Irresistible pull

— Ты его глазами раздеваешь, —прикрыв рот ладонью, говорит Чон старший. — Знаю, — не отрываясь от омеги произносит Чонгук. — Смотри как в ответ смотрит, с вызовом, — кивнул в сторону Тэхена брюнет. — Две минуты назад взгляд от пола поднять не мог, стеснялся что ли? — глаза щурит, любоваться не прекращает. Тэхен лишь шаг в кабинет сделал, Чонгук уже его запах почувствовал. Божественный, головокружащий запах молочного шоколада. Себе отказывать не привык, позыву принюхаться не противится, глубже втягивает, легкие заполняет, его запах Чонгука будто обнимает. Чон Хосоку должное отдаёт, в его вкусе он никогда не сомневался. Омега и вправду оказался красивым. Слишком. Даже для Чонгука, которого казалось бы не удивить, омега впечатление произвести смог. Что-то в нем было, Чонгук обещает что разберётся, но потом, сейчас поближе рассмотреть хочет. Взглядом по фигуре скользит: рубашка нежно-розового цвета больше хрупкости и беззащитности этому и так нежному цветочку придаёт. Альфа внимание на четко выпирающих ключицах заостряет, губы пересохшие облизывает. Ниже спускается, восхищаясь идеальностью фигуры. Изящность - вот оно, то слово, полностью описывающее Тэхена. Чонгук на себе взгляд пытался поймать, который какого-то черта, до того как Чон представился, был заострён на Хосоке. В в глаза омеге посмотреть очень хотелось, ему и секунды было бы достаточно. Чонгук всегда был внимательный в общении, по одним глазам собеседника многое понять мог. Они ведь о многом говорят. Но омега взор прячет, а альфа его неуверенность и страх перед людьми чувствует. Пряча взор, Тэхен, сам того не желая, сообщает альфе, что ему не комфортно смотреть в его глаза. Чонгук бы это трактовал, как слабость и неуверенность. Не иначе. Но омега поражает. Взгляд в итоге на Чонгуке задерживает, только ему его дарит. Сам и не знает, какой интерес вызывает в альфе своими действиями. А сам Тэхен все от этой ситуации отойти не может. Глупцом себя считает, удивляется, как только жизнь такие сюрпризы устраивать ему не устала, гадает, когда судьба уже над ним издеваться перестанет. А тут еще этот, будь он проклят, Чон Чонгук, со своими гляделками. Альфа и понятия не имеет, как тяжело Тэхену его взгляд на себе выдержать, как с каждой секундой в ответ смотреть с такой же решительностью сложно. У Чонгука взгляд тяжелый. Тэхен думал, что это он пришел оценить, а в итоге сам оказывается в клетке, вдоль которой Чонгук ходит, рассматривает, слава Богу, руки пока не протягивает. Нотку пошлости чувствует, клянется, такое чувство, будто Чонгук его в свою голову поселил, слегка пофантазировал, раздел, а может, и во всех позах поимел. Тэхен вообще-то наслышан о его репутации, спасибо Чимину. Омега отчетливо в его взгляде неизбежную силу эротического притяжения видит. Он к такому не привык. Слишком интимно и открыто. Почти сдаётся, но взгляд убрать не может, отступать не в его правилах. «Посмотрю вон ему на нос, все равно расстояние между нами большое, не должен заметить», — с этими словами, взгляд на полуоткрытые губы переводит. Случайно. «Да что это, блять, такое». Тэхену казалось, что куда не посмотри, этот альфа любой частью тела заставит его неловко себя чувствовать. А губы у него со слегка очерченным контуром и легким, будь он не ладен, блеском... Слишком соблазнительные. Тэхен о таком думать точно не собирался, теперь своих же мыслей пугается. Так еще труднее становится, мурашки по всему телу чувствует. Кажется, румянец выступает. А Хосок за их гляделками наблюдает, ничто иное, как искры, летящие из глаз, видит. Симпатию и интерес друг к другу чувствует, они сами же их отрицают. — Понравился? — отец Чонгука их из «транса» выводит. — Понравился спрашиваю? — на непонимающий взгляд Чонгука, переспрашивает. — Не плох, — Чон плечами пожимает. — Не плох!? — удивленно спрашивает Хосок. «Я что, блин, на ярмарке?», — думает Тэхен, но все же на Чона старшего взгляд переводит. Улыбается так мило и застенчиво. Хосоку. Не Чонгуку. — Да, не плох, — утверждает брюнет. — Не принимай на свой счёт, Тэхён, от моего брата это можно считать за комплимент, — проговаривает Хосок, кладя руку на плечо брата. Тэхен этому улыбается. Опять. А на Чонгука только глазами своими огромными смотрит, ощущение, будто сейчас когти свои вытащит и запрыгнет. — Мы решили, что лучше вас сначала познакомить, — обводит парней взглядом глава семейства Чон. — Чтобы вы себя неловко не чувствовали. Завтра первый, можно сказать, почти семейный, ужин. Там как раз-таки и поговорим о всех деталях. А сейчас вы все свободны, можете пригласить Тэхена на чашечку кофе, а нам с господином Кимом ещё обсудить кое-что нужно. «Ебать какие заботливые родители», —думает Тэхен и встаёт с кресла. В этом дурдоме, где нормальным кажется только Хосок, и то не точно, он оставаться больше не намерен. Никаких чашечек кофе. Даже не попрощавшись, встаёт, за дверь выходит. Только вот откуда он пришёл не помнит, вернее как его сюда отец приволок. Эпично уйти не получилось. Офис под отказ забит людьми, все куда-то идут, делами своими занимаются, только он один потерянный, что физически, что морально. «Хотя было бы не плохо, если бы я потерялся тут, хотя бы на пол годика, а потом пусть найдут». — Тэхен, нам туда, давай мы тебя до выхода проводим. Омега на голос Хосока оборачивается, ничего не остаётся, кроме как за ними следовать. В лифте душно. Невыносимо. Между альфами стоять невыносимее вдвойне. Себя слишком маленьким и беззащитным чувствует. То на одного посмотрит, то на другого. «— А местами их поменять можно? Было бы шикарно, если мне был бы предназначен Хосок, а это, — на Чонгука смотрит. — Просто его красавчик брат. Господи, Тэхен, да какая разница то?». Разочарованный выдох получается громче, чем хотелось бы. — Что-то не так? — спрашивает Чонгук, изогнув бровь. — Душно просто, — отвечает омега, и услышав сигнал о прибытии, из лифта почти что выбегает. Наконец-то свежий воздух. Он не такой напряжённый, можно спокойно вздохнуть полной грудью. И постараться успокоиться. Только вот о чем речь, если как назло разглядеть свою машину не получается. — Будь все проклято. Ну скорее же, — хмурится Тэхен, закусив губу в ожидании, когда водитель заметит его. — Подвезти? — Чонгук шепчет на ушко омеге, разблокировав свой бугатти, обходит Тэхена и встав перед ним, ключи на пальце крутит, ответа ждёт. — В шофёре не нуждаюсь, — развернувшись и кивнув Хосоку, Тэхен направляется к наконец подъехавшей машине, слегка толкнув альфу плечом. Открыв дверь, добавляет: — Свой имеется. — Ты не настолько красив, чтобы мне дерзить, — альфа вмиг приближается к Тэхену, дверь машины захлопывает, омегу к ней прижимает, и ближе становясь, на ухо шепчет: — Ой, как не хорошо словами раскидываться... Смотри, чтоб потом тебе отвечать за них не пришлось, —шлёпнув по носику пальцем, поплёлся слишком надменной походочкой в сторону своей машины. Как ни в чем не бывало, будто ничего не... почувствовав. А Тэхен не дышал, думал, что не дышал все это время. От альфы запах того самого кофе почувствовал. Чонгук ушёл, вот уже мимо проезжает, сигналит. Для Тэхена все как будто в замедленной съемке происходит, он и с места сдвинуться не может, до сих пор эти нотки терпкого кофе на себе чувствует. Как приятно. — Чимин, это пиздец, — наконец садясь в машину, набирает другу Тэ. — Не говори, что ты что-то начудил, — Чимин устало выдыхает. — Да если бы! Я просто в ахуе от произошедшего, — поймав на себе через зеркало заднего вида взгляд шофера, закрыв трубку ладонью, с натянутой улыбкой произносит: — Ты водитель или, может, записался в психологи и тоже историю моей жизни хочешь послушать? Смотри на дорогу и просто веди, от тебя ничего другого не требуется. — Ты чего там такой злой? Давай встретимся и нормально поговорим? — Не нужно, я домой хочу, мне подумать надо. Завтра в университете все подробно расскажу. Тебе это видеть надо, — не дождавшись ответа, Тэхен сбрасывает трубку, закусив губу. Нужно подумать.

***

— Это ещё зачем было? — Хосок рукой в окно так и оставшемуся на парковке Тэхену машет. — Не люблю я хамов, зачем мне конкуренты? — подняв бровь, Чонгук в зеркало заднего вида на омегу смотрит. — Вот тут тебе, братец, равных точно нет, — усмехнулся брюнет. — Да и не хам он вовсе, это видно. Кажется... — Кажется, таких как он, у меня никогда не было. И не очень то хотелось. — Хочешь, поменяется ролями? Я его себе заберу, — улыбнувшись, провоцирует Хосок, за реакцией брата наблюдает. — Нет, — не думая отвечает Чонгук. — Видно же, что он тебе понравился. Зачем отрицаешь? — Вызывает интерес и нравится, это разные вещи. — Ах, ну да, — вскинув бровями, Хосок в сторону окна отвернулся. — Малолетняя, меркантильная и эгоистичная шлюха? Так было? — Уверен, что с малолетней и эгоистичной не промахнулся. — Зато со шлюхой - да. Он чуть от недостатка кислорода не умер, когда ты его к машине прижал. А, и он вечно краснеет. Это мило. — Давай, когда я его непорочность на деле проверю, мы обязательно поговорим на эту тему. А сейчас, прошу, заткнись. «Ни черта краснеть не мило. Ни капли. Как по-детски.»

***

Когда Чонгук в очередной раз просыпается от преследующего его около месяца сна, он уже не думает: почему это снится, кому принадлежит этот голос, глаза, и почему это все повторяется раз за разом. Эти мысли не давали ему покоя первый день, неделю, но сейчас - нет. Внимательные к себе люди, мучаются вопросом к чему снится один и тот же сон несколько раз. Их гложет ощущение дискомфорта и надвигающейся беды, и это чувство в итоге только усиливается. У Чонгука все не как у людей, он тупо забил на это. Ладно... Старается забить. Первое время на стену лез, даже в интернете искал ответ на свой вопрос. Нашёл что-то в роде того, что мог обидеть этого человека, что постоянно думает об этой персоне, что этот сон к новой встрече, или же переменам. А поиски закончились тем, что его сном кто-то управляет, что его приворожили или вообще, якобы, он подцепил астральную сущность. Во что верить он, конечно же, не знал. Бред одним словом. Этой фигне он не доверял. А вот о психологе подумывал, мало ли, крыша поехала, а он сам не заметил. Но в итоге просто обрел смирение, ну снится и снится, черт с ним. Только вот сегодня что-то странное чувствовал, он определенно знал, где находится. Если раньше, ничего кроме глаз не видел, то сейчас он точно ощущал, что находился на крыше, и вид открывался на ночной Сеул. И, о чудо, он даже немного расстроился, что не смог досмотреть сон до конца, проснувшись из-за телефонного звонка. — Я понимаю, что это последний год и напрягать задницу особо не нужно. Но бля, Чонгук, он нас сожрет, этот грёбаный препод нас сожрет, — в трубке послышится чутка взволнованный голос, Чон его всегда узнает. — Я надеюсь, что ты уже стоишь под моим окном и ждёшь меня с чашечкой кофе, по-другому я хуй встану с этой кровати. — Конечно я тут. — Обожаю тебя, Юнги.

***

— Давно не виделись, — Юнги, как и обещал, ждал его возле дома. Крепко обняв, и чмокнув друга в щечку, он протягивает ему стаканчик. — Ты чего? Целуешь? Я же почти семейный человек, а вдруг мой омега увидит? За себя я, конечно, не переживаю. А вот тебе, судя по его характеру, придется перенести пересадку волос точно, — шутит Чонгук, приняв стаканчик, и снова обняв друга за плечи, направляется к машине. — Что? Ты сказал "мой омега"? Чонгук, тебе плохо? — не скрывая ноток сарказма, спросил Мин. — Да и вообще, какое право он может нашей многолетней дружбе препятствовать? И к тому же, я слишком привык тебя целовать, — вдруг в другую щеку чмокает. — Говорил же, давай тебе найдем подходящего альфу, которого можно целовать. Ну чего противишься? — взглянув на Юнги, спрашивает Чон. — Лучше тебя нет, а ты меня все наше детство френдзонишь, — Мин губки надувает. — Но как видишь, я не перестаю надеяться. — Юнги, ей Богу, как всегда. Твои прикольчики тут не к месту, — цокает языком Чон и, отпустив из своей хватки омегу, идёт к водительскому сиденью. — Ты серьезно? На счет этого «своего омеги»?— фыркает Юнги, открывая с пассажирской стороны дверь, но не садясь, на Чона смотрит, ответа ждет. — Ты про что именно? — хмуря брови, спросил Чон. — Ну не про наши же братские поцелуи. Про всех других омег в твоей жизни. Твои многочисленны маленькие шлюшки расстроятся. — Знаешь же, ненавижу измены. — Знаю, твой отец правильно воспитал тебя. Хоть и на примере твоего никудышного папы. — Пусть брак и не настоящий, я воздержусь. Попробую понять, что будет дальше, — проигнорировав слова о своём папе, говорил Чонгук. — Предавать я не привык, поэтому, глупые вопросы задаёшь. Поехали лучше скорее, я тут узнал, что он на первом курсе журналистики в нашем универе учится. И почему за два месяца учебы, я так его ни разу и не увидел? — Может быть, потому что это огромный университет, в котором у каждого направления свое крыло? Ну или хотя бы потому, что ты там, за эти два месяца, от силы раз пять появился? — Ну, это логично, — пожал плечами. — Поехали давай.

***

Устав читать одну и ту же надпись на доске объявления, Тэхен на миг закрывает глаза. Чимина ждать уже никаких сил не было. Это утро началось точно не с кофе. И почему самому в себе так трудно разобраться? — Тэхен, знаешь, прийти пораньше в универ, была не самая лучшая твоя идея, — незаметно подойдя, Чимин облокотился о стенку рядом с Кимом. — Ну наконец-то, где тебя черти носили? — так же облокотившись спиной о стену, Тэхен Пака в бок толкает, пытаясь растормошить своего сонного друга. — И вообще, когда бы мы потом поговорили спокойно? Сейчас пары закончатся и ты опять на свои танцы побежишь. — Если ты позвал меня обсудить мой забитый график, про который я и сам прекрасно знаю, то я тебя ушатаю, — зевая, говорит Чимин. — Я запутался, — серьезно начинает русоволосый. — Только зашёл в офис, сразу же с ним столкнулся. Он мне показался… милым? Я не знаю, он очень красивый. — Не вижу тут глобальной проблемы и так называемого пиздеца, — скрестив руки, пожимает плечами Чимин. — До конца дослушай! Это оказался его брат! Брат, блять. Ты почему мне про то, что он чертовски красив сказать не забыл, а на членов семьи, член как раз таки и положил? — возмущённо произносит Ким. — Я тебе че, Ким, справочная что ли? Не выпендривайся, а дальше лучше рассказывай. — Дальше я встретил Чонгука и он, кажется, извращуга. Так на меня смотрел... я куда деться не знал. Губы свои проклятые облизывал вечно, — как на зло в голове картинки их встречи всплывают. Картинки тех самых губ. — Фу, уйди, — встряхнув головой, прочь свои смелые мысли гонит. — Тэхен, ты что как ребёнок? На тебя альфы ни разу не смотрели что ли, как будто не хотели ни разу? — Смотрели, и хотели, но... Он... При чем тут другие? Просто надо было видеть, понимаешь? Он на меня так смотрел, я думал сейчас прям сожрет! И, кстати, да, он чертовски красив, — вздохнув, по стене скатывается, сев на корточки. — Так, я что-то понять не могу, кто тебе понравился то? — Я не знаю! Никто. Я вообще туда не за этим ехал... — А ты понравился Чонгуку? — Нет, — поднявшись на ноги, говорит Тэхен. — Или да, — руками в разные стороны разводит. — Какой-то любовный треугольник, ей богу, — Чимин потёр виски. Как бы все понять не старался, не получалось. Утром у него всегда так. — Какая любовь, боже. Между нами все построено на деньгах. Максимум страсть и похоть, — вздыхает Ким. — Просто суть в том, что я его увидеть больше не надеялся. Думал до свадьбы не пересечёмся. А уже сегодня ужин устроили, что б его, — раздражённо проговорил Тэхен. — Ну, Тэ, было глупо с твоей стороны надеяться на это. — Знаю, — закусив губу, взгляд в пол отпускает. — Привет, малыш. — Ну уж нет, — хмурится Тэхен, поворачиваясь, он прекрасно знал, вернее <i>почувствовал</i>, что сзади Чонгук. Тэхен его видит и голос слышит. Не показалось, значит. Только вот Чонгук не один подошел, рядом с ним, стоп, что? Омега? Сказать, что Тэхен в ахуе, ничего не сказать. — Ты что тут забыл? — спрашивает Тэхен, понимая, что никуда ему не деться, и что было бы глупо избегать диалога. Переступает в нападение. — Я тут учусь, — изогнув бровь, проговорил Чонгук. — И вообще-то, нам поговорить надо. — Думаешь, на данном этапе, нам есть о чем? Я... — договорить Тэхен не успевает, альфа его за руку хватает, и в ближайший свободный кабинет затаскивает. Две омеги так и остаются им в след смотреть, ничего не понимая. — Ты ч-чего? —ошарашенно спрашивает омега. — Какого черта творишь? — к стенке рядом с захлопнувшейся дверью, прижимается. — А ты чего? Что так стушевался? Нравлюсь? — издевательски тянет альфа, напротив становится, прядку выпавшую из волос за ухо заправляет, еле прикасаясь пальцами к нежной коже. — Я вижу тебя второй раз в жизни. Жаль, не последний. Хотя, это можно будет устроить, если не прекратишь прикасаться ко мне, — набравшись смелости, Тэхен его руку отдергивает. — Я не особо привык ходить вокруг да около, — усмехается Чонгук, засунув свои руки в карманы, но отходить не намерен, наоборот ближе наклоняется. — Я тебе никто. — Пока, — шепчет альфа, пристально в глаза напротив глядя. — Значит, ты не имеешь права меня трогать, — продолжает возмущаться Ким. — Пока, — цокает языком Чонгук и наконец (на счастье Тэхена) отходит, присев на стул. — У тебя заело что ли? — зло произносит Тэхен. Он не понимал, что альфа хочет от него, это слегка напрягало. — К чему этот цирк? Ты вполне мог пройти мимо. — Ты похож на тигрёнка, — Чонгук похлопал себя по бедру, глазами указывая тому присесть ему на колени. — Такой же миленький, особенно, когда пытаешься злиться. — Да? А ты на кролика, маленького такого и глупого, — Тэхен фыркнув, вышел из кабинета. — Не ручной, значит, котик, — ухмыльнулся альфа, глядя на закрытую дверь. — Приручу. — Блять, — с этими словами Чонгук с места срывается, из кабинета выходит, омегу глазами ищет. — Тэхён! — заметив русую макушку, которая так старательно чешет подальше от кабинета, Чонгук догоняет и подходит к нему. — Забыл сказать, что я уволил твоего водителя. Так что, думаю, тебе сегодня нужно будет воспользоваться услугами шофёра. Моими, например. Тэхен поворачивается лицом к альфе, прищурив глаза. Что происходит вообще? — Ты всех к себе в машину насильно сажаешь? — Нет, — Чонгук головой качает. — Ты первый, остальные сами запрыгивают, — улыбнулся Чонгук, засунув руки в задние карманы джинс. — Слишком самодовольный, — цокает Ким, закатывая глаза. — У тебя в четыре же заканчиваются пары? Я тебя возле главного входа ждать буду. Придёшь? — Приду. А теперь отстань.

***

«Приду, блять, приду?!». Что с ним случилось в тот момент, и почему он согласился, омега не знал. Просто он на Чонгука смотрел, и Тэхену почему-то совсем не захотелось ему отказывать. Или он просто не хотел выглядеть трусом? Да и это важным не было, главное, что он согласился, что это было его собственное желание, а не чьи-то указания. В последнее время решения, которые он принимал сам, а не которые диктовал ему отец, имели особый вес. Ещё и приятным бонусом было то, что сегодня его заберет из универа самый красивый мужчина этого города. Давайте не будем спорить. Чонгук заслужил это звание. Так что один плюс из этой ситуации, Тэхен уже вынес. Чувство волнения его не покидало, он боялся оставаться, с ним наедине. О чем им вообще говорить? Как себя вести? Какую стратегию все же выбрать? Отстранить? Заинтересовать? Тэхен не знал ответа на этот вопрос. Все слишком противоречиво, запутано, непонятно. На этот раз, он решил просто прощупать дно, если удастся, то узнать какой стороны придерживайся сам Чонгук, ну и если разве что самую малость, что-то о нем узнать. На удивление Тэхена, на протяжении дня он был окутан приятным волнением. Интерес ведь куда выше каких-то страхов. Из мыслей его выдернул звонок, оповестивший о конце пары. — Ты себя с ним странно ведёшь, знаешь? И сейчас ты тоже странный, — говорит Чимин, собирая учебники с парты. — Он меня раздражает, но мне одновременно он интересен. Но раздражает сильнее, ты не подумай, —отнекивается омега, как только видит напротив округлившиеся глаза. — Тут у нас серьезный разговор намечается. Я вечером к тебе заскочу, сейчас сам знаешь, репетиция. Обняв друга на прощание, Тэхен собирался к выходу. Они договорились на четыре. Предвкушает как его с ветерком прокатят. Тэхен скорость любил, и машину себе всегда спортивную хотел, но отец не разрешал, водителя ещё плюс ко всему всегда нанимал, кстати о шофёре, его как раз таки не особо хотелось видеть после вчерашнего инцидента. Стало стыдно за вырвавшуюся грубость, обычно он себя так не ведёт.        Тэхён идет к входным дверям университета, но ему дорогу перекрывают. Уджин, мерзкий тип, проходу с начала учебного года Тэхену не дает. — Я тороплюсь, дай пройти, — особо церемониться не хочется, Тэхен пытается просто обойти альфу стороной. — Ты долго от меня бегать будешь? — альфа ему путь преграждает. — Два месяца прошло, а ты ломаешься. Не хорошо, — альфа наступает, Тэхену страшно, в этих ситуациях он обычно на Чимина полагался, сейчас же рядом никого не было. — Что тебе нужно? — Думаю, не трудно догадаться. Ты. Тебя хочу. — Я замужем почти, — говорит единственное, что в голову приходит, не успев подумать. Но не помогает. Альфа только усмехается, за руки хватает, заводя их за спину. И целует, нахально, грязно, больно. Тэхён, кажется, уже рук из-за борьбы не чувствует, губы болят от укусов. Ему противно.

***

— Что, к его, итак дурному характеру, ещё и супер пунктуальность добавляется? — с этими словами, Чонгук вылезает из машины и направляется в сторону университета. На пороге здания замедляется, пара что целовалась по ту сторону двери приковывает его внимание. Рук заломаных не видит, что омеге больно сопротивляться — тоже. Блузку только замечает, ту самую блузку, которая сегодня на Тэхене была, он её хорошо запомнил, лучше бы забыл. Чонгук уже подумал, что не правильное мнение о человеке воссоздал, глупо, но он своей ошибке порадовался. Думал, что жить будет с порядочным. Не будет. Жить то придется, но уж точно не с достойным. Омерзение чувствует. Тэхен ему загадкой показался, разгадать хотел, а вот и ответ, он просто играет. Играет свою роль с людьми. Ему похлопать стоя надо, хорошо справляется. Только вот Чонгук в дураках быть не привык. Лучше быть одному, чем стать для кого-то просто игрой. Чонгук для Тэхёна стал.