Forever BangDae

Вместо эпиграфа       Не взыщи, мои признанья грубы, Ведь они подстать моей судьбе. У меня пересыхают губы От одной лишь мысли о тебе... М.С. Петровых

***

Я только твой… Ты стал моей страстью, моим вдохновением и моим наваждением. Моей любовью и моей погибелью. С самого первого дня, с того момента, как мы случайно столкнулись в агентстве, когда ты, уставший и вымотанный, возвращался с очередной тренировки. Растрепанный, но такой одухотворенный, ты шел не в общежитие, а в свою излюбленную студию, не жалея сил и времени для написания музыки. И в тот миг, когда я заметил твою легкую мечтательную полуулыбку, мое сердце ухнуло вниз, а я понял, что теперь оно принадлежит только тебе. Тебе и никому другому. И я готов был сорваться вслед, наплевав на встречу с директором и менеджерами, чтобы принести тебе свое трепещущее сердце, а заодно и всего себя на блюдечке. Но тебе не нужно было это подношение. Я только для тебя… Лишь рядом с тобой я начинаю ощущать себя цельным, не понимая, как не замечал раньше этой пустоты в душе. У меня замирает дыхание, стоит только твоей ладони бережно обхватить мое запястье на одном из концертов. Меня колотит, кажется, всего сразу, когда ты оказываешься слишком близко на интервью. Меня прошибает холодный пот, скользкими струйками стекая по спине, если твой всегда внимательный взгляд задерживается на мне. Я слишком остро чувствую, когда тебя нет в общежитии. В твоем присутствии я робею, не смея лишний раз слово сказать, и после бесконечно корю себя за это. Немею, когда ты обращаешься ко мне или спрашиваешь о чем-то. Сгораю от собственной беспомощности. Бесшумно плачу по ночам, прячась на кухне и глотая непрошенные слезы. Никто не знает, скольких сил мне стоит хотя бы на публике притворяться, что ничего к тебе не чувствую. И ты не видишь или безразличен к этому. Все во мне только твое… В компании младших, ЕнДжэ или ХимЧана я могу веселиться и дурачиться, как только вздумается. Но стоит тебе оказаться неподалеку, мое тело словно немеет, боясь допустить малейшую оплошность. Ты дурно влияешь на меня, хоть быть вместе с тобой так сладко. Я хотел бы быть с кем угодно из них, но это выше моей власти. Даже встречаясь с кем-то из ребят, мое сердце никогда бы не билось так бешено, как от одной из твоих мимолетных усмешек, подаренных лично мне. Пусть украдкой, мои глаза все время устремлены на тебя. Я замечаю, как ты восторженно смотришь на кого угодно, кроме меня. И с каждой новой песней, с каждым альбомом я надеюсь на все более сложные партии, чтобы потом, на записи и репетициях, срывать голос, надрывая связки, но наконец ловить твой довольный восхищенный взгляд в мою сторону. Я смог впечатлить тебя, и это мгновения моего триумфа и наивысшего блаженства. А потом ЕнДжэ каждый вечер отпаивает меня целебными чаями и отварами с имбирем, ромашкой и прочими лечебными травами, сетуя, что я совершенно себя не берегу. И я не могу объяснить и признаться другу, что все это лишь жалкие попытки заслужить хотя бы толику внимания и одобрения нашего лидера. Я могу быть замечательным другом и отличным приятелем, заботливым хеном и внимательным тонсеном, неплохим советчиком и отличным вокалистом. Вот только завоеватель из меня совсем никудышный. В моей памяти хранятся десятки писем и записок, которые я порвал или попросту выкинул, так и не посмев отдать адресату. Сотни признаний, так и не сорвавшихся с моих губ в минуты особой слабости. И тысячи слов, что я ни за что не осмелюсь сказать лично тебе. Мое сердце и душа рыдают кровавыми слезами, и я не понимаю, почему не погиб ещё от кровопотери. Я только для тебя, но ты никогда не будешь моим. Я только твой, но ты об этом не знаешь…