тоном проговорила Кларк. Лекса вопросительно приподняла бровь, но послушалась. — Что ты задумала, Кларк? — все же не удержалась она от вопроса? — По-моему это твоя обязанность раздевать меня, нет? — Она подняла руки вверх, на губах играла улыбка. — Конечно, да. Лекса притянула ее к себе и быстрым движением стянула верхнюю одежду. — Все должно быть по-честному, моя сладкая, — она коснулась легким поцелуем пульсирующей жилки, потом сместилась к ложбинке, — думаю, я без труда избавлю твоих малышек от неудобных чашечек. — Малышек, — Кларк нервно хихикнула. — Спокойнее, Кларк… — тихий щелчок, и лифчик улетел в сторону. — Теперь мы одинаково обнажены. — Я скучала. — Лекса… я. — Не надо больше слов… Ответить Кларк не успела. Ее рот был снова атакован. «Отдайся чувствам, Кларк! Отдайся!» Ласки Лексы будоражили Кларк. Она больше не могла соображать. Тело было полностью во власти горячих прикосновений Гарсии. Казалось за три с половиной года, Лекса стала еще более искусной любовницей. И у нее наверняка было много случайных встреч или даже возможно серьезных отношений. Это осознание отрезвило Кларк, и она оттолкнула Лексу. — Я не могу так. Сколько их было? — Кого? Я ничего не понимаю, Кларк. То ты огонь, то лед. Может, уже определишься? Я не вещь, которую можно выкинуть или приголубить по желанию! — Лекса тоже повысила голос. — Сколько девушек у тебя было после меня. — Серьезно? Сейчас? Когда мы с тобой почти переспали, ты решила задать этот вопрос. Ну, десять — пятнадцать, может двадцать? Что? Не смотри на меня так? Я же не монашка. — Конечно! Ты же такая, красивая, конечно. Кларк начала мерить широкими шагами комнату. — Все зря. Мы не должны этого делать. У меня есть Кэт. Это нечестно по отношению к ней! — Здорово, класс! — Лекса всплеснула руками, — давай, поплачься еще, какая у тебя непростая судьба. Знаешь, а плевать, я правильно сделала тогда, надо было давно изменить, чтобы ты поняла, что не все вертится вокруг тебя. Я зря думала, что ты изменилась и тебя кто-то волнует кроме самой себя! — Отлично, — Кларк наклонилась, чтобы поднять рубашку, — уходи! Я не могу тебя видеть! — Всенепременно! Я так и сделаю. — В два шага она достигла кровати и подняла цепочку. — Держи мой подарок. Белое золото, все как ты любишь. Надеюсь, ты рада, что снова все испортила. — Я, Лекса… я. — в глазах стояли слезы, — не надо Лекса. Пожалуйста. — Будь счастлива, Кларк. — Лекса натянула водолазку и вышла из комнаты, оставив Кларк стоять одну со слезами на глазах.