История нашей дружбы

В течении дня я несколько раз заходила к Цукино, но она всегда спала (или делала вид, что спала). Мы с Джедом немного убрали у неё в квартире, я приготовила ужин. Вечером, как и обещала, на пол часа забежала Ами. Она почти все это время провела у Усаги, а когда вышла дала нам кучу указаний и первое было, чтобы она поела хоть что-то, даже если придется запихнуть в неё еду силой. На ужин она не осталась, сославшись на то, что через пару часов прилетит Тайки с гастролей и ей нужно еще навести порядок. Как только дверь за Мицуно закрылась я услышала слабый голос из спальни: — Рей… Я сразу кинулась в комнату и когда забежала увидела, что Цукино сидит на своей кровати. Выглядела она ужасно — казалось, что она все стала тусклой, безжизненной. Лицо было неестественно бледным, а под потухшими глазами синели огромные синяки. Усаги попыталась улыбнуться, но эта улыбка была очень неестественной. Мое сердце было готово разорваться при виде моей подруги, но я сдержалась и просто подошла к ней и крепко обняла. Усаги прижалась ко мне и я почувствовала, что она сильно похудела. — Ты нас так напугала, — только и смогла сказать я, гладя Цукино по голове. — Извините меня, — тихо произнесла Усаги, не поднимая головы. — Главное, что сейчас мы с тобой и все будет хорошо. Моя подруга кивнула и ещё сильнее обняла меня. Не знаю, как долго мы просидели, но тишину нарушил Джед, когда зашел в комнату с подносом, на котором стояли две тарелки супа. — Вам нужно поесть, — сказал Джед и протянул нам поднос. — Я не хочу, — начала было Усаги, но парень перебил её. — Мы обещали Мицуно, что покормим тебя. Если будешь отказываться, то еду затолкаем силой. Поэтому будь хорошей девочкой и съешь хоть что-то. По лицу Джеда было понятно, что он не шутит и Цукино молча взяла тарелку в руки и начала медленно есть. Я последовала ее примеру, а когда мы доели, отнесла тарелки на кухню. Джед разложил диван в гостиной, включил фильм и даже нашел у Усаги заначку, в виде огромной пачки чипсов. Я улыбнулась и подошла к Айто. — Чтобы я без тебя делала, — с этими словами я чмокнула парня в щеку. Джед заурчал, как довольный кот и оторвался от голубого экрана, чтобы поцеловать меня в ответ. — Иди к Усе, вам нужно поговорить. А если она не захочет, то не дави на неё, а просто будь рядом. — Ты лучший! — За это ты меня и любишь. — засмеялся Джед и поцеловал меня. Я вернулась к Усаги, которая все также сидела на кровати, грустно опустив голову. Мне хотелось расспросить у неё, что случилось, но я понимала, что она должна рассказать все сама и я готова была ждать, пока она сама не начнет говорить. — Рей… — начала подруга, когда я села рядом с ней и взяла за руку. — Мы с Мамо-чаном… — Не говори, если тебе сложно. Завтра поговорим. — Нет, я хочу тебе рассказать. Приехав в Америку, я сразу принялась планировать свадьбу, хоть и видела, что с Мамору что-то не то. Он был со мной постоянно рядом, улыбался, держал за руку, но как будто был мыслями где-то далеко. Я сначала подумала, что он обижается из-за всех статей в газетах, в которых нас с Сейей уже поженили, но он все отрицал. Все было в порядке, но на душе у меня было не спокойно. Как-то я пришла к нему в больницу на обед. Мы сидели разговаривали, когда к нам подошла девушка. Мамору представил её, как Сецуну Мейо, свою коллегу. Они улыбались, обсуждали пациентов и внезапно до меня дошло, что Мамору весь светится изнутри. И я все поняла… по взглядам, которыми они смотрели друг на друга, по интонациям, по фразам. Пару дней я пыталась сделать вид, что ничего не заметила, но чувство ревности и неизвестности съедало меня и я решилась поговорить с ним. Я спросила, почему он не принимает участие в подготовке к свадьбе, неужели он не хочет жениться. Но Мамо-чан сказал, что он очень хочет, но в последнее время так устал, что не остается сил не на что. И тогда я завела разговор о Сецуне, чтобы убедить себя, что мне все показалось… но то, с какой нежностью говорил о ней расставило все точки над i. Я спросила прямо, как Мамору относится к Сецуне, на что он рассмеялся, но я не отставала. А потом Мамо-чан погрустнел и сказал, что он запутался. Мы с ним так давно мечтали и планировали нашу свадьбу, так давно знаем друг друга, что он не может представить свою жизнь без меня. Но когда он познакомился с мисс Мейо, то все перевернулось — в сердце у Мамору появилось новое чувство, которое он раньше не знал. Это было что-то совсем другое, чем-то, что он ощущал рядом со мной. Когда она рядом, он забывает обо всем вокруг. Он любит меня и любит её, но это разная любовь: меня он хочет защищать, оберегать, как маленького котенка, сестренку, а рядом с ней он хочет быть мужчиной, партнером. Мамору не говорил никому о своих чувствах, он думал, что когда я приеду к нему и мы наконец-то сможем быть вместе все встанет на свои места, но этого не произошло. Я все это выслушала и сказала, что мы переросли нашу любовь, наше детское чувство. Я предложила ему расстаться, чтобы мы не мучили друг друга. Мамору не сразу понял меня и принял мое предложение, но когда мы все обсудили он согласился, что мы стали друг другу братом и сестрой. Следующие несколько дней мы провели вдвоем, обсуждая все на свете — нам было так легко и хорошо друг с другом, как никогда до этого. Но когда я оставалась одна, то готова была на стену лезть — мне было ужасно больно, я физически чувствовала, как сердце разбивалось на части. Не выдержав, я поменяла билеты и вернулась домой раньше, чем планировала. Я никому ничего не говорила потому, что хотела побыть одна. — Усаги, но это же глупо. Ты знаешь, что я всегда поддержу тебя, да и не только я. — Знаю, но у всех своя жизнь. Не перебивай, — резко сказала Цукино, когда заметила, что я пыталась ей что-то возразить. — Харука и Мичиру в путешествии, у Минако проблемы с отцом, им не до меня сейчас. А у вас с Джедом планирование свадьбы и куча своих дел, поэтому я не хотела втягивать вас в свои проблемы. — Ну и дура, — все же вырвалось у меня. — Может быть. — согласилась Уса и продолжила. — Прилетев обратно, я сразу пошла в бар, который мне показал Сейя. Там строгий фейсконтроль, нет журналистов — в общем, идеальное место для того, чтобы напиться. Почти неделю я ходила туда каждый день, напивалась до беспамятства, приезжала домой и тоже продолжала пить. Одним утром я проснулась, опять не помня, как я вернулась домой и испугалась — я вспомнила, что со мной было в подростковом возрасте и подумала, что отец, Минако и Шинго не заслуживают опять переживать то, что они пережили тогда. С большим трудом я вылила остатки алкоголя в раковину и просто заперлась дома, никуда не выходя. Я не могла спать, не могла есть. Не знаю, как долго это продолжалось, но очнулась я сегодня, когда меня приводили в чувство Ами и ее коллега. — Ты мне не отвечала и я сильно переживала. Джед связался с Джибой и тот ответил, что вы расстались и ты улетела пару недель назад. Мы сразу поехали к тебе и нашли без сознания. Сначала я подумала, что ты пыталась… — я не могла закончить фразу до конца, ком подступал к горлу, — но Ами сказала, что не похоже… — я еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться, а сама Усаги сидела спокойно, несмотря на то, что она была плаксой. — Когда я просыпалась, после похода в клуб, я думала о суициде. Но также я думала, что не могу это сделать — у меня есть ради кого жить, я должна прожить жизнь достойно, прожить жизнь за двоих… Я опешила от этих слов, ведь Усаги не говорила о жизни за двоих после того рассказа о своем прошлом, в первый день нашего знакомства. Мы молча сидели, держась за руки, думая каждая о своем. Я пыталась представить, а что бы делала я, окажись на месте подруги, но кроме скандала ничего в голову не приходило. Я поражалась и восхищалась силой духа Усаги — она смогла отпустить Мамору, отпустить с чистым сердцем: без обид, без оскорблений, а с пожеланием счастья своему любимому человеку, пусть даже с другой. Цукино потянулась за таблетками, которые Ами оставила на тумбочке. — Мне это нужно выпить, чтобы я могла заснуть? Я кивнула, подала Усаги лекарство и воду и проследила, чтобы она его выпила. Когда у подруги начали закрываться глаза в дверь позвонили. Сказав ей, чтобы ложилась спать, я пошла открывать дверь. Проходя мимо гостиной я заметила, что Джед уже крепко спит, а часы показывают пол первого ночи. «Кого могло принести так поздно?» — промелькнуло у меня в голове. Подойдя к двери я посмотрела в глазок и увидела там того, кого точно не ожидала увидеть — перед дверью Усаги нетерпеливо топтался Сейя. Я открыла дверь и жестом пригласила певца войти, показав ему, чтобы он вел себя как можно тише. — Ты что здесь делаешь? — вместо приветствия спросила я. — Мы прилетели пару часов назад и я услышал, как Ами говорила Тайки, что Куколка заболела и лежит дома. Поэтому я здесь. — Я думаю, что Усаги оценит, что ты приехал, но все же нужно было остаться дома и отдохнуть — ты выглядишь очень уставшим. — Плевать, — отмахнулся Коу, — я хотел убедится, что с Куколкой все в порядке. Я как и ты, ее друг, и не могу бросить её в беде. Сейя выделил слово «друг» и только я хотела ему что-то сказать, как меня опять позвала Усаги. Я пошла обратно к подруге, а Сейя последовал за мной. Мы вошли в комнату и я обратила внимание, с какой болью Коу посмотрел на Усаги. Мне показалось, что если бы он мог забрать всю ее боль себе, то сделал бы это не раздумывая. — Куколка, — прошептал певец и подошел к кровати подруги. Усаги приоткрыла глаза и чуть заметно улыбнулась. Сейя сел на край кровати, взял Цукино за руку и нежно сжал её. Мне почему-то стало неловко, показалось, что я стала свидетелем чего-то личного, интимного. Я не хотела нарушать момент, но все-таки спросила у Сейи: — Ты хочешь остаться здесь? Сейя кивнул и провел рукой по волосам Усаги, которая уже спала. Он не отводил от неё глаз и я почувствовала себя лишней в этой комнате, но все же я не хотела оставлять подругу наедине с певцом. Парень, будто прочитал мои мысли, повернулся ко мне и произнес: — Я понимаю, что в твоих глазах я больше похож на серого волка, который готов заглотнуть овечку и даже не заметить это. Отрицать не буду — я не лучший парень на планете, я использую свою популярность и славу по полной, пью, тусуюсь, веду аморальный образ жизни, с твоей точки зрения. Но Куколка самое прекрасное, что есть в моей жизни, она видит во мне то, что не видят другие. Я понимаю, что такой парень, как я, ей не пара. Но я хочу быть с ней рядом, хоть и в роли друга. Разреши мне просто остаться с ней, просто держать за руку и гладить её волосы. Как бы я не протестовала внутри, но я не смогла возразить Сейе. Я вышла из комнаты, чтобы принять душ. Перед тем, как ложиться спать, я еще раз заглянула в спальню к Усаги — Коу полусидел полулежал на кровати рядом с девушкой, гладил её по голове, а она во сне обняла его, как плюшевого мишку. Я прикрыла дверь и тихонько пошла в гостиную, где давно спал Джед. Аккуратно, чтобы не разбудить парня, я пробралась под одеяло. Хоть Айто и спал, но он почувствовал, что я уже рядом и не открывая глаз притянул меня к себе. — Я люблю тебя, — прошептала я и поцеловала парня, который заулыбался, как маленький ребенок и что-то невнятное пробормотал. Только моя голова коснулась подушки, как я почувствовала, что безумно устала и моментально уснула. На следующий день к Усаги заглянули Ами и Тайки. Пока Мицуно осматривала подругу, я ставила на кухонный стол чашки с чаем, а Тайки мне помогал. Он рассказывал, что они вернулись с гастролей ближайший месяц будут наконец-то дома и смогут отдохнуть немного. Через пару минут к нам присоединились Джед и Сейя и мы уже все вместе пили чай и вели непринужденную беседу о всякой ерунде. Вскоре к нам присоединилась довольная Ами, которая сказала, что Цукино идет на поправку, хоть и очень слаба еще, но оставлять ее одну было пока еще рано. Мы с Джедом переглянулись, как бы решая, кто из нас будет отпрашиваться с работы завтра, но Сейя нас опередил: — Я останусь и присмотрю за Куколкой. — Сейя, тебе самому нужно отдохнуть — начала было я, как певец меня перебил. — Рей, вам с Джедом завтра нужно идти на работу — у Айто проект очередной горит, тебе необходимо статью заканчивать, а у меня выходной. — Но у тебя нет с собой вещей, чтобы как минимум переодеться и зубы почистить, — все не унималась я. — Я привез сумку Сейи, которую он не распаковал после приезда, там есть все необходимое. — спокойной сказал Тайки и младший Коу благодарно кивнул брату. — Сейя будет прекрасной сиделкой для Усаги, — вступилась за парня и Ами. — Он будет тебе писать каждый час отчеты о состоянии Усы. — присоединился к остальным Джед. — У тебя осталась неделя до сдачи статьи, от которой зависит продолжишь ли ты работать в «Times» или нет. Поэтому доверься Сейе, он не подведет. А если подведет, то я натравлю на него Харуку и уверен, что она не упустит возможность лишить его длинного хвоста. Все засмеялись, а мне пришлось уступить и согласиться с тем, что Сейя присмотрит эту неделю за Усаги, пока я буду работать. Я даже представила, что за такой материал многие издания убить были бы готовы, ведь не каждый день можно увидеть то, как всемирно известный холостяк, красавчик, плейбой и певец Сейя Коу сидит сиделкой у бывшей оторвы и наркоманки (ведь именно так всегда писали газеты о Цукино) после неудавшегося суицида.