Безумие

Больнее всего было осознавать, что без этого никак. Это нужно, необходимо. Для него, для семьи, друзей и… С первого дня заселения в апартаменты Эддисона, Салли почувствовал что-то странное. У жильцов конечно были свои заморочки, но сами апартаменты нагнетали тревогу. Кто же мог подумать, что ему придётся столкнуться с кучей дерьма, о котором не расскажешь даже отцу. Выгребай всё сам. Быть может, вообще стоило переселиться в другое место. Жизнь была бы намного спокойнее, никакой этой чертовщины, которая день изо дня снится Салу и холодным потом скатывается по телу. Мучает, заставляет думать, что же не так в его жизни. Где он оступился? Ларри был, пожалуй, единственным человеком, который понимал его как никто другой. С полуслова, по взгляду. Он знал, что парень уже вымотан всем этим и ему требуется помощь. Лезвие ножа противно заскрежетало, коснувшись стены. Он в последний раз оглядывает это здание изнутри, перед тем как убить его жильцов. Они не виноваты. Никто не виноват. Но почему тогда всё приняло именно такой оборот? Зачем жизнь окончательно отвергла его, словно он прокажённый. Он причастен, но не виновен! Просто Фишер хотел как лучше. Это всё стоило забыть как страшный сон. Стоило прекратить лезть куда не следовало, намного раньше, чем пришло осознание. Глупый Салли хотел добиться правды и узнать, что же творится в этих стенах. Он бы с радостью пожертвовал сейчас собой. Без колебаний убил бы себя, во благо других. Ларри был бы жив. У них всех есть жизнь. Возможно, не правильная, но жизнь. А у Салли уже всё проёбано. Как же это иронично. Не передать словами то, что он чувствует когда убивает их всех, одного за другим. Салли начинает подташнивать, когда юноша видит на руках и одежде кровь некогда живых людей. Стены и пол окрашиваются в ярко-алый. Кажется, что все апартаменты стали огромным котлом с тухлятиной. От смешения запахов его выворачивало наизнанку. - Отец, прости, я не должен был закончить всё так! – из горла вырывается мерзкий хрип и Салли колеблется, прежде чем завершить жизнь отца и Лизы. Но ведь реальность такова. Только он мог сейчас прекратить всё и спасти ещё живые души. Ни Эш, ни кто-либо ещё. И он делал то, что нужно. - Не могу этого избежать, простите меня! Ларри, почему всё кончается именно так?! Он очень хотел, чтобы призрак услышал его. - Я так намучался в этой жизни, блять. Салли обессиленно опустился на пол в коридоре, около умирающего Тодда. Из под маски потекли горячие слёзы. Он не отступил, сделал всё до конца. Но какая теперь разница? Уже совсем близко раздаётся вой полицейских сирен. Салли пробирает дрожь, а стены жилища давят на него с новой силой. Теперь это самое мерзкое место, в котором он бывал. Парень не хочет оставаться здесь ни секунды и поднимается на ноги. Салл сам выходит на улицу к копам, поднимая руки и опускаясь на колени, когда на него мгновенно наводят пистолет. - Проверьте всё там, возможно он действовал не один. С него срывают протез и небрежно откидывают в сторону, от чего вещь раскалывается на части. - Шеф, у нас тут убийца. Молодой парень, - передаёт мужчина по рации, всё ещё держа Фишера под прицелом. – ребята сейчас обыскивают здание. Да, я сообщу Вам о деталях как закончим. Салли молчит, мрачно поднимает взгляд к небу и видит серые тучи, что грозно смотрят свысока на Землю. - Ты осуждаешь меня? – вопрошает громко Салли, слыша раскаты грома. Странно покосившийся на него полицейский крепче сжал оружие в руках. - Ты же сам знаешь, что я не мог поступить по-другому, у меня не было выхода из этой дерьмовой ситуации! – он срывается на крик, а в глазах застывают слёзы отчаяния. На щёку упала капля. Начался ливень и Салли опустил голову. Одежда мгновенно намокла, а на землю, спускаясь с рук, закапала алая жидкость. Парень почувствовал некое облегчение и прикрыл глаза. Его посадят. Возможно на пожизненный срок. Быть может даже казнят за массовое убийство ни в чём не повинных людей. В любом случае теперь, он понесёт наказание. Маловероятно, что всему, что он расскажет, поверит хоть один в суде. Неудивительно если его признают неизлечимо больным. Был ли Салли таковым? В какой-то степени, да. Но друзья были его главной опорой, а семья - ценностью. Они спасали от сумасшествия, лечили раны и делились теплом. - Что ты там пробубнел, придурок? - громко спросил коп в очках, стоявший ближе всего к нему. - Нет, ничего. Нет. Ничего. Теперь.