Лекарство от смерти

      День пролетел незаметно, даже зелья показались не таким уж и адом. Малфой вёл себя как-будто и не было того скандала у лестницы, всю пару перешёптываясь с Забини. Не то чтобы Гарри наблюдал, просто куда бы он ни посмотрел взгляд все время переходил на Малфоя. Рон так и не заговорил с ним, в упор делая вид, что никакого Гарри Поттера и в помине не существует, придя он сразу сел один в самом конце кабинета. Гермиона вроде пыталась начинать с ним разговор, но судя по ее виду закончился он не особо удачно. Ровно в 18:50 Гарри уже стоял у кабинета декана. Конечно же Малфой ещё не соизволил прийти, да и придёт ли он вообще не известно. В глубине души Гарри боялся этой отработки, ещё неизвестно что заставит делать Макгонагалл, и как будет вести себя Драко когда они окажутся наедине. Стоит ли первым начинать диалог или предоставить это ему? Захочет ли он вообще говорить с ним? Малфой показался на горизонте ровно в назначенное время. Прямо сама пунктуальность. Гарри сразу отвёл глаза и уставился в стену. Изучать ее оказалось довольно скучным занятием, его так и норовило взглянуть, хоть краешком глаза, на Драко. Бросив осторожный взгляд, он заметил, что тот стоит около стены прислонив к ней голову и закрыв глаза. Прядь его челки небрежно спадала на лоб, что ничуть не портила Малфоя, а наоборот добавляла свой шарм. Его лицо выражало полнейшее умиротворение, не было того злого оскала, нахмуренных бровей или едкой ухмылки, которую так привык видеть герой. Любоваться на него было сплошным наслаждением, но к сожалению, и болью одновременно, прекрасно понимая, что случится стоит ему только открыть глаза. Дверь в кабинет открылась и Гарри пришлось оторваться от созерцания прекрасного слизеринца. Пригласив их Макгонагалл взмахнула палочкой и на столе появились два стакана воды. — Итак, мистер Поттер, мистер Малфой, прежде чем я назначу вам наказание, не хотите ли вы объясниться за сегодняшний инцидент? Гарри почувствовал как Драко бросил на него взгляд. Гриффиндорец почувствовал угрызения совести, хоть существенно и ничего не сделал, весь этот шум поднял Малфой. — Простите, профессор, наверное это моя вина, у нас с Малфоем просто произошло небольшое недопонимание, я надеюсь такого больше не повторится. Макгонагалл удовлетворенно кивнула и перевела взгляд на Драко. — А вам, Драко, есть что добавить? — Я считаю очень любезным со стороны мистера Поттера, взять вину на себя, но будем смотреть правде в глаза, это я стоял там с волшебной палочкой и это меня было слышно даже с верхних этажей, Поттер же просто оказался не в том месте и не в то время. Я считаю нецелесообразно подвергать его наказанию, поэтому прошу разрешение отбывать наказание в одиночку. Закончив эту тираду, Драко сглотнул и промочил рот стаканом воды. По лицу декана же было видно, что она удивлена этому не меньше Гарри. Малфой что, только что пытался выгородить его перед директором? Да быть такого не может. С чего бы ему это делать? Гарри действительно не чувствовал своей вины, но ему почему-то стало очень неуютно после всего сказанного. — Довольно благородно с вашей стороны, Малфой, но Поттер так же принимал там непосредственное участие, поэтому думаю отработка пойдёт ему на пользу, — со стороны слизеринца послышался вздох, — сейчас вы вместе пройдёте в Зал наград и протрете там все стеллажи. Конечно же без помощи магии, я уже установила там антимагический барьер. Согласившись с преподавателем, они взяли тряпки, ведра с водой и направились к Залу наград. Шли они в полной тишине, но напряжение между ними виделось даже невооружённым глазом. По прибытию Малфой сразу ушёл в другой конец зала. Заниматься такой работой для Гарри не составляло большого труда, ведь, живя у Дурслей, уборка всегда была на нем. Принявшись чистить стенд с какими-то кубками, Поттер погрузился в свои мысли. А их было очень много, все они путались и организовывали в голове полный бедлам. Хотелось взять Драко за шкирку и вытрясти всю информацию. Почему он оправдывал его? Почему он так отреагировал на предложение помощи? Почему же его так задевает, что Гарри может быть до него дело? Что же происходит с ним в последнее время? Откуда берутся эти цветы? Как они вредят ему? Что вообще творится в голове у этого безумного слизеринца? Заметив, что трёт одно место уже довольно долго, Гарри остановился. — Ну давай же, Поттер, я разрешаю. — Что ты разрешаешь? — сердце Гарри молниеносно ушло вниз, неужели сам Драко Малфой снизошёл для разговора. — Спросить меня, о чем ты там хочешь, а то ты сейчас в этом бедном стекле дырку сделаешь. — Может, ничего я больше не хочу у тебя спрашивать? — Ну как знаешь, второй раз не предлагаю. Малфой повернулся и продолжил свою уборку. Проклиная себя, Гарри закрыл глаза и в сотый раз приказал себе не быть дураком. — Хотя знаешь, Малфой, да, хочу спросить, — с его стороны послышался смешок, — почему ты сейчас попросил снять с меня наказание? — Только не льсти себе, Поттер, и включи мозг, ну или его остатки. Думаешь, я горю желанием проводить с тобой время? Мне легче здесь одному все выдраить, чем с таким как ты. — Каким это ещё таким? — Да таким, — Драко бросил тряпку на пол и направился в его сторону, — таким выскочкой с синдромом жалкого героя. Что ж, тогда вопрос на вопрос. Какого Мерлина ты начал говорить там про свою вину? — Ну…я просто не хотел чтобы у тебя были ещё большие проблемы. — Ты…да ты…совсем тупой, Поттер? — Гарри заметил как у Малфоя сжался кулак, — я же тебе вроде нормальным языком объяснил, мои проблемы касаются только меня, а уж никак не тебя, что не понятного? — Ты мне не понятен. Прошло уже столько лет, а ты все никак не можешь перестать ненавидеть меня. Столько всего случилось, Малфой, не думаешь что пора прекратить всю эту вражду? — Да не в ненависти дело, Поттер, — Драко развернулся и обхватил руками голову, — знаешь, ты как дементор, всю душу из меня уже высосал. Слизеринец взял тряпку и перешёл к соседнему стеллажу. Мысли Гарри путались и никак не могли сложиться в единое целое. Если не в ненависти дело, тогда в чем же, почему он так агрессивно реагирует, раз не ненавидит его? И что значит всю душу из него высосал, не так уж сильно они с ним и контактируют, что бы сравнивать его с дементором. — Ладно, Поттер, можешь задать мне три вопроса, если взамен ответишь на один. — Почему такой неравноценный обмен? — Меня интересует только одна вещь и она довольно значимая. Ты согласен или нет? — Да, хорошо. Спрашивай. — Только после тебя. — Ладно, хорошо, тогда что происходит с тобой в последнее время? Почему ты так нездорово выглядишь? — Ты как всегда предсказуем. Я болен, Поттер. Это довольно редкая болезнь. Вряд ли тебе про неё известно. Название не скажу, можешь даже не пытаться. Лекарства тоже нет, хотя конечно есть, но не в моем случае. — Почему не в твоём случае? — Это второй вопрос? — Допустим, да. — Это лекарство довольно специфическое, его нельзя купить или сотворить, это не что-то материальное, оно либо есть, либо нет. Как видишь, мне не повезло. Гарри хватило секунды, чтобы понять, что что-то пошло не так. Драко перестал протирать стеллаж и оперевшись на него рукой, снова начав тяжело дышать. — Малфой? — Не приближайся, Поттер. Его кашель заполнил весь зал, прикрыв рукой рот, он начал издавать звуки будто его сейчас стошнит. Гарри в нерешительности подошёл чуть ближе. Как только это прекратилось, гриффиндорец увидел, как тот убрал что-то в карман. — Что там было? — Не твоё дело. — Это те цветы, да? Так вот откуда ты их берёшь, ты кашляешь гладиолусами. Это симптом болезни? — Значит так, герой магического мира, во-первых, все что мы сейчас обсуждали останется только между нами, усёк? Не дай Мерлин, узнаю что ты сказал это своей всезнайке или нищеброду, сдержу данное утром обещание. Во-вторых, думаю, хватит с меня вопросов, ты итак уже слишком много узнал. Теперь твоя очередь отвечать. — Хорошо, я не скажу Гермионе, Рону тем более, мы с ним даже не разговариваем. — Итак, обещай, что ответишь и ответишь честно. — Обещаю, Малфой, ничего страшного ты уж точно у меня не спросишь. — Помнишь, 23 июля, день когда должен был состояться суд над моей семьей, — Гарри сразу захотелось взять свои слова назад, это было достаточно страшно, — я видел тебя тогда, ты выходил из кабинета Министра. А потом каким-то просто сказочным образом, он пришёл к нам и сообщил, что нас отпускают. Просто так, без суда и следствия. Без объяснения причин. Взяли и отпустили на волю двух Пожирателей смерти, которые служили Темному Лорду, и мою мать. Не кажется странным? — Ну…возможно, — Гарри нервно заглотнул, казалось, что ещё немного и бешеное биение его сердца услышит весь Хогвартс. — Что ты делал тогда там, Поттер? Что ты делал у Министра? Наступила напряженная пауза, Гарри готов был проклясть момент, когда согласился на все это. Наконец-то оторвав взгляд от пола, он наткнулся на пристально наблюдавшие за ним серые глаза. Драко изучал его, наблюдал за каждой его реакцией. Тишина начала становиться звенящей. — Просил Кингсли отпустить вас под мою ответственность, — Драко оторвал от него взгляд и нервно облизнул губу, — согласился он, конечно, не быстро, зато вовремя. — Нахрена, Поттер? Мне было суждено пожизненно сидеть в Азкабане, а отцу поцелуй дементора. Зачем тебе было отпускать на волю таких как мы? — Это уже второй вопрос, Малфой. Мы договаривались только на один. — Отвечай, Поттер. Драко резко сделал шаг навстречу, оказавшись невероятно близко. Сразу повеяло запахом мяты и каким-то дорогущим одеколоном. Слизеринец был настолько близко, что стало просто невозможно нормально дышать, он слышал какие начал делать странные вдохи, слышал как безумно колотится сердце, стало ужасно жарко, стоило просто поднять руку вверх, и уже дотронулся бы до лица Драко. — Просто я…подумал почему бы и нет…ведь я…ну могу так сделать…а ты не заслуживаешь… точнее ваша семья не заслуживает всего этого. — Не заслуживает? — дыхание Малфоя обожгло его лицо, он чувствовал каждый его выдох, отчего говорить было ещё труднее. — Я не считаю тебя таким плохим как все думали, я никогда не считал так, — Малфой облизал губы и голова начала кружиться, физиология наконец-то дала о себе знать, молясь что бы Драко ничего не почувствовал, он постарался успокоиться, — в глубине души ты хороший, просто обстоятельства вокруг тебя были плохие, поэтому я не хотел что б у тебя была такая судьба. — Только поэтому? — усмехнувшись слизеринец отошёл. — Ну да. Ты хотел услышать что-то ещё? — Даже не надеялся, понятно, Поттер, — кивнув в сторону тряпок, он вздохнул, а потом направился к выходу, — думаю с этим мы закончили. Гарри мучило чувство, что он сказал или сделал что-то не то. Казалось Драко просто сбегает. Дико хотелось вернуть его и сказать все, что чувствует на протяжении уже долгого времени. — Драко! — тот остановился у самого выхода и обернулся на Гарри, в его лице читалась невероятная усталость, не найдя что сказать, герой магического мира, просто наблюдал, как объект его обожания молча закрывает за собой дверь.