Сладких снов, Адора

Адора услышала тихое посапывание у себя над ухом, отчего, поёжившись, громко вздохнула и резко подскочила, приняв сидячее положение на постели. Ощущение чьего-то присутствия не покидало её, и она, протерев глаза, попыталась на ощупь найти выключатель от недавно приобретённой лампы, но, не сумев его отыскать, постаралась просто приглядеться, дабы рассмотреть что-либо в темноте. — Здесь кто-нибудь есть? — задала она вполне обычный вопрос, безысходно пытаясь увидеть хоть кого-нибудь или что-нибудь, но, кроме всепоглощающей тьмы, не видела ничего. Глубоко вздохнув, Адора протянула руки вперёд, размахивая перед собой — ничего, совсем ничего. Вот только присутствие чего-то, несвойственного этой комнате, не могло обойти её мимо, и она, прощупав всю кровать руками, снова внимательно всмотрелась в огромное пространство комнаты. Действительно — ничего. Глаза, уже привыкшие к темноте, не увидели абсолютно ничего странного или подозрительного, поэтому, лишний раз отметив про себя, что она стала чересчур бдительной и мнительной — так и до паранойи недалеко — улеглась обратно на подушку, отбрасывая одеяло подальше. Кажется, в комнате стало очень душно. Спустя несколько минут, когда Адора почти провалилась в лёгкую дремоту, она снова почувствовала тихое, едва слышимое посапывание, которое звучало у её ног. К слову, в этот момент она ощутила и прикосновение к своей ноге — нечто острое, хаотично вырисовывающее что-то на её щиколотке. — Катра, — выдохнула Адора, уверенная, что не могла ошибаться. — Я знаю, что это ты, — сглотнув, добавила она. Она хотела было подняться, но острые когти, больно вцепившиеся в её кожу, как бы намекнули ей оставаться на месте и не предпринимать никаких действий. Глубоко вздохнув, Адора коснулась головой подушки и зажала кулаком одной руки отброшенное в сторону одеяло, пытаясь отвлечься от неприятных ощущений теперь уже в обеих ногах. — Что тебе нужно? — негромко спросила Адора, когда стальная хватка ослабла. Но как только прозвучал этот вопрос, Катра, кажется, с удвоенной силой вцепилась в её кожу, только чуть выше, словно она хотела услышать не это. Адора прошипела и стиснула зубы, и, проигнорировав это явное недовольство, продолжила: — Как ты смогла сюда пробраться? На удивление Адоры, после очередного прозвучавшего вопроса, Катра, вместо того, чтобы расцарапать свою когда-то лучшую подругу, сжала её ляжку пальцами, почти не задевая кожу когтями, и медленно прошлась ими вдоль внешней части не скрытого одеждой бедра. Адора от неожиданности задержала дыхание, не сумев проглотить вставший в горле огромный ком. Это действие оказалось не только непредсказуемым, но и очень приятным. Она ещё сильнее сжала одеяло в своей руке и, еле как проглотив не дававший возможности дышать ком, шумно выдохнула. Адора готова была поклясться, что Катра в этот момент широко улыбнулась. Кажется, её забавляла эта беспомощность. Адора снова попыталась подняться, оперевшись на локтях, но тёплая ладонь, требовательно коснувшаяся её живота — просто вдавившаяся её в постель — заставила передумать и покорно вернуться на место. — Катра, что ты вытворяешь? — наконец произнесла она, какой-то частью мозга понимая, что это может не очень хорошо для неё закончиться. Послышалось недовольное фырканье где-то снизу, после чего, ещё раз пройдясь кончиками когтей по коже Адоры, Катра поднялась выше, оказавшись на уровне её живота. — Ты можешь просто заткнуться и расслабиться? — недовольно пробурчала Катра и, приподняв футболку своей так называемой жертвы, коснулась губами её рёбер. Такого Адора не могла ожидать точно, поэтому, неосознанно выгнувшись навстречу прикосновениям, она почти простонала — по крайней мере, она думала, что этот звук будет похож на стон, — но сдержалась. Зато она почувствовала, как по её телу, подобно незначительному электрическому разряду, прошёл табун мурашек, которые, казалось, даже дошли до кончиков пальцев. Тёплые, немного обветренные и сухие губы, решительно поднялись выше, почти коснувшись груди, но быстро, словно передумав, спустились ниже, дотронувшись до пупка. Катра слышала и чувствовала, как дыхание лежащей под ней Адоры становилось рваным и громким, а сопротивляться она, кажется, передумала. Улыбнувшись, она прошлась шершавым языком по животу и рёбрам, ложбинке между грудью, но дальнейшим действиям мешала постоянно спускающаяся вниз ткань. Как только пальцы Катры потянулись к краю футболки, резко поднимая её вверх, Адора, широко раскрыв глаза, вцепилась в запястья Катры, не давая ей продолжить. Адора, хоть уже и порядком привыкшая к темноте, отчаянно смотрела вперёд, надеясь хоть что-то увидеть, и сумела заметить знакомые очертания. Она не могла понять, что именно её пугало. То ли то, что произойдёт дальше по логичным соображениям, то ли то, что не произойдёт, а Катра, рассмеявшись, скажет, что решила вот так пошутить. Вздохнув и приподнявшись, Катра приблизилась к лицу Адоры. Та замерла, ощутив частое дыхание на своей щеке. Теплота распространилась по всему телу, когда её губы коснулись сначала кожи за ухом, потом легко прошлись по шее, подбородку, пока не оказались на губах Адоры — почти не касаясь, словно дразня. Катра медлила, специально медлила, поэтому сразу же улыбнулась, когда Адора, приподнявшись, поцеловала её сама. Было приятно и...горячо? Казалось, Катра целиком и полностью состоит из огня и страсти, а посему, когда её язык бесцеремонно проник в рот Адоры, та не то что бы особо удивилась. Скорее, она просто обрадовалась. Доселе неизведанные чувства окутали её с ног до самых корней волос на голове, а ощущения от первого в её жизни поцелуя оказались поистине непередаваемыми. Если бы её сейчас попросили рассказать, каково это — впервые целоваться, то она, наверное, просто-напросто не смогла бы подобрать нужных и правильных слов. Было хорошо? Отлично? Потрясающе? Было несравнимо. От непрерываемого поцелуя стало нечем дышать. Как бы этого не хотелось, но Адоре пришлось резко отстраниться. Тяжесть другого тела исчезла, как и тёплое дыхание рядом. Темнота стала слишком пугающей, а пустота в комнате была почти равносильна смерти. Адора резко подскочила и, наконец, смогла найти выключатель на лампе. Комната озарилась чересчур ярким светом. Никого не было. Огромная, пустая, бездушная комната. На автомате выключив слишком яркий, мешающий глазам свет, Адора отвернулась. Она глубоко вздохнула и обхватила колени руками, поджав их груди. Появился некий дискомфорт, когда она, пытаясь успокоиться, стала беспорядочно водить ладонями по ногам. — Ну что ещё? — недовольно прошептала себе под нос она, вытянув ноги. На щиколотках было несколько глубоких царапин, а на коленях — едва заметные, которые вот-вот пройдут. — Сладких снов, Адора, — раздалось то ли в её голове, то ли где-то неподалёку, но выяснять она не стала, потому что в темноте по-прежнему не видела ничего.