Проповедник

      Без устали сыпавшиеся на мобильник оповещения сработали не хуже будильника. За окном только лишь занимался рассвет, и поспали они совсем немного, но Бен с уверенностью мог сказать, что эти четыре часа, которые он провел, прижимая к себе Рей, были самыми спокойными в его жизни. Последние десять минут он тихо лежал, боясь лишний раз шелохнуться, и смотрел на спящую девушку. Меньше всего ему хотелось тащить ее с собой, но так у них был хотя бы ничтожный шанс выйти из этой заварушки живыми. Аккуратно, чтобы не разбудить, Бен вытянул руку из-под головы Рей и попытался как можно мягче сползти с кровати, насколько это вообще было возможно при его габаритах, но она спала ещё более чутко, чем он сам. — Бен? — Стоило только матрасу позади нее прогнуться, Рей тут же подняла голову. — Куда ты? Мужчина снова опустился рядом, провел ладонью по растрепанным волосам. — В душ, думал, ты ещё немного поспишь. Но Рей уже тянулась за телефоном, не удосужившись даже простыней прикрыться, чертовка… С трудом оторвав взгляд от сверкнувшей почти перед самым носом голой задницы, Бен тяжело вздохнул и поспешил скрыться в ванной, потому что, Бог свидетель, если он останется рядом с ней ещё на секунду, они никуда не поедут. Когда он, умерив свой пыл ледяным десятиминутным душем, вернулся в комнату, Рей, обернутая в простыню, вышагивала по номеру, уставившись в смартфон, и жевала сухую холодную пиццу. — Какие новости? — спросил мужчина, натягивая на себя штаны. Рей неоднозначно цокнула и пожала плечами. — Ну, мы их хорошенько, — говорить с набитым ртом, видимо, оказалось не очень удобно, поэтому она сначала проглотила пиццу, — побесили. Одна группа двинулась в нашем направлении. Думаю, часа три форы есть, прежде чем мужик на ресепшене сдаст нас. — Тогда не будем терять времени, — сказал Бен, забирая у Рей телефон. — Собирайся, а я пока построю маршрут, чтобы случайно ни на кого не нарваться. На этот раз с перевязкой она справилась сама, отмахнувшись от Бена, который даже немного расстроился, но сразу отринул все эмоции — если все пройдет, как они задумали, у него будет достаточно времени, чтобы о ней позаботиться, и пусть только попробует ему что-нибудь возразить. А ещё успел отметить, что женщина-киллер — очень удачная партия. На сборы у нее ушло, от силы, пятнадцать минут, пять из которых она обрабатывала рану и принимала душ, а последние три заполняла патронами обоймы для Глока и Беретты. — Я готова. — Бен поднял глаза наверх. Рей, добровольно надев голубое платье, которому так противилась, хотя сейчас уже вполне могла позволить себе что-то поудобнее, протянула ему оружие. — У нас их все равно заберут, но пусть на всякий случай оба будут у тебя, мало ли. Бен забрал из рук девушки пистолеты и кинул их на кровать рядом с собой. — Иди ко мне. — Положил руки ей на бедра, потянул к себе. Прижался к ней, уткнувшись лицом в грудь, шумно выдохнул. Блаженно прикрыл глаза, когда Рей стала нежно перебирать его влажные волосы. — Нам пора, — прошептала, прислонившись губами к макушке. Бен обнял ее ещё крепче, будто Рей была последним его оплотом, единственным спасением, смыслом всей его жизни. — Еще одну минуту.       Корусант встретил их немыслимо жаркой влажной серостью. Казалось, вот-вот начнется ливень, но каждый раз в самый последний момент, когда уже первые капли разбивались о лобовое стекло машины, тревожные сизые грозовые тучи снова светлели. Бен припарковался прямо у входа в офисный центр, на последнем, двадцать пятом этаже которого находилась их цель. Оставлять машину здесь можно было не больше, чем на полчаса. Впрочем, если через полчаса они не выйдут, Falcon им уже никогда не понадобится. — Готова? — спросил Бен, повернувшись к Рей. — Да, — кивнула девушка, глаза которой горели решительностью. Бен сделал глубокий вдох, притянул ее руки к губам, поцеловал сначала одну ладонь, потом другую. — Тогда идём. — Накинул ей на запястья пластиковые строительные стяжки и закрепил. На выбор стяжек, к слову, они потратили добрых полчаса. Найти подходящие, такие, которые Рей сможет сломать одним резким движением, оказалось не так просто. Причем, в итоге подошли самые дорогие.       Бен машинально поправил колоратку и вышел из машины. Сердце сжалось, когда он нарочито грубо вытягивал Рей с пассажирского сиденья. Взяв девушку под локоть, на секунду остановился и поднял голову, чтобы ещё раз посмотреть на бетонного монстра, из которого, поджав хвост, убегал пять лет назад. И, сделав глубокий вдох, шагнул внутрь. Сразу направился к отдельному лифту, ведущему на этаж к Сноуку. Несколько охранников, увидев нежданных гостей, тут же достали пушки. Бен поднял вверх свободную ладонь и заметил, как изменились их выражения лиц, когда они наконец признали в Рей разыскиваемого рыцаря. — Ты кто такой? — недоверчиво спросил один из охранников. — Меня зовут Кайло Рен. Я привел Сноуку девчонку. При одном упоминании имени, охранники вытянулись так, будто им по швабре в задницу вставили. Мужчины переглянулись, очевидно, к такому повороту событий их жизнь не готовила, поэтому Бен решил им помочь. — Я хочу передать ему мисс Рен лично. Доложите мистеру Сноуку, он наверняка не откажет мне в аудиенции. Один из охранников достал телефон и отошел в сторону, достаточно далеко, чтобы Бен ничего не услышал. Через две минуты вернулся. — Мистер Сноук ждёт вас. Сдать оружие. Бен, все ещё удерживая Рей за локоть, невозмутимо отдал оба пистолета и небольшой стилет. — Это все? — Подозрительно прищурился охранник. — Можете обыскать. — Пожал плечами Бен. Охранник кивнул товарищу, и тот наспех ощупал пастора, а потом и Рей, задержавшись в некоторых местах дольше, чем было безопасно для его жизни. Бен с трудом подавил желание прямо сейчас переломать руки мерзавцу, посмевшему лапать его сокровище, но пометку на ближайшие будущее себе сделал. — Идемте. — Охранник махнул Бену следовать за ним.       Мужчина шагнул к лифту, потащив за собой хмурую, упирающуюся Рей, которая со своей ролью справлялась на сто баллов. Это, вне всяких сомнений, были самые долгие двадцать пять этажей в его жизни. Вены на висках болезненно пульсировали от напряжения, и единственное, что дарило хоть какое-то успокоение — возможность все это время незаметно для остальных нежно поглаживать руку Рей. Через несколько мгновений, которые, казалось, превратились в целую вечность, двери лифта распахнулись, открывая взору огромные черные двери, ведущие из приемной в кабинет Сноука. Там их уже встречала его личная охрана — двое лучших, до зубов вооруженных бойцов. Всего их было шестеро, значит, остальные внутри. Один из бойцов, Сноук называл их преторианцами, открыл двери, пропуская визитеров, второй шагнул за ними следом. — Так-так-так… Насмешливый скрипучий голос прорезал слух, отозвавшись приступом тошноты. Бен неряшливо подтолкнул Рей вперед. — Мои лучшие ученик и ученица… Сноук сидел за огромным лакированными столом из темного дерева в своем инвалидном кресле. За пять последних лет он не так уж и сильно изменился, разве что стал ещё уродливее. Кожа, вся испещренная глубокими морщинами и старыми шрамами, стала того же цвета, что и небо над столицей Корусанта. Правда, ко всему прочему, прибавилась капельница и баллон с кислородом. Бен вдруг задался вопросом, где справедливость? Почему маленькие дети умирают от неизлечимых заболеваний, а старая мразь все никак не сдохнет? Удивительно, что его до сих пор никто не грохнул из своих же людей, большого труда бы это не составило… С трудом верилось, что этот мешок с протухшими потрохами до сих пор может держать за яйца столько людей, но тем не менее, суровая реальность была именно такой. Сноуку достаточно было сделать один звонок, и вся жизнь человека превратилась бы в Ад. — Мастер. — Бен опустился, преклонив колено, склонил голову в знак уважения. Мастер, рыцари, преторианцы… Сноук всегда был в конец отбитым психом, двинутым на власти. А в последнее время, по словам Рей, совсем с катушек слетел, помешавшись на продлении жизни с помощью фетальных стволовых клеток и прочей херни. — Бен Соло. Он вздрогнул, услышав свое настоящее имя из уст старого ублюдка, который словно осквернял последнее, что у него осталось от самого себя. — Поднимись. — Прошипел Сноук, чуть подавшись вперед. Бен повиновался. — Признаться, я удивлен. Что привело тебя ко мне спустя столько лет, пастор? — Последнее слово произнес с ехидным смешком. Бен вскинул голову, глядя прямо в темные, давно мертвые глаза. — Я пришел просить прощения. — Твердо сказал. Сноук вскинул брови, вернее то, что от них осталось. — Продолжай. — Я совершил ошибку. Я был глуп и слаб. Моя жизнь всецело принадлежит вам, мастер. Я пришел просить вас дать мне ещё один шанс. Девчонка, — Он кивнул в сторону Рей, которая стиснув зубы, зло глядела на Сноука, — доказательство моей преданности. Сноук хрипло расхохотался, запрокинув голову назад. По коже побежали неприятные мурашки. — Видишь, дитя мое? — теперь Сноук с полуусмешкой обращался к Рей. — Меня невозможно предать! — прорычал. — Ну что, а ты не хочешь передо мной извиниться? — Я лучше сдохну, — выплюнула девушка. — Это можно устроить, — Пожал плечами Сноук. — Хочешь доказать свою преданность? Убей ее. — Снова заговорил с Беном. Пастор сдавленно сглотнул. — Да, мастер. — Безэмоционально отозвался он. — Дайте ему пушку, — сказал Сноук и махнул преторианцам. — И без глупостей. Один протянул Бену ствол с глушителем, второй поставил перед ним на колени брыкающуюся и шипящую, словно дикая кошка, Рей. Лучше и придумать было нельзя. Радуясь их удаче, Бен запоздало понял, что лицо Рей находится на одном уровне с его пахом, а когда девушка подняла игриво сверкающие глаза, чуть не задохнулся от осознания, что не только его фантазия унеслась в совершенно неуместном направлении. Бен, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица, прислонил дуло пистолета ко лбу девушки, которая сейчас изо всех сил пыталась смотреть на него, как на заклятого врага, в чем, надо сказать, целиком и полностью провалилась. Бен взвел курок. — Да… — протянул Сноук таким тоном, будто готов был кончить, — сделай это. Убей ее! В доли секунды Рей сломала стяжки, а Бен всунул ей в руки ствол и пригнулся рядом. Три четких выстрела сняли стоявших позади бойцов. Все-таки ее реакция была куда лучше, чем у него. Что-то пискнуло — Сноук нажал на тревожную кнопку, впрочем, судя по всему, ни на что другое сил у него уже не было. — Убейте их! — заорал он своей опешившей охране. Бен сразу же перехватил пистолет из рук Рей, и пока разбирался с остальными бойцами, которые даже сориентироваться не успели, она закрыла двери на замок и ещё застопорила ручки здоровенной металлической стойкой, чтобы наверняка. Все стихло, только писк тревожной кнопки и собственное, кажущееся оглушающим дыхание, нарушали воцарившееся в помещении безмолвие. С того момента, как Бен наставил на Рей пистолет, прошло, вероятно, не больше минуты, и он не мог поверить, что они сделали это с такой лёгкостью. Спасибо Сноуку и его тщеславию, которое не позволило ему разглядеть ловушку. — Милая, ты в порядке? — позвал девушку пастор, оглядывая результаты их совместной работы. Подол ее небесно-голубого платья был весь перепачкан в чужой крови, которую она собрала, когда ползла к двери. — Да, — она подошла к нему, присела на корточки, забирая пистолет у одного из трупов. Забавно было видеть, как Сноука, вцепившегося костлявыми пальцами в подлокотники кресла, накрывает понимание. — Ты недооценил Бена Соло, — Ухмыльнулась Рей, поднырнув под руку Бену. — И меня. Ее слегка потряхивало. Он прекрасно понимал, что ее напускное спокойствие полетит к чертям, как только они уберутся отсюда. — Можете убить меня, — Сноук злобно оскалился, — вам не выбраться отсюда живым. — Утешай себя этим, — Бен закатил глаза и посмотрел на Рей, задавая безмолвный вопрос. Она поморщилась и отмахнулась. — Нет, давай сам, это была твоя идея, кто я такая, чтобы портить тебе кайф, — хохотнула. — Только быстрее.       Конечно, Рей была права, он уже слышал, как открывались двери лифта. Правда, «быстрее» в его планы не входило. Бен неспешно обошел стол, с усмешкой глядя, как Сноук пытается откатиться назад, только вот дальше уже было некуда — кресло уперлось в стену. В какой-то момент его посетила мысль, что нужно быть последней свиньёй, чтобы тронуть беспомощного старика, но потом перед глазами возник маленький одинокий ангел с бездонными ореховыми глазами, которого эта сволочь использовала и заставила убивать, и сотни людей, чьи жизни оборвались по одному его слову. Зарычав, Бен со всей силы всадил кулаком по давно потерявшему всякий человеческий облик лицу. Сноук, захрипев, рухнул на пол, позади громыхнула стойка капельницы. Бен присел на корточки рядом с ним, не обращая внимания на то, как люди Сноука пытаются выломать дверь. Хмыкнув, взял в руки тоненькую мягкую трубку, идущую от кислородного баллона. Подёргал, проверяя прочность. — Хочешь что-нибудь сказать напоследок? Исповедоваться, например? Могу тебе грехи отпустить, — Бен едва удержался, чтобы не заржать. Сноук ничего не ответил, только зло посмеялся, сплевывая густую темную кровь. — Нет? — переспросил пастор. — Ну, дело твое… Несколько раз обернул шланг вокруг его горла и натянул. Все вокруг потемнело, остался только хрип, бульканье и скрежет ногтей по дорогущему паркету. Сноук почти сразу перестал двигаться, а он тянул все сильнее и сильнее, услышал хруст ломающейся трахеи, но не мог остановиться, будто боялся, что отпусти он сейчас, старый кусок дерьма снова начнет дышать. — … Бен! — сквозь пелену безудержной ярости и ненависти, он почувствовал, как кто-то трясет его. Моргнул, избавляясь от наваждения. — Бен, хватит, он мертв… И он отпустил. Взглянул на девушку, которая дёргала его за руку. Похоже, она не на шутку испугалась. — Прости, — Бен поднялся с пола, притянул Рей к себе, глядя на безжизненное тело. В этот самый момент двери наконец поддались. В кабинет влетел отряд бойцов во главе с высоким рыжеволосым мужчиной. Увидев разгром, он резко остановился, перевел изумлённый взгляд с трупа Сноука на Рей, потом на Бена. — Соло? Какого… — Можешь не благодарить нас, Армитаж, — ухмыльнулся Бен и, взяв Рей за руку, двинулся к выходу. Остановился возле старого друга, хлопнул его по плечу. — Поздравляю с повышением. И под неверящим взглядом мужчины, поспешил покинуть кабинет. Это был блеф чистейшей воды, Бен и предположить не мог, как поведет себя Хакс спустя столько лет, но все же надеялся, что знал друга достаточно хорошо, все-таки именно благодаря ему он тогда смог унести свою задницу почти невредимой. Они с Рей быстро прошли мимо ничего не понимающих бойцов в сторону лифта. Кто-то вскинул пушку, но позади раздался свирепый бас. — Оставить! Бен улыбнулся и почувствовал, как Рей облегченно выдохнула. Хорошо, лифт ждать не пришлось, потому что идиотизм ситуации начинал зашкаливать. Прежде чем двери лифта закрылись, Рей успела послать Хаксу воздушный поцелуй, а потом умоляюще посмотрела на Бена, словно просила подтвердить, что все это ей не приснилось. Он сильнее сжал ее дрожащие пальцы. — Подожди, нам ещё нужно выйти отсюда. Рей согласно кивнула. Внизу их встретили все те же охранники, которые, впрочем, попыток их остановить не предприняли. Видимо, Хакс отдал общий приказ. — Наше оружие? — Хрена с два он оставит им свою Беретту. Охранник, что обыскивал Рей, протянул Бену пистолеты, а в следующую секунду получил прикладом в нос. Не то, чтобы Бена это сильно удовлетворило, но лучше, чем ничего. Через минуту они сидели в машине. Через две ехали по оживленной улице, ведущей к выезду из города. Через три истерически хохотали, будучи не в силах поверить, что обрели свободу, о которой боялись и мечтать.       Бен стоял на краю обрыва, глядя на заросший густой растительностью каньон. Они проехали без остановки около ста миль, совершенно не представляя, куда направляются. В конце концов, здравый смысл все же взял верх. Место, где они решили собраться с мыслями, судя по всему, когда-то было стоянкой и находилось в сотне метров от шоссе. Бен прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной, никогда еще на его душе не было так легко. Повернулся к машине. Рей сидела на капоте, отстраненно наблюдая за небольшой пёстрой птичкой, и теребила голубую ткань, заляпанную высохшей кровью, но, кажется, это ее не сильно смущало. В три широких шага преодолев расстояние между ними, Бен очутился рядом с ней, устроился между коленей и утянул девушку в глубокий, но нежный поцелуй. Чуть нагнулся, положив ладони на икры, скользнул вверх по ногам, огладил бедра, вернулся обратно и схватил подол платья. Дёрнул тонкую материю, пытаясь оторвать испачканную часть, но добился лишь того, что ткань разошлась по бедру до самого пояса. Рей, которая до этого с интересом наблюдала за ним, тихонько посмеялась. — Ну вот, оно только стало мне нравиться. — Чуть откинулась назад, оперевшись на руки. — Я куплю тебе новое, — Бен склонил голову набок, поглаживая обнаженную внутреннюю поверхность бедра. Рей чуть вздрогнула, покачала головой. — Ну уж нет, это был единичный случай. Если только мне не придется снова изображать жену пастора. — Улыбнулась. Бен усмехнулся, наклонился и поцеловал ушибленную коленку. — Думаю, платье тебе для этого не понадобится, но колоратку могу оставить. Как реквизит. — Подмигнул. Рей закусила губу и вдруг встрепенулись, будто что-то вспомнила. Сняла с пальца кольцо и протянула его Бену. — Я даже уже привыкла к нему, — Как-то странно грустно улыбнулась. Бен забрал кольцо, снял свое и убрал в карман. Положил ладони девушке на бедра. — Я хочу, чтобы у тебя было свое. Рей непонимающе моргнула. Бен невозмутимо пожал плечами, хотя у самого сердце вот-вот готово было послать своего хозяина к херам и остановиться от переизбытка эмоций. — Кайло Рен умер пять лет назад в Корусанте, Преподобный Соло три дня назад в Дантуине… Тебе нравится Скайуокер? Это фамилия моего деда… Рей судорожно вздохнула. — Мне нравится любая, если она будет той же, что и твоя. Несколько секунд понадобилось Бену, чтобы понять, что ответ Рей — это достойное витиеватое «да» на его непроходимо тупое предложение. В тот же самый момент все его самообладание полетело к чертям. Он потянул порванное платье так, что ткань разъехалась до самого ворота, дёрнул Рей на себя и впился губами в нежную шею. — Что ты… — зашептала она, выпутываясь из порванного платья. — Собираюсь трахнуть свою будущую жену, — пробормотал в ключицу, перемежая слова с поцелуями. — Сейчас? — Рей ахнула, запрокинув голову назад. Позади послышался шум проезжающей по шоссе машины. — Сейчас. — Зарычал мужчина. Болезненное пульсирующее желание поглотило каждую клетку его тела, рвалось наружу, угрожая спалить все на своем пути. — Тогда сделай это, — Бен услышал низкий шепот, горячее дыхание опалило щеку, а нежная рука уверенно сжала сквозь джинсы налившийся кровью член.       Бен грязно выругался, вжавшись в Рей пахом, втянул в рот сосок вместе с покрывающим его тонким черным кружевом, смял губы в жарком поцелуе, расстегивая ширинку. Пародию на трусы Рей постигла та же участь, что и платье. Не прерывая зрительного контакта, она легла на капот и выгнулась, когда Бен резким движением вошел в нее, такую горячую и идеально узкую. Удерживая ее на месте, двинул бедрами, проникая еще глубже, почти полностью вышел и с непристойным звуком снова насадил девушку на себя, сорвав с ее губ вскрик наслаждения. Сам затаил дыхание, потому что едва ли мог держать себя в руках, стал двигаться, с каждой секундой вбиваясь все сильнее. Закружилась голова, все вокруг смазалось, остался только влажный жар ее лона и крохотные электрические разряды, ползущие вверх по позвоночнику. Сквозь звон в ушах где-то вдалеке он слышал стоны — ее, звонкие и жаждущие, и его, глухие и хриплые. Словно паря в невесомости, с упоением наблюдал, как Рей жмурится, извивается под ним, просит больше. О, он даст ей все, что она пожелает. Бросит целый мир к ее ногам, лишь чтобы тот свет, которым она озарила его жизнь, никогда не погас. Рей замерла и задрожала, вскрикнула, выгнувшись дугой, и Бен, ощутив, будто кто-то грубо втягивает его обратно в тело и бьет под дых, вышибая весь воздух из легких, последовал за ней.       Он не помнил, сколько времени прошло, прежде чем они оба вернулись в реальность. Рей, все еще тяжело дыша, потянула к нему руки, и Бен поднял ее с капота, обнял, крепко прижав к себе, провел носом по мочке уха и поцеловал. А потом краем глаза увидел, как к стоянке подъезжает полицейская машина. Коротко пискнула сирена, а вышедший из авто полицейский направился к ним. — У нас проблемы? — хихикнула Рей, когда Бен вышел из нее, застегнул штаны и накинул ей на плечи то, что осталось от платья. Бен хитро ухмыльнулся и коротко поцеловал ее в губы. — Нет проблем, с которыми мы с тобой не справимся.

***

      Было чертовски жарко. Уже близился к концу сентябрь, но, похоже, природу Дантуина об этом никто не предупредил. Выйдя из мясной лавки, в которую Маз по неосторожности зашла, чтобы немного отдохнуть от жары, а в итоге целый час слушала последние сплетни, собранные женой мясника, женщина поплелась домой. По пути встретила мужа покойной Базин, который, к слову, слишком долго не убивался и уже подбивал клинья к молодой девушке, переехавшей вместе с дядей и тетей к ним в поселок. Скотина даже не удосужилась хотя бы из вежливости предложить свою помощь, а ведь Маз тащила два не самых легких пакета. В этом забытом Богом месте вообще можно было рассчитывать на одних лишь мужчин Соло. Новый пастор к ним не приехал, а полусожженная церковь так и осталась стоять разрушенная на выезде из поселка. Как клеймо. Впрочем, на репутацию городка Маз было попросту начихать, она за свою долгую жизнь видела столько, что хватило бы на целую серию книг. Только вот поговорить теперь ей было совершенно не с кем. Проигнорировав сборище благочестивых шлюх, устроивших посиделки в парке, пока их дети возились в пыли поодаль, женщина поспешила домой, там ее ждал Биби, которого она обещала сводить погулять.       Уже подходя к ветхому заборчику, Маз заметила поднятый на почтовом ящике флажок и очень удивилась — ей уже очень давно никто не писал писем. Все, кто мог, давно были на том Свете. Хмыкнув, женщина достала увесистый конверт, покрутила в руках — без обратного адреса. Открыла и чуть сердечный приступ не заработала. В конверте лежала пачка денег с припиской, которая гласила следующее: «На крышу, которую я обещал помочь перестелить в этом году»       Быстро спрятав в карман деньги, которых явно было намного больше, чем потребуется на новый рубероид, Маз достала из конверта фото, уже зная, кого на нем увидит. Она и не сомневалась, что сын Хана Соло не погибнет так бездарно, но даже подумать не могла, что он, будучи черт знает за сколько тысяч миль от Дантуина, вспомнит про нее. Сердце затопила искренняя нежность, когда она увидела на фото Бена, обнимающего миниатюрную темноволосую, лучезарно улыбающуюся девушку в белом бикини на фоне пальм и лазурного моря. О, этот пейзаж она бы ни с чем не спутала! Пляжи Набу занимали в ее сердце особое место… На обратной стороне фотографии стояла написанная от руки дата, а под ней короткое «Бен и Рей Скайуокер».