Рождество наступило...

      Коннор стоял посреди заснеженной улицы и, не обращая внимания на старательно огибающих его прохожих, увлеченно рассматривал магазинную витрину.       Рождественская ночь была уже совсем «на носу», и андроид повсюду замечал эту праздничную и будто бы волшебную атмосферу. Волшебную… Что за глупости? Однако…       Город изменился.       Улицы Детройта в одно мгновение осветило множество гирлянд и украшений. Почти у каждого мало-мальски крупного магазина стояла пышная, праздничная елка, а андроиды, одетые в новогодние костюмы, раздавали радостным детям разнообразные сладости в пестрых упаковках.       Люди изменились.       Даже в участке царила своя, какая-то нетипичная для этого места атмосфера. Гэвин Рид больше шутил, чем говорил гадости, а вечно хмурый и сосредоточенный Фаулер, который всегда с особой категоричностью относился к любым вопросам, не касающимся работы, вообще сегодня предложил распить бутылку шампанского в честь дня рождения сотрудницы. Правда такое поведение начальства скорее вызвало всеобщее недоумение. В тот день Джеффри собрал на себе множество вопросительных и недоверчивых взглядов подчиненных. Именинницу такое предложение удивило больше всех. Шокированная девушка вообще поспешила ретироваться с места «происшествия», мгновенно придумав благовидный предлог. Наблюдать за всем этим со стороны было… забавно?       Он изменился.       Теперь Коннор был девиантом, причем, стараниями Маркуса, девиантом, имеющим все юридические права и обязанности. Совсем как человек. У него была любимая работа, небольшая комната в полицейском общежитии, в которой он почти не появляляся и… друг. Ведь они с Хэнком были не просто напарниками? Так по крайней мере думал Коннор, а вот какие мысли бродили в голове у полицейского, для андроида являлось тайной покрытой мраком.       Но лично у Коннора было несколько доводов, которые давали ему повод думать о напарнике в таком ключе, и он считал их достаточными. Иногда, они проводили вместе время вне работы. Коннор сопровождал напарника в его походах по барам, пару раз они вместе смотрели матчи. Один раз ему даже удалось вытащить Хэнка на премьеру какого-то нового супергеройского фильма.       На вкус Коннора, а он теперь мог позволить себе иметь собственное мнение, фильм был чересчур пафосным и надуманным. Главный герой был просто неуязвим и абсолютно бесстрашен, без толики сомнений он смотрел в лицо опасности и, не задумываясь, сломя голову бросался в самое пекло. «Индийское кино» непонятно откуда выплыло странное сравнение. Что бы это значило? Кино несомненно снимал Голливуд и причем здесь вообще Индия, о которой в фильме не было ни слова?       Такие, всплывающие в электронном сознании мысли, теперь не были для Коннора чем-то странным. Программа все чаще подкидывала разного рода словосочетания, цитаты или даже предложения, полагая, что они соответствуют той или иной ситуации. Не всегда RK800 понимал, о чем речь, и, если Хэнк был рядом, озвучивал фразу вслух. Обычно это очень забавляло напарника, как и в тот раз:       — Вам понравился фильм, лейтенант? Мне показалось, он чем-то похож на индийское кино.       — И правда, — Хэнк беззаботно хохотнул. — Точно их стиль. Да, пожалуй, мне понравилось.       — Понравилось? Но вы чуть не заснули на середине! — Возмутился RK800. Очевидно, что напарник врал. Андроид вспомнил, как полицейский в темноте зала кинотеатра медленно наклонился немного в бок, прислоняясь своим плечом к плечу Коннора, в тот же момент длинные волосы скользнули по синтетической коже щеки. Конечно детектив засыпал! Зачем ему еще так наклоняться?       — Заснешь тут, — пробурчал Хэнк. — Ты же дурным голосом заорал на весь зал, что я пропущу самое интересное. На нас даже люди на передних рядах обернулись.       Хэнк пошел вперед, тем самым давая понять, что диалог окончен, а Коннор остался стоять, не понимая, чем только что испортил настроение напарнику.       Проходящий мимо человек задел его плечом.       — Извини приятель, — бросил он, торопливо удаляясь.       Коннор по-привычке кивнул, прекрасно осознавая, что парень его уже не видит и вновь уставился сквозь свое отражение в витрине.       А почему бы и нет?       Андроид направился к почти полностью завешенной ветвями омелы двери и потянулся к ручке. Неожиданно дверь резко открылась и, отрикашетив от не очень-то любопытного носа Коннора, вернулась в исходное положение.       Лицо новейшего прототипа при этом не претерпело ни малейших изменений, будто это не на него сейчас, собрав в сообщники банду из гирлянд, украшений и новогодней травы, с особой жестокостью напала подвижная часть стены.       Коннор поднес руку к голове и, проведя ладонью по лбу, недоумевающее уставился сначала на осыпающие с пальцев блестки, затем на коварную навесную конструкцию. Табличка «Добро пожаловать», кажется, лишилась большей части своего антуража.       Дверь снова подалась вперед, хоть и не с прежней прытью, но андроид все равно выставил вперед руки, не желая снова встречаться с ней «нос к носу».       — Извините, я… — из-за двери высунулось знакомое смуглое лицо.       — Маркус? — Удивленно спросил Коннор, опуская руки. Кажется, нападений больше не предвидится.       — О! Здравствуй, Коннор. Это я тебя приложил?       — Ничего, я в порядке. Что ты тут делаешь? Это же другой конец города.       — Да вот, — Маркус будто смутился, — Покупал одну вещь, хочу подарить ее дорогому… эмм… дорогому мне андроиду. Хочется сделать приятное, наверное, ты меня хорошо понимаешь.       Коннор не понимал. Совершенно.       — Эй, вы долго там будете в проходе стоять? Мне выйти нужно. — Послышался голос из-за спины Маркуса.       Парни поспешно отошли к витрине, в то же место, где не так давно стоял Коннор. Минуту они стояли молча.       — Так почему именно этот магазин? — Спросил RK800, чтобы хоть что-то спросить.       — Оооо! — Маркус улыбнулся, — Я очень долго искал что-то подходящее. Наткнулся на эту сувенирную лавку совсем случайно, оказалось, тут представлены вещи только ручной работы. В единственном экземпляре! Если любишь, хочется сделать что-то особенное…       — Любишь? — Перебил его Коннор. Маркус влюблен? Вот это новость! Прямо как те Трейси?       — Ну да. Мы с Саймоном вместе не так давно, и я не удивлен, что ты не в курсе. Ты редко появляешься у нас на Иерихоне, хотя я ни раз говорил, что мы тебе всегда рады. — Осуждающий взгляд. Коннор молчал, осмысливая услышанное. Любовь? Разве для него такое возможно? Что это вообще за чувство такое?       Видимо приняв молчание оппонента за знак свыше, говорящий о том, что он наконец-то смог застать дома, вечно сваливающую в отпуск совесть Коннора, Маркус продолжил:       — Ты бы мог нам помочь. На данном этапе мы ведем переговоры с правительством и твои навыки…       Он говорил и говорил, описывая все прелести жизни на Иерихоне и тот неоценимый вклад, который Коннор мог бы внести в дальнейшее развитие новообразовавшегося свободного общества.       — В общем, мы тебя ждем… Ладно, мне пора. Увидимся, надеюсь, очень скоро. — Маркус кивнул и как-то незаметно растворился в толпе. Коннор проводил его взглядом, пытаясь привести в порядок разбегающиеся мысли.       Андроиды чувствуют, андроиды живые. Он сам испытал на себе весь спектр разнообразных эмоций: разочарование, радость, грусть, раздражение, страх, благодарность. Но любовь? Нет, такого он точно никогда не чувствовал.       Эти все глупости не для него.       — А ты? Не хочешь загадать желание? — Коннор резко обернулся. Возле него стояла и мило улыбалась невысокая старая женщина. Андроид вопросительно на нее посмотрел. — Говорят, на рождество все мечты сбываются.       — Я андроид, мэм, я не верю во все эти глупости. — Он вновь перевел взгляд на витрину. — Все в этом мире подчиняется законам физики, а будущее является лишь вопросом вычислительных процессов. Исключение составляет лишь незначительный процент случайности.       — А что, если это и есть та самая случайность?       Он повернулся, чтобы ответить и с удивлением заметил, что пространство около него абсолютно свободно. Женщины нигде не было. Как она успела так быстро уйти?       Тааааак, не важно, вернемся к нашим баранам. Коннор очень хотел подарить напарнику на рождество одну вещицу, которая приковала его взгляд и на несколько десятков минут задержала у витрины.       Коннор снова шагнул к воинственной двери.       Попытка номер два.