Имя воина

На Жемчужном острове Нину и Василия встретила Фрида и сразу пригласила пройти в столовую и выпить горячего чаю с пирогами – на дворе было минус тридцать, и надо обогреться сначала, а уж потом лететь далее. Нина отказываться не стала, ответив: - Чай дело хорошее… заодно ребят проведаем и к волхву зайдём. - А Велимира нет! – с какой-то совершенно непонятной радостью ответила Фрида. – Он на хутор улетел… к Игорю Олеговичу… - Кто такой? – не поняла Нина. - Как это кто? Пасечник… а, я поняла. Вы знаете его по прозвищу… у него сегодня какой-то праздник, созвал из конторы кого-то… ровесников своих в основном. Он же с Велимиром в одном университете учился, но на три года раньше выпустился и пошёл в аспирантуру, а Велимир учителем в школу... наш волхв его в эти леса и переманил когда-то… обряды изучать. Нина объяснила Фриде, что Лиза может быть в опасности – если журналисты не прекратили поиски модельера, то вполне могут её обнаружить… и сдать – и поэтому надо отправить на хутор одного или двух DEX’ов для охраны Лизы и для помощи ей по хозяйству: - …вот везу ей в подарок швейную машинку, и ребят бы отвезла сразу… лучше бы девушек, если согласные найдутся. Разумных DEX-девушек не нашлось, Динара была в деревне и охраняла конюшню, и потому Нина решила взять с собой русого парня из недавно привезённых, названного Фридой Макаром. Но перед тем, как лететь на хутор, Нина прошла по мастерским, похвалила сидящих за вязанием и вышивкой девушек-Irien’ок, зашла в ту часть мастерских, которая отведена под курятник, овчарню и конюшню. В сколоченном из досок деннике размером примерно три на четыре метра спокойно дремала светло-серая кобыла в попоне, а рядом с денником стояла раскладушка. Дремавший на ней Квинто при виде хозяйки вскочил и вытянулся, но Нина его успокоила: - Вечер добрый! Всё нормально? Как она? Доживёт до весны? - Обязательно доживёт. Кормим по норме, кашу из овсяных хлопьев варю, даю морковь варёную протёртую, сено смачиваю, навоз убираю, опилки и солома есть, и Динара постоянно звонит и советы даёт. Жеребёнок живой, родится вовремя… кобылка! Я уже и кличку придумал. Сирень! - Молодец. Вижу, что и сам рядом спишь… всё правильно, за такой старой лошадью ухаживать надо как следует. Пока хозяйка обходила мастерские, Фрида распорядилась загрузить в багажник коробку с десятком копчёных бройлеров, коробку с поделками из дерева и пакет с кружевом, платками и варежками для сдачи на продажу. Потом Нина проведала Волчка и Микса – убедилась, что у них есть и тёплая одежда, и обувь, остров обходят постоянно, подозрительных и посторонних не было, рыбы в озере достаточно и оба сыты… и спокойно отправилась дальше. *** На хутор прилетела почти в восемь вечера, когда все гости Пасечника уже разлетелись по домам. Игорь Олегович принял незваных гостей приветливо, но странно настороженно – словно ждал какого-то подвоха со стороны Нины. Но ей даже в голову не пришло, что в этом доме только что было написано и заверено завещание на всё имущество Пасечника на её имя. И потому сразу после чаепития она вручила Лизе подарки – и та приняла их так радостно, что у Нины мелькнула мысль остаться здесь насовсем. Но – есть дом в городе и работа… и потому оставила Макара с указанием охранять Лизу в статусе её брата («…и чтобы рядом с ней всё время кто-то из DEX’ов был. Если смогу, ещё пришлю девушку, Лизе подружка будет…»), дала Пасечнику на Макара третий уровень - и засобиралась обратно. Поскольку во время святок не принято отпускать гостей с пустыми руками, то старик – не столько по возрасту, сколько по внешнему виду – велел Трише загрузить на задние сиденья её флайера два сорокалитровых деревянных бочонка мёда с местной морошкой и столько мороженой рыбы, сколько поместится. *** На обратном пути зашла всё же к волхву – он её уже ждал несмотря на приближающуюся ночь. На столе было собрано угощение и заварен чай, и Нина незаметно для себя рассказала Велимиру всю историю с Платоном: - …обиделся, но уходить не хочет, просит оставить… разорюсь ведь с ним совсем… Велимир отослал Клару с Агатом в модуль, чтобы поговорить без свидетелей, подождал, пока Нина не догадалась отправить Василию вслед за ними, и неспешно заговорил: - А ты так уверена, что ему не на что обижаться? Он же действительно хотел, как лучше сделать. Что ты сказала, он ровно то и сделал… и швейную машинку купил, и ткани… - А ничего, что он без разрешения деньги выпросил и потратил все? Теперь мне жить не на что… и Новый год скоро. И на подарки денег нет… а Линда киборга хочет… - Так и уж не на что? А два счёта в банке? А карточка у Фрола? А карточка у Змея? Или у них электронные кошельки? У них-то есть деньги, они зарабатывают, и неплохо. Видела, какие платки Фрида вяжет? А какое кружево Секунда плетёт? Клим ложки деревянные вырезает. Кур уже три сотни, ребята бройлеров выращивают, часть козлят на племя продали. В курсе, что Аглая с ребятами, живущими на мысу… в бывшем доме егеря… уже не только провела обработку сада от вредителей… ты это и так знаешь… но и укрыла все саженцы специальной плёнкой от заморозков? А они всё это сделали ещё в конце октября! Никто не сидит без дела! Не мотай нервы ни себе, ни ребятам. Всё же в порядке! А Платона не ругай, он помочь тебе хотел, - Велимир встал, прошёл в заставленный книгами небольшой кабинет и вернулся со свёртком: - Возьми-ка лучше для него пакет, так и подай, не разворачивай сама… и ничего не говори, пусть сам вопросы задаёт. На вопросы отвечай, но подарок не забирай… пусть сам поставит. Будут у тебя деньги, скоро и много… не зазнайся только. А подарок на свадьбу… мёд подари. - И всё? Я ведь думала Платона им отдать… ему там лучше будет, тепло, светло и сухо… и сытно. - А он сам хочет к ним идти? Не хочет? В тепло, свет и сухость не хочет? А почему? Как думаешь? Боится перемен или к тебе так привык? Новые хозяева: новые порядки, новые программы, комбинезон, коврик у двери и кормосмесь? Ему это надо? – волхв замолчал. В модуле повисла тишина, за окном замигали фары флайера. Нина жестом приказала вошедшему за ней Василию снова выйти погулять. Через несколько минут волхв продолжил: - Может, он просто любит тебя? Такую, какая есть… старается помочь. Ты этот перевод смотрела? Может, он мало денег спросил авансом, и работа стоит дороже? Ты не умеешь любить… по-настоящему любить… и в этом твоя беда. Не смотри так, я знаю твою историю… ты не любила и тебя не любили… ты жила с мужем, но семьи не было… потому, что любви не было. Мы не признаём развод, а ты разведена, и в наших деревнях не стали бы тебя принимать… но твоё замужество было вынужденным, было ошибкой. Боги дают тебе второй шанс, не упусти его… научись любить так, как он тебя любит – и помоги ему научиться помогать тебе. А он любит тебя, если решается так рисковать… так что… наберись духу, попроси прощения у него… и, если ты захочешь, и если он будет согласен, то на Купалу я вас обвенчаю. - Но… он же… киборг! И он моложе меня… и намного! - Ты сама говоришь, что киборг тоже человек. А возраст… здесь важнее психологический. А не реальный. Мирись с ним… и боги не оставят вас… *** Прилетели к дому уже почти в полночь. Василий быстро разгрузил флайер (просто всё занёс на веранду) и сразу отправился в музей, а Нина вошла в дом. Платон встретил её в прихожей с докладом: - Приказ выполнен. Уборка в доме сделана. Посуда вымыта. - Хорошо, спасибо, - ответила Нина, снимая пальто. И сразу заметила про себя чисто машинное поведение Irien’а. Ни даже намека на программу имитации личности, не то, что на разумность! Он даже не попытался помочь ей снять пальто и повесить его на место – это было неприятно. Усилием воли Нина сдержалась от ругани, но её раздражение было заметно киборгу. В доме был идеальный порядок, чистота – как в гостинице. Или – как в музее. Посуда перемыта и расставлена в шкафу по размеру. Стулья расставлены вдоль стены в гостиной. Обувь вычищена и расставлена по цвету и размеру. Но - ужин не был приготовлен. И на плите ничего нет. И хлебница пуста. Вдох-выдох… успокоиться сначала… а потом спрашивать. - Почему на ужин ничего не готово? - Был получен приказ убрать в доме, – Платон смотрел словно сквозь неё и отвечал машинно. - Приказ выполнен успешно. - Решил обидеться? Ну, это твоё дело… если самый сытой, то можешь идти… отдыхать. Нина поставила чайник и открыла холодильник – готовить что-то поздно, а есть хочется… то ли макарон сварить, то ли яиц пожарить… молоко скисло, но есть творог и сметана. Самой готовить или киборгу приказать? А если снотворное в еду подсыплет, чтобы лишнее не приказывала? Лучше уж самой… или просто чаю выпить? Так не с чем… от завтрака ничего не осталось и на ужин ничего не приготовлено… приказа не было, а сам… то ли не посмел, то ли нарочно ничего не приготовил. Платон смотрел, как хозяйка что-то ищет в холодильнике и думал – сразу бить будет или наказание на утро оставит? Только-только наладил контакт с ней, только успел размечтаться о жизни в этом доме – хозяйка уже разрешает сидеть рядом с ней, ещё немного – и впустит в спальню на постоянно… и вдруг такое! А ведь действительно её приказ выполнял! Но… не было настоящего приказа… не приказом было сказано… система её слова не сочла приказом, обязательным к выполнению… только помочь хотел! Книгу эту он видел в библиотеке первой хозяйки – но она книг не читала, книги занимали место в шкафах для видимости, что у хозяйки есть высшее образование. Шкафы были закрыты и на памяти Платона никогда не открывались. Но на корешках книг были штрих-коды для скачивания, а поскольку хозяйка за расходами на инфранет не следила, то Платон, тогда ещё Шестой, скачивал и читал книги. Поэтому перевод он сделал так быстро – хотел, как лучше. Получилось, как всегда. Хозяйка его стараний не оценила. Не поняла. И может наказать в любой момент. - Что стоишь? – Нина сама нашла успокоительную таблетку, и сама налила воды запить. - Этот пакет тебе. Подарок от Велимира… я не разворачивала, он просил подать тебе так. И можешь идти отдыхать. Платон взял пакет, очень осторожно развязал бечёвку, развернул бумагу и вынул свёрнутую конвертиком заячью шкурку. Внутри шкурки оказалась деревянная фигурка высотой с ладонь и серебряная подвеска на тонком кожаном ремешке. Нина, помня слова волхва, молчала – ждала, когда Платон начнёт задавать вопросы. Он молчал долго – минут десять – и рассматривал фигурку и подвеску. Потом осмелился и тихо спросил: - Что это? - Идол богини Лады. И подвеска «Звезда Лады». Подвеску можешь надеть и носить. А идола можешь поставить… или в своей комнате, или здесь, – Нина посмотрела на удивлённого Платона, держащего в руках подарки. Волхв подарил ему идола! – и теперь он вправе сделать свой собственный домашний алтарь. Кто бы знал, как трудно просить прощения! Да ещё у не человека, который уже и не машина! Но мириться надо, и она так же тихо сказала: - Платон, прости меня… я не должна была так на тебя кидаться. Ты действительно хотел, как лучше. Просто… - она посмотрела ему в глаза, - ты действительно очень много потратил. Велимир решил, что это от любви. Так рисковать возможно, только любя. Это Лада – богиня любви. Богородица, супруга Сварога, матерь богов. Перун, Лёля, Мара и Жива её дети. На руках у неё близнецы Лель и Полель. Её знаки – «Ладинец», тот, что вырезан на идоле, и «Звезда Лады», который дан тебе. Носи его… я разрешаю. Платон опустился перед ней на корточки: - Простите меня… я не должен был просить аванс. Без разрешения. И тратить его. И Нина впервые сама взяла его за руку. Подняла. И через миг обняла – всего на долю секунды. Но ему хватило, чтобы понять, что она не сердится и что ей не всё равно, что будет дальше. Он улыбнулся и с её разрешения поставил идол Лады на её домашний алтарь – рядом с идолом Сварога, её супруга. И только тут Нина заметила, что перед идолами лежит тарелка с блинчиками, политыми вишнёвым джемом. И удивлённо уставилась на киборга – и он стал объяснять: - То, что осталось от завтрака, вот… собрал и перед идолами положил… ведь можно? Она утром только кусок хлеба с маслом положила, а он – шесть блинчиков с творогом. Опять сделал что-то самовольно… и не успел убрать. Действительно, так рисковать не каждый сможет… - Я не должен был это делать? - Всё правильно. Ты всё правильно сделал. Боги, наверное, всё-таки где-то есть. И они видят, кому помочь нужно. И сейчас это будет подношением богов людям… и киборгам тоже. Три блинчика мне, остальные три тебе… пойдём уже на кухню. Чай пить. Велимир столько говорил о любви… я не уверена, что смогу полюбить, но… я постараюсь. - Я люблю тебя. И я помогу… только не отдавай никому. Пожалуйста. - Ладно. Уговорил. Но спать будешь отдельно. *** После чаепития Нина включила терминал и открыла перевод. Работа сделана первоклассно! Ей самой так вряд ли бы удалось составить текст – и научно и понятно одновременно. Просмотрела несколько глав – действительно, сделано отлично! Сразу отправила редактору «Введение» и первую главу, на отправку остальных глав поставила таймер – по две каждый вечер. Всё-таки Платон – сокровище! Сначала он спас Змея в клубе, потом Змей спас Платона, вынудив Нину его купить… а потом уговорил оставить в доме. Оба правы! Волхв сказал: «…если ты захочешь, и если он будет согласен, то на Купалу я вас обвенчаю». Праздник Купала – на летнее солнцестояние, в конце июня. Шанс снова жить с мужем. Но надо подумать – ведь в этом случае Платон станет отчимом Змею! Не будет ли Змей против? Но время есть. И есть выбор – в случае отказа волхв не станет заставлять. Но – третьего шанса уже не будет… С такими мыслями Нина не смогла уснуть до звонка будильника и совершенно не выспалась. Но вид радостного Irien’а на кухне успокоил – всё отлично и всё просто замечательно! Да! Он будет её мужем по обряду – если согласится. И если Змей, как её приёмный сын, будет согласен.