***
Последнее время Скрудж пропадал на работе почти всё время. Дональд перестал приходить в гости. Элизабет чувствовала, что что-то не так. Она предполагала, что это связано с Деллой, которая внезапно пропала. В один из дней, пока отец был на работе, девочка проникла в его кабинет и спустилась в тайную комнату. Дверь перед ней без проблем открылась, выпуская члена семьи МакДак. Взглянув на семейное древо, она ужаснулась. В прошлый раз оно цвело. Большая крона из зелёных листьев окружала портреты родственников. Сейчас же древо выглядело высушеным. Листья засохли, а по ветке идущей от Гортензии, расползлось множество трещин. Казалось, что эта часть дерева вот-вот отвалится. Сами портреты тоже потеряли краски. Элизабет даже показалось, что лица на них стали хмурыми. — Что же происходит? Девочка коснулась ствола дерева и в этот момент увидела то, что на самом деле происходит с её семьёй. Делла улетела на ракете и попала в бурю, после чего бесследно пропропала. Из-за этого отец и Дональд поссорились. Семья буквально трещала по швам, готовая развалится в любой момент. Элизабет даже не осознала, что из её глаз потекли слёзы, пока не коснулась рукой влажной щеки. — Что мне делать? Как это остановить? Но древо на стене продолжало молчать, хотя девочка надеялась, что оно подаст ей какой-то знак, как спасти семью от развала. Скоро у Деллы должны были вылупиться тройняшки и Лиззи очень хотелось присутствовать при этом радостном моменте. Но, видимо судьба распорядилась иначе. Элизабет вернулась в свою комнату, упала на кровать и уставилась в потолок. Если она не могла спасти семью от развала, то ей следует хотя бы всеми возможными силами поддержать папу. Она чувствовала, что ему сейчас крайне тяжело. Он потерял единственную и горячо любимую племянницу.***
После этого большого приключения, в которое Элизабет тоже влезла, ей пришлось многое переосмыслить. Она была очень рада, что Поночка, с которой они очень хорошо общались, до того, как она уехала учиться за границу, оказалась по-сути её сестрой. Девушка в тайне всегда мечтала о младшей сестре и теперь она у неё появилась. Через пару дней после возвращения всей семьи домой, Элизабет решила поговорить с отцом. Она зашла в его кабинет. Скрудж сидел за своим столом и разбирался с множеством бумаг. Когда его совет директоров сгинул, пришлось взять их обязанности на себя. Элизабет знала, что отец не особо любит бумажную волокиту, предпочитая вместо этого вести переговоры с партнёрами или отправляться на поиски сокровищ. — Пап, есть минутка? Мне нужно с тобой обсудить кое-что важное. Скрудж оторвал взгляд от бумаг, тепло улыбнувшись дочери. — Конечно. Для тебя у меня всегда найдётся время. Да и перерыв мне не помешает. Уже все эти цифры в глазах двоятся. Так о чем ты хотела поговорить? Элизабет подошла ближе к столу. — Это насчёт Поночки. Если она теперь официальный член нашей семьи, то ей стоит показать семейное древо.- девушка бросила взгляд на то место, где находился секретный проход. — Ты права. Можем сделать это завтра. Если хочешь, то можешь сама её сопроводить. — Правда? Я действительно могу это сделать? — девушку захватило дикое волнение и предвкушение. — Конечно. Ты же МакДак. — Спасибо огромное! Я тебя не подведу! Радостная Элизабет покинула комнату. На следующий день девушка подошла к Поночке после семейного завтрака. — Я бы хотела тебе кое-что показать. Я уверена, что ты будешь в восторге. Элизабет знала, что её сестра увлекается изучением их родословной. Ей не терпелось увидеть её реакцию да настоящее семейное древо. Они спокойно зашли в кабинет Скруджа. Там никого не оказалось. — А дядя Скрудж. То есть папа не рассердится, что мы зашли в его кабинет без спроса. Обычно он никому не разрешает тут появляться без приглашения. — Не переживай. Он в курсе. Девушка подошла к статуэтке, откинула верхушку и нажата на кнопку. Открылся тайный проход с лестницей. — Вау! Я и не знала, что тут есть тайный ход. Куда он ведёт? — Терпение. Следуй за мной. Элизабет взяла в руку факел и начала спускаться по ступенькам вниз. Поночка старалась от неё не отставать, при этом оглядываясь по сторонам, но ничего кроме каменных стен не было. Вскоре сёстры достигли конца лестницы. Лиззи приложила руку к деревянной двери и та открылась, пропуская их внутрь. В центре комнаты находилась огромная чаша, в которой уже горел огонь. А рядом стоял Скрудж. Поночка кинула взгляд на большое дерево нарисованное на стене. Ветки двух стволов переплетались. Также можно было увидеть множество портретов. — Это… Это… — Семейное древо клана МакДаков.- ответили одновременно отец и дочь. Поночка замерла с раскрытыми глазами и открытым клювом. У неё в голове просто не укладывалось всё происходящее сейчас. Она видит настоящее семейное дерево МакДаков. Оно в тысячу раз лучше, чем то, что она сделала сама на доске. Тут огромное количество родственников, которых она не могла найти. К ней подходит Скрудж, ложит руку ей на плечо и подводит ближе к дереву. — Мы с Лиззи подумали, что для тебя самое время занять на нем своё место. Поночка вышла из оцепенения и взглянула на отца. — Правда? — в её глазах сияли искры восторга и волнения. — Конечно. Ты — часть семьи и заслуживаешь находиться на семейном дереве. — Просто приложи ладонь к стволу.- произнесла Элизабет. Поночка так и сделала. От её руки вдоль дерева поползли голубые нити, прямиком к портрету Скруджа. Ветка Элизабет сдвинулась немного в сторону, освобождая место для быстро растущей новой. Через несколько мгновений рядом красовался портрет Поночки в овальной раме с её именем внизу. Девочку переполняли эмоции. Из её глаз потекли слёзы. Она принялась рассматривать всю родословную и только сейчас заметила, что изображения Билли, Вилли и Дилли тоже присутствовали. Скрудж увидел, куда смотрит его дочь. — Я привёл их сюда после того, как мы снова помирились. Поночка поняла, что отец говорил о Магике и войне теней и была благодарна, что он не опомянул это в слух. Те события всё ещё вызывают у неё приступы паники. Но вскоре она вновь вернулась к изучению семейного дерева и заваливала отца вопросами о родственниках, о которых не смогла найти информацию. Оттуда Поночка выходила в полном восторге. Ей не терпелось записат ь всё то, что она сегодня услышала.