Игра

      Эта ночь была слишком тихой. Даже ветер затих, когда луна вступила в свои права. Не шелохнулся ни один листик, ни одна травинка, ни одно дерево не качнулось даже под легким дуновением ветра. Ни одной белки, испугавшейся собственной тени, ни одного назойливо жужжащего комара. Ни одного громкого вздоха или слова, сорвавшегося с губ людей.       В лунном свете пять застывших фигур были видны особенно четко. Они были напряжены, они ждали атаки. Этой ночью было особенно тихо, и только ручей пугающе громко скатывался по камням.       Эграсса протяжно выдохнул и крепче сжал меч, отставляя ногу еще немного назад. Он сосредоточенно взглянул сперва на мост, перед которым они с товарищами расположились, а после и на самих товарищей. По правую руку — Эдриан, собранный, как и всегда, и Саша, слегка нервничающий, видимо, все еще не привык. По левую же — хмурый Абрай и серьезный Белый. Ожидание пугало, видимо, не только его.       Мастер снова делает глубокий вдох, заслышав незвериный вой вдали.       — Идут, — хмуро заключает Эдриан, и остальные наконец обнажают свои мечи. Забавно, эти же мечи хранятся в спортзале, среди прочего инвентаря, правда понадежнее спрятаны от глаз любопытных пионеров.       По ту сторону моста движение, тени собираются у источника, никак не решаясь его перейти (видимо, поставить там икону было хорошей идеей). Брюнет вновь окидывает взглядом товарищей. Эдриан действительно выглядит как восковое изваяние, у Подволоцкого вновь в глазах стальная решимость, Абрай слегка ухмыляется, а Белый все так же серьезен. Очередной глубокий вдох. Они должны выстоять, ради детей и своих товарищей, ради всего остального мира. Где-то там, в лесу, скорее всего уже сражается второй отряд под командованием Сахарка и Черного, состоящий также из Славы, МС и Бруни. Интересно, что Черный однажды просто появился ночью, хотя его никто с собой не звал и разрубил ближайшего демона как масло. Тогда времени разбираться не было, но после боя оказалось, что Костя знал об этом, но не был уверен, знают ли другие. Когда же мастера пошли в лес, он решил взять свой меч и идти следом. Как оказалось — не зря.       Третий отряд сегодня спал.       Первые тени коснулись противоположного берега и рванули вперед, на мост. Эграсса нанес первый удар, разрубая первого подоспевшего демона на две равные части. Эдриан рванул вперед, у него не меч — копье, которое он ловко воткнул в призрачную шкуру твари. Тут же Эграсса сдвинулся вправо, а Саша наоборот влево. Они старались оставлять зазоры между друг другом как можно меньше, а волны монстров всегда встречают плечом к плечу. Им уже не были нужны слова, они работали слажено и четко, отражая выпады когтистых лап и атакуя сами, нанося удар за ударом, стараясь не пропускать ни одной атаки, но все равно получалось не всегда.       Но этот бой они выигрывают, как и множество предыдущих.       — Все целы? — громко интересуется Андрей. Белый, осматривающий до того Сашу на предмет серьезных ранений, поднимает голову и кивает. Абрай, расположившийся на траве, поднимает руку с большим пальцем вверх. Эдриан спокойно улыбается и кивает.       Они возвращаются в лагерь, встречаются у входа со второй командой, смеющимися МС и Сахарком, рассказывающими какой-то тупой анекдот. Остальные выглядят умиротворенными. Прошло полночи, и всех греет мысль о теплой уютной постельке.       На входе их встречает Таира. Все равно встречает, хотя должна спать, вместе с Чупиной. Они окидывают взволнованным взглядом мастеров и выдыхают. До своих комнат они идут, тихонько переговариваясь, оставив мечи в спортзале (только Черный вновь хмурится и отказывается, но его никто особо и не уговаривает).       Эграсса садится на кровать. Когда он устраивался в лагерь, он и подумать не мог, что будет сражаться с самыми настоящими монстрами. При приеме об этом, конечно, не говорят. Только позже, приехав впервые как полноценный мастер, Таира и Сахарок приходят к тебе, садятся и смотрят серьезно в глаза.       Начинает говорить Ира. Начинает рассказывать, что лагерь находится на переплетении огромного количества мест сил и многие из них — не самые хорошие, темные. Что из них по ночам вылезает все то, о чем дети думают как об игровых монстрах.       Потом начинает рассказывать Сахарок. Рассказывает, что они не просто так учат детей сражаться. Что иногда вещи, сделанные детьми, действительно отпугивают монстров, что все они реальны.       И сначала ты не веришь. Смеешься над хорошей шуткой, глядишь в серьезные лица и понимаешь, что нет, они ни разу не шутят. Тогда ты начинаешь паниковать: как же так, я подписывался на другое, но они вновь успокаивают. Объясняют, что это место тянет только сильных, оно просит помощи и защиты. И вот тогда ты, наконец, соглашаешься и идешь в первое ночное дежурство. А после него приходишь и без сил падаешь на кровать, прямо как сейчас сделал брюнет. Сон поглощает его практически тут же, а кошмары отступают, благодаря ловцу снов, сплетенному заботливыми руками пионера.