all goes to good

***

масло черного тмина — пьешь до конца

***

      Полночь. Декабрь только заступил на свой пост, но морозы уже стояли нешуточные. Тусклый свет от уличных фонарей проникал в кухню маленькой квартиры в центре Москвы, где на разноцветном полу в кругу пустых бутылок, сгорбившись, сидел Арнор Сигурдссон в одних шортах. Футболистам нельзя пить, а вот мальчикам с разбитым сердцем и ножом, вкрученным в спину, — никто не запрещал. Грустно или парадоксально смешно? Подло. Ведь парень отдавал всего себя этой стерве, которая при первой же возможности вильнула задницей и ушла к дяде с толстым кошельком. В очередной раз Арнор убедился в том, что девушки — зло.       В упадке сил он пытается встать на ноги, но у него получается лишь сесть на стул возле цветных разбросанных повсюду пустых бутылок. Арнор сжимает пальцы в кулак и ударяет им по столу со всей силы, боль заполняет тело целиком и полностью, мешая дышать. Перед глазами все расплывается то ли от слез, то ли от алкоголя. В голове пустота, а сердце, растрескавшееся на тысячу осколков, начинает сковывать лед.       Просидев в темноте на кухне, уставившись в одну точку час, Арнор немного протрезвел. Из оцепенения его вывел звонок мобильного, валявшегося где-то среди бутылок. Парень медленно сполз со стула, в темноте нащупал телефон и ответил на вызов.       — Арнор? — мягко произнес знакомый голос Хердура.       — Да.       — Все в порядке? Почему тебя не было на тренировке? Почему ты не отвечал на мои сообщения? — быстро выпалил Магнуссон. — Арнор?       — Знаешь, — Арнор запустил руку в волосы и, оттягивая их до боли, продолжил, — все, что было в жизни, оно ведь к лучшему, да?       — Ты что, пьян? — после недолгой паузы спросил Хердур.       — Не отвечаешь на мой вопрос, блондиночка, — смех Арнора заполнил пустую квартиру, сумасшедшее эхо злило, — а знаешь почему?       — Арни, — тихо пролепетал Хердур, — я…       — Да потому что ты сам в это не веришь! — сквозь смех кричал в телефон Сигурдссон, до крови закусывая губы, — Это все ложь! Нет никакой любви! Всем нужны только деньги!       Арнор, сглатывая стоны и слезы, швырнул телефон на пол так сильно, что тот разлетелся на части, а мальчик продолжал захлебываться в рыданиях. Прижавшись к теплой батарее спиной, обнимая тонкими руками колени, этот юный мальчик ломался. Ломался изнутри.       Ночь все еще не выпускала Москву из своих крепких объятий. Звонок в дверь оглушил Арнора, уснувшего прямо на полу у батареи. Сигурдссон аккуратно поднялся на ноги и поморщился, в глазах потемнело, количество выпитого давало знать о себе. Придерживаясь за стену, парень подошел к двери. Надежда на то, что там она с извинениями, тлела маленьким черным угольком в груди. Не глядя в глазок, Арнор распахнул дверь.       — Ты? — Сигурдссон прищурился, свет из подъезда больно бил по глазам.       — Ты ждал кого-то другого? — тень улыбки проскользнула по лицу Хердура, как всегда одетого в тренировочные штаны, куртку с эмблемой команды и черную кепку, глаза которого бродили по оголенному торсу Арнора.       — Входи, — Арнор впустил гостя и, держась за голову, ушел на кухню, включая свет.       Только сейчас Сигурдссон осознал масштаб произошедшего. По всему полу были разбросаны пустые и недопитые пивные бутылки, осколки мобильного телефона, обрывки фотографий. Парень шагнул вперед, схватил футболку, висевшую на стуле, и поспешно натянул на себя.       — Выпьешь со мной? — громко спросил Арнор.       — Вы с ней расстались, да? — мягким шепотом прямо над ухом Сигурдссона проговорил Хердур.       Арнор невольно встрепенулся, мурашки пробежали по спине от столь близкого жаркого дыхания Хердура. Руки быстро нашли карманы. Когда Сигурдссон волновался или стеснялся, он прятал их.       — Да, — резко развернувшись на пятках, прошипел Арнор, смотря прямо в глаза Хердуру, — да. Она ушла от меня к какому-то уроду, который чертовски богат! А ведь я мог ей дать все то же самое и даже больше, просто надо было подождать, понимаешь? Подождать, — Сигурдссон вновь сорвался на крик и принялся колотить ладонями в грудь Хердура.       — Тише, — Магнуссон крепко прижал Арнора к себе, ласково погладил по спине и пробормотал что-то успокаивающее. — Не держи на нее обиду.       В мощных руках Хердура Сигурдссон казался таким хрупким, словно стебелек, который вот-вот согнется от ветра и развалится на части. Арнор обмяк, а дыхание пришло в норму, сердце перестало колотиться так резво, а Хердур все еще гладил его по спине. Руки младшего невольно прижались к лопаткам Магнуссона, а голова удобно устроилась на плече.       — Арни, — томно выдохнул Хердур, но не отстранился, — что ты делаешь?       — Прости.       Арнор поспешил отстраниться, но крепкие руки не позволили сделать и шага. Хердур заглянул в лицо младшему, обежал взглядом каждую родинку, ресничку, царапину от бритвы. Сигурдссон прикрыл глаза, приближая голову к губам Магнуссона, он чувствовал дыхание блондина, потом поток воздуха ворвался внутрь, достигая легких, делая поворот направо, обжигая сердце, которое уже замерзало. Арнор обвил своими тонкими руками шею Хердура, запустил пятерню в волосы. Поверить сложно, но он так давно мечтал их взъерошить, растрепать. Рука блондина, мирно покоившаяся на талии Арнора, стала медленно сжимать футболку. Магнуссон отстранился и вопросительно взглянул на младшего, но тот лишь закатил глаза, облизнул губы и поднял руки вверх, помогая стащить с себя несчастную одежду. Ловким движением Магнуссон освободил парня от ненужной тряпки, развернул Арнора и прижал к стене, припал к его шее, целуя каждый ее миллиметр, покусывая кожу до мурашек и оставляя засосы, которые завтра придется как-то скрывать. Но сейчас двух обезумевших от страсти парней это не волнует.       И через час им будет весело,       а после стыдно.

***

      Утро выдалось пасмурным, обычное дело для декабря. За окном кружили снежинки, смиренно дотанцовывая свое первое и последнее танго.       Арнор приоткрыл глаза и обнаружил себя лежащим на сильной груди Хердура, события ночи начали всплывать обрывками в памяти. Бутылки, крики, Хердур, руки, жар, поцелуи, страсть. Сигурдссон резко сел на кровати, своим движением он разбудил Магнуссона, который еще пребывал в царстве Морфея.       — Зачем же я так много выпил! — воскликнул Арнор и схватился за голову, мотая ею из стороны в сторону.       — Арни, — Хердур тоже сел и положил ладонь на плечо Сигурдссона, — мы можем это забыть, если хочешь.       Арнор развернулся в сторону Магнуссона и вгляделся в его лицо, внимательно изучая. Облизал губы, дурацкая привычка, но многим она нравилась, даже самому парню.       — Я, — Арнор тяжело вздохнул, — я не хочу, Херди. Я влюбился. В тебя.