Я волновался за тебя...

Тэхён будто протрезвел после сказанных Чонгуком слов. Он смотрел на своего ученика ошарашенными и выпученными от удивления глазами. Нет, он уже не просто ученик, это далеко не деловые отношения, а нечто большее. — Чонгук… — начал Тэ, но его перебили сладким поцелуем, таким долгим, глубоким, страстным и чувственным. — Папочка Ким, научишь меня? — прошептал младший сквозь тихии звуки поцелуя. Его рука скользнула по ключицам, губы последовали за ней, оставляя дорожку из алых пятнышек. Он целовал, облизывал, прикусывал светлую мягкую кожу, будто молочную. Тэхёну буквально снесло голову от того, как Гук назвал его. До этого момента он держал себя в руках, даже думал оттолкнуть парня, но теперь нет. Киму тоже безумно хочется. Хочется, чтобы Гук был только его. Хочется и его самого. Пьяный парень издал прятяжный стон, наполненный чувствами и наслаждениями. Старший смутился от этого, закрыв рот руками. — Я хочу слышать, что тебе приятно, папочка. — Гук мягко взял его за тонкие запястья, убирая с такого идеального лица, что почти кукольного. У старшего был секс лишь однажды, однако, это вовсе не из-за того, что с ним что-то не так, скорее другие какие-то не такие. Он не простой парень, у которого встаёт на любого сексуального человека. Вовсе нет. Тот давний вечер, когда произошёл первый раз, был для него не в радость. Он был не просто пьян, а сильно накурен. Тело тогда ослабло, этим и воспользовалась девушка из клуба, ведь он не мог ничего сделать. Сейчас Ким понимал, что у человека, к которому он не ровно дышит, это будет впервые. Тэ хочет, чтобы Гук запомнил этот вечер навсегда, чтобы он прошёл волшебно и страстно, а не так, как у него. Так же он понимал, что сегодня будет снизу. Но смотря на них — они универсалы, ведь оба высокие, накаченные и сильные. У Чонгука уже ноги заболели стоять вот так над страшим и целовать его. Он опустился на корточки, снизу вверх смотря на учителя, ноги которого были широко расставленны — так даже лучше. Шаловливые ручки скользнули вниз, пораллельно растёгивая пуговицы на рубашке. У Тэхёна аж мурашки по коже пошли, когда Чон погладил его бёдра, прошёлся рукой до колен, коснулся талии. «Я уже сейчас готов кончить.» — подумал тот, ведь эти прикосновения нереально возбуждали. Разве можно возбудиться больше, чем сейчас? Можно. Младший остановил руку на внутренней стороне бедра, настолько близко тому самому, что Тэ издал протяжный стон и даже вздрогнул. Он смотрел вниз, на парня, взглядом, умоляющим перестать мучать его. Чон лишь усмехнулся, прочитав это в его глазах. Для него они были подобны омуту, который затягивал крепко и надолго. Он был влюблён в них и в самого наставника. Парень положил руку на выступающую часть чужих штанов, после потянулся к пряжке, расстёгивая её. — Голова болит… — проскулил парень, лежавший всё это время на полу в отрубе. Эх, Чимин~и, ты так не вовремя. Он кое-как приподнялся с пола. — Спина тоже…почему я лежу тут? Тэхён и Чонгук с немного округлёнными глазами про себя матерят буквально всё, на чём мир стоит. Трёхэтажным матом покрывают этого ублюдка. Ну почему, почему именно сейчас? — Твою мать, — Чон резко поднялся, подхватывая за руки пьяного парня, от которого до тошноты несло перегаром и повёл в комнату. — Чимин, верно? — грубо произнёс тот. — Просто знай, что я ненавижу тебя и проклинаю! — он резко хлопнул дверью и вернулся на место. На своё место рядом с Тэ. Его так разозлил Пак, что теперь он был более груб. Чон снял с себя футболку, открывая прекрасный вид на накаченные мышцы рук и пресса. Так же быстро снял с Тэхёна ранее растёгную рубашку. Вновь прильнул к чужим розовым губам, закусывая и оттягивая их. Да, неумело, но так старательно. Впрочем, старший тоже не эксперт в этом. Первым начал Гук, он же и раздевал обоих. Теперь и Ким должен сделать что-то. Парень протянул руку к чонгуковой ширинке, расстегивая её. Помог ему снять джинсы и прекратил поцелуй. Химик хотел опустится ниже, но… — Нет. — студент толкнул того на диван. — Я просто хочу доставить удовольствие своему папочке, позволь сделать это. — таким бархатным голосом произнёс он это и стянул штаны своего папочки. А Киму до одури нравилось, что Гук обращался к нему именно так. Тот был нежен со своим учеником, но время доброго «отца» закончилось. Тэхён снял боксёры. Чонгук замер. Его не столько наполнило возбуждение, хотя это, конечно, лилось через край, сколько любовь и тёплые чувства. Недолго думая, он коснулся своими губами чужого члена, к которому уже давным-давно прилила кровь. Он водил губами по головке, глотал лишь маленькую часть, облизывал, целовал — дразнил. — Бери глубже, малыш. — чуть ли не рыча, сказал Ким и запустил свои руки в чужие волосы, надавливая на голову. Никаких намеков, ведь он прямо сказал, что хочет, чтобы тот заглотил…ммм…до основания? — Как скажешь. — резко. Он резко взял в рот всю немалую длину, чем заставил старшего откинуться в лежачее положение. «Может уже пора?» — промелькнуло в голове у обоих. Тэхён протянул руку к стоящей рядом тумбочке. Было сложно открыть ящик и достать то, что нужно, ведь руки тряслись от наслаждения. Он кинул презерватив рядом с парнем. Тот отстранился от чужого члена, взяв его в руки. «Уже пора.» Господи, он сейчас готов молиться на порно, благодаря которому имеет хоть небольшое представление о сексе. Оно же и научило надевать презерватив, да. — Я…ну…я немного волнуюсь… — промямлил парень. — То есть…ты держишь мои бёдра в своих руках, твой член уже рядом и сейчас ты говоришь, что волнуешься? — П-прости~иии. — Продолжай. Не разочаруй папочку. Гук кивнул с согласием, он взял смазку, выдавив немного на длинные пальцы правой руки и приблизился к напряжённому кольцу мышц. Он легонько протолкнул указательный палец, от чего Тэ практически съёжился от боли. Мягкими губами младший собирал выступающие слёзы с чужих щёк и шептал что-то рядом с ухом. Второй палец…третий… Новые болезненные ощущения быстро сменились наслаждением. Хотелось больше. Больше, размером, примерно, с чонгуковый член. Ученик действительно прилежный. Чон медленно вошёл в узкого до жути, приятной жути, хёна. Как ему удалось с первого раза попасть прямо по простате — везение. У Кима это вызвало громкий стон, прерывавшийся тяжёлым дыханием. Гук и не думал делать передышку. Он лишь ускорял темп, доводя до звёздочек перед глазами своего теперь уже бойфренда. По громким стонам студент понял под каким углом надо входить, чтобы доставлять максимум удовольствия. Тэхёну так нравилось происходящее. Нравилось, что именно он забрал девственность этого безумно сексуального отличника, нравилось ощущать внутри себя тёплый орган. Нравились засосы на теле, мягкие касания и поглаживания. Столько страсти… Сколько по времени скрипел бедный старый диван в квартире учителя от сильных толчков? Сколько раздавались стоны и звуки соприкасающихся тел? Долго. Очень долго. Младший отстранился, прекрасно понимая, что хён вот-вот кончит. Чонгук спешно обхватил губами чужой орган и принял всю сперму себе в рот. — Папочка, позволь и мне кончить… Тэхён перевернул Чона, нависнув над ним. — Кончать будешь, смотря папочке в глаза, ясно? Гук обхватил собственный член, начиная водить туда-сюда. Иногда постанывал, хотел откинуть голову от кайфа, но нет. Он продолжал смотреть в омут чужих глаз, всё сильнее надрачивая себе. И наконец…кончил себе на живот. Ким прильнул к кубикам пресса, горячим слегка шершавым языком слизал белую жидкость. Неожиданно и для себя, и для партнёра он сел сверху на член, из которого уже начала потихоньку отливать кровь, но вновь стояк. Они оба издали такой протяжный стон, наполненный страстью, чувствами и тёплой любовью. — Вы чё творите? — из комнаты вышел Чимин, которому они помешали спать. — Что за…? — парень резко закрыл дверь с обратной стороны и тихонько ругнулся, почесав затылок от удивления. Вновь не вовремя, Чимин~и… Парни уснули, обнимая друг друга. А Гук и вовсе позабыл причину своего прихода. Но сейчас это его вовсе не волнует, они разбирутся со всем уже утром.