Миллион за любовь

Роман

Бар встретил меня привычной полутьмой и, тихо играющей, музыкой из подвесных колонок. Не сказать, что я тут завсегдатай, но все же бываю. Чаще всего, когда расстанусь с очередным "парнем". Даже сложно назвать его парнем, потому что зачастую это те люди, которые покупают мое внимание. Я привык к такой жизни. Мне не нужно волноваться, что я буду завтра есть, что надену, на чем поеду или еще о какой-нибудь простой житейской проблеме большинства жителей планеты Земля. Да и работать мне не особо требуется, всего лишь нужно найти любителя красивых мальчиков, и все, дело в шляпе. Называйте меня, как хотите, но я такой, какой есть, и мне это нравится. - Рассказывай, - бармен, мой товарищ, уже точно знает, почему я тут. Он берет стакан для виски и наливает мне щедрую порцию без лишних слов. Я опускаюсь на высокий барный стул и, подперев голову рукой, вздыхаю. Нет, я совсем не расстроен тем, что закончил эти отношения, просто снова придется отправиться на поиски, хотя, как показывает практика, они сами меня находят. Как будто чувствуют, что я свободен. - Да он совсем слетел с катушек от своей чертовой ревности. Надоел. Я же не заставлял его влюбляться в меня, - я стал крутить янтарную жидкость в роксе. - Ну, знаешь, сердцу не прикажешь. Тебя тоже никто не заставлял рождаться таким красавчиком. Даже, если твое поведение и отталкивающее, то кому-то и такое нравятся. - Эй, не такое уж у меня и отталкивающее поведение. Хочешь сказать, что такие, как я тоже могут быть любимы? - Не исключено. Как говорится, на каждый товар найдется свой купец. - Ох, ну, спасибо, дружище. Признаю, конечно, что продаю себя, но у меня тоже есть гордость. Хотя о какой гордости я сейчас толкую. Мне же только покажи внушительную пачку денег, и я как собака завиляю хвостом, которого у меня нет. Мне нравится красиво жизнь, пусть даже и за чужой счет. Но ведь они сами не против такого расклада. Они -мне деньги, я - свое внимание. За все в этой жизни приходится платить. Даже за любовь. - Ну, посмотри на это с другой стороны, - Арсений начал натирать бокалы и подвешивать их за ножку у себя над головой. - Ты пока можешь отдохнуть и подумать обо всем на досуге. Может, стоит попробовать себя изменить? Повзрослеть, что ли. На работу пойти, раз тебя все достало. Такой расклад дел меня не устраивал, поэтому я резко ответил, громко поставив стакан. - Ну уж нет! Почему это я должен меняться?! Я себе и такой нравлюсь. Пусть ищут в себе дефекты, потому что я идеальный. - Вот это самооценка! - Воскликнул Арсений и даже перестал натирать бокалы. - Тогда не ной. Вон, красавчик позади на тебя уже минут десять пялится. Он кивнул мне за спину на четыре часа, где якобы сидел тот самый "красавчик". Я сразу же повернулся, не в силах побороть свое любопытство. Человек, сидящий за столиком и правда оказался тем, кем его назвал Арсений. Темно-каштановые волосы, которые в тусклом свете казались почти черными, зеленые глаза смотрели на меня с любопытством, а пухлые губы, которые так редко можно встретить у представителей мужского пола, искривились в усмешке. Признаю. Он - красавчик. Да еще и одет не в дешевые шмотки. А вот это уже интересно. Чтобы привлечь чье-то внимание, нужно сделать вид, что ты не заинтересован в этом человеке. Обычно у меня это работает. Через минуту ко мне он все же подошел, подсаживаясь рядом и прося бармена мне подлить за его счет. - Почему ты один? Подружка бросила? - Усмешка не покидала его губы, грозя перейти в оскал. - А что? Хочешь утешить? - Я наклонил голову в бок, пристально глядя на него, рассматривая красивые черты лица вблизи. Глаза оказались серо-зелеными с карими вкраплениями в обрамлении длинных ресниц. Удивительно. - Смотря, как ты хочешь, чтобы я утешил, - он подпер рукой голову. - А что ты можешь предложить? - Вопрос уже в том, что ты можешь мне дать, - его рука легла мне на коленку, медленно двигаясь вверх. А он занятный экземпляр. Он точно из тех, которые конкретно знают, чего хотят. И не только знают, но и добиваются. Даже, если потребуется пойти по головам. - Знаешь, не думаю, что могу тебе чем-то помочь, - я попытался сбросить его руку, на что он хитро сощурил глаза и полез в свой внутренний карман пиджака, доставая небольшую стопку денег. Ого, вот так вот сразу! - С этого и надо было начинать, - я соскочил со стула и схватил его за лацканы, ведя за собой. Он даже не сопротивлялся. Что я там говорил о гордости? Ах, да, уже ничего.