Love/Hate

Это сложно. Очень сложно для Камилы. Да и для Лорен тоже. Кто-то скажет, что это глупо — уходить от любви всей своей жизни, но девушки скажут им, что так правильно. Возможно время еще не пришло. Прошла неделя после вечеринки у Нормани. Самая странная неделя для Дайны, Элли и Нормани. После вечеринки Камилу и Лорен будто подменили. Сначала они поздоровались друг с другом утром, потом лежали вместе на диване Мани и смотрели какие-то бессмысленные телешоу. По сути, они были Камилой и Лорен, теми, что были когда-то давно. Они вели себя абсолютно… нормально? Наверно можно так сказать. Несмотря на эту идиллию в отношениях девушек, у обеих были забиты головы мыслями о том, значил ли тот поцелуй что-нибудь. Никто о нем не говорил и не вспоминал вслух, лишь для себя, в голове, и этого было достаточно. Камила солжет, если скажет, что, все последующие ночи после вечеринки, не вспоминала и не пыталась восстановить в голове все детали того поцелуя. Она чувствовала себя живой, полноценной, это было то, чего она так ждала и желала. Лорен была полностью ее в тот момент. Смесь тех чувств, что она ощутила тогда, накатывала каждый раз, когда Камила бросала мимолетный взгляд на Лорен. Снова ускоряется сердцебиение, снова потеют ладони от невероятного волнения и незнания, что же ей делать, ее взгляд бродит по всему телу подруги, когда та снова подходит к ней в школе, завлекая в приветственные объятия. Она знала, что Лорен чувствует то же. И это было больнее всего. Больнее осознания себя, принятия своей ориентации, страха родителей и людей вокруг. Камила знала, что ее родные любят ее и желают ей только счастья, но она не знала какова может быть их реакция, если она расскажет о чувствах к Лорен. Она думала, что ее родители уже догадываются об этом, но молчала всякий раз, когда она говорила о Лорен и ее мама делала самый понимающий взгляд на планете. На протяжении этой недели Камила и Лорен старались не расставаться ни на минуту. Для обеих это было, словно как в старые добрые времена, и поэтому никто не вспоминал про происшествие. Все дни Камила хотела разузнать у Лорен про ту записку, что она когда-то нашла, но постоянно отвлекалась от этих мыслей из-за этого ангела. Она думала начать какое-то расследование, расспросить всех, но каждый раз мысли улетучивались. И сегодня ей точно не до этого. Недавно ей написала Лорен и сказала, что ее и всех девочек пригласили на вечеринку. Какая-то из черлидерш устраивает ее по поводу приближающегося выпускного, и поэтому все выпускники с удовольствием идут к ней. Сейчас Камила стояла около своего комода и выбирала что ей надеть. Перед тем как что-либо выбрать, она думала, будет ли на это смотреть Лорен. Ей все так же хотелось внимания от нее, даже если они всего лишь подруги. Недолго думая, Камила взяла белый топ с рукавами до локтей и черную короткую юбку. Она вспомнила, как надевала эту юбку, когда они впервые встретились с Лорен. Невольная улыбка образовалась на ее лице. Камила немного подкрасила глаза и губы, чтобы не выглядеть как обычно и распустила волосы. Пока она стояла там, глаза сами перевели взгляд на стену с фотографиями. Ее родители сказали, что она сняла все фотографии со стены давно. Но она хотела знать в какой период и почему. Почему тогда на стене была только одна фотография Лорен, и то, она была перевернута. Снова куча вопросов в голове. Посмотрев на себя в зеркало, она кивнула и вышла из комнаты. В этот момент раздался стук в дверь. Камила ускорила шаг и быстро спустилась вниз. Она отперла дверь и открыла ее, зная, кто за ней стоит. Как всегда прекрасна. Лорен стояла на пороге, улыбаясь самой милой улыбкой, с искрами в глазах. На ней был черный короткий топ с тонкими лямками и довольно большим декольте, также светло-синие джинсовые шорты до середины бедра, что все равно открывали вид на подтянутый живот черноволосой, на ее плечах была темно-серая кожаная куртка, что, кажется, была одним из обязательных предметов одежды у Лорен. Она шагнула ближе, будучи в своих любимых кедах, и притянула Камилу в приветственные объятия. Девушки простояли так дольше положенного (как всегда) и отошли друг от друга, когда Сину показалась перед ними. — Здравствуй, Лорен, — поприветствовала она девушку. — Привет, — неловко выдохнула Лорен, отходя от Камилы. — Рада снова тебя видеть, — снова заговорила женщина, — Как ты? — Я-я… Все замечательно, лучше не бывает, — она искренне улыбнулась, несмотря на нервозность в голосе. — Это хорошо, — протянула Сину, — Что ж, вам пора. Карла, постарайся прийти до полуночи. — Хорошо, мам, — девушка поцеловала мать в щеку и вернулась на прошлое место. Когда Сину вернулась в глубь дома, Камила виновато посмотрела на Лорен, как бы извиняясь. То, как Сину смотрела на Лорен, заметила и Камила. Это не была злость или еще хуже, это было какое-то недоумение. Сину точно не думала, что после расставания с первым парнем, ее дочь придет домой с Лорен. Некоторые детали черноволосая должна будет объяснить родителям Камилы. И своим тоже. Камила быстро прыгнула в свои туфли на каблуках и девушки наконец-то вышли из дома. По пути к заветному «замку», как его назвала Камила, когда подруги подошли к дому, они много болтали и обсуждали недавние события. Всю дорогу Камила чуть ли не ныла из-за боли в ногах, так как была на каблуках довольно большой длины, а Лорен вдруг предложила ей свои кеды. Слишком неловкое молчание было тогда между ними, и обе были рады, когда она была разрушена звонком телефона Камилы. Ей звонила Дайна, сообщая, что она и остальные девочки уже на вечеринке, и вскоре звонок прервался, когда Камила услышала крик своей подруги: «твою мать, это Бейонсе!». Подойдя к «замку» Камила присвистнула, изучая картину перед собой. Она, конечно, видела большие дома, видела замки в Диснеевских мультфильмах, но этот дом ее поразил. Он был похож на белый замок принцессы с прудами и небольшим садом. Но ее мысли о прекрасном доме принцессы прервали пьяные подростки, которые уже успели напиться и «удобряли» тот самый сад. Не самая приятная картина. В тот момент Камила захотела как можно быстрее уйти из этого места, но ее вдруг ударило током. Лорен мягко обхватила ее руку своей, переплетая их пальцы. Тепло, нежность, любовь и боль вдруг разлились по телам обеих. Их взгляды пересеклись на какой-то момент, и они забыли о той боли, что вдруг ударила в сердце. И было принято единогласное молчаливое решение: просто наслаждаться вечером, несмотря на все их проблемы. Они поняли друг друга и шагнули за распахнутую дверь.

***

— ПЕЙ! ПЕЙ! ПЕЙ! — скандировали подростки, подбадривая Лорен. Она не хотела напиваться, но спор есть спор. Какой-то из футболистов сказал, что он может выпить больше всех пива за две минуты, и Лорен, будучи немного азартным человеком, бросила ему вызов. За этим зрелищем наблюдала добрая половина дома, включая подруг черноволосой. — ДА! МОЛОДЕЦ, ЛОРЕН! — они продолжали ее поддерживать, когда она закончила пить четвертый стакан. [прим. автора: хз возможно ли это, но пусть будет сюжетная условность. Лорен — флэш] Девушке очень повезло, что этот «спортсмен» оказался довольно слабым на алкоголь, поэтому ее победа со счетом 4:2 была легкой. Лорен поставила последний пустой стакан и подняла руки вверх в знак победы. Снова громкие крики толпы подростков, что теперь больше зауважали Лорен. Она не хотела такую славу, но так уж вышло. Опустив руки, ее тело ослабло, и она готова была упасть. Лорен оперлась руками о кухонный гарнитур. Мягкая ладонь легла ей на спину. — Пойдем, — сказала Камила, обхватывая талию Лорен и закидывая ее руку себе на плечо, чтобы было удобнее передвигаться. Лорен молча следовала указаниям. И в следующую секунду она поняла почему Камила увела ее в ванную комнату, так как к ее горлу стремительно подступала рвота. Почему-то Лорен захотела расплакаться, ведь Камила сразу поняла, что она чувствует себя отвратительно и ей нужно прочистить желудок. Это было так мило, по крайней мере для Лорен, и именно в этот момент. Девушки ввалились в единственную свободную ванную комнату, закрывая ее. Старшая незамедлительно прильнула к унитазу, стремительно избавляясь от всех признаков алкоголя. Камила приблизилась к ней и собрала ее волосы за спиной. Она поглаживала ее спину и шептала что-то подбадривающее, и это довело Лорен до слез. Видимо, когда она пьяная, она более эмоциональная. Спустя пару минут Лорен с громким всхлипом выпрямилась перед унитазом. — Эй, ты чего, Ло? — прошептала заботливо Камила. Младшая практически не пила сегодня, в отличии от ее подруг. Она решила, что ей лучше оставаться в трезвом уме, если что-то случиться с одной из ее подруг. И вот такая ситуация. — Т-ты… — всхлип, — Ты такая… Ах, — Лорен не могла подобрать слов, захлебываясь слезами, — Спасибо. — Боже мой, за что, Лорен? — Камила притянула девушку в объятия, находясь все еще на коленях перед унитазом. — В-вдруг я бы… не… успела до унитаза, — еле выговорила она, прижимаясь ближе, — Я-я бы все там… заблевала. Мила мягко посмеялась, поглаживая спину Лорен. Она дернула за ручку унитаза, смывая все, что там могло быть, и начала медленно вставать. — Давай, Ло, тебе нужно умыться, — они встали, а Камила все так же держала девушку рядом, — Тебе повезло, тут и зубная паста есть, — она кивнула на большой гарнитур с раковиной и полками. Лорен кивнула и оторвалась от Камилы, нехотя. Она подошла к раковине и взглянула на свое отражение в зеркале перед собой. Красные глаза, слегка помятый вид и растрепанные волосы. Она заметила, что на ней нет ее куртки, возможно она потеряла ее вовремя энергичных танцев. Закончив с чисткой зубов и стиранием своего макияжа, она обернулась. Камила стояла позади нее, опершись на стену, ее руки были скрещены на груди, и она внимательно следила за каждым движением Лорен в этих обтягивающих шортах. Черт, да она пялилась на нее. — Как я выгляжу? — Лорен поправила свои волосы, перебрасывая их на одну сторону. Камила снова осмотрела ее. Лорен готова была поклясться, что видела, как глаза младшей чернели. Это даже льстило. — Фантастически великолепно и горячо, как всегда, — сказала Камила первое, и самое правдивое, что пришло ей в голову. — Горячо? — Лорен умеет строить дурочку, — Думаешь я горячая? Страх сказать что-то не то окутал Камилу. Если она ответит «да», это может привести неизвестно куда, если «нет», это может оскорбить ее подругу. Безвыходная ситуация. Но Камила готова аргументировать свой ответ тем, что Лорен пьяна и вряд ли что-то вспомнит завтра. — Еще как, горячо, — она закусила губу, и в следующую секунду поняла, что сделала это зря. Лорен хмыкнула и сделала шаг к девушке. Всего один шаг и Камила уже готова пройти через стену, в которую вжималась. Она старалась держать себя достойно и не подавать виду на свою нервозность. Но, когда Лорен сделала еще шаг, оказавшись еще ближе, она сглотнула ком, теряясь в зелено-черных глазах перед ней. Нельзя, нельзя, останови ее, твердили ей мысли. Но Лорен уже стояла перед ней, смотря самыми голодными глазами из всех. Лорен пьяна, она ничего не вспомнит. [прим. автора: надо прекращать это. я сгорю так ей-богу] Одно движение со стороны Камилы и их губы снова вместе. Они хотели этого больше всего на свете со времен их «первого» поцелуя. Каждый раз, оказываясь одни в комнате или где угодно, даже в собственных мыслях, они думали о том, что будет, если одна из них поцелует другую. Камиле казалось, что исход будет явно неблагоприятный, но она все равно прижала Лорен к стене, не ожидая такого от себя. Поцелуй становился все жарче с каждой секундой, как их губы и языки сталкивались в борьбе. Она пыталась контролировать себя, пыталась отстранится, но она понимала, что это как нужда в воздухе, ей нужен был один вдох. Один большой и долгий вдох. Но воздух покинул ее легкие, когда она ахнула от того, что Лорен сменила позицию и теперь Камила снова прижата к стене. Сильные руки держали ее максимально близко, а губы уже были на шее. Оттолкнуть ее сейчас — было бы идеальным решением для Камилы, но она лишь впилась в оголенные плечи девушки. Руки Лорен добрались до юбки младшей, начиная мягко поглаживать оголенные и длинные ноги под этой злосчастной юбкой. Черноволосая старалась контролировать каждое свое последующее действие, но запах духов Камилы, ее горячие ладони на ее холодной коже, ощущение ее тела так близко, были сильными соперниками для нее. Что, если она поддастся им? Камила провела по оголенной части живота Лорен, вызывая мурашки на коже. Никто из них раньше не чувствовал подобное, но они были рады исследовать что-то новое. Когда правая рука Лорен приблизилась к нижнему белью Камилы, та пискнула. Их взгляды вновь пересеклись. Полные желания, невероятной любви глаза смотрели напротив себя. Они поняли, что это все может быть ужасной ошибкой, что они будут жалеть об этом. Но Камила кивнула, давая разрешение, неизвестно на что, но она очень хотела бы узнать. Лорен провела пальцами по резинке от белья Камилы, захватывая его. Громкий стук. Этот проклятый стук. Он был настолько неожиданным, что Камила резко отошла от Лорен, каким-то образом пролезая между ней и стеной. Они смотрели друг на друга ошарашенными глазами, бросая мимолетные взгляды на дверь. За ней послушался мужской голос, который сказал что-то типа: «Блять, занято, пошли в другой». После стука не было, но молчание продолжалось. Никто не знал, что говорить в такой ситуации. Девушки так и смотрели друг на друга, следя за тем, как их глаза принимают привычные им цвета. Камила опустила глаза в пол так же резко, как Лорен. Обе были краснее любого оттенка красного, что казалось невозможным. — Я-я… — какие-то звуки выходили из рта Камилы, губы которой были красными от сильных поцелуев, — Мне надо выпить, — резко, на выдохе, закончила брюнетка. — Я буду здесь, — вбросила Лорен, когда Камила отпирала дверь ванной комнаты. Она обернулась и посмотрела на нее, перед тем как выйти за дверь.

***

Следуя по прокуренному помещению в сторону кухни, Камила старалась не смотреть ни на кого. Таким образом, ей удалось с кем-то столкнуться. Она надеялась, что это кто-то из ее подруг, так как она бы хотела их видеть сейчас сильнее всех. Но это точно не одна из них. — Ой, извини, — быстро проговорила Камила, словно на автомате. Кто-то придерживал ее за локоть, чтобы она не упала от столкновения, и брюнетка подняла глаза. — Привет, Кабейо, — ухмыляясь, сказала Люси Вивес, — Не думала, что ты снова так наткнешься на меня. Судьба, — она подмигнула.