Пока плачет мафия

      — Поняла вас, мы ждём на месте, — проговорила Дазай, после чего повесила трубку и обратилась уже к Рацуши. — Нас скоро заберут. Доставим шпиона в подвал, а потом зайдём к Мори-сану, чтобы представить тебя ему. Босс хочет знать палача в лицо, это ответственная должность. Ты влип, парень.       — Понял, не проблема. Я ответственный, наверное. Впрочем, не важно, я справлюсь, — самоуверенно ответил тигр, закинув шпиона на плечо, придерживая лапой тигра.       — Вот только если убьёшь кого раньше времени, будешь отвечать своей шкурой, — Дазай пожала плечами и оглядела подвал, пол в котором был заляпан кровью, размазанной по полу в форме следов от ботинок. — Посади его обратно, надо ещё дождаться отряд. Приберись лучше, а то если тут будет вонять, как в прошлый раз, я больше сюда не вернусь. Это совсем не безболезненный способ самоубийства.       — Тц, — Тигру явно не понравилось то, что ему опять прибирать, да и то, что нельзя убивать раньше времени, ведь жертва просто может не выдержать даже самых легких пыток, но чем не приходится жертвовать ради собственного удовольствия. — Понял, — сказал тигр и приковал жертву к стулу, чтобы уж наверняка тот не сбежал.       Рацуши вернулся в подвал, начав привычную и довольно быструю уборку. Стоило всего-то отмыть пол, вернуть на места свечи и зажигалку, отмыть лапы от крови, ну и переодеться. Примерно через пол часа парень вернулся к девушке, встав рядом с той.       Она вроде бы что-то читала в телефоне и не обращала внимания на тигра. Вроде бы это логично, но всё же немного обидно, что ей настолько всё равно.       Ничего не предвещало беды, минуты тянулись долго, ведь у Накаджимы в телефоне не было, какая досада, ни Интернета, ни музыки. Было скучно ровно до того момента, когда Осаму прижалась к его груди и закрыла глаза. Молча, без всяких объяснений.       — Это что за домогательства?! — крикнул Рацуши, отстраняясь и пытаясь сообразить, что это только что за было.       — Мне холодно, а ты горячий благодаря твоему сильному метаболизму. Тем более, я в майке, а твой подвал как холодильник, — пожаловалась Осаму, скрещивая руки в попытке согреться. Девушка обиженно крикнула: — Вредина ты!       — Тц. — фыркнул тигр, прижав девушку к себе, при этом сделав руку тигриной лапой. — хватит жаловаться, сама же так легко оделась, значит сама виновата, — прорычал себе под нос тигр, поглядывая на заложника.       — Угу, — тихо ответила Дазай. Ей было слишком тепло и хорошо, а рубашка Рацуши слишком приятно пахла мятой, чтобы спорить о чём-то.       Осаму могла простоять так долго, даже если бы тигр начал возмущаться, но на улице послышался шум мотора, и пришлось отстраниться. Рацуши взял пленника, который был в шоке уже не только от самой ситуации, но и от интересных взаимодействий врагов, а Дазай пошла следом давать распоряжения, и через несколько минут самопровозглашённый дуэт уже расположился на заднем сиденье машины.       — Так. как долго нам ехать? — уже уставший тигр фыркнул, желая поскорее увидеть босса, который по его мнению — обычный человек.       — Минут десять, если без пробок, — ответила Дазай, после чего принялась разглядывать виды за окном.       Приехали они действительно довольно быстро, после чего зашли в один из небоскрёбов. Народу в запутанных коридорах было как муравьев. Осаму, как привыкшая, спокойно относилась и буднично переговаривалась с несколько раз за весь путь сменявшимися сопровождающими.       До кабинета Босса оставался один лишь коридор, но как на зло там палачей встретил тот человек, которого Осаму хотелось видеть меньше всего. Нет, нет, нет, только не при Рацуши, он же засмеёт — и как же она будет заново восстанавливать уважение в себе нового коллеги?       Высокий мужчина, чьи иссиня-чёрные волосы отливали голубизной в холодном свете ламп, прошёл мимо Дазай и намеренно задел ту плечом.       — Страх потерял, Сакуноске? — девушка обернулась, чего и добивался наглец.       — Это ты, малявка, прифигела приводить ко мне неизвестно кого, — он мерзко ухмылялся, находясь непозволительно близко к шатенке.       — Не к тебе, а к Мори-сану. Иди куда шёл, — она сдерживалась из последних сил, сжимая кулаки, чтобы снова не попытаться вдарить по этой физиономии.       — Хах, ясно теперь всё, — он развернулся и пошёл дальше неторопливо и уверенно. «Прямо как в тот раз», — подумала Дазай. Пусть он скорее уйдёт и не будет ворошить то, что она и так не может забыть.       — Дазай-чан нашла себе новую пассию. Тебе наконец надоело быть брошенной? — сказал он громко и насмешливо.       Несколько слов, и самообладание Дазай сошло на нет. Девушка с криком бросилась на Оду, целясь кулаком в лицо, но мужчина перехватил руку и перекинул Осаму через себя. Конечно, человек, способный заглянуть в будущее, не пропустит и без того очевидный удар от той, кого знает вдоль и поперёк.       Дазай упала на пол без сил подняться. Из глаз текли слёзы. Невозможно сдерживаться, когда о её единственные светлые чувства в очередной раз вытерли ноги. Это больно. Осознавали оба — и потерянная Осаму и смеющийся в голос Сакуноске.       Как только лифт закрылся, Накаджима спросил:       — Кто это был?       Дазай поднялась на ноги и, посмотрев на Рацуши исподлобья, ответила:       — Не важно. Давай уже дойдём до этого чёртова кабинета.       Дазай открыла дверь и зашла в просторное помещение со столом из черного дерева в центре. За столом сидел блондин и суетливо рассматривал бумаги.       — Мори-сан, это Дазай и новый палач, Рацуши Накаджима, — громко объявила Осаму, из-за чего босс вздрогнул, и кипы бумаг полетели с шелестом на пол.       Осаму вздохнула и принялась помогать со сбором документов, пока Огай не потерялся там под столом.       Босс был нервным и неуклюжим, и вообще не был похож на влиятельного, опасного человека, а организация державшейся на Дазай и Оде, которые поддерживали мужчину во всём и много времени проводит с ним в частности, однако это только первый взгляд. На самом деле в свое время он сам был похож на этих двоих, однако мирная жизнь не требовала быть устрашающим, да и быть таковым было сложновато с постоянными стрессами.       — Давайте заново — ты и есть палач, верно? — он вернулся на свое место и оперся головой на скрещенные руки.       — Верно. Мое имя — Рацуши, прозвище — тигр. Так., вы и есть Мори-сан? Что же, приятно познакомиться. А теперь пара вопросов: что будет входить в мои обязанности? и. можно будет кого-нибудь убить? — совершенно спокойно отвечал тигр, смотря в глаза Огаю.       — Помимо нынешних обязанностей иногда будешь проводить допросы. Убивать можно будет, когда я решу, что от человека больше не может быть никакой пользы. Заработная плата будет зависеть от объема проделанной работы, — Мори стал серьезнее и больше походил на Того Самого БоссБосса, чем минуту назад.       — Для меня важнее любой зарплаты — это способность убить кого-нибудь. — тигр развел руками, улыбнувшись с привычным оскалом и опять начал описывать свою любовь к пыткам. — надо видеть лица тех отчаявшихся, что готовы выполнить мой любой указ, лишь бы выжить. Так приятно видеть агонию, когда медленно расчленяешь их, принося невыносимую боль! Есть бесчисленное количество пыток, которыми можно медленно убивать, — парень одумался, неловко почесав затылок. — прошу прощения.       Дазай, еле дождавшись, пока Рацуши договорит, наступила тому на ногу в надежде, что тот поймет, что наговорил лишнего.       — Поверьте мне, Мори-сан, — посмотреть сейчас на Осаму, такая паинька-заинька, и мухи не обидит. Конечно же. — Накаджима-кун, несмотря на его чрезмерную жестокость, вполне обучаем. Каково будет ваше решение?       — Можете попробовать поработать вместе, — кивнул Босс и протянул Рацуши лист с печатным текстом. — Это список документов, который нужно будет принести до полуночи.       Попрощавшись, напарники вышли из кабинета Босса, и Дазай смогла вздохнуть спокойно. Отлично, осталось совсем чуть-чуть, и у Осаму не придется занимать пытками. Тигр же был воодушевлен новой работой, ведь он вполне законно будет морально и физически убивать людей. Накаджима посмотрел на девушку и спокойно спросил:       — Дазай-чан, сходишь за документами со мной?       Дева же кивнула и тигр повел ее в сторону своего дома. По пути были видны дома, окруженные мрачной атмосферой: темные тона, тонированные окна, черная почва, да и сами растения на ней были не светлее. Все это давало угнетающую окраску этому месту, казалось, что тут живут одни маньяки и убийцы. Дойдя до дома, скрытого разными деревьями и другими домами, напарники зашли внутрь, и их встретили запах мяты и несколько тигрят. Один из них был белый в черную полоску, другой рыжий в черную полоску, а третий черный в белую.       — Барс, Марф, Реми, ко мне. — Накаджима созвал тигрят, назвав их клички, а после дал каждому по миске с едой.       Погладив всех троих, парень взял с полки все нужные документы по списку и сложил их в черный как смола ранец, а после повернулся к девушке, которая гладила тигрят, а те вертелись вокруг нее, ласкаясь и довольно мурлыкая.       — Это твои? Откуда они? — Спросила девушка, не поднимая свой ясный взор на парня, что наблюдал.       — Я их силой забрал из цирка. Они были ранены и истощены. Теперь они живут со мной, хотя еще малы. — Ответил на вопрос тигр, одевая на плечи рюкзак. — Белый и рыжий — мальчики, а черная девочка. Я ходил к врачам, они сказали, что теперь они в норме. Мы можем уже возвращаться в офис Босса, Дазай-чан.       Дазай кивнула, и они вышли из дома, направившись в сторону офиса, но, когда напарники были уже далеко от дома Рацуши, что-то пошло не так. Неизвестно, как и что произошло, но Рацуши и Дазай проснулись связанными в тёмном подвале.