BLUE NEIGHBOURHOOD

Бэкхёну и в голову не могло прийти, что совместное времяпровождение в одной кровати с Сехуном станет одной из его крупный ошибок. Ключевое слово здесь - 'Сехун', который, на секундочку, натуральный гей. Но самое главное, что всё начиналось на удивление спокойно. Они приготовились ко сну. Бэкхён всё ещё ходил из угла в угол по комнате, что-то перекладывал, искал, пока Сехун, уже лёжа в постели, наблюдал за ним в оба глаза. Его очень забавлял суетливый хён. В итоге младший не дождался Бэка и уснул, в то время, как второй только вышёл из ванной, почистив зубы. Бэкхён улёгся на кровать и укрылся одеялом, под которым тихо сопел Сехун. Бэка всегда преследовала одна и та же проблема, когда он спал в одиночестве - по своей натуре он слишком часто мёрз. Но зато сейчас рядом с ним под тёплым одеялом спит не менее тёплый Сехун. От одной мысли, что дискомфорта от холода нет, он довольно поёрзал на месте и придвинулся ближе к источнику тепла, расслабляясь. Удивительным было ещё то, что Сехун спал крепко, и, соответственно, смирно, поэтому не занимал много места, как ожидал Бэкхён. "Даже одеяло не отбирает - поразительно!" улыбнулся Бэк и закрыл глаза. Сон, как на зло, всё не подходил. Блондин ворочался на одном месте, как вошь, но в одно мгновение замер и не смог пошевелиться. Сехун стонал во сне. Нет, именно в том смысле. Это на самом деле было похоже на искусительные эротические звуки, Бэкхён других мыслей даже не допускал! Он пытался мысленно себя успокаивать, мол, ну мальчик ещё созревает, у него до сих пор не выветрились из головы подобные мысли интересного характера. К тому же, из-за его особенности, найти себе просто "пассию" хотя бы на одну ночь крайне трудно. "С кем не бывает..."- вынес вердикт Бён. Через секунду все его предположения и домыслы улетучились напрочь, потому что сейчас лежащий рядом парень произносил его имя. Шёпот стремительно переходил на не совсем тихие звуки. Сехун, чёрт его возьми, выстанывал имя Бэкхёна. Тихий хриплый голос Се срывался на высоких нотах. Он быстро выговаривал и шептал какие-то непонятные слова и ворочался на месте, крутил головой и рвано дышал. Бэк, к слову сказать, лежал в холодном поту. То ли от нарастающего возбуждения - его как никогда заводили звуки своего имени, доносившегося из уст Сехуна, то от от страха этого возбуждения - всё-таки в подобном ключе такое он привык слышать только от девушек. Атмосфера понемногу улетучивалась, а Бэкхён продолжал бездыханно лежать в одном положении, пока не уснул. Сильная усталость наконец взяла верх над парнем. *** Утро наступило незаметно. Бэкхён даже не успел понять, выспался он или нет. Проснулся он, как по расписанию - рано - около полудня по парижскому и пяти часов по сеульскому времени. Вроде бы всё как обычно, проснулся, потянулся, но... Тут же понял, что оказался придавленным длинными конечностями Сехуна. Тяжелыми конечностями, чтобы вы понимали. "Вермишель!" - обозвал блондин спящего Се.  Осторожно, рука за рукой, за ногой, он отодвинул от себя тушу младшего и лёг на спину, уставившись в потолок. Вставать на удивление не хотелось; во-первых, было нереально и приятно тепло, поэтому не было ни малейшего желания вылезать из под одеяла с горячим ото сна Сехуном, а во-вторых, они никуда не торопились, они в Париже, а значит тут нет их Универа, бешеного расписания, сессий и сумасшедшего ритма жизни... Бэкхён нежится в постели ещё полчаса и начинает будить Сехуна - так ведь можно всю жизнь проспать. Тем более планы на сегодняшний день не дают Бёну усидеть(улежать) на месте. До Бэкхёна доходит, что парень спит с оголенным торсом, как только он садится на постели, тем самым перетягивая одеяло на себя. Осторожно толкает Сеха в плечо, но позже осекается - "Разве его  т а к  разбудишь?!". Бэк начинает трясти юношу за широкие плечи, громко декламируя "Сехун, вставай! Вставай, Сехун! Париж не ждёт!!!" Раздаётся только сонное мычание, Хун тащит на себя одеяло и закрывается им до ушей. Но Бэк в ответ дёргает одеяло на себя так сильно, что полностью оголяет парня. "Пошёл в жопу!" - шепелявит младший и с выражением лица вселенского гнева выхватывает одеяло из рук Бёна, на что тот встаёт с кровати и елейным голосом говорит ему: "Если ты сейчас же не встанешь, я укушу тебя за задницу!"  Ответа он не получает - только слышит грозное сопение из под одеяла. Старший медленно приподнимает одеяло у ног Сеха и движется выше и выше. Тем временем Сехун, как страус, прячет голову под подушку, видимо, уже готовясь принять мученическую участь. Глаза всё ещё слипаются, а под одеялом так тепло - он просто не в состоянии пересилить себя. Бэкхён уже у заветного места, обтянутого серыми боксерами. - Я кусаю! - зачем-то предупреждает он, как будто Сехун не чувствует горячего дыхания у себя на пояснице. Бэк уже открывает рот, чтобы защемить мягкую кожу между зубов, но не успевает, потому что из-под подушки доносится вопль "Не на-адо! Встаю я, встаю! Отвали!" И соскакивает с места так резко, что Бён умудряется прикусить себе язык, от чего поток матов, накопившийся со вчерашнего дня стремительно вылетает наружу. Сехун, нагло пользуясь моментом, занимает ванную комнату. *** Через час оба вышли из отеля и направились навстречу приключениям. В планах у них было пойти в Лувр, так как все туристы Парижа всегда в обязательном порядке направляются именно туда. Далее они хотели посетить Люксембургский парк, прогулку по которому им любезно посоветовал добрый и разговорчивый мужчина в аэропорту. Сехун фотографировал почти каждой здание, пока они бродили по Монмартру. Бэкхён же просто наслаждался красотами поздней осени. На деревьях осталось совсем немного засохшив листьев, но это ничуть не портит общий эстетический вид столицы, наборот, атмосфера становится вдвойне романтичной. На этой великой улице всегда было очень многолюдно. Разгуливали дамы, разодетые в пантоновые тренчи. То и дело сновали группы мужчин, похожих на бизнесменов. Оказывается, в Париже делового стиля придерживаются не только серьёзные работники офисов. В костюмах-двойках разных дорогих брендов можно увидеть обычного чиновника или, возможно, обычного преподавателя или бухгалтера... Их незатейливую беседу прерывает грациозная француженка, что идёт навстречу. Необычной красоты девушка, кажется, совсем не ступает на асфальт, потому что стук каблучков её туфель совсем не слышен. Восхитительная дама приближается к ним, даже не чувствуя прикованного к ней внимания со стороны парней - даже Сехуну при виде её приходится приудержать свои гейские флюиды. Когда незнакомка оказывается позади, Бэкхён не упускает возможности долго смотреть ей вслед и даже присвистнуть от восторга. - Ты ещё скажи "я бы вдул!" - корчит недовольную физиономию Сехун.  - Нет, к сожалению, такие женщины не в моём вкусе. - Язвительно отвечает Бэк и поясняет,- Слишком вульгарно, слишком. Да она похожа на проститутку!- На что Сехун только цокает. От одного вида Эйфелевой башни может захватить дыхание - проверено Бён Бэкхёном. Особенно в такое время года архитектурный шедевр выглядит нереально романтичным и кажется, будто сооружение имеет цвет увядшей розы. Куча фотографий этого великолепия заставляют Сехуна визжать от радости - рядом с таким чудом даже он кажется не обделённым фотогеничностью. На величественную достопримечательность не удалось наглядеться вдоволь - по закону подлости десять минут спустя с неба начал накрапывать дождь, усиливаясь с каждой минутой. Пугало не то, что теперь походы в кафешки можно было засунуть в одно место, а то, что до отеля от центра Парижа добираться было крайне долго. Стремительно движущаяся толпа людей сносила с ног, а тонкая верхняя одежда начинала промокать. Когда удалось выйти на ближайшую свободную от снующих людей улицу, оба припустились бежать. Зато теперь с неба лил настоящий Парижский осенний массивный ливень. Вещи промокли насквозь и неприятно прилипали к телу, отчего становилось ещё холоднее стоять, пока они ожидали такси. Пятнадцать минут спустя они подъехали к долгожданному месту. Пока поднимались на нужный этаж, успели скинуться в камень-ножницы-бумагу на то, кто первый идёт принимать горячий душ. Неудивительно, что Бэкхён продул - с его удачливостью шансы на выигрыш равны лишь одной сотой. Придётся сидеть у батареи и ждать, пока господин О нежится под тёплой водой и фальшивенько распевает какую-то песню на французском во всё горло. Десять минут в состоянии дрожи тянутся вечность. Как только старший слышит звук поворачивающейся дверной ручки, то подрывается с места и бежит в сторону ванной, по пути стягивая с себя вещи. Он захлопывает за собой дверь и слышит громкий чих Се через стенку. "Задохлик!" - выдаёт Бён «Нескольо минут под дождиком, а уже простыл...» и снимает последний элемент одежды. Он уже мысленно ощущает состояние эйфории, которое будь испытывать всего через несколько секунд, находясь под горячими струями воды. Это состояние забытия длится гребаную минуту - после этого воды резко сменяется на холодную, а потом уже на ледяную. Бэкхён матерится во весь голос - он только-только намылил голову, а смыть шампунь возможности уже, по видимому, не представится. Ничего не остаётся, кроме как одним движением убрать пену с волос, выключить воду и завернуться в халат. Отчасти было немного забавно наблюдать за выражением лица Сехуна, когда тот увидел злого мокрого хёна в одном халате. - Эти суки не могут до конца провести отопление? Я их сейчас всех урою там!- Бён был готов рвать и метать, пока его не остановила рука Сеха, приземлившаяся на плечо. - И куда ты собрался на ночь глядя? Думаешь, обрадуются тебе, когда ты предстанешь перед ними в таком виде? - О оценивающее осмотрел с ног до головы злобного хёна и усмехнулся выражению лица старшего.- Устроит он... Не кипишуй, я сейчас вернусь. - Он отложил телефон и направился к выходу. Всё время отсутствия Сехуна Бэкхён ходил по комнате туда-сюда всё ещё с разгневанным выражением лица. "Не отель, а поебень! Даже с отоплением разобраться не могут! Сто процентно какие-то проблемы с нагревательным котлом!" И был прав на счёт причины заминки. Сехун вернулся с минуты на минуту и сказал, чтобы они подождали пару минут, пока стафф устраняет проблему. Дело в самом деле было в случайно отключившемся нагревательном котле, но теперь устройство уже перезагрузили. На Бэкхёна было нельзя посмотреть без жалости. За несколько минут мерзлоты он превратился в нахохлившегося котёнка, только вдобавок он громко стучал зубами и глаза вот-вот готовы были заплакать от злости и обиды. Сехун мог бы подколоть хёна на счёт его удачливости, но почему-то не стал, а просто подошёл к Бэкхёну близко-близко и заключил его в большие и невероятно тёплые объятия. Он растирал предплечья старшего, создавая теплоту и успокаивающее гладил по спине. Бэк не заметил, как оказался сидящим на коленях младшего и утыкающимся в его шею. Было настолько тепло и комфортно, что он невольно задумался "может ли быть что-то более приятным?" Пара минут уже давно прошла, но Бён совсем не собирался выбираться из кокона рук Се.