Другие миры

Когда прогулки надоедали, мы с Ясеном оставались дома. Навещали морра, возились в теплице, где под искусственным светом вызревали круглые сочные плоды. Они висели на тоненьких ниточках, соединенных с питательным раствором. К моему глубокому разочарованию, на них не было ни единого листика. Я много рассказывал Ясену о том, сколько на Земле зелени, какие там леса и сады. Он только удивленно качал головой, глядя на датчики, подававшие питательный раствор. Однажды я копался в гардеробе и наткнулся на свою старую куртку, привезенную с Земли. Я вздохнул и потрогал одежду – единственный предмет, который напоминал о доме. Под пальцами прощупывалось что-то круглое. Я полез в нагрудный карман и извлек на свет...луковицу. - Ясен, Ясен, смотри! – радостно кричал я, держа над головой луковицу. – Это растение, настоящее! - Вот это? – удивился он. – Это же просто камешек какой-то! - Нет, он должен вырасти, где можно найти плодородную землю? - Знаешь, Ленн, - осторожно ответил Ясен, - здесь, наверное, такой нет. Вот у нас на Даргоссе… - Постой, я кажется, придумал. Бери миску. Мы отыскали глубокую миску небольшого размера, затем я потянул Ясена в сарай. У хвоста морра я набрал отходов и торжественно засунул туда луковицу. - Вот! – объявил я гордо. – Теперь у нас будет свой цветок. Ясен лишь скептически хмыкнул. - Из говна не может получиться что-то хорошее. - Посмотрим, кто будет прав. Мы залили в миску питательного раствора и поставили в теплице, потому что на улице было слишком темно. Ясен жил в небольшом флигеле за теплицей, на самом верху, в мезонине. Чтобы подняться туда, надо было пробираться по шаткой лестнице, по которой мы с хохотом взбегали на: «кто последний тот дурак». Я наловчился проскакивать первым и сверху дразнить Ясена. Он ругался и грозил отомстить, но глаза были веселые. Наверху, в маленькой комнатке, мы забирались на подоконник с ногами и смотрели в старый телескоп, доставшийся Ясену от отца. Я часами рассматривал Планету-Фильтр. Близи она казалась еще более живой и пугающей. Гигантские чешуйки по очереди приподнимались и опускались, казалось, что это дышит огромное животное. Ясен в это время сидел на широком подоконнике, положив руки на колени и украдкой смотрел на меня. И очень смущался, когда я замечал его взгляд. Когда Ясену казалось, что я торчу у телескопа слишком долго, он прикрывал объектив рукой. После чего я беззлобно обзывал его бармаглотом и уступал очередь. Частенько мы выбирались через окно на крышу мезонина, расстилали шкуры и долго лежали на спине, глядя на звезды. Они складывались в чужие, незнакомые созвездия, заполняя душу тоской и грустью. - Ясен, - однажды спросил я. – Почему ты не такой красивый, как Джерад? Только не обижайся! Он повернул голову и серьезно посмотрел на меня. - Я не обижаюсь, Ленн. Просто…я не отсюда. Моя родная планета - Даргосс. - Расскажи о себе, - попросил я. - Я родом из племени даргосских волков. У меня была большая семья, родители. Мой папа-омега сам выбрал отца своим альфой. - Выбрал? – удивился я, - как так? Я уже привык, что здесь особо никого не спрашивали. - По древнему обычаю племени, омега, когда достигает брачного возраста, выбирает себе альфу. И тот не имеет права отказать, потому что омеги – священны. Тогда альфа ставит метку своему избраннику, в знак того, что они теперь вместе навсегда. После этого омега всю жизнь обязан слушаться альфу. Потом у них рождается волчонок… А как у вас? - У нас все проще. Часто это бывает по молодости и по глупости. Потом люди расходятся. Где сейчас твоя семья? Ясен сел и обхватил колени руками. - На нашу планету напали моргоны. Когда они окружили дом, отец застрелил омегу. Потом застрелился сам. - Как можно такое сделать с любимым человеком?! От ужаса мое сердце похолодело и даже на время перестало стучать. - Он сделал благо, - жестко бросил Ясен. - Прости, - я подвинулся и положил руку ему на плечо. – Пожалуйста… - Ничего, - он тряхнул непослушными волосами и потерся щекой о мою руку. – Все равно отец бы не выжил без своей пары. На свете нет ничего вечного. Когда это случилось, мне пришлось искать приют в чужих краях. Но я уже взрослый, сам могу заработать себе на жизнь и Энергию. Цветок вырос чахлым и страшненьким. Он толком и не цвел, просто выпускал слегка помятые мясистые листья с желтоватым оттенком. Наверно, здесь было слишком мало света. Но Ясен рассматривал его словно восьмое чудо света, осторожно трогал пальцами и старался не дышать. - На нашей планете тоже было много растений, - рассказывал он, - но не таких. Некоторые из них даже могли двигаться. Я очень скучаю по дому. Ясен был гораздо сильнее меня физически. В школе я обычно игнорировал уроки физкультуры: приносил поддельные справки или просто отсиживался в раздевалке. Но тут меня взял азарт и мы с удовольствием мутузили друг друга, поднимая пыль и хохоча. Иногда Ясен учил меня стрелять из своего оружия. За сараем мора мы соорудили самодельный тир, где я часами палил по чучелу моргона. - Целиться надо между жвалами. Тело у него бронированное, а там уязвимое место. Попробуй, попади, - обычно говорил Ясен, становясь сзади и беря мою руку в свою, помогая прицелиться. Я старался, но все равно, часто попасть не получалось. Мне нравилось чувствовать его сильное тело. Когда Ясен прижимался ко мне, я ощущал потоки Энергии, пробегавшие по мои венам. Однажды это сыграло со мной злую шутку – рука сорвалась, и яркий луч, вылетевший из оружия, со свистом пробил плечо Ясена. Он скривился от боли и схватился за плечо, под пальцами растекалась алая кровь. Я испуганно заметался, но Ясен жестом остановил меня. Он отнял руку и я увидел, что рана почти затянулась.