Прости меня, моя любовь

      Валерий Сергеевич стоял на заднем дворе и сметал веником снег с ботинок. Настроение было превосходное: подышал свежим воздухом, помахал лопатой, помогая Толичу расчистить двор от выпавших за ночь осадков.       Третий день он с семьёй гостил в посёлке Каштак. С Толиком Фроловым их связывала многолетняя армейская дружба, зародившаяся во время учебы в военном училище. Вместе они около десяти лет мотались по гарнизонам, пока не получили назначения в отдельную бригаду материально — технического обеспечения, находящуюся в этом посёлке. Здесь Толич, как его со дня знакомства стал называть Пушкарёв, сошелся со своей будущей женой — Татьяной, медсестрой их части. Сам же Валерий был уже несколько лет как женат, вот только детей не было, условия не позволяли. Так и получилось, что их жены родили в один год. Только обскакал его друг, став отцом сразу двоих: сына и дочери.       Раздевшись, Валерий Сергеевич отправился на кухню, собираясь составить компанию женщинам. Подойдя к двери, он вдруг остановился как вкопанный, услышав произнесённую Татьяной фразу: — Ты, конечно, извини, Лена, но Катя больше похожа на дальнюю родственницу или приживалку в вашей семье, чем на родную дочь. — Что ты такое говоришь? — услышал он возмущенный голос жены. — Правду, Лена, правду! Кто же её тебе кроме меня скажет? Мы же подруги, и мне небезразлична судьба твоей дочери. Она ведь росла у меня на глазах, — продолжала между тем Татьяна, — Валера хвастал, что Катя занимает должности помощника президента и финансового директора в крупной компании. Уговорила вас купить новую машину в кредит, который сама же и оплачивает. Скажи, а что она за это время приобрела лично для себя?       В разговоре подруг установилась пауза, наполненная таким напряжением, что Валерий Сергеевич ощущал его даже сквозь закрытую дверь. «А ведь действительно, — подумал он, — за всё это время Катя себе ничего не купила. Практически все деньги отдаёт им — родителям. Да и в семье у них заведено — покупки обговаривать на домашнем совете. Но дочь даже не заикнулась о том, что ей что-то нужно». — У неё всё есть, — услышал Пушкарёв неуверенный голос жены. — Есть, говоришь! — не отставала Татьяна, — что? Одежда с барахолки, которая лет как пятьдесят вышла из моды! И где вы в Москве такую только нашли? — Нормальная одежда: скромная, удобная, практичная! — Господи, Лена! О чём ты говоришь? Скромная, практичная! Кате ведь не семьдесят лет! — в голосе Татьяны послышалась лёгкая ирония, — вспомни себя! Платья, юбки — все выше колена и по фигуре, согласно моде. А ведь ты в то время была даже старше, чем сейчас твоя дочь. Да и Валерка твой постоянно в военторг бегал, обновки тебе покупал. Так что же случилось? Когда вы успели стать такими пуританами? — Катеньку всё устраивает, — попыталась оправдаться его Лена. — Устраивает или смирилась? Неужели она ни разу не предприняла попытки измениться? — в интонации голоса хозяйки дома Валерий Сергеевич уловил изрядную долю сомнения, и услышал, как обречённо вздохнула жена. — Значит, предприняла, — сделала вывод Татьяна, — но вы её не поддержали!       Валерий Сергеевич вспомнил платье в горошек и туфли на каблуке, а, через некоторое время, фиолетово-горчичное недоразумение. Он тогда сильно возмущался, заставляя дочь оправдываться. — Знаешь, Лена! Любовь ваша к дочери очень эгоистична! Заботясь о ней, вы всё же больше заботитесь о себе, о своей старости. С таким отношением у Кати просто нет шансов выйти замуж. Потенциальным женихам ведь даже зацепиться взглядом не за что! Непонятные косички, как у школьницы младших классов, в старших такие давно не носят, нелепые детские очки, полное отсутствие косметики… Ещё пять — шесть лет и по общепринятым меркам Катя попадёт в разряд старых дев.       Валерий услышал, как всхлипнула жена. Его самого разрывали противоречивые чувства. Внутри всё кипело от возмущения, но разум твердил — Татьяна права. Резко вздохнув, он развернулся и направился в комнату. Ему было о чём подумать.       К полудню Надежда завезла родителям внучку Лизочку. Двухгодовалый ребёнок вызвал улыбки умиления на лицах Пушкарёвых.       Вскоре обе семьи собрались за обеденным столом. Поглощая пищу, они вели между собой неспешную беседу. Лишь Валерий Сергеевич был подозрительно молчалив. Он незаметно наблюдал за Надей и Катей, пытаясь непредвзято их оценить с точки зрения мужчины. Хоть они и были ровесницами, но абсолютно отличались друг от друга. Обреченно вздохнув, он признал, Катя на фоне Надежды проигрывает. — Катюш! Посмотри, какая у Надюшки красивая прическа! Может ну их, эти косички, мы и тебе такую сделаем, — обратился он к дочери, вызвав недоумение на лицах домочадцев. — Правда, Кать! — оживилась Надежда.       Она-то и приехала по просьбе матери, чтобы забрать с собой бывшую одноклассницу. По телефону та обрисовала ей ситуацию, вот только как начать разговор, Надежда не знала. Помощь пришла неожиданно. — У нас с мужем небольшой салон красоты в городе. Я сама займусь твоим внешним видом.       Столкнувшись с полным сомнения взглядом, она рассмеялась. — Не переживай! Я — дипломированный специалист! Поехали!       Катя посмотрела на отца. — Езжай! — кивнул Валерий Сергеевич дочери.       «Действительно, — думала она, застёгивая пальто, — я собиралась вернуться в Москву совершенно другим человеком. Может, стоит начать с внешности, если уж в душевном плане ничего не получается!».       Едва Кира закрыла за собой дверь своего рабочего кабинета, улыбка сошла с её лица. Здесь ей не перед кем было притворяться. Повесив одежду в шкаф, она с ногами забралась в кресло и прикрыла глаза.       Последующие за свадьбой четыре дня оказались весьма суматошными. Они вызвали у неё бурю разных эмоций, дали почву для размышлений.       Кира была поражена, что буквально за несколько дней Андрей изменился до неузнаваемости.       Наутро после свадьбы она столкнулась с «незнакомцем». Её озадачили его отстранённо-вежливый взгляд, ничего не значащая улыбка, спокойный, но сдержанный голос. Он словно предупреждал: «Не смей ко мне лезть!».       Сам того не ведая, Андрей с лёгкостью ломал все её планы.       Проснуться после свадьбы в одной с ним постели у Киры не получилось, хоть она и пыталась сделать для этого всё возможное. Специально не приобрела мебель для его комнаты. Сам же он об этом не позаботился, так как ни разу и не появился в их общей квартире. Казалось бы, где ему ещё лечь, как не на её кровать? Но Андрей предпочел переночевать на неудобном диване.       Этим же утром доставили свадебные подарки. Более шестидесяти коробок разной длины и конфигурации разместили в гостиной. У Киры, было, затеплилась надежда — ну уж теперь-то ему деться некуда. Она всё ещё верила в то, что как только он почувствует рядом женское тело, природа возьмёт своё, и он не устоит перед соблазном. Но, она опять недооценила Андрея. Зависнув на телефоне, он в течение часа умудрился решить все свои проблемы. К полудню в его комнате стояла не только кровать, но и прикроватная тумбочка с настольной лампой, шкаф-купе, два кресла с журнальным столиком, большой плазменный экран. Позаботился он и об одежде.       «Один ноль в твою пользу, Андрюша!» — печально усмехнулась Кира, заказывая любимые блюда в ресторане. На ужин она заранее пригласила Ждановых и Воропаевых.       Застольная беседа как всегда не обошлась без словесных пикировок между Андреем и Александром. В какой-то момент она даже поддержала брата, подколов новоиспеченного мужа и сразу же поняла, что допустила непростительную ошибку. Во взгляде Маргариты Рудольфовны, брошенном на неё, было столько неодобрения, граничившего с негодованием, что она невольно поёжилась. Да и поведение Марго её поразило. Не было искренней радости, наоборот, появилась сдержанность в проявлении чувств. При встрече она скорее позволила себя обнять и впервые её даже в щеку не поцеловала.       Андрей же не переставал её удивлять. Наблюдая за ним в течение всего вечера, Кира была изумлена тому, что он так и просидел с единственным бокалом шампанского. Раньше её бы это только порадовало, но не сейчас. В этом случае шансы с ним переспать стремительно приближались к нулю, оставляя её проблему нерешённой.       Проводив гостей, он сразу же скрылся у себя в комнате, дав ей понять, что на сегодня их общение закончилось.       В воскресенье подъехала Кристина, помочь ей распаковать подарки. Андрей не выказал никакого желания поучаствовать в этом процессе.       Потратив несколько часов, усталые, но довольные, они сидели на диване, и смотрели на расставленные по гостиной вещи. Чего тут только не было: набор столовых приборов «Гербовый», родословная книга в подарочном футляре, изделия из богемского хрусталя, несколько великолепных напольных ваз, пара картин из кристаллов Сваровски, и прочее, прочее… Среди всего этого великолепия была и путёвка на Сейшелы с открытой датой. — Действительно, Кир! Я так и не поняла, почему вы не запланировали свадебное путешествие? — вертя в руках путёвку, удивлённо взглянула на неё сестра. Видя, что та пожала плечами, она предложила, — езжайте на Сейшелы! Море, пальмы, вы вдвоём — романтика!       Подмигнув ей, Кристина громко позвала: — Андрей!       Через пару минут Жданов показался на пороге. — Срочно вези Киру в свадебное путешествие на Сейшельские острова! Ты понял меня, срочно! — приказала она. — Кристиночка, милая! — произнёс Андрей, растягивая слова, — на этих островах ещё не закончился влажный сезон. Время от времени идут ливни. Самый благоприятный месяц для Сейшел — это май. Лёгкий, приятный бриз. Комфортная температура воды и воздуха… Так что, время у нас ещё есть. Торопиться некуда.       Кира вздохнула с облегчением, понимая, что сейчас ей путешествие не грозит. Ведь тогда её тайна была бы раскрыта. О последствиях даже думать не хотелось, зная взрывной характер Жданова. Не вовремя Кристина стала проявлять заботу о ней, ох как не вовремя. — Дядька! Откуда ты всё это знаешь? — с лёгким удивлением спросила та. — Приходилось бывать! — в словах Андрея прозвучала нескрываемая насмешка.       Прерывая их диалог, в кармане у Жданова зазвонил мобильный телефон. Взглянув на дисплей, он довольно улыбнулся. — Я отойду! — предупредил Андрей и, нажимая на кнопку, проговорил, — да, Ром!       На следующий день, выходя из лифта на административном этаже «Зималетто», Кира вовсю улыбалась, стараясь продемонстрировать собравшемуся на ресепшене женсовету, как она счастлива. Андрей не подвёл, убедительно играя на публике роль любящего мужа. — Здравствуйте, Андрей Павлович, Кира Юрьевна! — раздался стройный хор голосов.       Прижав её к себе, Андрей скользнул лёгким поцелуем по её губам, и весело проговорив: — Здравствуйте, здравствуйте! — лёгкой и уверенной походкой направился к себе в кабинет. — Здравствуйте, девочки! — поприветствовала секретарей и Кира.       В это время двери лифта распахнулись, выпустив Викторию в уютное пространство холла. Увидев подругу, она, радостно вопя, бросилась ей на шею. Слегка приобняв Клочкову, Кира предложила: — Пойдём, поболтаем!       Войдя в кабинет, новоиспечённая Жданова не стала плотно закрывать за собой дверь, в надежде на непомерное любопытство своей секретарши. Ей надо было как-то пресечь ненужные разговоры о несостоявшемся свадебном путешествии. Вот она и решила поделиться с Викторией своей «проблемой», вспомнив, что вчера говорил Андрей. — В свадебное путешествие я хочу только на Сейшелы. Именно там устраивают самые роскошные романтические каникулы влюблённые со всего мира. Комфортные условия, близость к первозданной красоте природы — всё, что нужно для первоклассного отдыха — говорила Кира, тряся перед подругой путёвкой, — я так расстроилась, узнав, что сейчас там не самое подходящее время. Периодически идущие ливни мешают нормальному отдыху. Андрюша, видя это, уговорил меня перенести поездку на май. Ты же знаешь, как он умеет уговаривать. — Какие вы счастливые, — завистливо вздохнула Виктория, — время пролетит, не заметишь! Но зато потом — поистине роскошный медовый месяц!       Мечтательно закатив глаза, она замерла на мгновенье, словно почувствовав дуновение бриза, запах моря, ласкающий бархатный песок под ногами. Вздохнув, она тряхнула головой и попросила: — Расскажи мне, что вам подарили! Вы ведь распаковали подарки? — Потом! — пообещала Кира, пресекая назойливые вопросы подруги, — рабочий день уже начался. А у Андрюши, сама знаешь, помощницы сейчас нет. Так что, пора тебе на рабочее место. - Ки-ра! Это же несправедливо! Она где-то там отдыхает, а я тут вкалывай! За что ей такие привилегии? — Ладно, не переживай! А хочешь, мы сегодня пообедаем вместе? — неожиданно даже для самой себя, предложила Жданова. — Хочу! — воодушевилась Клочкова. — Договорились!       Уехав вместе с ней на обед, Кира не захотела возвращаться. Пришлось, позвонив мужу, уговорить его отпустить и Викторию.       Сегодня же, придя на работу, она не была настроена на разговоры. Хаотичные мысли беспорядочно крутились в её голове. Однако как-то незаметно они сосредоточились на вчерашнем вечере.       Как только они приехали домой, Андрей сразу прошел к себе в комнату. Он строго придерживался установленного им правила: «На публике — мы семья, наедине — каждый сам по себе!». Вначале, Кира решила дать Жданову время, считая, что такая жизнь ему самому вскоре надоест. Ну не мог Андрей, с её точки зрения, долго обходиться без женщины, не мог! Но интервью с семейным психологом, которое она смотрела по ТВ, заставило её поменять планы. В мозгу засела сказанная им фраза: «… сохраняя видимость отношений, которых, по сути, нет, надо либо возвращать их в прежнее счастливое русло, либо прекращать и идти дальше!». Не задумываясь над фразой и отбросив всё лишнее, Кира восприняла её как руководство к действию — вернуть их отношения в счастливое русло.       Дождавшись, когда Андрей пошел пить кофе, она, накинув на обнаженное тело полупрозрачный пеньюар, отправилась на кухню. Ненадолго задержавшись на пороге, Кира поймала его равнодушный взгляд. Ей бы остановиться, но не тут-то было…       Подойдя сзади, она прижалась к его спине, вдохнула до боли знакомый запах, прикоснулась влажными губами к его шее. Кира ощутила, как её накрывает волна желания. «Боже! Что же в нём такого, что лишь одно его присутствие вызывает во мне подобные чувства?» — пронеслась мимолётная мысль.       Она поцеловала его в шею раз, другой, провела руками по плечам и почувствовала, как словно окаменело его тело. — Кир! — услышала она его спокойный голос, — не унижай ни себя, ни меня попытками вернуть то, что безнадёжно утрачено! — Это из-за неё, да? — злясь на себя за несдержанность, ехидно проговорила она, — из-за той женщины?       Не дождавшись ответа, она обошла Жданова и села за стол, напротив него. — Верный, да? — её глаза подозрительно сузились, — что ж ты мне верность-то не хранил? — Не любил! — буднично так ответил Андрей, не отрывая от неё своего взгляда. — Меня? — с трудом выговорила Кира, остолбенев от растерянности. — Тебя! Их! Всех, кто был до неё! — Но… — она смотрела на него и не находила нужных слов.       Его губы дёрнулись в ироничной усмешке. — Проявлял интерес — да! Влюблялся — безусловно! Но — не любил! Я и не знал, что такое любовь, пока её не встретил. Долго не понимал, что со мной происходит, пытался бороться с этим чувством. Зато теперь я абсолютно уверен, что люблю её, и кроме этой женщины мне больше никто не нужен!       После этих слов Андрей встал и направился к выходу. У двери он внезапно обернулся. — Кир! Не тешь себя напрасными надеждами! Мы отдали друг другу всё, что смогли. Думаю, ты со временем поймёшь, что пришла пора нам обоим двигаться дальше и разными дорогами. — Кира Юрьевна! Возьмите трубку! — неожиданно раздавшийся звонкий голос Амуры, рассеял её воспоминания.       Поговорив с риелтором о продаже своей квартиры, Кира встала и подошла к окну.       Стоял прекрасный мартовский день. Таял последний снег, превращаясь в весёлые ручейки. В безоблачном небе светило яркое солнце. Но Кира ничего этого не замечала. Второй день ей не давали покоя вопросы: «Кто она? Кто та женщина, так нагло укравшая у неё Андрея? Как она смогла оставить его? Его!!! Ведь он же такой, такой…». Всплывший перед глазами его образ заставил её шумно вздохнуть. Сердцу стало тесно в груди, оно то сильно сжималось, то гулко ударялось о рёбра.       Внезапно Киру озарила догадка: — Да она играет им! — потрясённо проговорила Жданова, — ни одна женщина в здравом уме не способна отказаться от такого мужчины! Решила помучить! А он взял и женился!       В следующий момент её тело сотряс приступ неудержимого смеха. — Андрюша! Тебя, как зелёного юнца, поймала на крючок какая-то аферистка! — смахнув выступившие на глазах слёзы, обратилась к невидимому собеседнику Кира, — интересно, что она будет делать теперь? Пусть только появится, я выцарапаю её бесстыжие глаза.       Приблизившись к дивану, Жданова села и улыбаясь, довольно потянулась. «Никуда Андрей от меня не денется, — пронеслась шальная мысль, — позже я разберусь с этим!».       Улыбка медленно сошла с её лица, стоило ей вспомнить о так и нерешенной проблеме. «Сейчас главное — избавиться от ребёнка, — подумала она, — придётся звонить Луке, договариваться о вызове в Чехию!».