Они болеют другими людьми, в то время, когда оба любят.
POV Автор
Девушка тихо скатывается по стене давясь в собственных слезах. Как только все наладилось, она угараздила все испортить. Веть она любила. До безумия любила, любит и будет любить. Ведь это были не объяснимые отношения. Он то душил ее и разбивал ей сердце, то крепко обнимал и лежал у нее на коленях. Она кричала, винила во всевозможных изменах, а потом заплаканая прижималась к нему и засыпала у него на груди. Они сорились. Она плакала в подушку, он разбивал кулаки об стену… Они мирились. Она таяла в его объятиях, а он понимал, что его малая, черт возьми, идеальна. Они чертовски не подходили друг, другу. Но не менее любили. Он был для нее особенным человеком. Он единственный, ради кого она спала, ела, жила. Он мог вызвать у нее улыбку, даже не пытаясь сделать этого, ненамеренно испортить ей настроение и влиять на ее эмоции. Она не могла объяснить словами, насколько много он для нее значил и будет значить всегда. Нику окончательно накрыло. Она просто сидела и смотрела в пупстоту. Ведь этот мир пустой без него. Но так ведь нельзя. Нельзя возвращаться к прошлому. Терпи, переживай, скучай. Но даже не вздумай возрождаться. Лучше уже не будет. Никогда.***
Понедельник. Утро. 6:45. Будильник. Столь ненависный звук для юной девушки. Она встала и, как не живая, поплелась в ванную. Ели-теплая вода капельками стекала по ее нежному тельцу. Они смешивальсь с солеными слезами, но их она чувствовала как никогда. Но еще больше она чувствовала пустоту. Пустоту в себе. Эта девочка погасла, как и сотни тысяч других огней. Она болеет, друг мой, и не знает, как ей излечится… Она вышла из душа и поплелась в комнату в надежде что сможет замазать тоналкой свои темные круги под глазами. Одеваеться. Красная клетчатка юбка и рандомно выбранная блуза розового оттенка. Одевшись, русоволосая решает разпустить волосы и нацепить нежно-голубые трассы. А по поводу лица все просто. Рисует черные стрелки, красит ресницы, и коекак замазывает свои мешки. Через некоторое время наша героиня уже сидит в машине, и все еще ждет маму, которая говорила, что выйдет через 5 минут. Ника все еще ждала, хотела скорей увидеть силует приближающейся мамы. Хотелось рассказать ей о всех своих проблемах и переживаниях. Но ей проще замереть боль в себе, нежели поведать об этом другому человеку. И ей плевать на то, что эта боль медленно, но уверенно пожирает ее из нутри… Проседев еще минут 7, она все-таки дождалась маму, которая с поспешкой выбежал из подъезда. — Поехали? — спросила Катя. — Угу. — ели слышно ответила ее дочь.***
Ника заходит в школу. Сердце бьется с неймоверной силой. Глаза мелькают по всему коридору, не желая найти родную фигуру. Девушка двигалась дальше, приближаясь к кабинету биологии. Заходит в него, здороваеться с Лесей Артёмовной, ловля на себе взгляды ее "любимых" одноклассников. Звонит звонок на урок и подтягиваются остальные ученики. А с ними и Даня, которому больно где-то в области сердца. Но Нике не лучше. Она не может смотреть в его глаза, ибо она полетит к нему и обнимет, не отпустит. Никогда больше. Но она не сделает этого. У нее есть Паша, а у него Лола. Они болеют другими людьми, в то время, когда оба любят. Где же их логика? Ах да, это же гордость. Она самая сильная.***
Мне нравится, что вы больны не мной, Мне нравится, что я больна не вами, Что никогда тяжелый шар земной Не уплывет под нашими ногами. Мне нравится, что можно быть смешной Распущенной - и не играть словами, И не краснеть удушливой волной, Слегка соприкоснувшись рукавами. Мне нравится еще, что вы при мне Спокойно обнимаете другую, Не прочите мне в адовом огне Гореть за то, что я не вас целую. Что имя нежное мое, мой нежный, не Упоминаете ни днем, ни ночью - всуе... Что никогда в церковной тишине Не пропоют над нами: аллилуйя! Спасибо вам и сердцем и рукой За то, что вы меня - не зная сами! - Так любите: за мой ночной покой, За редкость встреч закатными часами, За наши не-гулянья под луной, За солнце, не у нас над головами,- За то, что вы больны - увы! - не мной, За то, что я больна - увы! - не вами!
