Их дом

Нюхль прошмыгнул из спальни на кухню, снова сжимая что-то в маленьких лапках. Тина могла бы поспорить, что это очередная жемчужная заколка Куинни, оставленная сестрой в гостях. Сколько раз Тина говорила ей не разбрасываться вещами в их с Ньютом доме! — Где он? — Ньют влетел на кухню с волшебной палочкой наготове. Его светлые кудри растрепались, а на щеках проступил милый румянец. Тина едва сдержала в себе порыв сгрести мужчину в объятия и расцеловать и с серьёзным видом вернулась к бумагам. — Он убежал во двор, — кивнула женщина в сторону выхода. Ньют тут же умчался на улицу. Послышался испуганный писк Нюхля, интеллигентные ругательства Ньюта и звуки заклинаний, связывающих фантастическое создание. Мужчина вернулся на кухню с усмирённым зверьком, в лапах которого действительно обнаружились заколки Куинни. — Отправлю ей по почте, — сказала Тина, забирая украшения, — ведь не знаю, когда Куинни приедет в Британию или когда меня вновь отправят в командировку в Нью-Йорк. После завершения происшествия с Гриндевальдом Тина, сыгравшая одну из важнейших ролей в поимке преступника, стала нарасхват. Её наконец-то заметили в Нью-Йорке, и сама президент предлагала ей повышение, но Тина выбрала заманчивое предложение от британских коллег. Во-первых, в Британском Министерстве Магии ей сразу же предложили должность главного аврора. А во-вторых… — Ты не скучаешь по сестре? — спросил Ньют. Он сел рядом с Тиной, взял её ладонь и бесконечно добрым взглядом заглянул женщине в душу. — Всё хорошо, — Тина легко поцеловала мужчину в мягкую щёку. — Мне нравится Лондон. А во-вторых, здесь был Ньют. Такой славный, милый, красивый, нежный, но невероятно умный и отважный Ньют, который никогда не думал о себе, но всегда — о других. О других людях или магических тварях. Тина была уверена, что Ньют бы не раздумывая отдал жизнь за самого мелкого волшебного таракашку. — Я хочу, чтобы ты чувствовала себя как дома, — Ньют неловко пожал плечами и улыбнулся, тут же смущённо отводя взгляд. Тина расплылась в улыбке. Они жили вместе месяц, решив снять квартирку неподалёку от Министерства Магии, но Ньют продолжал смущаться так же, как перед их первым поцелуем. — Я дома, — уверила его женщина, обнимая за пояс и кладя подбородок ему на плечо. — Ты уже принёс к нам в спальню миниатюру Статуи Свободы, а на кухню — два килограмма кофе, чтобы я почувствовала себя как в Нью-Йорке. Но Ньют, я уже чувствую себя дома. — А как же… — Ньют посмотрел на Тину, намереваясь что-то спросить, но передумал и смущённо отвернулся, — ну, хорошо. Тина снова рассмеялась и поцеловала Ньюта. *** Ньюта тоже заманили в Министерство Магии, и он работал штатным исследователем магических тварей. И пусть на первый взгляд эта должность казалась скучной, Ньюту приходилось мотаться по всему миру, отыскивая неизученных созданий, и пытаться наладить с ними контакт. Порой Тину отправляли на задания вместе с ним, но чаще — одну и на совсем другой край света. Они месяцами жили вдали друг от друга, и, пока Ньют искал лунного койота в Австралии, Тина ловила беглого преступника в Индии. Зачастую они бывали в таких захолустных местах, куда не долетали почтовые совы, и Тина неделями не знала, жив ли Ньют. Сейчас она возвращалась домой в Лондон из Австрии, где поймала мага, заколдовавшего целую горную деревню и заставившего всех её жителей петь йодль до смерти. К счастью, авроры успели вовремя и обошлось почти без жертв. Пострадавшим стёрли память, но говорят, что они продолжали петь во сне. Тина знала, что Ньют вернулся три дня назад из Малайзии, где отыскал новый вид светлячка. Представители этого вида могли определять магические способности новорождённых, показывая разными цветами волшебный потенциал ребёнка. Министерство Магии ужасно заинтересовалось этими экземплярами светлячков и посылало Ньюта на их изучение в диких условиях уже третий раз. — Я дома! — объявила Тина, открывая дверь. В скромной лондонской квартире стоял странный запах гари. Тина молилась, чтобы это не оказался эффект от какого-нибудь нового домашнего любимца Ньюта. Из кухни валил чёрный дым, и Тине пришлось сотворить заклинание для его рассеивания. За дымом обнаружился кашляющий Ньют в голубом фартуке и с прихватками для горячего в руках. — Ньют? — удивилась Тина такой картине. — Всё в порядке? — Тина?! — мужчина вскрикнул от неожиданности и выронил то, что было у него в руках, на пол. — Боже, уже вечер? — Вингардиум Левиоса! — Тина подняла в воздух остатки сгоревшего пирога. — Что это? — Это должен был быть Малазийский Изрыгающий Пламя Пирог. Меня угощали им маги в Малайзии, и я хотел… ну, чтобы ты тоже попробовала. Но я что-то не так сделал. Прости. — За что ты извиняешься? — рассмеялась Тина. Кажется, смех женщины задел Ньюта, и тот отвернулся, взял со стола полотенце и начал протирать им столешницу без помощи магии. — Прости, — Тина подошла к мужчине сзади и обняла его, прижимая к столу и целуя в спутанные, пахнущие дымом волосы, — мне очень приятно, что ты хотел приготовить для меня угощение. — Ничего не получилось, и теперь… — вздохнул Ньют, — так по-дурацки себя чувствую. — Мы не виделись почти два месяца, — напомнила Тина, прижимаясь крепче к любимому, — разве стоит говорить о пироге?.. Ты в порядке? Не подхватил чихающую лихорадку? — Нет, не бойся, — Ньют развернулся между Тиной и столом и положил руки женщине на плечи, — наши простыни не придётся снова выжимать после моих приступов чихания. А ты здорова? — Даже стала здоровее после горного воздуха, — она потёрлась кончиком носа о нос Ньюта. Мужчина подался вперёд, и их губы встретились. Тина так соскучилась по томным, долгим и нежным поцелуям Ньюта, что ей показалось, будто они не виделись несколько лет. — Я люблю тебя, — прошептала Тина. — И я тебя, — улыбнулся Ньют. — Ты голодна? — Господи, да из тебя выйдет идеальный муж, — заметила Тина, касаясь голубого фартука мужчины. — Ой… — только и сказал Ньют. Тина прикусила язык. Они никогда раньше с Ньютом не обсуждали женитьбу, и сейчас слова вырвались из Тины непроизвольно. Впрочем, она и правда так считала. Более того, ей иногда казалось, что она уже замужем. Когда она торопилась домой, чтобы рассказать любимому о новых делах, поступивших в отдел авроров, или чтобы просто обнять его и отдохнуть, она словно бежала к дорогому мужу. — Я очень по тебе соскучилась, — тем не менее перевела тему Тина. На плече у Ньюта появилась маленькая зелёная лечурка и показала Тине язык, словно ревнуя Ньюта. — Она думает, что ты меня съешь, — объяснил Ньют, аккуратно снимая лечурку с себя. — Может быть, и съем, — Тина игриво лизнула подбородок Ньюта. — Может быть, я не против, — Ньют залился краской, как и каждый раз, когда пытался сказать что-то мало-мальски пошлое. Тина глубоко поцеловала Ньюта и потянула в спальню, надеясь, что там не успела свить гнездо какая-нибудь гигантская перуанская канарейка. — Осторожно, под кроватью спит камуфлори, — сказал Ньют, когда он уже оказался прижат телом Тины к матрасу. — Если он правда умеет видеть будущее, то пусть убирается, — заметила Тина. Тут из-под кровати вылезло существо, напоминающее примата с белой шерстью, и посмотрело на людей большими мудрыми глазами. Весело подмигнув Тине, камуфлори медленно вышел из комнаты. — Что это значит? — удивилась Тина. — Камуфлори помогают сделать правильный выбор людям, которым доверяют. Он показал тебе, что ты должна делать то, что задумала, — немного обеспокоенно ответил Ньют, с волнением глядя на любимую и сжимая её плечи. — Что задумала?.. А, к чёрту его! Тина захлопнула дверь спальни заклинанием и поставила защиту от магических тварей, помня, как часто те прерывали их на середине процесса. — Он мог обидеться! — возмутился Ньют, но Тина отвлекла его укусом в шею. — Ой! — Больно? — с сожалением спросила она, стаскивая с мужчины фартук. — Неожиданно… Тина целовала шею Ньюта, зная, насколько он там чувствителен. Одно прикосновение к ложбинке между ключиц — и он уже стонет и трётся бёдрами о Тину. — Я будто не видел тебя полгода, — признался Ньют, перебирая жёсткие чёрные волосы Тины, от которых ещё пахло морозной свежестью Альп. — Скажи, Ньют… — говорила Тина, пока расстёгивала пуговицы на его рубашке. — М? — тот закрыл глаза и наслаждался мягкими поцелуями женщины. — Ты трогал себя в командировке? — Трогал… Эй, в смысле?! — покраснел Ньют. — Удовлетворял свои желания? — пояснила Тина, недвусмысленно надавливая коленом на пах мужчины. — Хм, или мне подумать, что тебе кто-то помогал? — Да как ты… Тина, как ты такое можешь предполагать! — искренне возмутился Ньют. — Я просто шучу, — Тина чмокнула мужчину в губы. — Так что? Удовлетворял? — Ну… пришлось, — вздохнул Ньют, а потом с вызовом посмотрел на Тину. — Потому что дома мы чуть ли не каждый день… ну, ты понимаешь. И моё тело уже привыкло! Тина расплылась в улыбке от того, что Ньют до сих пор смущался произносить слова «секс» или «занятие любовью». Даже после того, как они целый год наслаждались друг другом отнюдь не в миссионерской позе. Ньют возмущался, что Тина постоянно заставляет его заниматься всякими извращениями, но она была горда тем, что если в начале их отношений Ньют считал извращениями даже простые оральные ласки, то он теперь под извращениями понимал уже магические секс-устройства различных назначений. И то некоторые из них ему уже перестали казаться странными. Тина мягко прикусила сосок Ньюта, и тот громко выдохнул, притягивая женщину плотнее к себе. — Ты такая тёплая, — сказал он, целуя её в лоб. — Неужели в Малайзии было холодно? — спросила Тина, опускаясь губами всё ниже. — Там не было тебя… Ох! Тина расстегнула ширинку брюк Ньюта и лизнула его наполнившийся кровью член через трусы. Она и сама была безумно возбуждена, но они с Ньютом были не такой парой, которая сразу приступает к главному блюду. Тина любила растянуть удовольствие и помучить любимого, чтобы тот начал изнывать от желания. Они окончательно разделись, помогая друг другу. Ньют аккуратно положил руку на грудь Тины, а та накрыла его руку своей, приободряя. Мужчина лизнул сосок Тины, а та зарылась лицом в его кудрявые волосы, пахнущие дымом. — Я так люблю тебя, — сказал Ньют, обнимая женщину за талию и прижимаясь к ней всем телом. — Я так боялся, что с тобой что-нибудь случится. И всегда боюсь, когда ты уезжаешь. — Я очень аккуратна, ты же знаешь, — прошептала Тина ему на ухо. Они на коленях голыми стояли на кровати, и женщина чувствовала, как возбуждённый член мужчины упирался ей в бедро. — Нет, — хмыкнул Ньют. — Ты всегда лезешь на рожон. — Хватит об этом, — решила Тина. Она уложила Ньюта на спину и перекинула ногу через него. Она села на его живот, и Ньют мог почувствовать, как возбуждена его любимая. — Ты снова решила меня мучить час? — то ли с радостью, то ли с опаской спросил мужчина, когда женщина стала неторопливо гладить руки и грудь партнёра. — Я правда очень соскучился. Тина подвинулась ниже и потёрлась вагиной о член Ньюта, слегка его касаясь. Ньют застонал и попытался придвинуться сильнее, но женщина приподнялась и прижала руки мужчины к кровати над его головой. — Ну, Тина! — с детской обидой хмыкнул Ньют. — А я очень соскучилась по тому, как ты просишь, — призналась Тина, снова садясь на Ньюта и чувствуя между ног, как пульсирует возбуждённый до предела член её возлюбленного. — Ты могла бы и сжалиться сегодня! — Ньют выгнулся под ней, не пытаясь освободить руки, и его лицо уже горело от румянца. Тина была уверена, что он наслаждается каждым мгновением. — Ещё чуть-чуть, — пообещала Тина, глубоко целуя любимого в губы. — Ну, пожалуйста, — попросил тот, пока Тина тёрлась клитором о его горячий орган. Без предупреждения Тина приподнялась и села на член Ньюта, так что тот даже вскрикнул от неожиданности. — Не так уж и долго мучила, — сказала любимому на ушко Тина и прикусила его мочку. Она и сама еле сдерживалась, так что не смогла бы дольше издеваться над любимым. Она быстро задвигалась на члене, чувствуя, как бьётся под ней Ньют, сбивая темп. Тогда Тина замедлилась, чтобы синхронизировать ритм, и Ньют привычно последовал за ней, слушаясь движений её тела и подстраиваясь под неё. Женщина с нежностью поцеловала в лоб своего милого послушного мальчика. — Я почти на грани, — признался Ньют. — Мне использовать заклинание? — спросила Тина, имея в виду заклинание, которое пережмёт основание члена Ньюта и не позволит ему кончить, пока женщина не отменит магию. — Не хотелось бы, — аккуратно ответил тот. — Оно не самое приятное. — Я поработаю над его более мягкой версией, — пообещала Тина и ускорилась. Ньют ахнул, а Тина, чувствуя, что тот вот-вот кончит, замерла и сжала мышцы влагалища, зная, как это нравится её любимому. Мужчина схватил её за плечи и попытался продолжить двигаться внутри неё, но Тина сжималась крепко, и Ньют стал медленно кончать, стоная громко, на грани срыва голоса. Тина знала, как заставить Ньюта забыть обо всём от оргазма, и это был один из верных способов. Женщина приподнялась, выпуская Ньюта из себя, и быстро очистилась изнутри магией. Однако Тина не собиралась позволять любимому наслаждаться блаженством, пока тот не позаботится о ней. Тина поднялась выше и поставила колени по обе стороны от головы Ньюта. Тот, ещё не отошедший от наслаждения, привычно положил ладони на бёдра любимой и притянул её ближе. За год совместной жизни Ньют стал мастером высшего разряда по куни. Тина была горда своим учеником, который сначала даже не знал, где у девушек клитор, а теперь мог довести любимую до оргазма за пару минут. Ньют поцеловал Тину между ног и нежно провел языком между половых губ. Он зачерпывал густую смазку из влагалища любимой и размазывал её вверх до клитора, делая так промежность женщины ещё более чувствительной. Ньют обхватил клитор губами и стал посасывать набухший бугорок, вызывая у женщины стоны и желание сейчас же грубо схватить за его волосы и самой кончить. Но Тина сдержалась, и Ньют продолжил вытворять невероятные вещи языком и губами. Он то делал язык жёстче, то мягче, то гладя, то надавливая на самые чувствительные места Тины. — Я сейчас кончу, — сказала Тина, опираясь руками на кровать над головой Ньюта и почти ложась пахом и животом на его лицо, выгибая спину. Мужчина обхватил клитор губами и стал интенсивно сосать и ласкать его языком, зная, что так Тина кончит сильнее всего. Почти сразу женщина почувствовала волны накатывающего оргазма и, не сдерживаясь, вдавила любимого в кровать, двигаясь бёдрами навстречу его языку. На ярчайшем пике наслаждения Тина вскрикнула, и Ньют отстранился. Когда женщина расслабилась, он легонько поцеловал её с внутренней стороны бедра, а затем легчайшим нежным движением прошёлся по половым губам девушки. Он знал, что после оргазма Тины он должен касаться её лишь кончиком языка и целовать между ног так нежно, что прикосновение кажется едва ощутимым. Это будто продлевало томное наслаждение любимой. Тина легла рядом с Ньютом, теперь такая же удовлетворённая и уставшая, как он. — Спасибо, — сказала она, целуя любимого в лоб. Мужчина накрыл их обоих пушистым одеялом и почувствовал, что готов вот-вот провалиться в сон. Тина прижала Ньюта к груди, чувствуя то же самое. — Тебе спасибо, — улыбнулся тот, целуя Тину в грудь. — Мы это… — женщина хотела что-то сказать, но путалась в сонных мыслях, — пойдём ужинать? — М-м-м, — сонно отзывался Ньют, — давай завтра. — Но завтра же придётся уже… завтракать? — засомневалась Тина, неторопливо перебирая кудри Ньюта. — Да?.. Ну ладно, — тот плотнее прижался к женщине, обнимая её за талию и устраивая голову на её груди. Тина заключила в объятия плечи мужчины и зарылась лицом в его волосы. Она была счастлива наконец оказаться дома. То ли во сне, то ли в полусне Тине померещились мерцающие загадочным блеском глаза камуфлори, видящего будущее. «Что же он мне подсказывает?» — задумалась Тина, вспоминая доброе подмигивание белого магического создания. Тут Тине вспомнился неловкий разговор с Ньютом на кухне, когда она нечаянно пошутила про идеального мужа. Неужели камуфлори намекал именно на это?.. — Ты станешь моим идеальным мужем? — тихо спросила Тина. Как она и ожидала, Ньют уже посапывал, и его грудь равномерно вздымалась. Иногда он видел страшные сны и тогда сильнее прижимался к любимой, что-то бормоча сквозь дрёму. Но обычно он спал тихо как мышка, согревая Тину, даря ей уют и ощущение того, что она наконец-то дома. Дома, где её любят и оберегают. — Молчание — знак согласия, — решила Тина, поцеловала уже почти мужа и уснула.