приключения Аббадона

      Глаза раскрылись, как будто что-то помешало моему сну, но на самом деле мои внутренние часы сказали, что пора просыпаться. В комнате было темно, на улице была тишина. Посмотрев на шторы, можно было увидеть, как последние лучи уходящего вечера касались горизонта. Рядом со мной я слышал дыхание Аделины, глубокое и спокойное. Можно ещё немного полежать, поразмыслить над деталями плана перед его реализацией. Я закинул руки за голову, короткие волосы ирокеза мягко прошуршали при прикосновении. Взгляд мой устремился в потолок, глаза стали понемногу привыкать к темноте. Я взглянул на девушку, её лоб почти касался моего правого локтя, так что я убрал руку по шву. Тут девушка повернулась на левый бок, да так, что стала дышать мне почти в ухо, а её правая рука оказалась на моей груди. Я был удивлён такому жесту, но никаких телодвижений от меня не последовало. Сначала я посмотрел на её руку, потом снова в потолок, глаза мои то щурились, то снова приобретали обычный вид. Мой старый шрам поперёк левого глаза напомнил о себе, заставив меня почесать его. Ещё у меня был шрам на лбу, идущий до правой брови, мда, моё лицо было всегда на приёме всех ударов, весёлые были времена. Ещё полежав минут пять я левой рукой похлопал по руке девушки со словами: «Аделин, вставать пора, дело делать». Её тяжёлый вздох ударил мне прямо в ухо, от этого я захотел его почесать, но сдержался. Девушка открыла глаза, резко убрала правую руку с моей груди и подложила себе под щеку. - Я во сне… - голос спутницы, проходящий мимо сдавленной щеки, слышался немного нелепо, но и в то же время мило. - Ничего страшного, я понимаю, - улыбнувшись, ответил я. – Нам пора вставать, солнце почти ушло. - Да, пора.       Но почему-то мы продолжили лежать и пялиться в потолок. Была почти гробовая тишина, только едва был слышен шорох ветерка на улице. Если так поразмыслить, то на первом этаже в главном зале должна играть музыка и должен быть слышен хохот гостей, но ничего из перечисленного не было, как будто сегодня таверна закрыта для попоек. - Так, Аделин, ты пока собирайся, а я схожу, разведаю обстановку.       Она без лишних слов встала и начала готовиться к выходу. Я выглянул за дверь, коридор был во мраке вечера, но мои глаза видели очертания дверей и косяков. Пол был скрипучим, так что мне пришлось пробираться чуть ли не на цыпочках к лестнице, ведущей в главный зал. Внизу трактирщик подметал полы и что-то бубнил себе под нос. Значит сегодня точно выходной для трактира. Если мы соберёмся выходить через главных ход, то это будет выглядеть немного подозрительно, так что лучше выйти через окно. Вернувшись обратно в комнату не задевая скрипучих половиц, я застал девушку сидящей на стуле в ожидающей позе: нога на ноге, щека на кулаке, облокотившись о стол. - Наш план выхода из таверны немного меняется, - подходя к окну, сказал я. – Мы выйдем через окно.       Оконная рама легко открылась, и я распахнул окна на максимальный угол поворота. Ключ от комнаты я положил на стол. - Не боишься высоты? – спросил я у спутницы. - Нет, только давай аккуратно. - Аккуратность – моё второе имя, - и после этих слов я выпрыгнул в окно, поджав ноги под себя. Воздух бил прямо в лицо, земля быстро приближалась. Мои ноги коснулись дороги, я, сгруппировавшись, перекатился к противоположной стене дома, быстро встал на ноги и поглядел по сторонам. Никто этого не видел и отлично. – Кидай мне свой рюкзак, я поймаю.       Она посмотрела на меня сверху, резкими движениями рук затянула лямки сумки покрепче, немного отошла и прыгнула рыбкой в окно, в воздухе быстро повернулась на ноги и удачно приземлилась на них, присев при этом. Мои руки сами начали хлопать, а на лице читалось сильное удивление. Девушка на это искренне улыбнулась и пожала плечами. Хоть и на улице не было ни единой души, мы всё же старались держаться тени и идти аккуратно. На главную улицу мы не совались, потому что там много пустого пространства. Зайдя в последний переулок перед главной улицей, мы остановились, чтобы оценить обстановку возле главного входа в дом смотрящего этой деревни. На крыльце дремал один охранник. Похоже дисциплина - это не про него. Я Аделине прошептал: «сначала пробегу я в тот проулок, потом дам тебе знак, и ты пробежишь ко мне». После её кивка я снова посмотрел на того соню. Мне хватило две секунды, чтобы очутиться на другой стороне улицы. Выглянув из-за угла и рассмотрев сопящую усатую морду охранника, я понял, что его уже ничего не разбудит. Махнув рукой спутнице, я отошёл вглубь переулка и сразу же взбежал вверх по стенке на крышу соседнего дома. Аделина уже была в полуметре от входа в переулок. Я тут же принял упор лёжа и протянул ей руку, а она, не сбавляя скорости, начала бежать по противоположной стенке, отскочила от неё и ухватилась за мою руку. Я её подтянул к себе, и мы вместе оказались на крыше соседнего дома. У меня слух наработан на мелкие шорохи, а тут я даже не слышал наших ударов ступней о землю и стены домов при беге. Я уже давно обучен технике бесшумного бега, а учителем у Аделины был сам лес, и она хорошо приспособилась. Не приспособишься ты – лес съест тебя с потрохами. Мне кажется, всё же стоит взять её с собой как-нибудь в гильдию наёмников, в которой числюсь я. Будет моим напарником. Пока я размышлял головой, моё тело уже оказалось на балконе, дверь, конечно же, закрыта. Ничего не остаётся, как взламывать замок, ибо выбивать дверь я буду в другой ситуации. Из одного из скрытых карманов своего плаща я достал отмычку, а из пояса достал маленький ножичек. Присев перед дверной ручкой, я просунул эти два инструмента внутрь механизма, и осторожно начал нащупывать рычажок на пружинке. Осторожно приподняв этот рычажок, я начал осторожно поворачивать замок влево, придерживая его в напряжённом положении. Через пять секунд замок щёлкнул, означая, что дверь открыта. Мы зашли внутрь дома, прикрыв за собой дверь. Справа от меня была стена с дверью, наверняка, ведущую в комнату главного деревни. Слева была лестница вниз, почти все оставшиеся участки стен были увешаны картинами. В правом дальнем углу стоял шкаф. Мы гуськом прошли к двери и осторожно отворили её. Она, к нашему счастью, была открыта. Аделина прикрыла за нами дверь, а я подошёл к кровати Ёркина. Помимо него в кровати лежали ещё две девушки, с виду лет 16-17. Молоденьких значит любишь, ну ничего, скоро ты умрёшь, но, похоже, умрёшь счастливым. Хотя в его глазах будет читаться только ужас, так что ни о каком счастье речи и быть не может. Справа и слева от кровати были окна, через них мы можем выпрыгнуть. Одна из девушек открыла глаза и начала жаться к спинке кровати, а я тем временем уже держал указательный палец поперёк губ, а другой рукой отодвинул плащ, открывая вид на меч, показывая, что шуметь не стоит. - Разбуди свою подружку, - шёпотом, медленно, произнёс я, чтобы было чётко слышно.       Девочка заторможенными движениями начала трясти за плечо вторую, когда та открыла глаза, первая повторила мой жест с указательным пальцем и указала в нашу сторону. Вторая взглянула на нас с ужасом и тоже стала жаться к спинке кровати и прикрываться одеялом из овечьей шерсти. Они были совершенно голыми. - Тише, тише, тише. Я вас пока не трону. Пока… - мой голос изменился в устрашающую и серьёзную форму. – Не вовремя вы тут оказались, дамочки. Разбудите своего хахаля, нам надо с ним поговорить.       Та, которая лежала ближе к Ёркину, начала его тормошить. Тот что-то начал мямлить, бубнить себе под нос, но в итоге проснулся от сладкого сна. - Что такое, девочки мои? – сонным голосом спросил он у них. Они с ужасом и трясущимися руками указали в нашу сторону, не проронив ни слова, умнички. Тот с недоумением посмотрел туда, куда они показывают. – А вы ещё кто такие? – уже проснувшись окончательно, ещё раз спросил он, но уже со злостью. - Мы – твоя смерть, - доставая мечи, ответил я.       Этот Ёркин был пузатым мужиком, с седыми усами и короткой стрижкой, половина которой была тоже в седине. В его глазах я видел обречённость, страх, как будто он сейчас в постель обмочится. Аделина тоже должна вставить своё слово, он сжёг её родителей как-никак. Всё это время я смотрел на эту троицу со злобной ухмылкой, от чего они боялись ещё больше, особенно эти невинные девчата, они всё сильнее вжимались в спинку. - Как вы сюда попали? - А это тебя уже волновать не должно. Аделин, твой выход, - кивнув в её сторону, сказал я. Она подошла к кровати, на её голове был капюшон, я даже не заметил, как она его успела накинуть. - Помнишь меня? – снимая капюшон и показывая уже рыжие волосы, глухим голосом спросила она. - Нет… Ты одна из моих проституток? – осмелился задать такой вопрос Ёркин. Я услышал, как Аделина скрипнула зубами, и её желваки чётко выступили на щеках. - Может это тебе напомнит? – она подняла руку на уровень груди и в её ладони начал образовываться маленький огненный шарик размером с яйцо, спальня сразу озарилась оранжевым светом. – Маленькая девочка 11 лет назад подпалила тебе сарай случайным образом, а ты потом сжёг её родителей заживо на костре… Нет… "На священном костре очищения от сил Сатаны", как ты сказал в тот момент. Я и есть та маленькая девочка, дочка тех невинных людей.       Шар в её руке стал расти, становился больше, я чувствовал, как она хочет швырнуть его в Ёркина, но её что-то останавливало. Я воспользовался моментом и продолжил разговор. - Ну что, теперь-то вспомнил? – смотритель кивнул. – Вот и славно, вот скажи, что вам плохого сделала магия? – подходя к нему ближе, я задал вопрос. - Магия – это печать самого дьявола, клеймо на всю жизнь, и я не допущу, чтобы в моей деревне было распространение этой ереси. Я конец клинка приставил к его подбородку. Он немного задрал голову и его маленький кадык пошевелился от сглатывания слюны. Девушки тихо взвизгнули. - Ты сам так решил, или церковь помогла? - Это тебя волновать не должно, - огрызнулся смотритель. Из-за такой самоуверенности я надавил на подбородок сильнее, по клинку медленно начала струится его кровь, из его уст вырвался тихий болезненный стон. Девушки чуть ли не с головой начали укрываться под одеяло и хныкать при виде такой картины. - А знаешь, я тут подумал… Не буду я тебя убивать. Дамы, можете бежать отсюда, - они посмотрели на меня из под одеяла с недоверием. - Ну! Бегите! РРРРРР! – мой ужасный оскал придал им сил и они, взвизгивая, ринулись к двери. Они даже не схватили одежду с собой.       Осторожно проскочив мимо полыхающего шара, девочки открыли дверь, а я посмотрел в глаза Аделины, она тем временем сразу поймала мой взгляд. Я кивнул. Девушка кинула свой шар в убегающих девчат. Глухой хлопок, запах палёной кожи и горелых волос. Тела рухнули на пол. Половицы начали было возгораться, но Аделина успела утихомирить огонь. Щелчком пальцев она зажгла все свечи, находившиеся на втором этаже. - Нееет! – прокричал Ёркин и из его глаз начали течь слёзы. - Что такое? Это твоя родня? – с наигранной заботой спросил я. - Это мои племянницы, - с горечью в голосе и со всхлипываниями ответил смотритель. - Ммм, инцест – дело семейное, да? – всё так же наигранно продолжал я. – Вот же ты сука, Ёркин, - уже серьёзно сказав и убрав меч в левой руке в правые ножны, ударил я смотрителя в нос со средней силой. – Иди к своим племянницам! Оплакивай их! Оплакивай так же, как Аделина оплакивала своих родителей!       Он остался сидеть в своей кровати и реветь, его слёзы смешались вместе с каплями крови, капающими из подбородка. Он не выполнил, что я велел, поэтому я взял его за шею и просто выкинул к обгоревшим телам его племянниц. Господи, голым он выглядит ещё ущербнее, чем ноющим. - Вы изверги, что вы сделали? – ревя, он начал кидать в наш адрес оскорбления и разного рода порчи. Я тем временем левой рукой достал метательный нож из скрытых карманов моей куртки - А ты, случаем, не такой же изверг? Ты, случаем, не убивал так же других людей, у которых тоже были родные? – всё ближе и ближе подходя к нему, я кинул метательный нож между балок, держащих поручни у лестницы. Охранник наконец-то проснулся, неужели. Я ему попал прямо в глаз, от чего он пригвоздился к стенке и съехал по ней. Ёркин всё оплакивал и оплакивал своих девочек, не проронив больше ни слова. – Больше нечего сказать, да? И правильно, потому что такому дерьму, как ты и говорить незачем, - после этих слов я рубанул ему по сухожилиям на стопах, чтобы он не смог ходить. – Аделин, поджигай дом. - С радостью, - с энтузиазмом ответила спутница. Её языки пламени начали распространяться по шторам, по стенам, пожирая картины, шкафы, достигая потолков. - Всё, Аделин, бежим! – она не услышала. – Бежим! – я повернул её за плечо к себе. – Всё! Хватит, выбираемся отсюда! – второй меч я убрал в ножны и с разбега выпрыгнул в окно, разбив при этом стекло.       Приземлившись, я сделал перекат подальше от дома. Обратил внимание на окно, девушка всё ещё не прыгала. Ну где же она?! Она нас задерживает. Тут из окна вылетела и Аделина, а за ней языки пламени, как будто старались схватить её и вернуть назад в дом. Лицо было закрыто накрест лежащими руками, и она не видела, как приземлится. Я рывком ринулся к ней, чтобы как-нибудь смягчить её посадку. Прыгнув, я схватил её и упал на спину, воздух из лёгких выбил удар от падения и ещё тело Аделины тоже постаралось. - Вставай! Нам надо бежать отсюда! – повысил голос я. - Ой, не кричи, голова итак заболела, - сказав это, девушка резво встала с меня и побежала к местной конюшне.       Я тоже встал следом и начал смотреть на дом, на полыхающий уже огонь. Языки пламени освещали тёмную улицу, скоро должен набежать народ. На крыше этого дома я заметил тёмный человеческий силуэт в капюшоне, а его плащ развевался по ветру. Лица не было видно, хоть и ярко светил огонь. Его руки и ноги были крепко обмотаны бинтами до локтей и колен. Что-то слишком много тёмных силуэтов на один квадратный метр. Мне показалось, или его руки источали слабый ярко-фиолетовый свет. Незнакомец развернулся и убежал по крышам. Бросив недоумевающий взгляд в его сторону, я тоже развернулся и побежал за Аделиной. Я старался бежать как можно быстрее, потому что много времени отняли эти ситуации с задержкой девушки и с силуэтом. Спутницу я нагнал как раз возле конюшни, я слышал, как за моей спиной начинали открываться ставни деревянных окон, дверей, люди начали выбегать из домов. Лошадь стояла приготовленная и ждала своего выхода. Я вбежал к ней, отвязал уздечку от стойла, вывел на дорогу и ловко оседлал. Аделина стояла и смотрела. Я подал ей руку, она резво схватилась за неё и тоже села в седло. - Зачем ты сбил меня с полёта? – сразу же, как села, спросила она. - Не сейчас, разберёмся позже, держись крепче! НО! Пошла, родимая, пошла! – ударив по бокам и по вожжам, поскакали мы в другую сторону деревни, от той, в которую сначала вошли.       Тут же начал звенеть колокол, поднимая весь народ. Как-никак пожар в доме смотрителя. Я выжимал максимум из лошади, впереди нас ждала тёмная дорога, мрачный лес, и только мы. Мои глаза уже приспособились к темноте, и я просто направлял лошадь. Мы скакали долго, всё дальше и дальше уходили в лес. Звон колоколов уже не был слышен, но мы не останавливались, надо было уходить на максимально удалённое расстояние от места наших действий. Цокот копыт по дороге, темнота. Мои ощущения начали говорить, что мы уже достаточно отъехали от деревни. Я начал сбавлять галоп на рысь. Лошадь немного помотала головой. - ТПРР! – потянул я на себя вожжи. – Надо оглядеться, может найдём какой-нибудь старый дом, чтобы переночевать. - Теперь можно задать тот же вопрос? – всё время молчавшая Аделина, вновь начала выяснять, почему я её поймал. - Да, - слезая с лошади и всматриваясь вглубь леса, ответил я. - Я подумал, что твоя траектория падения была неудачной, да и ты руками закрылась, ты могла что-нибудь повредить и задержать нас, а мне этого не хотелось. Я понятно объясняюсь? - Понятно, но со мной ничего бы не было. - Знаешь, лучше перестраховаться. И как я увидел, удачно перестраховался. Вопрос закрыли? - Да, - следом слезла и девушка. - Теперь у меня вопрос. – начал я отводить лошадь с дороги на правую обочину. – Почему ты не прыгала вслед за мной? - Я смотрела на страдания Ёркина, как он заживо сгорает в моём огне мести, - в её глазах начал полыхать огонь. – Это его плата за смерть моих родных. Я смотрела на него так же, как он смотрел на моих полыхающих и кричащих от боли родителей. - Хорошо, я тебя понял. Теперь ты отомщена и можешь расслабиться. Бери лошадь и свети нам путь, я пойду немного впереди.       Она ничего не ответила, но сделала всё то, что я попросил. Я достал один меч, и мы стали проходить вглубь леса. Аделина светила, я рубил высокую траву. Шли мы на удивление без приключений, особенно по таким опасным местам. Вдруг издалека начали виднеться тёмные очертания какого-то маленького домишки. - Так, стой, - рукой остановил я позади шагающую спутницу. – Дальше есть какой-то дом. Останься тут, туши огонь и вслушивайся в темноту, я пойду, разведаю обстановку. Если будет чисто – я дам короткий свист, если будет опасность – я свистну громко и протяжно. Понятно?       Девушка кивнула. Я осторожно пошёл через листву к домику. Шёл аккуратно, старался не встать на сухие ветки. Подойдя к дому, я почувствовал запах старого дерева. Этот дом, похоже, уже давно покинут. Подойдя к окну, я прислушался. В доме было тихо. Надо зайти в дом, посмотреть что там. Я начал всматриваться в выбитое окно: по полу была разбросана утварь, глиняные кувшины уже давно разбились или раскрошились в пыль. В доме была одна комната и прихожая. Вроде ничего не предвещает опасности. Я аккуратно перепрыгнул через окно. Доски подо мной громко скрипнули. Спасибо, что хоть не сломались. Я проверил все углы в доме, но ничего опасного не нашёл. Выглянув в окно, я коротко свистнул, и сразу же увидел, как в листве загорается огненный шарик света. Подойдя к дому, я привязал лошадь к более-менее сохранившемуся крыльцу. Зайдя в дом, мы соорудили костёр и зажгли его, благо в моих спутниках есть маг огня. - Спать хочешь? – усевшись на пятую точку, спросил я. - Не особо, но вздремнуть не помешает. - Тогда ложись первой, я тебя разбужу через некоторое время, сменишь меня на дозоре. - Хорошо, – после этого слова, девушка легла спиной к костру и положила голову себе на руку.       Я остался сидеть на полу. Всё же меня её сила пугает. В какой-то момент она не сможет сдерживать свою магию и произойдёт то, что я недавно видел во сне. В нашей гильдии наёмников нет учителей или наставников, особенно тех, кто практикует магию. Но есть у нас один писарь, который постоянно записывает истории наших заказов. Когда то он работал с магами в Коллегии Эстефолда, но его оттуда уволили за кражу информации. А может он сбежал. Но не суть. Стоит с ним поговорить насчёт этого. Надо как-нибудь наведаться в гильдию. Спать мне не особо хотелось, так что я сидел и размышлял, как дальше дорогу держать. По дороге могут нас искать, так что на неё выходить опасно. Можно по лесу прогуляться, посмотреть, куда выведет нас путь. А там уже посмотрим куда дальше. Ещё какое-то время я посидел на полу, а потом встал и вышел на улицу. Воздух был очень свежим и чистым. Получается, мы подошли в дому по диагонали, а с самого лева находился холм. Справа не было ничего интересного. Я услышал, как наша лошадь начала бить копытом землю и сильно мотать головой, что-то ей здесь не нравится. Я насторожился. С холма начал идти туман, но так, что он оседал на земле. Я достал меч и ногой постучал по стене дома, с громкими словами «Аделина, просыпайся, у нас проблема!». Девушка сначала подняла голову и начала озираться по сторонам. Я крикнул ещё громче: «Вставай, мы тут не одни!». Достав мечи, я приготовился к бою. Спутница вышла из дома и подошла ко мне. Лошадь уже старалась вырваться из привязи. Ещё немного и у неё это получится. Туман уже достиг наших ног, а позади холма начал литься зеленоватый свет. Вдруг на холм вышел какой-то человек в чёрном плаще с заклёпками для капюшона в виде черепов. Снова какой-то силуэт. Эти силуэты когда-нибудь прекратят появляться на моём пути? На его лице была ужасная маска в виде человеческого черепа, половина верхней челюсти которой была отломана. Глаза светились зелёным светом, в одной руке было что-то на подобии кадила с таким же светом, а в другой руке он держал потрёпанную книгу. Некто остановился на вершине этого холма и замер. Мы с Аделиной замерли и стали наблюдать за его действиями. Его тяжёлое дыхание было слышно даже нам. Вдруг он начал читать что-то из книги на непонятном мне языке. Его кадило и глаза начали светиться ярче. - Он произносит заклинание, - с тревогой в голосе сказала девушка. - Это я понял, но какое заклинание он произносит? – сжимая сильнее рукояти мечей, задал вопрос я.       Вдруг он захлопнул книгу, поднял правую ногу, согнутую в колене на уровень живота и с силой опустил её на землю. Холм начал раскалываться на две половины, из недр этой пропасти начал светиться оранжевый свет, как будто внизу лава. Оттуда я начал улавливать какие-то звуки… Звуки музыки!? (В данный момент для большего погружения в атмосферу рассказа советую включить эту композицию: Motörhead – Ace of Spades). Но это была какая-то необычная музыка, она была страшной и какой-то металлической. На холм постепенно выезжала какая-то платформа, а на ней стояло два скелета, а третий сидел за какими-то «бочонками» и ударял по ним палками. Двое держали в руках что-то вроде гитар, но они сильно отличались от здешних. Они издавали какие-то странные звуки, и сами струны были железными. Я это понял, когда пригляделся к костлявым рукам этих «музыкантов». Тот, что играл на четырёхструнной гитаре, был в шляпе с отогнутыми вверх полями по сторонам. На его скелетном лице были усы, плавно переходящие в бороду и бакенбарды. Подбородок был чистым. Остальных я разглядеть не успел, потому что под эту зловещую музыку начали из земли подниматься ещё скелеты, только уже с оружием вместо музыкальных инструментов. Хотя я всё ещё не могу понять, зачем третий бьёт по обтянутым тканью «бочкам» своими палками. Тут и размышлять нечего, что скелеты к нам недружелюбно настроены. Лошадь уже давно сорвалась с привязи и ускакала куда-то. Первый скелет напал резво, как будто он был обтянут мышцами, но тут же быстро развалился на несколько костей от моего удара, остальные тоже начали подтягиваться и нападать на нас. Аделина начала жечь всех своим огнём, а я - рубить что есть силы. Оружие у этих доходяг было разным: дубины, вилы, ржавые мечи, серпы, клинки. Вроде они не представляют опасности, когда нападают поодиночке, но вот если нападут все разом, то будет намного сложнее. Некромант как будто прочитал мои мысли, потому что нападать скелеты начали уже группами. Я уворачивался от атак, как только мог, но всё равно иногда меня цепляли своими ударами. Они были не смертельными, но передвигаться становилось сложнее. - Нам надо дойти до того парня с книгой, это он всем управляет! – крикнул я девушке, которая жгла скелетов налево и направо. Её противники сгорали, а мои снова собирались в единое тело и атаковали меня вновь. - Прикрывай мою спину, я пойду в атаку! – прокричала в ответ спутница.       Я встал к ней за спину, она начала жечь всех впереди, а я отталкивал и рубил всех по сторонам. Мы продвинулись немного вперёд, и я заметил, как из кустов полетела стрела, но мои рефлексы меня на этот раз не спасли, стрела попала мне в бедро. - Ай, стрела в ноге! – опёрся я на непростреленную ногу.       Аделина остановилась и начала прикрывать меня. Со всех сторон были видны языки пламени, жгущие противных скелетов. Ещё стрела попала мне в плечо, вторая прилетела в правый бок. Мой разум начал темнеть, и я свалился на землю, мой взгляд устремился вверх в листву деревьев. Аделина с криком «Анди!» упала на колени рядом со мной, приподняла меня за плечи к себе. Я чувствовал, что она плачет, она мне что-то говорила, но я уже не слышал. Вокруг меня полыхал огонь, все скелеты разом испепелились. Музыка давно прекратила играть. - Хах, Анди, ну привет, старый друг.       Я знаю этот голос, он мне кажется до жути знакомым. откуда он в моей голове? Из-за этого голоса разум немного прояснился, я повернул голову в сторону Некроманта. Я услышал, как девушка говорила «только не умирай». Этот некромант снял свою маску, и я понял, кому принадлежит этот голос. Некромантом был Рикард! Тут мой разум снова помутнел, я обмяк на руках у Аделины. Мои глаза успели заметить странную вспышку на небе, и быстро приближающийся после неё тёмный тяжёлый объект. Мои глаза закрылись, и я потерялся в пространстве.