Анжелика в Средиземье.

      Ороферу и Трандуилу, с горы, было, очень хорошо, видно, как воинство нолдор, дунэдайн и наугрим вступило в бой с врагами. Но на их фланге, пока, все было спокойно. Гил-Галад не просил помощи, потому лесной король спокойно смотрел, что будет дальше. Пока его дозорные не закричали о том, что из Клыков Мордора, на них движется орочья рать.       Орофер осознавал, что основная масса его армии плохо защищена, вооружена луками и экетами. Так что он не сможет встретить врага, как нолдор и дунэдайн, фалангой. Остается надеется, только, на элиту своего войска, рыцарей синдар, что прошли с ним, вместе, Войну Гнева. Король, спешно, выстроил конный заслон, который прикрывал лучников. Пока было возможно, лесные эльфы обстреливали наступающих врагов из луков. Затем, по сигналу Орофера, конные рыцари пошли в наступление. Орки дрогнули и бросились бежать к Клыкам Мордора. Орофер приказал не преследовать их, так как, сами, эльфы могут быть расстреляны из вражеских башен.       Так что, первую атаку врагов, центр и правое крыло, пережили с минимальными потерями. А вот голодрим Амдира не повезло, они несли большие потери в Мертвых Топях. Кхамул и его подручные топили несчастных эльфов в зловонной жиже болота. Амдир посылал гонцов, к Гил-Галаду с просьбой о помощи. Но никому, из них, не удалось выйти из окружения. Король Лотлориэна остался один на один со смертью.

<center>***

</center>       Я завидовала Мэлдилю и его острому эльфийскому зрению. Он, издалека разглядел, что на центр нашего войска движется конница истерлингов и боевые колесницы. Зато, я услышала, как содрогалась земля, под топотом множества лошадиных копыт. Боже, они сметут фалангу. Но первый удар истерлингов нолдор и дунэдайн выдержали. Хотя бешеные кочевники перепрыгивали воинов нолдор, пытаясь протиснуться в ряды противника, посеять панику и расстроить их. Конница нолдор, дунэдайн и боевые колесницы наугрим, запряженные козлами, вступили в бой. Я старалась не выпускать из вида Гила, благо, его сверкающие доспехи и белый плюмаж на шлеме были видны издалека. К сожалению, видны они были не только мне. Враги рвались к королю нолдор, падали эльдар из его свиты. Но Гил был неподражаем. Из всех эльфов, он был самым лучшим воином, вокруг него росла гора убитых врагов.       Людская фаланга Анариона, тоже, не выдержала натиска истерлингов, в бой вступили конники Элендиля и Исильдура. Последний был лучшим бойцом среди дунэдайн. Когда, под ним, пал конь, он продолжил сражаться пешим, орудуя длинным мечом и коротким экетом. Мне король Гондора напомнил берсерка.       Гномы, тоже, яростно сражались с врагами, их маленькие, но юркие, колесницы выводили из строя, более, громоздкие колесницы истерлингов. Самым яростным бойцом был сам король Дурин Бессмертный. Под ним пал его боевой хряк. Он сражался пешим, огромной секирой, которая была, чуть ли, не с него ростом, проламывал головы врагам.       О, ужас, под Гилом пал Аватар. Но мой король ловко спрыгнул с него, во время падения, продолжая колоть противников Аэглосом. В окружении короля были потери, среди них, бедняга Галдин. Но Гила и Эла, видимо, хранили Валар.       Леди Артанис сражалась огнем, льдом и магией мертвой руки. Ее муж, Келеборн, со своими воинами, прикрывал жену, не позволяя врагам нанести удар по волшебнице, в минуты, когда она была наиболее уязвима, когда, например, формировала в руке магический огненный шар, требовавший больших затрат ее энергии.       Под Элом и Элендилем, тоже, пали лошади. Они продолжили сражаться пешими. Кони мерли еще быстрее, чем люди и эльфы. Неимоверными усилиями враг был отброшен.

<center>***

</center>       На позиции Орофера и Трандуила, тоже, стало жарко. Против них выступила мощная фаланга нуменорцев. Лесные эльфы стали нести потери. Орофер решил прорвать строй нуменорцев своей конницей. С неба на нандор налетели назгул под предводительством Гельминкара. Истошные, сводящие с ума вопли наполнили воздух. Кольценосцы налетали на эльфов, их ястребы хватали воинов и даже конников, поднимали вверх и сбрасывали с горы. Среди нандор началась паника. Орофер решил поддержать боевой дух своей армии и закричал во всю мощь своих легких: — Эльфы Зеленолесья, не бойтесь крылатых тварей, затыкайте уши! Вы, мои лучшие воины, что пошли за мною из Дориата и прошли ужасы Войны Гнева, неужели, убоитесь, каких-то птиц переростков?! Вы, кто сражался против великих драконов Севера, кто видел чудовищного Анкалагона Черного, дрогнете сейчас?! Их можно убить простой стрелой и отрубить голову!       Трандуил потерял лошадь и сражался пешим, орудуя двумя мечами. Он двигался быстро и уверенно, ведь когда-то он был одним из любимых учеников, самого, Эонвэ. Конечно, до скорости майа ему еще далеко, но, проклятые, смертные не смогут ему противостоять. Удар, подсечка, снова удар, кого-то отшвырнул ударом кованого сапога от себя. Трандуил орудовал мечами механически, почти, не думая, точнее, думал он о другом: о том, что надо убедить отца нанять, так нелюбимых им, наугрим, чтобы вооружить воинов Зеленолесья и выковать им доспехи, наподобие нолдорских.       Ценой невероятных усилий и потерь Ороферу удалось отбить натиск назгул и черных нуменорцев. Он даже не стал просить помощи у короля нолдор.

<center>***

</center>       Тем временем, Саурон бросил на центр новое войско: орки, гоблины, гномы из клана камненогов и мумаки харадцев, а также харадскую фалангу с воинами пустыни. У людей и нолдор осталась небольшая группа тех, кто сохранил своих коней, в их рядах были: Новэ Кирдан, Глорфиндел, Артанис и Келеборн.       Я содрогнулась, глядя на новую армаду, наступающую на наших, уже порядком, измученных воинов. — Леди Валарин, может уйдете в шатер? — предложил мне Мэлдиль. — В этом нет смысла. Если враги прорвутся ты с дюжиной воинов не защитишь меня. Я хочу все видеть своими глазами. Хочу видеть моего короля, — ответила я.       Гил очень устал, наверное. Сейчас он стоял, опираясь на свое копье. Эл собирал вокруг короля оставшихся в живых нолдор дома Финголфина и Имладриса. Среди павших, из знакомых мне, был и лорд Корко, тот, что привел гномов, бедняжка леди Миримэ не дождется своего возлюбленного. Они стояли в ряд, те, кого я знала, лично: Гил, Эл, Эрестор из Имладриса, король Арнора и два его сына, гондорские короли, внук Элендур. На лошадях гарцевали: Новэ, Глорфиндел, Артанис, Келеборн. Смешались эльфы, люди, гномы. Теперь, они сражались и умирали, вместе, нарушив, первоначальный, красивый строй.       Снова, лавина врагов обрушилась на, потрепанные, ряды союзных войск. Замелькали глефы, копья, мечи, молоты и орочьи сабли. Снова, курган из убитых тел, рядом, с Гилом и неистовым Исильдуром. От них старались не отставать Эл, Глорфиндел, Новэ, Эрестор, Элендиль, Анарион и Элендур.       Приближались мумаки. Дурин Бессмертный послал против них, оставшиеся на ходу, после сражения с истерлингами, гномьи колесницы с, острыми, шипами на колесах. Наугрим переругивались со своими противниками, гномами из другого клана, что примкнул к Темному Властелину. Были слышны обвинения в предательстве, с обеих сторон. Гномы проезжали между ног мумаков, стараясь ранить их шипами от колесниц и своими мечами, перерезая сухожилия, чтобы чудовища рухнули на землю. Глорфиндел поддержал наугрим, собрав вокруг себя тех, кто сохранил лошадей. Скача, между ног мумаков, всадники заваливали харадских монстров.

<center>***

</center> — Аран! — обратился Элронд к верховному королю. — Пора просить помощь у наших флангов! — Пошли к ним гонцов! — ответил нолдоран.

<center>***

</center> — Эрейниону Гил-Галаду нужна наша помощь, сын, — сказал Орофер Трандуилу. — Что ж, мы придем на помощь королю нолдор, хотя он и поставил нас еще в то пекло, а утверждал, что, вряд ли, здесь будет жарко.       Конница синдар обрушилась на врага с горы.

<center>***

</center>       А вот загнанный в Мертвые Топи Амдир, сам, отчаянно, нуждался в помощи. Об этом было доложено Гил-Галаду. — Я приду на помощь Амдиру и Амроту, — вызвалась леди Артанис. — Барлог побери, Амдира! — закричал, с досадой, нолдоран. — Я приказывал ему удерживать позицию, а не соваться в топи! Артанис, я пойду с тобою! Воинов Келеборна, слишком, мало, вы не поможите своим друзьям и сгините сами! Элронд остаешься, здесь, за главного, Новэ поддержит тебя! Не смейте бросать людей! Орофер идет к вам на помощь!       Нолдор дома Финголфина и Глорфиндел пошли за своим королем и леди Артанис.

<center>***

</center>       Неужели, он не выйдет с этой бойни живым. Амрот видел, как пал отец, враги затоптали его стяг в грязь. Отбиваясь от, наседавших, нуменорцев, принц, хотя теперь уже король Лотлориэна, думал о своей возлюбленной Нимродель. Как она права, потому что не любит войну. Как он хотел бы оказаться, сейчас, далеко от этого места. Нимродель, неужели, он никогда не увидит ее, больше. Так и останется лежать в мутной воде, невидящими глазами, смотря в небо. Бедная, нана, потерять сразу мужа и сына. — Берегитесь, мой король! — прокричал воин из Лориэна, Хаталдир, кажется, так его зовут. Он, во время, пришел на помощь Амроту, того чуть не проткнул нуменорец.       Послышались звуки нолдорских рогов. Это Гил-Галад шел на помощь остаткам лориэнской армии. Артанис превратилась в столб огня, сжигая врагов, на, своем, пути. Кхамул и другие кольценосцы атаковали эльфов сверху. Но, неожиданно, пришла еще помощь в лице великих орлов Манвэ. Они разогнали чудовищных птиц назгул.       Даже звери пришли на помощь союзникам. Огромные беорны атаковали троллей, что пытались перехватить инициативу в свои лапы, после поражения мумакил. Ценою невероятных усилий и множества смертей удалось выиграть битву на поле перед Барад-Дуром. Больше Саурону некого было бросить в бой. Битва вошла в историю Средиземья, как Дагорлад.

<center>***

</center>       Эльфийские короли обходили поле битвы, с горечью, рассматривая изувеченные тела, своих, поданных, тех, кто должен был жить вечно, но погиб, защищая свободу народов Средиземья, на поле Дагорлад.

<center>***

</center>       Гил вернулся в свой шатер поздно ночью, уставший и печальный, не смотря, на одержанную победу. Его одежда и лицо были заляпаны кровью и грязью. Заметив, в моих глазах, ужас, он постарался успокоить меня: — Анжелика, со мною все в порядке. Это не моя кровь.       Не раздеваясь, он завалился на походную кровать, горькая складка пролегла на его лбу. Мой король устал, смертельно устал. Я намочила платок в воде и принялась стирать с его лица вражью кровь, Гил, даже, не шевелился. Я наклонилась и поцеловала его. Он, ласково, провел рукою по моей спине. — Мы победили, милая, победили, хотя победа досталась нам дорогой ценой. Думаю, мне еще ткнут завтра, на совете, этим в лицо. — Ты самый лучший король на свете, — сказала я своему жениху. — Не обращай внимание на Орофера. — Может он прав. Может воин я лучше, чем главнокомандующий, — с горечью, в голосе, сказал Гил. — Не знаю, как воин, но, как человек, ты замечательный, — поддержала я возлюбленного. — Ты пришел на помощь к Амроту, когда сам, отчаянно, нуждался в подкреплении, спас его. — Но Амдира не успел. — Он сам ослушался твоего приказа. Гил ты лучший король и мужчина, — с этими словами, я поцеловала его, не дав ему мне, возразить.