Когда выбор есть

На следующее утро ребята проснулись поздно, после рыбалки прошлого дня спина и руки нещадно болели, но парни чувствовали огромное удовлетворение. Рыбная ловля оказалась не менее увлекательной, чем игра в квиддич, а чертова рыба - похитрее заколдованных снитчей. Таким образом, к тому моменту, когда Малфой и Поттер, наконец, продрали глаза, солнце было уже практически в зените. К их удивлению, девчонок рядом не было, и Драко, вопреки себе, испугался: что Беллатрикс сделала с Грейнджер? Впрочем, паника быстро отступила, когда Гарри обнаружил небольшой кусок коры с выцарапанными на нём словами: «ушли собирать ягоды. Скоро вернёмся». Выдохнув внезапно ставший необыкновенно душным в груди воздух, Малфой облегчённо прикрыл глаза и уже логической частью своего ума вспомнил, что обновлённая Беллатрикс ничего против Грейнджер не имеет. Вскоре, оба предмета его размышлений показались на горизонте, неся с собой множество ягод. На подозрительно приподнятую бровь и вопрос Малфоя, можно ли подобное есть, Гермиона лишь рассмеялась: – Конечно, можно! Это ведь самые обычные ягоды, я их даже в детстве собирала с родителями. Ешь и не бойся. Малфой тут же принялся наворачивать на угощение, восхищаясь замечательным вкусом своего завтрака. Он вообще, к своему величайшему изумлению, давно уже обнаружил, что никогда в жизни так вкусно и с таким наслаждением не ел. Похоже, он высказал эти мысли вслух, потому что Поттер хмыкнул: – Моя тётка бы сказала: это потому, что ты всё сделал сам. Например, ловил рыбу, – пояснил несносный Гриффиндорец. – Плюс, свежий воздух, – подключилась Грейнджер. – Мои родители так всегда говорили. – Плюс, ты просто голодный, – пробурчала Беллатрикс, и все трое одарили её изумлённым взглядом. Какое-то время они ели молча, хотя ягод оказалось не так уж и много. Из задумчивости Гермиону вывел мягкий голос Гарри Поттера: – Что ты говоришь? И где? – Гарри, с кем ты разговариваешь? – Беллатрикс изумлённо подняла брови, оглядываюсь по сторонам. – Там на дереве есть небольшое гнездо с яйцами, их можно приготовить. Или просто съесть сырыми, – Гарри обернулся к Грейнджер. – А ты откуда знаешь? – снова подозрительным тоном переспросила Белла. – Небольшой уж рассказал, – спокойно объяснил Поттер и обернулся куда-то к траве. – Спасибо, друг! И да, ты можешь полакомиться остатками нашей рыбы. – Похоже, у тебя появились союзники-кормильцы, – Гермиона засмеялась, вставая с места. - Проверите, мальчики? – Да, давайте вы быстренько сбегаете за гнездом, а потом нам нужно отправляться в волшебный лес, - согласилась Белла. - Гермиона обещала рассказать нам, что мы можем там найти для волшебных палочек. – А почему «Гермиона» не может это сделать сама? – Малфой насмешливо потёр лоб. – Потому что она больше не видит магические предметы, – Белла одарила его снисходительным взглядом. – Малфой, включай мозги! Даже в этом веке твои предки придурками не были, а точнее, приспосабливались, как никто другой! Покажи фирменные трюки своего рода и приспосабливайся к обстоятельствам! – Зато твои предки всегда были прямолинейными, как поезд, – пробурчал Малфой. – В любом случае, посмотрим, где эти яйца по дороге, и давайте заберём гнездо на обратном пути. А сейчас было бы лучше пойти в волшебный лес и посмотреть, что там происходит. Логичнее всего было бы взять Грейнджер с собой, за руку проведём, а по дороге может рассказать, что мы ищем, а когда мы окажемся в лесу, мы будем говорить Грейнджер, что мы видим. Она нам уже скажет, подходит или нет. Так будет эффективнее. – Кстати, я тут подумал, а если мы тебе покажем предмет, ты его узнаешь? - нахмурил брови Гарри. - То есть, если ты будешь держать его в руках? – Гермиона задумалась. - Не знаю, но в принципе, особенно если ты сосредоточишься на том, чтобы показать его мне, должно сработать. Кстати, это отличная идея! У вас обоих, мальчики. – Добавила девушка, поспешно кивнув Малфою. – Это действительно сэкономит нам очень много времени, и да, если вы заведёте меня в лес, то я непременно смогу на месте помочь... Если, конечно, он не зачарован от магглов отталкивающими чарами или волшебством границы. К сожалению, Гермиона оказалась, как всегда, права. Чем ближе они подходили к границе зачарованного леса, тем больше она чувствовала, что её отталкивает, а в голове рождается инстинкт развернуться и бежать куда-нибудь подальше. Остановившись, девушка прошептала: – Я дальше не могу, простите меня. Я не могу туда идти, – Беллатрикс и Малфой окинули ставшую магглом волшебницу серьёзным взглядом и вздохнули. – Чары отталкивания и границы. Своими ногами она туда не пройдёт, – констатировала Беллатрикс, наблюдая, как яркие глаза Гермионы постепенно потухли и становились подобными стеклянным глазам куклы. – Не проблема, я же знаю, как с этим справиться. Впрочем, как и ты. Менор заколдован точно так же, но кое-кому это никогда не мешало таскать к нам магглов. И прежде, чем Гарри Поттер мог задать даже самый короткий вопрос, Малфой подхватил Гермиону на руки и спокойно направился в лес. Девушка замерла, но перестала сопротивляться. – Мог бы мне сказать, вместо того, чтобы цапать её, – Поттер воинственно преградил путь юному слизеринцу. – Ты полукровка, у тебя не сработает. Это чары самого Салазара Слизерина, должен быть чистокровный волшебник. Так что, отойди в сторону и не мешай, а я тут буду приспосабливаться к ситуации, как сказала моя Кузина. - И с этими словами, решительно перекинув Грейнджер через плечо, Драко твёрдым шагом направился в заколдованный лес. Малфой оказался прав. Оказавшись в его руках, Гермиона больше не сопротивлялась попыткам перенести её через границу и притихла, а через несколько метров, словно проснулась. – Что здесь происходит? Малфой, немедленно поставь меня на место! – девочка отчаянно заколотила ладонями по спине волшебника, и тот тут же опустил её на землю. – Вот, такую благодарность я получаю, – пробурчал Драко, отступая на шаг назад. – Сейчас ещё пощечину влепит того и гляди. – Я в заколдованном лесу, – Гермиона была слишком сообразительной и наблюдательной волшебницей, чтобы действовать на эмоциях. Даже если она и очнулась, перекинутая через плечо самого Малфоя. – Более того, я всё вижу. Что произошло? Почему на меня больше не действуют отталкивающие чары? – Заколдован не лес, а только его границы, – хладнокровно объяснил Драко, которому не до конца удалось скрыть из голоса удивление явным отсутствием агрессии в ответ на его «самоуправство» со стороны Грейнджер. Неужели, девушка действительно настолько логична, что уже всё для себя выяснила, а теперь спрашивает, только чтобы удостовериться в своих догадках!?– И отталкивающие чары имеют лишь одну цель, не пустить магглов в заколдованный лес. Однако, если их сюда доставили, значит, это кому-то нужно, и они могут все увидеть. – Что значит, доставили? Поэтому, ты должен был меня сюда буквально затащить? Тогда, почему не Поттер? – Действительно, почему не я? Это было бы, я думаю, менее неловко, – наконец, Гарри очнулся, озвучивая появившийся и у него вопрос. – Ты полукровка, – спокойно объяснила Беллатрикс. – Салазар Слизерин, который накладывал отталкивающие чары, предусмотрел подобную оговорку. Он ведь никогда особенно не доверял магглорождённым, а к полукровками питал лишь некоторую терпимость. Слизерин всегда боялся, что если их поставить перед выбором, есть вероятность, что их лояльность окажется на стороне не магического мира. – Даже полукровок? – Гермиона удивлённо приподнял бровь. – Даже полукровок, – Белла кивнула. – Представь, например, что полукровка – незаконнорожденный отпрыск Волшебника и родителя из мира магглов. И воспитывался он не в нашем мире, а родителями не-волшебниками. Очень велика вероятность, что в таком случае, особенно, если маггл – это мать, его любовь и преданность будут не на стороне бросившего его родителя. Поэтому, полукровка не может провести не-магов через отталкивающие чары. А вот преданность чистокровных может быть только на стороне мира магии. – Понятно, – Гермиона коротко кивнула. – Что, просто понятно? А не обидно, а ты не хочешь возразить, насколько это – дискриминация и предвзятое мнение? – Гарри буквально покраснел от всколыхнувших всё в душе чувств. – На самом деле, это очень логично и обоснованно, – задумчиво произнесла Грейнджер, и чистокровные волшебники вновь переглянулись. – Вспомни только то время, когда жил Салазар Слизерин, и что пришло после. На самом деле, многие его страхи и предостережения оказались вполне обоснованными, быть может, потому что он предсказывал эффекты, строя предположения на человеческой натуре, а не только логических изысканиях или вере в доброе и человечное, так сказать, лучшие качества, как остальные основатели. Быть может, не сразу, в средние века, но все его опасения оправдались сполна. – Грейнджер, ты, конечно, понимаешь, что магглы – это не о тебе, – твёрдо проговорил Малфой. – Ты волшебница, хотя и временно лишенная своих способностей, но только по воле обстоятельств. Впрочем, даже лишенная своих Магических способностей, ты остаешься очень существенной силой. – Малфой, ты не простудился? Или, быть может, здесь воздух отравленный? У тебя температура? Ты бредишь, - глаза Гермионы картинно округлились. – Может, уже хватит? Твой сарказм оценили, можешь успокоиться. И поблагодари за комплимент, - Малфой перехватил её ладонь, которой девушка намеревалась проверить его лоб на наличие жара. – Спасибо, – Грейнджер спокойно пожала плечами. – А ещё за то, что пронёс меня в заколдованный лес. А теперь, давайте искать магические предметы для волшебной палочки.