Life

      «Жизнь — слишком трудная штука… Она не стоит всего этого. Никто ничего не значит, все это лишь иллюзия.» POV. Я лежал на твёрдой больничной койке. После того как я 9 раз воткнул в себя нож, мои родственники забеспокоились и отправили меня в какую-то недо-психушку. Здесь можно было свободно ходить в туалет, без присмотра смотрящих и охраны. Это было крайне небезопасно, честно говоря. Скорее всего, это было удивительное везение, что я выжил, ведь я ударял очень усердно. А ещё двойным везением то, что это была моя вторая попытка суицида. После повешания. Тут веяло неприятным запахом спирта и медикаментов. Со мной лежали ещё пара маразматических бабушек, наверняка шизофреничек. Зашла медсестра и вколола одной из бабушек какую-то странную серебристую жидкость. Прямо в ягодицу. Мерзко. Я отвернулся. Другая Бабушка молилась иконе. Ха, они серьезно верят, что через эти картины можно связаться с Богом, которого нет? Забавно. Даже если он существует, то он уже забил на все человечество. Почему нельзя было просто сделать всех нас счастливыми? Почему он заставляет нас страдать? Но его нет. Люди прибегают к нему тогда, когда у них начинаются проблемы. Но в другое время они могут его презирать и вовсе забыть. Такие ситуации часто происходили и со мной.       Честно говоря, мир людей был гнилой. Моя душа под влиянием людей тоже начала саморазрушаться… С каждым днём я чувствовал себя все хуже и хуже. Нет, я не был более депрессией. А может и был. Я не разбираюсь в этом, хотя когда-то и хотел поступить на психолога. Я… Потерялся в этом огромном мире людей. Я был всего каплей среди этого огромного моря. Загрязнённого моря…       Весь мир казался лишь иллюзией. Мы сами ставили для себя рамки, придумываем несчастные правила. Это как выбрать путь, гумманитария или же технаря. Наше человечество ушло в какую-то сторону, но оно могло развиваться и в другую сторону... Кто его знает. Мои сравнения жалки, но довольно понятны. За время, проведённое тут, я осознал, что прошлое легко вернуть. Достаточно лишь таить в своей душе воспоминания о прошлом... И ты легко вернёшься туда. Это всегда было великолепно. Парень огляделся. Вечная суета, никто даже не захочет смотреть на такого мальца. — Эй, Минор, ты куда? — окликнула парня Бабушка. — В туалет, Матильда. — Минор положил руки в карманы и пошёл на верхний этаж, на крышу. Прохладный воздух сразу-же с силой дунул в лицо. Свобода ветра всегда воодушевляла парня. Тот с уверенностью направился к краю... Один шаг. Этот мир задавил его.