Новогодний интерактив

      Когда прибыл Димас, я, ощущая себя полным дебилом, ковырял лопатой смёрзшуюся землю, едва-едва наковыряв, как говорится, на два пальца земли на донышке ведра. От Яны и Никиты помощи не было никакой, да чем бы эти двое вообще мне помогли? Димас прохрустел по снегу к нам, ещё издали начал произносить фразу и закончив её, подойдя вплотную: — Альо, товарищи, чё как? По какому поводу субботник будет? Я приветствовал Димаса раздраженным взглядом. Я прекратил насилие лопаты, оперся на неё, аки заправский дачник. — Да вот, катастрофа случилась, слушай… — Вот балда, у тебя котелок не варит? Кто же так делает! Надо было тебе нагреть водички, потом берешь эту воды, ливанул, копнул и повторить до победы.       Под смех Яны и Никиты я в сердцах швырнул лопату под ноги, пошел показать Димасу, где можно припарковать его машину. Я впервые увидел машину Димаса, но мне она всё равно показалась смутно знакомой. Спросив про модель, я получил ответ, что это редкий в наших краях «Шевроле» полного полицейского комплекта. Вот оно что, я такую машину точно видел в старых голливудских боевиках. Оставив свой транспорт около транспорта Яны, Димас захватил с собой походный рюкзак. В дом следом за мной вернулись Яна и Никита.       Моё раздражение от собственной тупости рассеялось, я, в третий раз изображая из себя радушного гостеприимного хозяина, предложил Димасу чем-то угоститься, Димас сказал, что не отказался бы от чего-то покрепче. Я забрал поднос с пустой чашкой от чая Никиты, в кухне открыл одну из бутылок коньяка, нарезал в блюдце лимон. Вернув поднос в гостиную, я поставил его на стол возле ноутбука Никиты, сам, налив коньяк в четыре бокала, уселся рядом с Димасом. Повисла неловкая тишина, только слышно было, как где-то гудит ветер, да чпокает переключаемыми каналами телевизор с отключенным звуком, пультом рулила Янка. Димас распробовал коньяк, одобряюще покивал головой, разрушил неловкую паузу, грозившуюся затянуться до неприличия: — Слушай, Макс, тут у тебя рядом лес, в нем что-то водится? Я почесал макушку. Димас имел в виду лес, опушка коего находится всего в полукилометре от моего дома. Откровенно говоря, я не знал, водится ли там что-то крупней белок с зайцами, коих много раз видел во время «тихой охоты». — Интересный вопрос, скажу честно, я понятия не имею. — Я-то к чему спрашиваю, — сказал Димас и ещё раз пригубил коньяк, — я хотел угостить вас своим коронным блюдом. А для этого мне надо добыть кабана. Яна уставилась на Димаса, как на инопланетянина, Никита запоздало врубил камеру, начал снимать. Я мысленно схватился за голову. — Зачем тебе кабанятина, у меня есть замороженная свинина! Димас скорчил такую физиономию, словно нюхнул тухлого яйца. — Так и знал, что ты это скажешь. Нет, с магазинной свининой не то, жарится это мясо отвратительно. Соль моего блюда в том, что именно свежая кабанятина используется, жарится на собственном сале. Насчет самой охоты не переживай, я сейчас вернусь. Димас встал из-за стола, удалился в прихожую, хлопнула входная дверь.       Парень довольно быстро вернулся, в одной руке он нес — мама-перемама! — настоящую трехлинейку с оптическим прицелом, а в другой тот самый свой походный рюкзак. Я залпом допил коньяк, не заметив на этот раз крепости. Никита аж привстал, разинув рот: — Ты на войну собрался или новый год с друзьями отмечать?! Димас на солдатский манер закинул винтовку за спину, расстегнул рюкзак. — У меня все схвачено, — на стол легла сложенная в несколько раз карта в пакете с герметичной застежкой, — я точно не пропаду в незнакомом лесу. — Круто, конечно. Но тебе не кажется, что главная опасность не в том, что ты заблудишься, а в том, что такая охота будет неприкрытым браконьерством? — Блин, да ладно тебе, как будто у меня нет опыта в таких делах? — Димас, сказав это, сделал бандитское лицо.