Ask Goris — Fallout 2

Помещение, где находился Горис, отдавало сыростью и тлетворным смрадом, какой бывает в некрополе или месте, где долго держат трупы. И не важно, людей, монстров или животных — все едино перед мощной силой. И этой Силой в свое время стал Анклав, мощной дланью свершивший судьбу Когтей Смерти с искусственно увеличенным интеллектом. Как ученый, Горис просто не мог отрицать влияние прогресса на жизнь людей и Пустоши в целом. Те же роботы-помощники, которые для людей прошлого были чем-то очевидным, для их предков — чистый футуризм. Мутации? Мутации бывают и внутри видов, естественные, под влиянием обстоятельств. Не так давно в одной уцелевшей псевдонаучной книжонке Коготь Смерти вычитал о неудачной мутации рода бабочек, что перешла от редкого и колючего кустарника, дающего не менее редкие и скупые цветы, на искусственно выращенные в этой местности кусты растения по типу люцерны или клевера с обильным и частым цветением. Но вот беда. Новое растение было рукотворным чудом людей. Фермеров. В конце концов угодья пришли в негодность — трава постепенно исчезла, точнее, достигла критического минимума, и бабочки оказались в западне неудачной мутации. Была ли мутация стаи Гориса тупиковой? Нет, Стая вышла уникальной, невероятно и продуктивной. Вот что особенно ценилось Анклавом. Когти Смерти могли бы стать чем-то большим, чем марионетками, но... Едва ли людишки подумали о долгосрочной перспективе. Сами эксперименты... Горис был результатом некоторого поколения после, но вот отец и мать никогда не говорили об этом. Все, что можно было из них вытащить: «Если придут люди в тяжелой броне — не прячься и не беги. Ты умрешь быстро, но, быть может, спокойнее». Наука, по мнению Когтя Смерти, не должна нести вред во спасение некоторой кучки созданий. ВРЭ тому пример. Это была ошибка, хоть она и привела к существованию самого ящера. Наука и исследования хороши там, где они могут помочь всем — водоочистительная станция, перерабатывающий завод, да даже тот же робот-помощник, который упрощал жизнь целым поколениям людей, не особо вредя другим. Анклав же, как неугомонная свинья подпихивал, и подминал все под себя, это его когда-то и сгубит. Эксперименты для интереса должны вписываться в общую мораль, гуманную мораль, мораль милосердия. — Горис, ты идёшь? — крикнул в тоннель Избранный, а смрад вновь ударил в чувствительные ноздри. Иногда альбинос слишком углубляется в свои мысли, такой вот он — ученый.