Тюрьма

      В эту ночь Салу снился Эддисон, его разорванное тело, пронизанное отвратительной слизью «Вечного».       Он думал о том, что ошибочно называть его вечным было бы некорректным, по сути от небытия его отвлекала любительская игра на гитаре и удача Сала. Единственное, что могло бы сделать его вечным, это то, что, если бы он оказался ненавистью, гневом или чем-то подобным. Но даже такие чувства не вечны, они угасают также быстро, как вспыхивают. В этом сне что-то похожее на такого Эддисона молчало, оно не был высокомерным, равняя себя с божеством, оно не старалось быть чем-то бесконечным, а просто извивалось, перед       Салом, как будто показывало, что может схватить его в любую секунду. Только зубы слегка скрежетали, и кривились в жуткой улыбке. Там, где раньше были глаза Эддисона, сияло два больших лиловых глаза, которые изредка щурились и не спускали с него глаз.       Единственное, что сказало существо перед тем как исчезнуть вместе с сном: -Я знаю, что ты сделал. Я знаю больше, чем ты думаешь.       Сал проснулся, но с каким-то спокойствием, словно это было ничем, или просто бредовым сном.       День начался как-то быстро, физические нагрузки, еда, прогулка, и казалось, даже что-то такое как тюрьма могло стать обычной рутиной. Единственное, что изменилось на сегодня то, что он вместо привычного сидения в камере, пошёл в шахты, с ещё парой заключённых и Бистом. Бугай изредка смотрел на Сала, но не произносил не слова, он как будто просто следил за ним.       От этого становилось неуютно, но вскоре они прибыли на местные шахты. Пещера была достаточно большой, но большая её часть находилась внизу. Она почти прилегала к тюрьме. Это была словно грубая куча камней, разложенных хаотично, и по ней не скажешь, что тут могли работать люди. Салли бегло просматривал будущее место нелёгкой работы, пока они медленно шли вглубь пещеры. Их ноги были связаны длинной цепью, так, чтобы одному человеку было сложно сбежать. Они шли достаточно долго и даже опустились на пару метров под землю. Там их уже ждали кирки и несколько надзирателей. Другие надзиратели остались наверху, чтобы следить за тем, как все остаются на своих местах, и никто не убегает. Сала и Битса определили в один из углов, когда они взяли кирки. Но перед этим один из надзирателей подошёл к Салу, и со скучающим видом объяснил, что ему нужно искать, показал потёртые, раскрошенные образцы, утомлённо вздохнул и встал на свою позицию. Салли поднял кирку от земли, она была достаточно тяжёлой и тупой. На минуту он оглянулся на изнурённых заключённых, в основном это были люди с сильными мышцами, но слегка дряхлыми. Чаще всего это были мужчины средних лет, плотного телосложения, и в очень редких случаях женщины, и как все они выглядели неважно. Переведя взгляд на надзирателя, Сал встретил подозрительный и неодобрительный взгляд. Он поторопился и замахнулся на грудой камней. Немного обвалилось, но в целом, это было малоэффективным. Он продолжал эти действия, пока немного не запыхался. Казалось, это не имело смысла, он оглянулся на своего напарника. Он продолжал копать и даже не выглядел уставшим. Он приостановился и подозвал Сала. В руке он держал небольшой кусочек какого-то минерала. Минерал был слегка серым, но прозрачным. Он шёпотом произнёс, иногда поглядывая в сторону охранника: -Это кварц. Дымчатый кварц. На первый взгляд, может показаться, что это просто камень, но он достаточно твёрдый. Вполне может повредить камень, хоть и крошится со временем. Они очень частые, и нам это подходит. Если ты найдёшь крупный кусок, можешь взять с собой. У охранников тут не будет особых вопросов, если это не что-то драгоценное.       Сал кивнул, хоть это и показалось ему странным. Он продолжал копать на протяжении нескольких часов, пока не сел в изнеможении. Даже короткие передышки не могли помочь ему, и он понял, что дальше работать не сможет. К его счастью, подходило время конца работы, солнце заходило, и их уставших, вздыхающих, теряющих последние силы уводили в их камеры. Салли сел на пол, сжимая в руке горсть небольших кварцев. Они тускло блестели в его руке, и чем-то напоминали ему заключённых этого места. Такие безжизненные, безнадёжные, опущенные на самое дно, но всё же пытающиеся сделать что-то из последних сил. Он не представлял, как возможно использовать эти камни для ломания стены, и просто перебирал их у себя в руке.       Внезапно кирпич из его стены упал, и разломился с глухим звуком. Сал привстал и подошёл к ней. Он он пять увидел фиолетовые глаза Коуз. Они смотрели с тем же безразличием, она спросила: -Ты достал их? -Да. — Сал показал четыре камня. -Хорошо. Сейчас охранники уже ушли. Остались только на главном входе и спящий у северного окна. Ты можешь начать работать, главное будь осторожен. Тебе стоит бить цемент, которым скреплены кирпичи. Так ты сможешь их доставать, не привлекая лишнего внимания.       Салли сделал пару ударов и старый цемент начал крошиться. Он поработал ещё немного и смог вытащить один кирпич. На вес он был несколько килограммов, но из-за усталости весил тонну. Он слегка подрагивающими руками положил его в угол и продолжил ломать стену.       Он не знал сколько времени прошло, он продолжал копать себе выход, но в итоге уснул. Он упал на один из кирпичей, и проспал так до самого завтрака. Пусть и не очень хорошо.       Утром, потирая глаза, ноющими ногами он доковылял до своей еды. Утренний суп из старой тушёнки с картошкой никогда не казался вкусным. В нём часто были: кости в мясе, волосы поваров и немного странной засохшей приправы. На этот раз суп ещё был водянистым, словно его сделали наспех с минимальными усилиями, и пах отвратно. Казалось, даже половые тряпки в тюрьме пахли приятнее.       Салли понимал, что ему стоит съесть хоть немного и с трудом заставил себя проглотить треть тарелки. Его рот скривился, а живот охватила жуткая боль. Он с тяжестью привстал, поставил суп на стул рядом и лёг в кровать. Боль становилась сильнее и сильнее, ноги свело судорогой, самого его ещё и знобило. Он пролежал так пару часов, пока боль не стала утихать, вместо этого живот становился тяжелее.       Время подходило к обеду, и его смотритель посмотрел на него через решётку. -Ты до сих пор не вернул тарелку? Ты в курсе, что тебе не дадут еды, если ты не вернёшь посуду? Салли молчал, он лишь издавал сиплые звуки. -Давай, вставай! Я закрою глаза, на то, что ты относишь так поздно. Ответа не последовало снова. Охранник взял дубинку и открыл ключом камеру. Он подошёл к кровати Сала, где тому всё ещё было плохо. -Ну, что? — он взял его за локоть и поднял на ноги. Сал сделал шаг и его стошнило. Охранник отшатнулся, скривив лицо. -Ну, и мерзость! — охранник вышел из камеры, и пошёл к телефону. Он набрал какой-то номер и пробормотал что-то. Салу стало легче, но он упал в обморок. Единственное, что он слышал- то, как ругался на него смотритель.