3.3
26 апреля 2016 г., 21:55
***
— Жалкое травоядное. Похоже, ты за время, проведённое после выпуска, ни черта ничему не научился, — с раздражением констатировал Хибари, ловким движением уходя от подобия удара. Некромант, пусть и существо магическое и к физическим дракам неприспособленное, всё же должен уметь себя защищать при попадании в «мёртвую местность». Пещеры, зоны, зачищенные от наличия остаточной магии смерти, аномальные места с отсутствием источников магии... Тот же некромант будет куда уязвимей боевого мага, особенно не обладающий достаточными знаниями в общей области магической образованности — вроде телепортаций, физических и ментальных щитов, иллюзий, «маячков», а если не будет иметь в наличии хотя бы пару накопителей с маной или артефактов, то участь его весьма незавидна. — Заткнись, а! И без тебя фигово, — тяжело дышал Савада, еле держась на ногах. Ему уже было не до почтения к учителю, и плевать, что сейчас из него сделают подопытный материал для практикующихся некромантов… Отдача от Связи с каждым днём была всё мучительней. Лишь нахождение в месте, пропитанном магией некромантов, не давало протянуть ноги. Но отток магии становился всё сильнее. Тсунаеши в глубине души всегда боялся оказаться бесполезным. Ещё с детства, когда загонял себя до смерти, работая для того, чтобы вылечить умирающую мать… В студенческие годы, забирая себе самые сложные места для практики и всегда возвращаясь с серьёзными ранениями. Страх перестать приносить пользу, висел дамокловым мечом, не давая вдыхать спокойно. Если он потеряет магию, то никогда не вернёт маму… Никогда не найдёт цель своего существования, проживая жизнь, как сотни тех, кто умирает от голода, войн, или проживает спокойную, тихую жизнь, вплетаясь очередной шестерёнкой в механизме Вселенной. Какой прок вообще в его гордости, если он действительно станет бесполезным куском человеческого мяса без магии? Он уже отдал Душу Высшим силам, забрав в дар Магию… Савада кое-что успел прочесть в библиотеке Академии про эту Связь. Возникающая между живыми и неживым существами, между двумя и более объектами. О Связи не принято было говорить вслух среди магов. Один учёный из магического альянса предполагал, что Связь связывает тех, кто вносит вклад в Судьбу, но его взгляды были раскритикованы с множества аргументированных позиций. Связи чаще всего возникают среди живых существ, имеющих душу — при контакте их бестелесные оболочки смешиваются, образуя единый организм, не способный находится долгий период времени без своей половины. О случаях Связи между двумя бездушными не упоминалось даже в закрытых архивах Намимори, что было весьма подозрительно. Или попросту таких случаев не было в природе и Тсуна с упырём стали исключением из правил. Собственно, удалённое существование от своего партнёра заставляло утекать не только волшебство, но и жизненные силы. И не к более сильному партнёру, как подумал вначале некромант. Волшебная сила утекала к истокам, ибо «те, кто не чтят подаренную возможность от великой Магии, не достойны ею владеть». И с Жизнью была та же загвоздка. Хибари Кёя тем временем наблюдал за учеником, не делая попыток вновь напасть. Он слишком хорошо знал Занзаса и был уверен, что тот не зря трясётся за свою шкуру уже столько веков. Значит, жди гостей упыря в ближайшее время. Стоит увезти Тсуну как можно ближе к замку Варии, чтобы немного облегчить его состояние. Взглядом он не упустил момент, когда ученик стал заваливаться набок, сползая на дощатый пол. Прерывистое дыхание, жар, похолодевшее тело. С почти ледяным спокойствием некромант повернулся к тому, чья тень находилась на протяжении всего подобия поединка. — Ты знаешь приблизительное место штаба Варии? — Все вампиры лишь смутно чувствуют других вампиров, поэтому я могу только догадываться о расположении их базы — на ней защиты навешено столько, что прочувствовать её весьма сложно даже сильному магу, не то что мне… — Сопроводи Саваду в место, которое немного облегчит последствия Связи. Докажи, что моё доверие к тебе не напрасно, — Хибари нахмурился, кинув взгляд, полный беспокойства, на своего ученика. Дино лишь слегка улыбнулся. — Конечно, Кёя, не беспокойся о своём ученике. Он слишком силен для того, чтобы просто так исчезнуть, и я обеспечу его безопасность. Клянусь своим существованием.***
Иногда Занзас тоже поддавался слабостям, потакая зачаткам мыслей, подобных более новообращённому, чем ему, умудрённому существованием в роли вампира и пережившему пытки серебром, осиной и святой водой. Шрамы, напоминавшие о его долгой жизни. О его слабости, простить которую он не мог себе спустя столько лет. У него вновь, спустя столько лет, появилась слабость. Он вообще не планировал и даже помыслить не мог, что между ним и мальчишкой Савадой может сформироваться Связь. Это вело к переменам, контролировать которые он был точно не в силах. Заставляло чувствовать большее напряжение. Без крови некроманта он легко потеряет своё могущество, а, следовательно, и власть над Варией. Кровососущие твари скалятся в подобиях улыбки слишком фальшиво, и преданность их — лишь преданность ему как сильнейшему, старейшему, уважаемому. Тот же Скуало Суперби, элитный фехтовальщик в человеческом прошлом, сейчас, будучи вампиром и почуяв слабость своего «чёртового босса», с удовольствием перегрызёт ему глотку. Занзас боялся потерять основу своего существования, заключённых в Силе, Власти и Страхе перед ним. Дольше тянуть уже попросту невозможно. — Лусс! — выпрямившись в кресле, позвал он вампира. Один из слабых вампиров-магов, он не заподозрит ничего. Слава Сатане, голос Зана звучал всё так же громко, как и чуть меньше месяца назад после побега Савады. Мужчина не замедлил появиться, улыбаясь и радуя взор обитателей Варии своим очередным экстравагантным костюмом и новой оправой солнцезащитных очков. — Звали, босс? — просюсюкал «мамочка Варии», оттопыривая пальцы с длинными алыми ногтями веером. Занзас немного поморщился: вампир не знал полумер ни в чём. Эпатажность — его второе имя. — Да. Вызови Мукуро Рокудо. После условий, созданных в его деревне некромантом, он уже должен был очнуться от осины и святой воды. И передай ему задание: пусть вернёт в ближайшие сроки Саваду. Зайди и к Франу — пусть отправится вместе с Мукуро. Снарядите на задание мага, телепорт должен быть на высшем уровне по возвращению некроманта обратно. И прихватите кого-нибудь из оставшихся в штабе офицеров, в подмогу — уж больно Хибари любит делать сюрпризы, — на последних словах Занзас даже немного улыбнулся — накатили воспоминания о человеке, с которым он в юности проводил очень много времени. Он бы снова хотел увидеться со склочным некромантом, побеседовать на привычном языке битвы и вспомнить совместное преподавание в школе Намимори еще пятьдесят лет назад… — Ваш... Некромант в Намимори? Тогда почему?.. — пораженно прошептал Луссурия. Стекла очков не скрывали его реакции на слова босса. — Без лишних слов, Луссурия. Выполняй приказ.***
— Зазнавшийся ублюдок! Думаешь, рода аристократского, так что теперь — будешь зазнаваться и мнить себя суперкрутым? Не надейся! Я все равно забью тебя до смерти! — черноволосый юноша, ещё совсем юный, с пронзительными серыми глазами, наставил против своего соперника лопату, готовясь ударить не только железом, но и заклинанием, ведь совсем недавно он решил развить свой навык некромантии, прибегнув к изучению других магических областей — с ней сила возросла бы намного быстрее. — Не надейся, мусореныш. Даже своим слабеньким заклинанием тебе не победить мои блоки. Что и говорить, такой бродяга как ты - не ровня мне. Слабачок, которого из жалости приютили в Намимори и из той же жалости решили дать поиграть с трупами в морге, — с издёвкой протянул юноша, видя, как бледнеет лицо Хибари и ярость закипает в его крови. Конечно, не стоило напоминать о прошлом бывшего вора и то, каким образом он попал в Намимори. Но Занзасу так хотелось подраться с ним!.. Оставшееся время они яростно обменивались ударами, изредка пропуская их для разнообразия и перебрасываясь друг с другом короткими репликами. В пылу боя они перебрасывались ругательствами, да такими, что окажись там какой-нибудь сапожник — мигом достал бы то, что помогло бы ему зафиксировать все красочные эпитеты, коими награждали друг друга два лучших друга. Ну, скорее, враги. Но куда безопасней и удобней создавать видимость дружбы, верно? После очередного оскорбления настал уже черёд Занзаса злобно щурить глаза после этих слов – бастард лорда Тимотео не любил, когда ему кто-то напоминал о его положении. В драке они выпускали всю злость на несправедливости этого мира. Они оба попали в эту школу, когда им было по десять лет. Озлобленный на весь мир волчонок в потрепанной одежде, крепко сжимающий рукоять ножа и смуглый мальчик с мрачным выражением лица были такими разными и в тоже время похожими. Наверное, поэтому они так быстро сошлись. Их отношения друг с другом сложно описать. Это нечто большее — то, что подчас объединяет разных и непохожих, одна общая цель, ради которой они готовы стать сильнее. Это месть. Месть всему миру – Хибари Кея мстил людям, убившим его семью, а Занзас де Вонгола хотел стать архимагом наперекор общественному мнению о том, кем должен стать наследник графа Тимотео. С тех пор, когда двое мальчишек впервые увидели друг друга, прошло уже десять лет. Десять долгих лет, в течение которых мастерство оттачивалось, магический резерв возрастал, лишь шутки не менялись — все такие же по-детски беззлобные и привычные для них двоих. Некоторые думали, что они любовники. Странным казалось то, что двое парней проводят очень много времени наедине. Такие долго не жили — поэтому некроманты обычно шептались в сторонке, впрочем, не напрашиваясь на неприятности. А спустя несколько лет им предложили место на кафедрах: Хибари Кее – на Факультете Некромантии, а Занзас удостоился прошения в качестве преподавателя Факультета Боевой Магии. Оба друга, несмотря на столь различную магию, умудрялись изучать и другие направления магии. Впрочем, Хибари имел довольно-таки сильную склонность к некромантии, Занзас же имел успехи во всём, за что брался, вызывая зависть абсолютно у всех. За учебой зеленых юнцов прошло четыре года. Двум друзьям было уже по тридцать лет — возраст, когда любой уважающий себя маг начнёт задумываться о преемнике. Зан и Кея себя не уважали именно в обширном смысле: как-никак, их профессии не учили ханжеству, да и незавидна учесть кабинетного мага, и воспитывать какого-либо тупого пацана/девчонку не хотелось. Впрочем, девушки на факультетах некромантии и боевой магии появлялись очень редко — женский пол больше имел предрасположенность к целительству, энергии стихий, часто встречались травницы и знахарки. И всё было бы хорошо, пока Занзас не исчез. Спустя пять лет Хибари Кея узнал, что появился клан вампиров, возглавляемый неким Занзасом — мужчиной со смуглой кожей и шрамом на лице (который Кея однажды сам поставил в ходе стычки). Особо внимательные донесения и слухи отмечали брелок с перьями на концах волос, довольно нетипичный для нечисти. Сомнений быть не могло – тот идиотский шаманский символ на удачу подарил сам Кея, хотя всячески твердил, что это – очень сильный сглаз. Боевой маг стал тем, кого Хибари всегда уничтожал на протяжении множество лет. ГРЁБАННЫМ КРОВОСОСОМ. И однажды им довелось встретиться вновь, будучи не двумя друзьями, а врагами. А кем ещё могли быть некромант и вампир? Яростно переругиваясь, они наступали друг на друга всё яростней, скрестив клинки, кованные у одного кузнеца. — Тебе уже шестьдесят! Скоро станешь старым дедком, обзаведешься брюшком и потеряешь свою ценность как специалист! — яростно восклицал тогда Занзас, делая выпад вбок. Хибари еле успел совершать оборонительные манёвры, после чего шипел: — Уж получше чести высасывать кровь и собирать возле себя стаю травоядных! Я не узнаю тебя, придурок! Раньше ты был горд, чёрт возьми! А сейчас ты жалок! — Кто бы говорил! После инициации я остался боевым магом и магический потенциал возрос в десятки раз! Сейчас я тебя сильнее и в физическом, и в магическом плане! Смирись с этим, Хибари. Я предложил бы тебе стать таким же, как я… — Не дождёшься! - Кёя всегда был чертовски категоричен в своих решениях и словах. — Но ты откажешься, - немного печально заключил Занзас, отскакивая в сторону. Оба существа тяжело дышали. Вокруг них были лишь мертвые тела нежити, перемешанные некоторыми офицерами из Варии. Встреча двух друзей состоялась в очень дружелюбной обстановке, но к консенсусу они так и не пришли. Так они и разошлись, решив когда-нибудь вновь решить всё в битве. Когда-нибудь, когда они будут способны смириться с жизненным путём друг друга.
