See You Again

Они сыграли свадьбу на второй год после окончания университета. Всегда хмурого и безэмоционального Сехуна было не узнать. Как удивительно, что с человеком может сделать любовь. Сохи вернула парню краски жизни, которые он потерял вместе со смертью родителей в 11 лет. Он долго не мог привыкнуть к взбаламошной, шумной и такой искренней девушки, но вскоре сдался и его сердце оттаяло. Сехун быстро вошел в семейный бизнес, сменив деда и став директором крупной строительной фирмы. Сохи в свою очередь, стала учителем младших класов. Жизнь шла слишком идеально, чтоб казаться реальностью. Долгие прощания по утрам и жаркие приветствия по вечерам. Всё слишком замечательно и почему-то, девушка этого боялась. Всё началось, когда они отпразнували её 26-й День рождения. Сначала, странная женщина, которая схватила её посередь магазина за руку и предупредила, что девушка скоро умрёт. После, глупые сны и гнетущее предчувствие чего-то плохого. Она корила себя за свой глупый характер и привычку из ничего делать проблему, старалась не думать о плохом, но всё равно, втайне от Сехуна, прошла внеплановый медицинский осмотр. Врачи уверили, что девушка в полном порядке и причин для беспокойств нет. Уже на выходе из больници, Сохи вежливо пригласили пройти соцопрос на тему "Завещание органов, в случае непредвиденной гибели". До этого, она и не задумывалась, насколько это важно для других, но уже через неделю, вернулась обратно и дала письменное согласие на трансплантацию собственных органов в случае смерти. Время шло. Девушка уже забыла о прошлых страхах, опять мирно засыпая под тёплым боком Сехуна. ••• Сегодня, 25 октября и у её класса выступление, а после сладкий стол. Девушка ещё перед сном предупредила мужа о том, что задержится на роботе. Пусть на улице и была пасмурная погода, но день не обещал ничего плохого. После окончания выступления, дети весело бегали по залу, параллельно поедая сладкие угощения. Уже ближе к вечеру, Сохи устало села в автомобиль и плавно двинулась домой. Город медленно зажигался искусственными огнями и всё действительно было бы хорошо. Она спокойно доехала бы домой, еслы б не усталый дальнобойщик, который не спал уже третьи сутки. Если бы он тогда остановился, но нет. Мужчина сонно зевнул, но всё же помчался по перекрёстку, поздно замечая движущийся мини купер. Вечер ещё только начался, небо не успело потемнеть, но Сохи так ясно видела свет фар слева от себя, что подумала, что её глаза сейчас сгорят от такой яркости. И эта вспышка света, стала последним, что увидела девушка перед тем, как закрыть глаза. Один..... Два.... Три.... Три на ниточке.... Три на волоске.... ................... конець............. - Мистер О Сехун?- Ровно в 8 вечера прозвинел мобильник Сехуна, чтобы в считаные секунды разрушить его мир. - Да, я слушаю! - Вас беспокоит врач неотложной помощи главной городской больници!- Чужой, железный голос, заставил вмиг напрячься и быстро выйти из-за робочего стола.- В автомобиль вашей жены врезался грузовик. Сейчас, она находиться у нас. Нужно, чтобы вы приехали... - Что с ней?- Судорожно спросил парень, мысленно моля Бога, чтобы с любимой всё было хорошо. - Мистер О, мне жаль, но нам не удалось её спасти... И всё... Туман. Он никогда не вспомнит, как добралься до больници. Не вспомнит, что говорил ему врач. Но навсегда запомнит её руку, свисающую с кушетки и серую, почти синюю кожу. - Из-за черепно-мозковой травмы, ваша супруга скончалась на месте. Мне очень жаль.- Глубокий вдох.- Мистер О, ваша жена завещала свои органы. Нам удалось запустить её сердце и пересадить другому человеку. Мистер О...- Сехун ослаб, суетливым взглядом бегая по стыкам кафельного пола. Внутри, словно стягивалась тяжесть. - Вам нужно забрать личные вещи супруги и подготовиться к похоронам.- Он опустил голову, и сильно сжал её руками. Что теперь? Куда дальше и нужно ли вообще? Может это сон? Точно, сейчас он проснётся и всё будет как раньше. Сохи опять разбудит его, опять будет ворчать, что они проспали... Но шли минуты, плавно переходя в часы. Никто никого не собирался будить... - Сохи... Сохи, очнись! Я прошу тебя!- Он стоял возле бездыханного тела, заботливо укрытого простынёй. Он не видел её лица, он боялся его увидеть. - Сохи, это не смешно. Ты слышишь? Идём домой. Хочешь, я буду сам убирать квартиру и готовить... Сохи...- Тяжелые рыдания эхом разбежались по холодному коридору.- Малыш, я умоляю тебя... Не бросай меня... Он возвращается в их квартиру, утром следующего дня. Только открыв дверь, Сехун замирает, не в силах справиться со своими чувствами. Рука сама по себе тянется к тому месту, где расположено сердце, и сжимает мягкую ткань рубашки. Больно. Невыносимо. Будто кто-то безжалостно и без наркоза вспарывает ржавым гвоздём грудную клетку и навсегда забирает сердце, оставляя жалкую оболочку. Подобие человека. Ещё не мёртв, но уже точно не жив. Сехун свободной рукой опирается на дверной косяк в попытке удержать равновесие, потому что ноги уже еле держут, а сознание атакуют так не вовремя вспомнившиеся слова, услышаные прошлым вечером, кажется, в совсем другой жизни. В квартире пусто, тихо, страшно. Ещё вчера, в это самое время, смысл его жизни спал рядом. И если б он только знал, если б мог предвидеть... Больно... Он боится проходить вглубь квартиры, поскольку та вся ещё дышит его Сохи. На кухне - запах её любимого чая и её любимые мятные конфеты, в спальне - аромат её духов. Даже ванная комната, ещё крепко держит запах её геля для душа. Приложив неимоверное количество сил, Сехун делает самый трудный шаг за все свои 27 лет, окончательно заходя в квартиру и прикрывая за собой дверь. Он не видет нужды запирать её на ключ и не боится, что из-за этой беспечности может что-нибуть произойти. Плевать. Возможно, он будет даже рад такому исходу. Лучше чтоб всё закончилось как можно быстрей, чем мучиться и дальше. Хуже в любом случае уже не будет. В один момент ему стало наплевать на всё вокруг. На себя в первую очередь. Зачем жить, если больше нет смысла просыпаться по утрам? Зачем радоваться каждому новому дню, если главной радости всей жизни, больше нет? Есть ли хоть одна причина оставаться сильным и начать играть в жизнь, потому что быть настоящим больно? Сехун не находит ответов на эти вопросы, сколько бы ни старался. Одна случайная неосторожность лишила его абсолютно всего, что было важно. Радости. Любви. Будущего. Самого лучшего человека на всём белом свете. Мир потерял все краски в один миг. Похороны проходят быстро, а может и медленно. Он не помнит. Трижды теряя сознание и трижды в голос проклиная всё на свете. В первую очередь ЕЁ. Брошенный за короткую жизнь уже во второй раз, Сехун начинает напоминать тень, которую трудно различить в толпе. Он ничем не выделяется, его сопровождает лишь отрешённость от всего. В его глазах больше не увидеть искорок счастья, смеха. Все его действия скорее автоматические, нежели осознанные. За всё время отсутсвия владельцев, квартира не проветривалась и даже не приводилась в порядок, из-за чего родной запах так и остался парить в воздухе, а вещи, брошенные в спешке, так и лежали на кровати, возвращая Сехуна в прошлое, где она ещё жива. Где всё было хорошо. Будто Сохи вот-вот должна вернутся с работы, и заполнить режущую слух тишину своим звонким смехом, осветить пространство неповторимой улыбкой с глубокими, как боль Сехуна, ямочками на щеках. Сердце болезненно сжимается, а дыхание сбивается. Сехун сам не понимает, чего желает больше всего: утонуть в обожаемом запахе, или открыть окно, дабы к чертям избавиться от него, чтоб не причинял сильнейшую боль. Это же так легко. Однако тело просто не слушается. Он просто остаётся медленно умирать. Прошло три месяца. Три месяца назад она ушла. Именно так, он всегда и говорит. Не умерла, а просто ушла. Три месяца они не виделись. И больше никогда не увидятся. Сехуну хочется вырвать сердце, разодрать лёгкие, порвать перепонки, лишь бы перестать чувствовать. Этого слишком много. Но он не может. И осознание своей беспомощности слишком больно бьёт. Ноги подкашиваются, он опадает на пол, и, свернувшись калачиком, кричит. И кричит он до тех пор, пока на смену гневу не приходит онимение, и волны пота застилают лоб, стикая вниз по шее под одежду. Когда он открывает глаза, Сохи по-прежнему нет рядом. Стены давят так сильно, что крушат лёгкие. Просто душат. Слишком много слов он не сказал ей, слишком многое не сделал. Нужно было больше её обнимать. Нужно было больше её целовать. Больше говорить «я люблю тебя», ведь в ответ он обязательно услышал бы «я тебя тоже». Сехун слышит издевательскую трель дверного звонка и с глупой надеждой бежит на звук. – Простите... – Нет, это не она. Чужая, совсем не знакомая женщина с виноватым выражением лица, смотрит Сехуну прямо в глаза. – Я – мама, одного из бывших учеников вашей жены. Это диск с того дня... Там ваша супруга... Я подумала, может вам будет интересно... Извините... – Она видит чужую боль, чувствует прямо своей кожей и понимает, что её приход был глупостью. – Спасибо... – Он берёт диск, после чего закрывает дверь. Он чувствует тошноту, когда на обложке видит фото улыбающийся Сохи в куче мелких детишек – её последнее фото... Превозмогая боль, он подключает DVD - проигрыватель к давно забытой плазме и вставляет диск в нужный отсек. Голос Сохи в перемешку с глупой детской песней, моментально заполняет всю комнату и, глотая горячие слёзы, Сехун никак не может оторвать глаза от экрана. – Господи... – В безмолвном крике, рыдает парень, уже безчисленный раз пересматривая запись.