Валентинка для Эдди

       Вечеринка по случаю празднования дня Святого Валентина — была в самом разгаре, когда Эдди пускал слюни на плечо одной дамочки, которую все звали Саманта. Девушка заливисто хихикала, цепляя пальцами длинные декорации в виде сердечек, и тыкала Броку под нос, оголённое до невозможного, декольте. Веном внутри недовольно ворочался, то ли от количества выпитого мужчиной алкоголя, то ли девица пришлась ему не по вкусу. — Сладкий мой, — шептала Саманта, скользя рукою под толстовкой Эдди, — может мы уединимся? Брок что-то счастливо пролепетал поднимаясь, но одно из щупалец схватилось за ножку стула, пригвоздив мужчину к месту, а второе — перевернуло стульчик девушки вместе с ней самой. Симбиот взял контроль над ногами Эдди, уводя его куда-то в конец зала. Все вокруг весело танцевали, пили, а на полукруглой сцене слащаво пел какой-то блондин, отвлекая Брока от насущных проблем. Веном, пока никто не видел, осторожно воровал фрукты со столов, чтобы хоть как-то компенсировать громко орущую музыку на корпоративе. Повсюду уже не осталось мармеладных сердечек с сахарной крошкой, так что хитрые щупы скользили по всему залу, утягивая для Эдди в тарелку его любимые лакомства. Брок вдруг широко зевнул, облокачиваясь на спинку стула, и сбросил руки в свободный вис, вдруг нашаривая ладошкой что-то под столом. Это было что-то тёплое и мягонькое. Эдди нахмурился, сжимая находку в кулачок, всё ещё не в силах понять — это пьяный бред или там действительно есть что-то такой непонятной консистенции. Он смял его в ладошке, перетирая между пальцами, всё ещё осознавая, что же это и мягкое и твёрдое? То колом стоит, то по пальцам течёт… И вдруг в голове словно фейерверк взорвался. Разнообразные цвета поплыли перед глазами, то сужаясь по спирали, то расходясь зигзагом. Сердце в груди заколотило, словно от длительного бега, и благо он сидел, ведь ноги уже откровенно тряслись и вряд ли могли бы кого-то удержать. Эдди даже не сразу заметил, что десяток щупалец замерли, роняя на землю кучу наворованной еды. Маска Венома выплыла из его спины, и, пока никто не видел, вплотную приблизилась к уху мужчины:  — Я тебе нахрен пальцы откушу… — осипшим голосом с долей придыхания проворчал симбиот, касаясь мочки уха Эдди ледяными, покрытыми прозрачной слизью, зубами. — То же мне, напугал, — во всю ширь улыбнулся мужчина. Может быть из вредности, а может быть из интереса, Брок снова скользнул пальцами по щупальцу, за что маска Венома действительно двинулась к его пальцам, по первую фалангу вобрав их в рот. Однако, только длинный тёплый язык покрыл вязкой слюною ладошку Эдди, как маска отъехала. Мужчина хищно усмехнулся, и сразу обхватил рукою щуп, скользнув в сторону кончика. Ему самому аж защемило внутри от того, что он чувствовал на кончиках пальцев твёрдо подрагивает щупальце словно тыкаясь Броку в ладошку. Маска Венома уже вовсе растворилась внутри мужчины, когда Эдди вовсю исследовал податливый щуп. Основание — чуть более твёрдое, чем самый кончик, вилось вокруг его ладони, и весь щуп тут же дёрнулся, когда мужчина без лишних мыслей едва заметно надавил на маленькую вымочку внизу. Он чуть сильнее сжал его, скользя ладонью вверх и вниз, ощущая, какой же тёплый этот щуп. Эдди всего на мгновение ослабил хватку, пробежавшись до основания юркими пальчиками, тут же возвращая их обратно, поглаживая конец большим пальцем. — А это наш лучший журналист — Эдди Брок! — начальник мужчины, вместе с репортёрами подлетел к нему. — Расскажи зрителям, Эдди, над чем ты сейчас работаешь?  — Пытаюсь заставить инопланетного паразита кончить, — пошутил Веном в голове вмиг протрезвевшего Брока, который, кстати, не собирался прекращать своих крышесносных ласк. — О, сейчас я занимаюсь кое-чем очень секретным, — он вновь прошёлся до основания рукою, уже чувствуя, как извивается и бьётся дрожью щуп. — Думаю, совсем скоро вы это увидите. Большего, к сожалению, сказать не могу. — Наш Эдди как всегда в своём репертуаре, — улыбнулся начальник, переходя к другому столику, как раз в тот момент, когда щупальце затрясло так сильно, что мужчина понял, что симбиот близок к пику. Оставался последний раз, последний раз бы скользнуть вверх или вниз, смять в руке подрагивающий кончик, пробежаться пальцами по покрытой венами поверхности — и Веном бы кончил. Именно поэтому Эдди разжал ладонь, отворачиваясь от щупальца в другую сторону, словно его очень интересуют дешёвые вычурные декорации сердечки. Брок смял в ладошку салфетку с надписями о второй половинке, зашвыривая её куда-то под стол. Дрочка пришельцу вряд ли поможет ему найти свою вторую половинку в столь грустный праздник. Быть одному — печально, но быть одному в день Святого Валентина — катастрофа. Все эти розовые сопли вокруг «ничего» заставляли чувствовать себя каким-то не таким. Не долго раздумывая, мужчина вскочил со своего места, направляясь в коридор — подальше от этого сумасшествия. Эдди закрыл за собою тяжёлую дверь, которая тут же приглушила громкую музыку, однако отчего-то внутреннее негодование только возросло. Из туловища показались длинные чёрные путы, впихнувшие мужчину на лестничную площадку, где сейчас было неимоверно тихо.  — Думал, тебе это с рук сойдёт? — маска Венома уже гипнотизировала вжавшегося в стену мужчину. Розовый язык прошёлся по подрагивающим пальцам, отвлекая внимание мужчины от хитрых щупалец, которые стягивали с него штаны. Спустя всего один миг, Эдди уже стоял полуголый на коленях, упираясь ладонями в пыльные ступени.  — Пора бы тебе научиться отвечать за последствия своих поступков… Симбиот обхватил головку языком и, недолго думая, вобрал ее в рот, скользя по чувствительной уздечке и небольшой щелочке. Эдди показалось, словно пришелец мог читать его мысли, слишком ясно понимая, что Брок горел в его руках, сорванным шепотом умоляя взять его. Наконец мужчине надоело, и он поднялся с колен, сминая в ладошку одно из ближних щупов, пока пришелец был занят им. Веном трогал пышущее жаром тело, восхищаясь им, находя все нежные местечки — соски, сгибы локтей, шея — не осталось ни миллиметра кожи, которую он не попробовал бы на вкус и не приласкал бы длинным тёплым языком. Спустившись поцелуями по поджарому животу он приблизился к каменной эрекции. Член у Эдди, на вкус симбиота, был идеален — длинный, толстый, с темной крупной головкой, хоть он мог видеть его каждый день, даже чувствовать, но это всё не то, гораздо круче — когда он стоит в твою честь. Брок не отводил взгляда от маски Венома, не желая потерять великолепный вид распаленного и ласкающего его пришельца. Симбиот обхватил пальцами это великолепие, размазав большим пальцем смазку, и облизал головку языком, пробуя на вкус. Мужчина тяжело дышал, глухо постанывая и подаваясь вперёд тазом, требовательно вглядываясь в хищный прищур Венома.  — Какой нетерпеливый, — облизнул жуткие зубы пришелец, видя неподдельную страсть в черных глазах, — моя очередь пытать тебя!.. Только Эдди собирался что-то сказать, как его тут же заставили рухнуть на колени, ворвавшись в его рот. Мужчина расслабился под напором таких же щупов, что и то, которое он до сих пор поглаживал в ладошке, и позволил ему проникнуть глубже и трахать его плавными движениями. Стоило чёрному щупу покинуть рот Брока, Веном не дал ему отдышаться, поворачивая к себе задом и практически лицом утыкая в холодный бетон ступенек. Аккуратно, нет, даже скорее ювелирно, симбиот просочился в так манящую дырочку, такую тесную, что сразу же становилось понятно, что до него там уж точно никто не бывал. Войдя полностью, погрузившись в этот жар, ритм и отчаянно шлёпающий звук, пришелец понимал, что уже ничего не будет как прежде. Он подсел. Эдди был заполнен до предела, ведь с каждой секундой тоненькое щупальце растягивалось всё сильнее. Этот щуп распирал тесный анус, надавливая на чувствительные точки и даря умопомрачительные ощущения. Постанывающий Брок мог бы кончить только от одного чувства наполненности, которое дарил ему симбиот, вместе с головокружащей мыслью, что его, чёрт побери, на лестничной площадке дерёт пришелец. Веном сделал первый уверенный толчок, сразу всем уплотнившимся щупом, и мужчина погрузился в мир ощущений, перестав контролировать себя. Дальнейшее прошло мимо мозга, ими управлял невероятный жар, пышущий внизу живота, подобно готовой вот-вот разорваться бомбе. Неспешные фрикции, от которых трепетали все нервные окончания, сменились бешеным ритмом. Эдди принимал в себя каждое движение члена, встречая его на полпути. Стоны отдавались эхом от голых стен, всхлипывания сменялись невнятным шепотом, сопровождая влажные шлепки тела о тело, которые заглушали рваные вздохи и только мольба внутри мужчины окончательно сводила с ума симбиота. Брок протяжно проскулил имя пришельца, кончая под ним, утягивая его за собой в пучину оргазма и слыша свое имя в его ответном стоне. Мужчина заметил, как Веном скрылся где-то глубоко внутри него самого, и приложился разгорячённой ладонью о прохладную стену лестничной площадки. — Что, бросишь меня теперь здесь одного? — он попытался стереть ладонью с живота горячий подсыхающий клейстер. Но симбиот не ответил, одним из щупалец доставая из кармана штанов Брока заранее припрятанную вещицу. Эдди даже вздрогнул, когда ему в ладошку ткнулся острый уголок слегка примятой валентинки с двумя маленькими собачками, которые держали одно сердечко на двоих. Мужчина дрожащими руками раскрыл её, и на его лице появилась приторная улыбка. «Будешь моим Валентином, Эдди?»