Тайна, конь, два меча

— Не хочу выходить замуж, не хочу, — ворчал Бэкхён, бессмысленно водя кистью по листу бумаги. — Не хочу, да чтоб они вообще не приехали эти Ву! Нужны они тут! Не хочу! — Господин, ваш папа зовёт вас на обед, — послышался из-за двери голос Сонджэ.        Бэкхён гневно посмотрел в сторону звука, собираясь ответить отказом, но живот, будто чувствуя вкусные запахи, громко проурчал. — Предатель, — недовольно бросил Бэкхён. — Скажи папе, что я скоро спущусь. — Хорошо, господин, — Сонджэ удалился, а омега растянулся на покрывале, закидывая руки за голову. — Ведь они приедут почти через месяц, может быть, за это время я уже успею влюбиться? — Бэкхён в очередной раз задал себе этот вопрос. — Да и в кого тут влюбляться-то?!       Омега мотнул головой, подтверждая свои мысли и поднялся, направляясь к родителям. Есть хотелось неимоверно, и омеге осталось лишь надеяться, что родители не будут поднимать тему женитьбы вновь.       Отец и папа нашлись на своих привычных местах. Бэкхён огляделся: учителя Чена за столом не наблюдалось, значит, можно было не опасаться и ответить родителям. Бэкхён опустился на подушку и кивнул, благодаря за подставленную чашку, тут же принимаясь за еду. — Бэкхён, — начал Исин. — Тебе не следует на нас дуться. Браки почти всегда так и заключаются. — Я знаю, папа. Я знаю, — омега невольно вжал голову в плечи. — Но я хочу любить. — Ты ведь ещё не видел Ифаня. А вдруг он — твоя судьба? — Исин протянул руку и мягко коснулся носа сына, слегка нажимая на кончик. Младший омега коротко улыбнулся. — Может быть, — следом хмуро добавил Бэкхён. — Тогда могу я задать вопрос? — Конечно, сын, — Чунмён кивнул. — А если я за этот месяц влюблюсь в кого-нибудь, и тот альфа будет согласен взять меня в мужья? Что тогда нам делать?       Родители переглянулись. — Бэкхён, но ты ведь сам всегда говорил, что в нашем городе нет для тебя достойных альф,— спросил Исин, улыбаясь. — Всё может случиться, — уверенно добавил Бэкхён. — В конце концов, новые альфы появляются в городе почти каждый день. — Хорошо, Бэкхён, давай сделаем так, — Чунмён снова взял слово. — Если такое всё же случится, то именно тогда мы подумаем над этим. Сейчас я не вижу смысла разговора на эту тему.       Младший омега бросил взгляд на отца, но ничего так и не ответил, лишь активнее принимаясь за обед. Исин окинул задумчивым взглядом своего сына, но промолчал. Сейчас его интуиция подсказывала, что от Бэкхёна можно ожидать чего угодно, и этот вопрос о влюблённости был задан не зря. Но разум говорил, что ничего у него не получится, так как достойных альф для себя младший омега так и не увидел. Исин пожал плечами и подложил себе ещё риса. Пока ему не стоило беспокоиться, а что будет дальше, они обязательно узнают.

***

      После обеда Бэкхён вновь скрылся в своей комнате, размышляя о грядущей помолвке. Хотя он и понимал, что родители хотят для него самого лучшего, собственное упрямство не давало ему спокойно сдаться и плыть по течению. Он хотел любви, как в романах, что почитывал тайком или, как у Кёнсу с Чонином, что встретились и уже не смогли отвести друг от друга взгляд.       Омега вздохнул. Настроение упало ещё больше, и идти куда-то гулять, как обычно, ему не хотелось. Расположившись удобно на покрывале, омега притянул к себе поближе столик. Сверху лежал лист с новыми иероглифами, что задал ему для тренировки учитель Чен. Осматривая аккуратный почерк альфы, Бэкхён провёл пальцем в воздухе, пытаясь понять, в каком месте плавность линий сменяется резкостью или заканчивается совсем.       Решив всё же попытать счастье, Бэкхён взял кисть и, обмакнув её в чернила, написал иероглиф, после рассматривая его и сравнивая с ранее написанным учителем. В итоге получилось похоже, но почему-то иероглиф Бэкхёна вновь был наклонён вправо. — Почему? — Бэкхён вновь обмакнул кисть и повторил иероглиф. Теперь нижняя линия была гораздо крупнее, чем у учителя, но зато иероглиф не был наклонен. — Ещё раз, — в третий раз кисть заскользила по бумаге, вырисовывая тонкие и толстые линии. Бэкхён даже высунул язык от усердия и склонился над столом, пытаясь достичь идеального варианта.       Когда новый иероглиф появился на листе, Бэкхён удовлетворенно хмыкнул и отбросил кисть. — Не так уж и сложно ваши иероглифы писать, но если он снова спросит меня, почему те или иные линии жирные, я снова промолчу, — себе под нос рассудил омега довольно оглядывая получившуюся работу. — Господин, к вам пришёл господин Кёнсу, — Сонджэ робко постучал в дверь. — Проводи его ко мне, — Бэкхён отложил листок с упражнениями и, открыв небольшой шкафчик с личными вещами, достал зеркальце, осматривая себя со всех сторон. Подмигнув напоследок себе, Бэкхён спрятал зеркальце обратно внутрь, где хранились разные подарки от отца, привезённые отовсюду. — Привет, — Кёнсу стремительно зашёл в комнату, явно собираясь что-то рассказать. — И тебе привет, — Бэкхён обнял друга, следом предлагая опуститься на подушки. — Сонджэ… — Не надо, ничего не надо. Я ненадолго, — Кёнсу сжал ладони друга. — Бэкхён, хочу, чтобы вы с Чанёлем узнали об этой новости первые. Чонин сегодня пришёл к нам домой, — Кёнсу взволнованно вздохнул, набирая больше воздуха в грудь. — И? — И он обговорил с моим отцом нашу свадьбу. Бэкхён, я скоро выхожу замуж! — Кёнсу радостно вскрикнул и обнял друга. Тот стиснул омегу в ответ. — Поздравляю, — добавил Бэкхён, начиная гладить растрогавшегося друга по голове. — Я так за вас рад. — Бэкхён, у меня руки трясутся, — всхлипнул Кёнсу, прижимаясь к омеге. — Всё у вас будет хорошо, — успокаивая друга, приговаривал Бэкхён. — Вы будете счастливее всех. Самая счастливая семья Ким. Я тебе так завидую. — Почему? — Кёнсу отпрянул, громко шмыгнув носом. — Потому что женитесь вы по настоящей любви. А меня вот родители хотят выдать замуж за неизвестного мне Ву Ифаня из Китая. — Не может быть, — Кёнсу прижал руку ко рту, выражая удивление. — И ты ни разу его не видел. — Нет, совсем. Конечно, приедут они ещё только через месяц, но Кёнсу, мне придётся уехать в Китай, а я не хочу покидать свой город. Не хочу. — Мой хороший, — теперь Кёнсу притянул к себе Бэкхёна, поглаживая того по голове. — Не печалься, ещё есть время что-нибудь придумать. — Моя голова активно этим занимается, — постучав себя по виску, сказал Бэкхён. — А теперь, беги скорее к Чанёлю и поделись с ним своей радостью. А меня ждёт урок каллиграфии.        Проводив Кёнсу до ограды, Бэкхён печально вздохнул. За друга он был рад, как никто другой, но вот собственная ситуация с женитьбой никак не делала его радостным. — Юный господин, — раздалось за спиной. Бэкхён обернулся. На крыльце учебной комнаты стоял учитель Чен рядом с папой. — Наш урок начинается. — Я только возьму задание, — громко сказал Бэкхён, следом направляясь в свою комнату. — Бэкхён, мне нравятся ваши успехи. Ещё буквально недели две назад у вас были проблемы с иероглифом «весна». А сейчас вы его написали без всяких ошибок в последнем предложении. Теперь мне нужен ответ на давно заданный вопрос — как же изменяется толщина линий? — Не знаю, не могу добраться до истины, — отмахнулся Бэкхён и отложил кисть, сжимая и разжимая пальцы. — Хорошо, - кивнул Чен улыбаясь. — На сегодня наш урок закончен. Можете идти. — До свидания, — Бэкхён поклонился и вышел из комнаты, оставляя учителя и папу наедине. — Учитель, вы меня также удивляете, — заворожено сказал Исин, присаживаясь на место ученика. — Как же вам удалось заставить моего сына слушаться и не противоречить вам? — Просто я нашёл к нему свой подход, — улыбнулся альфа. «Знали бы вы, что это за подход, выгнали бы из дома сию же секунду» — добавил про себя Чен. — Интересно, — Исин прищурился. — Надеюсь, вы не пообещали Бэкхёну купить меч или лошадь в конце обучения? — Нет, — альфа рассмеялся. — К сожалению, пока у меня нет такой суммы денег, чтобы пообещать вашему сыну личную лошадь или настоящий меч. — Учитель Чен, когда мой сын ответит на ваш вопрос, то мы вам выплатим жалованье гораздо выше того, что вы получаете сейчас. — Меня не беспокоит вопрос денег. Когда ваш сын найдёт ответ, я продолжу своё путешествие по нашей стране. — Значит, вы уедете из нашего города? — У меня отец в деревне на севере, поэтому скоро мне стоит вернуться к нему, — серьёзно отвечал на все вопросы Чен. — Хорошо, — Исин понятливо кивнул. — Поздравляю вас, учитель Чен. Вам удалось невозможное.       Напоследок поклонившись, Исин вышел из комнаты, оставляя альфу одного. Как только дверь прикрылась, улыбка тут же сползла с лица Чена, а сам он задумался. Как-то всё получалось совсем нечестно по отношению к старшему омеге. С одной стороны, они с Бэкхёном нарушали все запреты, воздвигаемые родителями для сына. Но с другой стороны, создав омеге потрясающий стимул, успехи в каллиграфии стали, наконец, заметны. Прошло, около месяца, как они занимаются с Бэкхёном, но только одно занятия в поле с мечом помогло им по-настоящему сблизиться.        Улыбка сама появилась на губах Чена вновь. Всё же мысль о его ученике заставляла его чувствовать лишь теплоту в душе. Бэкхён был немного капризным, избалованным и эгоистичным, но в тоже время обладал добрым сердцем. Чен не раз подмечал, как он общается со своими друзьями, со слугами в доме, вызывая на лице у своих собеседников лишь улыбки. — Думаю, пока, занятия с мечом прекращать нам не стоит, — сказал сам себе Чен, и отправился в комнату. Ему нужно было отдохнуть и подумать.

***

      Через несколько дней Бэкхён и Чен всё же смогли вновь продолжить свои занятия в поле, не опасаясь, что родители омеги их раскроют. Исин и Чунмён обещали быть только поздно вечером, собираясь сделать пересчёт товара в магазине. — Держите меч выше! — командовал Чен, защищаясь от нападок Бэкхёна, который ко второму занятию, казалось, подготовился ещё лучше, чем к первому.       Омега ничего не ответил, лишь замахнулся снова, метя в шею Чена. Альфа едва уклонился, но меч не выронил и даже отскочил назад, чтобы Бэкхён не смог его достать.       Омега рассмеялся, наблюдая за удивлением учителя, и опустил меч, предлагая сделать перерыв. Они уже занимались, кажется, второй час, поэтому лёгкий деревянный меч в руке казался самым настоящим металлическим. Бэкхён поднял руку. — Давайте передохнём, — омега подошёл к Звёздочке. — Я взял яблоко, хотите? — Да, хочу, — учитель перехватил свой меч. — Господин, вы поражаете меня. Сегодня наш второй урок в поле, но я уверен, что прошёл месяц, а может и два. — Просто на первом уроке я вам показал не всё, — Бэкхён откусил большой кусок от яблока и присел прямо на траву. Учитель опустился следом. Жемчуг, до этого находившийся вдалеке, подбежал к хозяину и требовательно фыркнул, опуская морду. Чен улыбнулся и погладил коня. — Что это с ним? — Бэкхён поражённо замер. Впервые он видел подобное поведение у лошадей. — Когда ему что-то нравится, то он всегда подходит ко мне вот так и ластится, как кошка или собака, — учитель благодарно гладил Жемчуга по морде. — Как интересно, — вздохнул Бэкхён. — А можно погладить мне тоже? — Попробуйте, — Чен кивнул, беря руку Бэкхёна в свою. — Чтобы он вас не укусил, — уточнил альфа, чуть сжимая ладонь омеги в своей. — Я понял, — фыркнул Бэкхён, но чужая ладонь дарила тепло, что щёки сами по себе, скорее всего, покраснели и выдали его с головой. — Хороший, Жемчуг, — проговорил он, когда его рука коснулась морды коня. Жемчуг тряхнул спутанной гривой, защищаясь от налетевших на него насекомых, но вновь потянулся к руке омеги, когда почувствовал, что та исчезла. — Почему вы не расчешете ему гриву? — удивился Бэкхён. — Если бы он только позволял это делать. Разрешает чесать только туловище, а не хвост с гривой, — усмехнулся Чен, уже доедая своё яблоко. — Думаю, на сегодня хватит занятий. Вы устали? — Немного, — Бэкхён снова подошёл к Звёздочке. Понимая, что нить их короткого общения сейчас потеряется, омеге сильно захотелось продолжить разговор, поэтому, зацепившись глазами за чёрный цвет, Бэкхён вдруг решил спросить. — Учитель, а вы слышали, о чём весь город говорит? — На рынке можно услышать много разговоров, — учитель взглянул на Бэкхёна. - О чём или о ком? — О чёрном воре. — А, о нём слышал, — понятливо кивнул учитель. — Вы хотите его обсудить? — Да, — омега лёгким движение забрался на спину лошади. — Как вы думаете, в чём его цель? — Даже не могу представить. Всё, что я знаю — это новости с рынка, а там местные омеги любят приукрашивать некоторые детали. — О воре уже нет никаких вестей столько дней, как думаете, он ещё появится? — Всё может быть, — Чен также вскочил на коня. — А теперь, домой!       Благополучно вернув лошадей в конюшню и спрятав деревянные мечи в стогах сена, Бэкхён и Чен вышли незамеченными и во дворе дома, приняв непринуждённый вид, коротко попрощались. — Я вам сообщу, когда будет следующий урок, — напоследок сказал омега и, помахав рукой учителю, удалился в дом, оставляя альфу провожать его фигуру глазами. Первой целью было сменить одежду, а потом увидеть друзей. Раздумывая о грядущей помолвке, он запер сам себя в четырёх стенах и, как ему казалось, давно не виделся с ними. Сейчас ему хотелось узнать, как дела у Чанёля, и готовится ли к свадьбе Кёнсу. — Сонджэ, помоги мне сменить одежду, — позвал Бэкхён слугу, уже снимая с себя тренировочный комплект. — Господин, может, вы хотите принять ванну? — слуга, появившись со свежим нарядом голубого цвета. — Это слишком долго, — отмахнулся Бэкхён, снимая с себя и нижние слои, оставаясь лишь в тонких мягких брюках. — Ванна уже готова. Я позаботился, — слуга хитро улыбнулся. Бэкхён, вновь повернувшись в Сонджэ, поражённо замер. — Сонджэ, я иногда тебе поражаюсь, — благодарно сказал он. Поддавшись какому-то непонятному чувству, омега подошёл и обнял своего верного слугу. — Ты не представляешь, насколько я тебе благодарен за такие вещи. — Бросьте, юный господин, — отмахнулся Сонджэ, не решаясь обнять в ответ своего, пожалуй, единственного друга. — Я работаю у вас с самого детства, я знаю, после вашего папы, конечно, что вы любите больше всего. — Тогда пошли быстро вымоемся и я побегу дальше, — Бэкхён ещё раз благодарно стиснул омегу в объятиях и, схватив того за руку, повёл в сторону ванных комнат.

***

— Если вдруг папа начнёт меня искать, то я буду у Чанёля. Хорошо? — наставлял Бэкхён Сонджэ уже на выходе из дома. Переодевшись в чистую одежду любимого цвета, омега чувствовал себя увереннее. И даже не смотря на клонившееся к закату солнце, намеревался посетить друзей. — Господин, может всё же мне пойти с вами? — Сонджэ переминался с ноги на ногу. — Нет, ты мне нужен здесь, чтобы успокоить родителей, которые скоро вернутся. А если начнут кричать, то просто скажи, что это я тебя оставил, а сам ушёл, — благодарно сжав плечо омеги, Бэкхён выскочил за ворота, не давая тому и слова сказать больше.        Пересекая быстрым шагом улицу за улицей, Бэкхён, намереваясь оказаться у Чанёля гораздо быстрее, не замечал ничего вокруг, предвкушая лишь радость скорой встречи, поэтому для омеги стало полной неожиданностью то, что его легонько схватили за руку, останавливая. Уже приготовившись больно ткнуть обидчика локтём, Бэкхён вовремя успел себя остановить, когда увидел улыбающегося альфу из семьи Ким. — Минсок! Вы меня напугали! — Извините, но я так и не смог до вас докричаться, — рассмеялся альфа. — Наверно, вы куда спешили. — Я спешу к Чанёлю, — Бэкхён, наконец, успокоился и смог приветливо улыбнуться. — А! В дом Паков! Позволите вас проводить? — Если вам так хочется, — омега смущённо кивнул. Минсок поравнялся с ним, и они продолжили путь, правда, уже не так быстро. — Вы сегодня один, без своего слуги, — заметил альфа. — Да, Сонджэ дома остался, — кивнул Бэкхён, раздумывая, о чём ещё можно поговорить с альфой. На глаза бросилось объявление, что было развешано чуть ли не на каждом шагу. — Кстати, Минсок, что вы думаете о воре? — О котором весь город говорит? — переспросил Минсок. Альфа задумчиво скрестил руки за спиной. — Да ничего не самом деле. Думаю, самое главное его просто поймать, а потом уже всем станет известна причина его похождений. — Значит, это правда, что он ничего не взял? — Говорят так, — Минсок вмиг посерьёзнел и задумался. — А может быть… — Что? — Бэкхён любопытно всматривался в лицо альфы, отмечая красивые глаза с хищным разрезом и пухлые губы. — Может быть, он не успел взять то, что ему хотелось? — альфа вновь улыбнулся, придавая своему лицу юное очарование. Бэкхён не мог не ответить ему такой же улыбкой. — А вот мы уже и пришли. Спасибо за прекрасную компанию.       Минсок легко поклонился и направился дальше по улице. Бэкхён ещё немного посмотрел тому вслед, осматривая крепкую фигуру, но потом покачав головой, зашёл внутрь, оповещая появившегося слугу о своём визите.       Чанёль нашёлся в своей комнате, которая была почти в самом конце дома. Обняв ладонью чёрного котёнка, что спрятал нос с его одежде, омега аккуратно кистью вырисовывал изображение дерева, которое стояло прямо перед его окном. Украдкой поглядывая на белые цветы, Чанёль усердно пытался повторить узор на бумаге. — Чанёёёёёёёёль, — пропел Бэкхён, открывая дверь комнаты друга. — Бэкхённи, — ярко улыбнулся омега, откладывая кисть. — Прости, не встану. Котёнок пригрелся и уснул. — Ничего, — омега проскользнул в комнату и опустился рядом с другом, тут же обнимая его. — Я соскучился. — Ты меня не видел всего лишь несколько дней, и уже успел? — рассмеялся Чанёль, обнимая друга одной рукой. — Много ты знаешь, — фыркнул Бэкхён, чуть отстраняясь. — Кстати, как твой чёрный друг поживает, и как тебе удалось затащить его домой? — Он сам залезает ко мне по вечерам, греется, спит со мной, мурчит, а потом с утра уходит. Днём его можно встретить лишь на крыше. Да отцу с братом уже и не до него совсем. Котёнок им на глаза не попадается, они и забыли о своей угрозе, — продолжал говорить Чанёль с любовью в голосе, поглаживая маленький урчащий комочек. — А теперь ты мне расскажи, что там за история с твоей свадьбой. Кёнсу приходил недавно и столько новостей вывалил на меня, что я не знал, как реагировать. — Да что тут рассказывать, — пожал плечами Бэкхён. — Всё было так…       Тем временем на город опускался вечер. Становилось темнее и возле каждого дома загорались маленькие фонарики. Торговцы начинали прятать товар, закрывая лавки. Прохожие разбредались по домам, а стража сменила дневную смену на посту, собираясь патрулировать улицы всю ночь.        Вор в чёрном внимательно осмотрелся. Расположившись на одной из крыш, он выбирал следующий дом, который намеревался обследовать. Увидев, как стража активно высматривает каждой участок, он понял, что сегодня его планы, по посещению дома До нарушены. Вытащив нарисованную от руки карту, Вор осмотрелся и поставил точку на близлежащем, следом вычёркивая его жирным крестом. Спрятав карту за пазухой, он перемахнул с крыши на крышу и спустился вниз только в самом дворе, оглядываясь. Хозяева были дома, но помещение кухни и кое-какие комнаты не были освещены, что давало Вору огромное преимущество. Скользнув бесшумно внутрь, он отправился на осмотр дома семьи Пак. — Господин, господин, — хихикающих и играющих с котёнком омег, прервал голос слуги. — За господином Бэкхёном пришли из дома. — Неужели так быстро время пролетело? — Бэкхён потянулся. — Кажется, мне и правда пора. Родители наверно ругаться будут. — Бэкхён, ты не расстраивайся так сильно из-за свадьбы, — Чанёль поднялся следом. — Может быть, всё будет гораздо лучше, чем ты думаешь? — Может быть, — пожал плечами Бэкхён. — Я просто пока не буду думать о ней совсем. Вот когда семья Ву приедет, тогда и задумаюсь. — Правильно, — кивнул Чанёль, обнимая напоследок. — Ну, всё, иди, а то родители ещё больше будут ругаться. — Хорошо. До скорого, — сказал Бэкхён напоследок, выходя из комнаты. Слуга Чанёля быстро проводил его к выходу из дома, где его ожидал обеспокоенный Сонджэ. — Господин, ну почему так долго? — запричитал он. — Ваши родители уже давно дома, а вас всё нет и нет. — Не переживай, мне перед ними отчитываться, а не тебе, — Бэкхён весело напрыгнул на Сонджэ, обнимая за плечи. — Всё равно, — слуга попытался образумить господина, но тот лишь улыбался, а потом и вовсе обхватив того за руку, повис продолжая тихо хихикать.       Сонджэ, наконец, улыбнулся Бэкхёну, показывая свою очаровательную улыбку, но внезапно, забывшись, сам обхватил руку господина, привлекая его внимание. — Господин, тише, кто это? — спросил он шёпотом, кивая вперёд.       Они ещё не успели выйти из дома Паков, как заметили, кого-то во всём чёрном, что быстро вышел из двери в кухню и скрылся за поворотом. — Не знаю, — Бэкхён замер, всматриваясь в темноту двора. — Сонджэ, ты беги обратно, скажи, что мы кого-то видели. А я пока пойду, посмотрю, что он там делает. — Господин, не надо, — Сонджэ начал тянуть хозяина в другую сторону. — Лучше давайте обойдём дом с другой стороны. — Не бойся, если у него будет меч, то я развернусь. Беги уже! — легонько толкнув Сонджэ, Бэкхён, крадучись, сам направился за странным человеком.       Выглянув аккуратно из-за угла, но никого не заметив, Бэкхён пошёл дальше, озираясь. Может быть, это просто слуга, а они зря подняли панику? Пройдя вдоль стены, Бэкхён вновь собирался выглянуть из-за угла, как вдруг прямо к нему вышел человек, весь одетый в чёрное, с маской на лице. Испуганно прижав руки в груди, Бэкхён отшатнулся, присматриваясь к глазам незнакомца. Когда же омега разглядел в темноте меч в его руке, то осознание вмиг накрыло его. — Вор в чёрном, — полузадушено выдохнул он, снова делая шаг назад. Вор сделал шаг к омеге, но приближающиеся факела слуг из дома Паков заставили его вновь отшатнуться и метнуться за дом, скрываясь в темноте. — Господин, вы целы? — Сонджэ тут же подлетел в замерзшему Бэкхёну. — Он вам ничего не сделал? — Всё в порядке, — омега, наконец, выдохнул. — Пошли домой, скорее. — Бэкхён, ты как? — Чанёль, тоже появившийся во дворе, подбежал к другу. — Чанёль, это был тот самый Вор в чёрном, — вцепившись в рукав друга, прошептал Бэкхён ему на ухо. — Что? — громко воскликнул Чанёль. — Обыщите всё, это был тот самый Вор, о котором все говорят! — тут же бросил он слугам. — А ты, Бэкхён, иди домой. — Хорошо, — кивнул омега. — Сонджэ, пошли.       Слуга кивнул и сам впервые подставил локоть для поддержки. Бэкхён обхватил Сонджэ за руку и задумался: почему глаза Вора показались ему такими знакомыми?