nothing can happen between us

Экспресс тронулся. За окнами семьи начали махать уезжавшим руками, что-то кричать, кидать забытые вещи в окна, вытирать платками слёзы. Мародёры, кроме Сириуса, примкнули к стеклу и подбадривали своих родителей, спешивших за вагоном. — Отец, я буду писать тебе письма! — крикнул Джеймс. — Больше, чем МакГонагалл! — Да, я не забуду носить свитера, — в который раз уже повторил Ремус, протягивая руку своей маме, которая уже не успевала схватить его за тонкие пальцы. — Нет, бабушка, я больше не приеду из школы таким худым, — усмехнулся Питер, посылая пожилой женщине воздушный поцелуй. Сириус устроился на сидении, закинув ноги в лаковых туфлях на соседнее, засунув кулаки в карманы брюк. Он уронил голову себе на грудь, закрыв глаза. Его забавляла вся эта суета на платформе: своих родителей он оставлял с их любимчиком Регулусом сразу же после прохода через стену. Когда друзья опустились на места, а в купе ворвался прохладный свежий воздух, Блэк поднялся и сжал пальцы на ручке двери. — Мне нужно выйти. — Это из-за твоих родителей? — Люпин перевёл на него взволнованный взгляд. — Когда вы уже поймёте, что мне на них абсолютно всё равно? — ответил Сириус, пытаясь сохранить холодное выражение лица. — Бродяга, мы отпускаем тебя на десять… нет, семь минут тебе хватит. Если ты не явишься вовремя, я пойду тебя искать. И если застану тебя за выполнением чего-то интимного и личного, я не виноват, — Поттер усмехнулся и махнул рукой в сторону двери. — Иди уже. Блэк поднял уголок губ, пытаясь изобразить улыбку, и вышел из купе, чуть не столкнув продавщицу сладостей с ног. — Прошу прощения, — кинул на ходу парень, даже не посмотрев на неё. Он шёл быстро, прислушиваясь к каждому купе и вглядываясь в каждого ученика. За две минуты Сириус прошёл три вагона в поисках нужного человека и нашёл его в купе, естественно, с кучей лишних людей. Вздохнув, парень постучался и, открыв дверь, облокотился о косяк, скрестив руки на груди и приняв безразличное выражение лица. — Лили. Эванс игриво прикусила губу и посмотрела на своих подруг, которые уставились на Сириуса как на воплощение самого прекрасного. Девушка фыркнула, обратив на себя хоть какое-то внимание, и вежливо попросила всех выйти. Блэк плотно закрыл за собой дверь и достал палочку. Наложив заклинания, придуманные вместе с мародёрами, он сел рядом с девушкой и сжал в своих пальцах её ладонь. — Рада тебя видеть. — Эти дни были мукой без тебя, — улыбнулся Блэк, поцеловал ладонь девушки. — Ты мне не писал совсем. — Да, прости, — Сириус посмотрел на неё с удивительной удовлетворённостью. — Матушка совсем разозлилась на меня. — Надеюсь, не дошло до абсурда? — Лили взволнованно сжала розовые губы. — Абсурд считается нормой в нашем доме, — его ухмылка Эванс не понравилась. — Она ведь… она ведь не использовала палочку? — Лили… — парень поцеловал её в щёку, — я пришёл поговорить о другом. — О чём же? — спросила девушка, хотя прекрасно знала ответ. — О Джеймсе. — Сириус, — Лили закатила глаза и перекинула ногу через парня, оказавшись на его коленях, — вроде как мы уже говорили на эту тему. — Ты просто не видишь, как сильно он в тебя влюблён. Он возненавидит меня всей душой, когда узнает… — он убрал ей за уши выбившиеся пряди, нежно положил ладони на плечи. — Он поймёт, — Лили водила ладонями по его прессу под рубашкой, ноготками рисовала разные фигуры. — Если любит тебя и меня, то желает нам только счастья. — То есть если бы ты меня увидела с Алисой, то так легко смирилась бы с этим? — руки Сириуса переместились на талию девушки, губы изгибнулись с блэковской ухмылке. — Со сколькими ты крутил роман за эти четыре года? — Это мелочи, Лили, — Блэк потянулся к ней с желанием поцеловать, но остановился, только коснувшись губ. — Что? — прошептала Эванс, посмотрев в его глаза, но не собираясь отстраняться. — Нам нужно расстаться. — Сириус, дементор тебя… — Ты ведь понимаешь, что между нами ничего не может быть? — Сириус настойчиво начал вставать, из-за чего Эванс быстро слезла с него, оказавшись на своём месте. — Ты ошибаешься, — голос Лили предательски дрогнул. — Лили, милая, мы лишь обманываем друг друга, — Блэк торопливо заправил рубашку и поправил волосы. — Это так, игра. Играем друг с другом, понимаешь? — Я не играю с тобой. — Лили, ты не сможешь быть со мной. Я не принадлежу тебе. — Ты не вещь. — Вещь. Когда речь идёт о любви, все люди — вещи. — Ладно, — Эванс поднялась, сжав хрупкие пальцы в кулаки. — Я не хочу ругаться с тобой. — Пообещай никому не говорить о наших отношениях. — Зачем мне это? — Лили… — Обещаю. Сириус выдохнул и расслабил тело, позволив себе сгорбиться. — Прости, что всё так получилось. — Да, ты прав, это было ошибкой, — Лили сделала шаг к нему, Блэк вскинул бровь. — Нам и начинать не следовало. Глупые дети… Сириус опустил взгляд и посмотрел на её губы, которые ещё что-то говорили. На них была розовая помада, которую Лили ненавидела, но Блэк так любил. Особенно их вкус, сладкий, медовый, конфетный вкус, от наслаждения ощущения которого он только что себя оградил. Он медленно сделал вдох, пытаясь избавиться от нахлынувшего желания, но в нос ударил аромат духов. Резкие и довольно специфичные, которые он подарил ей на Рождество в прошлом году. От которых он с ума сходил. Пришлось опустить взгляд ещё ниже, и он заметил, что две верхние пуговицы блузки расстегнуты, оголяя ключицу. Раньше она так не делала — боялась, что увидят оставленные Сириусом Блэком пятна… — Гиппогриф на тебя наступи! — выругался Блэк и притянул девушку к себе. — Сириус, что?.. Сириус прижал её к окну и впился в желанные губы, тут же запуская ладони под белую блузку, наслаждаясь мурашками по коже Эванс. Лили, не ожидавшая, сначала просто поддалась его ласкам, но потом резво взяла инициативу на себя, что обычно позволял ей напарник. Она водила языком по его зубам, дёснам, с удовольствием прикусывала его губы и посасывала язык, добиваясь полного расслабления тела Сириуса. Лили массажировала ладонями грудь, водила пальчиками по прессу, царапала покрытыми красным лаком ногтями спину. Блэк опустил свои руки на её бёдра, и девушка закинула ногу на него, не смущаясь, что подолы юбки поднялись слишком уж высоко. Парень погладил её по талии, и Лили уверенно обхватила ногами его торс, зная, что тот не позволит ей упасть. Сириус снял с себя рубашку и блузку с Лили, тут же прижимаясь обнажённым телом к её, из-за чего получая словно удар тока. Девушка выгнула спину, позволяя рукам парня проникнуть за свою спину; умелые пальцы легко справились с замком на бюстгальтере и освободили от ненужной вещи, мешавшей им. — Сириус, — выдохнула Лили, впившись ногтями в плечи парня, — не тяни, умоляю… Блэк полностью задрал юбку девушки и уже положил руки на свой ремень, как услышал звук открытия двери. — Бродяга?!