Помни меня

Судьба — странная штука. Она всегда преподносит тебе море сюрпризов, но иногда может и показать фигу с маслом. Она довольно переменчива, как погода в море, но и бывает упёрта, как баран. Если вы случайно попадётесь ей на глаза, то не раздумывая, бегите. Иначе она долгие годы будет играться с вами, как с новой игрушкой, в итоге оставив вас с кем угодно, убегая за новым человеком. Так уж вышло, что в этой вселенной человек, хоть и рождается с меткой истинного, но имеет некоторые, так сказать, предостережения. Если твой истинный умер, твоя метка меняется на другого, не менее подходящего тебе соулмейта. Так уж заведено этой судьбой. Творит, что хочет и не краснеет.  — Гав! Гав! ГАВ!  — Захлопнись, Лексус! — крикнул русовласый парень, отвлекаясь от своих мыслей и кидая палку своей непоседливой собаке. Лексус, ничуть не обидевшись на слова хозяина, погнался за палкой быстрее ветра. Парня звали Кевин. Сейчас он прогуливался со своей собакой по полупустому парку, думая о своём и изредка покрикивая на Лексуса. Почему Лексус? А фиг его знает. Такое имя ему дал его предыдущий хозяин, который совершенно не задумывался о его значении. Как захотел, так и назвал. И это, почему-то, совсем не злило правильного во всем Кевина. Даже нравилось. Вся соль была в том, что этот предыдущий хозяин умер. Супер, да? А пёс достался именно Кевину, под причиной: «Ну, ты ж его бывший соулмейт? Вот тебе, на память. Будешь о нём вспоминать». А вспониминать не очень то и хотелось. И всё бы ничего, да только Кевина мучала последняя фраза, сказанная ему. «Помни: не зависимо ни от чего, я буду любить тебя. Я всегда, слышишь? Всегда буду с тобой». И это немного напрягало. Дело в том, что точно такую же фразу сказала его первый соулмейт. Перед смертью. Ну супер. Теперь это, типо, будет их коронная фраза, перед тем как покинуть его? Это ужасно, кошмарно и… канонно? Мобильник завибрировал, уведомляя о новом сообщении. Кевин постарался как можно быстрее достать его из заднего кармана джинс, при этом чуть не уронив, чем вызвал тихий приступ смеха у проходившей мимо девушки. Но его это мало волновало. Сейчас для него был важен только ОН. Где-то недели две спустя, после смерти второго соулмейта, у несчастного и разбитого Кевина на предплечье появилась новая метка, стирая старую. Она гласила: «Блейк Джонс». Первая мысль, проскользнувшая в затравленном и опустевшим от частой выпивки мозгу, была: " Да сдался он мне.». Но следом за ней пустилась вторая: «Серьёзно?!». И третья: «ОПЯТЬ?!». Дальше он уже ничего не помнил, так как почти сразу вырубился и был доставлен домой его самым лучшим другом — " Эйнштейном». А на следующее утро ему написал человек под ником «Злобный пианист». Он просто спросил: " Твой ник совпадает с твоим реальным именем?». Кевин не нашёлся, что ответить. В Фейсбуке он действительно был указан как Кевин Брайт, но он не мог подумать, что люди могут такое спросить у него. При чём, первым делом. «Ни здрасте, ни до свидания.» — промелькнуло у Кевина в голове, пока он искал, как добавить этого «Пианиста» в чёрный список. Но тот вдруг прислал ему фото с подписью: «Господи, да не ссы так.». А на фото запястье с ЕГО именем. " Вот те раз». И Кевин, так и не найдя, что бы такого ответить логичного, просто прислал ему фото своего запястья. И в догонку написал: «Да не ссу я. И выражайся повежливее.». " У тебя красивые руки,» — последовал ответ, чем ввёл Кевина в ступор и заставил изрядно покраснеть. Так и начались их переписки. Блейк жил в другом городе, немного севернее, чем город, в котором жил Кевин. Он работал в кафе, в котором заправляли его родители. А также, изредка правда, он играл там на пианино, развлекая гостей. «Не пропадать же таланту» — цитировал он отца, а Кевин тихо хихикал. Вообще, то, что делал Блейк, резко контрастировало с тем, с какой манерой он говорил. Он был как будто сбежавшим ЗЭКом, косящим под интеллигента. Но это завораживало и притягивало одновременно. И однажды Кевин понял, что жить не может без этих каждодневных переписок, без его странной манеры говорить, без его смущающих комплементов. Он понял, что не может жить без Блэйка Джонса. Без своего соулмейта. И вот сейчас, когда наконец поймал телефон и сантиметре от земли, он быстро разбокировал экран, уже зная, кто написал. «Привет. Что делаешь?» «Да так, ничего. Выгуливаю Лексуса 😥» «Неужели тебе так не нравиться эта псина? Почему тогда не сдал его в питомник?» «Да и сам не знаю. Как будто, не хочется обижать Рика. Там, на том свете.» «Ну ладно. Делай, что хочешь.» «Эй! Ты что, обиделся? 😶» «Нет, меня просто расстраивает твоё нежелание расставаться с прошлым» «Дело не только в этом. Его семья рассчитывала на меня.» «Не пизди» «Блин, хватит материться! 😤» «Какие мы нежные» «Дурак 😣» «Да ладно тебе. Скажи, закат хоть красивый?» «…очень» Кевин оторвался от телефона только, чтобы посмотреть на закат. И ведь именно сегодня он был просто потрясающий. Они с Лексусом как раз проходили мимо озера, за которым было что-то вроде равнины. Солнце, казавшееся невообразимо огромным, медленно скатывалось вниз по небу, отражаясь в тихой глади пруда. Небольшие облачка, окрашенные в ярко-розовые цвета нежно обрамляли края солнца. Это было настолько волшебно, что Кевин не выдержал и выслал фото Блэйку. «Да, очень красиво. Как раз в твоём вкусе.» «Ага 😄» «Слушай, я вот хотел спросить» «М?» И тут Блэйк ненадолго замолчал, вызывая у Кевина небольшие приступы паники. Но через минуту, он всё же написал. «Ты не хотел бы приехать ко мне на этих выходных?» Кевин сначала не поверил своим глазам. Он несколько раз перечитал сообщение. А потом просто запрыгал от радости, визжа, как девчонка, от восторга. Лексус, подумавший что с ним играют, запрыгал тоже, весело гавкая. «Эй, Кевин? Ты всё ещё там? Если не хочешь ехать, то не надо» «Ты издеваешься?! Да я столько этого ждал! Ты не представляешь! Я даже думал сам пригласить тебя, если ты не осмелишься 😄» «Я? И не осмелюсь? Вы мало меня знаете, мадмуазель «Счастья полные штаны» «Да иди ты, дурак. Я ж люблю тебя» Вдруг Кевин осознал, что напечатал. И тут же захотел стереть сообщение, но телефон завибрировал. Тут уж Кевин запаниковал, готовясь к тому, что его пошлют далеко и надолго. Но…всё же осмелился прочитать сообщение. «И я тебя.»