Нянь

Я лежала вместе с Дмитрием в кровати, не веря в то, что мы вместе. На душе было солнечно и тепло. Хотелось смеяться и радовать мир. Прижавшись ещё сильнее к парню, я провела носом по его шее. — Что ты делаешь, Роза? — хрипло засмеявшись, спросил он. — Ничего, — улыбнувшись, ответила я. — Дмитрий, а какое сегодня число? — спросила я, потому что напрочь выпала из реальности из-за него. — Двенадцатое марта, — от этих слов у меня остановилось сердце. Как же я могла настолько забыть обо всём? Уже был обед, а значит, мне нужно поторапливаться, чтобы успеть к ней. — В чем дело, Роуз? — спросил, нахмурившись, нянь, увидев, как я заметалась в постели. — Ничего, я просто спешу… совершенно забыла, что сегодня за число, — и быстро поцеловав, его я накинула халатик и побежала к себе. Пока я собиралась то не могла поверить, что настолько выпала из реальной жизни. Как я могла забыть об этом дне? Взяв деньги, я уже собиралась выходить, когда Дмитрий преградил мне дорогу. — Роза, что случилось? Куда ты так спешишь? — завалил меня вопросами любимый. — Я… - я не знала, что сказать ему. Рассказать правду или соврать? Но потом мне вспомнилось то, как я приехала на гонки и решила ответить честно. — Я иду к сестре. — Роза, у тебя нет сестры, — мягко ответил Дмитрий. — Или ты о Василисе? — Нет, — ответила я, шмыгнув носом. На глаза навернулись слёзы. — Пошли со мной, и я всё тебе покажу, — и, взяв парня за руку, повела его из дома. Сев в машину я пристегнулась и подождала, пока это сделает нянь. С силой сжимая руль, я размышляла, правильно ли поступила. Ещё никогда никто не ходил со мной к ней, даже Лисса. Она знала, что я навещаю малышку, но никогда я не звала её с собой. Это было чем-то вроде моего правила – к Энн я всегда ходила одна. Даже родители перестали навещать малышку, платя постороннему человеку за то, чтобы он смотрел за её могилкой, но я не могла оставить её там одну. Я чувствовала себя виноватой перед ней. Заехав за цветами для малышки, я всё так же продолжала молчать, как и Дмитрий. За весь путь мы так и не сказали друг другу ни слова. Я старалась унять сильно бьющееся сердце, но мне это не удавалось. Я просто не могла поверить что с того дня прошло целых девять лет. Я помню как сейчас что в день её похорон была хмурая погода. Наконец мы подъехали к кладбищу. Заглушив мотор, я ещё несколько секунд сидела в машине вместе с Дмитрием, а потом, взяв цветы, мы пошли к её могиле. Раньше я никогда никого не брала с собой, считая, что это только моё место и что только здесь я могу быть честна с собой. А теперь рядом со мной идёт парень, которого я люблю, и я собираюсь открыть перед ним свою душу. Своё прошлое. Быстро пробираясь к месту, что я сумею найти и закрытыми глазами мы остановились перед её могилой. И моей груди вырвался протяжный вздох. Отпустив Дмитрия, я присела и положила цветы. Ромашки. Она говорила, что они красивые. Энн была ребёнком и умела ценить красоту в простых вещах. — Она умерла, когда мне было девять, — услышала я свой голос как будто издалека. — У неё была лейкемия. Мы с родителями не могли поверить в это. Я тогда наивно верила, что всё будет хорошо и Энни поправиться и будет дальше бегать за мной хвостиком прося поиграть с ней, — смахнув слёзы рукой, я продолжила. – Но этого не случалось. Мы с родителями не подошли, чтобы стать донорами. Тогда моя жизнь стала тусклой. Я проводила целые дни рядом с ней, обещая, что когда она поправиться мы будем играть во всё, что она захочет. Для девятилетней девочки это был стресс – знать, что она в скором времени потеряет сестру. Родители тогда делали все, что могли, но этого оказалось недостаточно. А я никуда не ходила, забила на друзей и игры, проводя всё своё свободное время рядом с малышкой, — я почувствовала, как Дмитрий притянул меня в свои объятия, и я продолжила изливать ему душу. — После смерти Энн я как-то услышала разговор родителей о том, что мои анализы были подменены. Они что-то ещё обсуждали, но я тогда убежала и закрылась в своей комнате. А что если бы я на самом деле подошла как донор? После того случая чувство вины не покидает меня. А ещё меня не покидает ненависть на того человека что сделал это. Ни один раз я мечтала, чтобы и он потерял кого-то родного. Чтобы и он имел шанс спасти, но не мог. Как и я. Мы ещё долгое время стояли там. Молча. Дмитрий просто прижимал меня к себе, а я давала волю слезам и боли накопившейся внутри. Я была благодарна, что он молчит и не говорит ничего. Хотелось просто, чтобы он молчал и был рядом. И Дмитрий делал это для меня. Лишь спустя некоторое время я сумела взять себя в руки и успокоиться. — Пошли? — спросила я, шмыгая носом. — Да, пошли, — хрипло согласился он. Назад за рулём сидел Дмитрий из-за того что я была не в состоянии вести машину. Я просто сидела и смотрела в окно, разглядывая, как начинают цвести деревья и просыпаться природа. Всё оживает и просыпается, а Энн навсегда останется на том месте. — Я пойду к Лиссе, хорошо? — спросила я спустя некоторое время, когда мы приехали домой. Дмитрий смотрел телевизор, но было видно, что своими мыслями он был далеко. — Да, конечно. Только приди раньше мне нужно будет поговорить с тобой о кое-чём. — Хорошо, — и поцеловав его, я покинула дом. До Лиссы я дошла, пешком слушая музыку в наушниках. Настроение всё ещё было ниже нуля, но я постаралась не показывать этого. Сегодня я уже позволила себе раскиснуть. К Лиссе я добралась за пятнадцать минут. Постучав в дверь, мне открыла подруга. Она с тревогой смотрела на меня. Драгомир помнила, какой сегодня был день, и я была благодарна ей за это. — Проходи, Роуз, — пригласила она меня и посторонилась, давая пройти. Мы поднялись к ней в комнату и сели на кровать. Какое-то время мы сидели в тишине, не прерывая её. — Ты помирилась с Крисом, — начала я спустя некоторое время. — Да. Он мне всё объяснил. А как ты с Дмитрием? Может твоя симпатия к нему уже прошла? — осторожно полюбопытствовала подруга, а я не сумела сдержать счастливую улыбку от мысли о нём. — Нет. У нас всё хорошо. Мы вместе. В тот вечер, когда мы ходили с тобой в клуб, я встретила Дмитрия, и мы переспали, — заговорщицким шёпотом поведала я последнее, не прекращая улыбаться. — Даже так, — задумчиво пробормотала Лисса. — Роуз, ты ведь знаешь, что ты моя подруга, и я очень люблю тебя? — Конечно, — без колебания ответила я. — В общем, сегодня утром приходила Таша… — замялась Лисса, — она пригласила меня на свою свадьбу. — Ну и нормально, что здесь такого? Если ты о том, что я недолюбливаю её, то всё нормально, я понимаю, что она тётя твоего парня. — Свадьба её и Дмитрия. Роуз, она беременна от него. — Ты шутишь? — спросила я хриплым голосом. — Нет, — опустив глаза, ответила подруга. — Нет… нет… это не правда… ложь, — со слезами на глазах сказала я поднимаясь с постели. Только не он. Только не Дмитрий. — Роуз… мне так жаль… мне не нужно было говорить тебе об этом сегодня. — Ты всё правильно сделала, Лисс, — со слезами сказала я. — Жаль только ты не сказала мне об этом несколько часов ранее. Извини, я пойду. — Всё нормально, Роуз? — Да. Спасибо, — и слабо улыбнувшись, я выбежала из её дома. К себе домой я бежала торопясь поскорее поговорить с Дмитрием. «Мне нужно будет поговорить с тобой о кое-чём». Неужели он решил рассказать мне правду? Только сейчас? Именно после того что я рассказала ему? После того как я открыла ему свою душу? Ворвавшись в дом, я полетела к няню в комнату. Он лежал на кровати и что-то рассматривал в телефоне. Когда я влетела в его комнату он сел, на кровати хмуро смотря на меня. — Что случилось, Роза? — Когда ты собирался рассказать мне? Когда?! — начала я, не желая отвечать на его вопрос. — Как ты узнала? — сглотнув, спросил он. — Не твоё дело. Когда. Ты. Собирался. Мне. Рассказать. Правду, — повторила я свой вопрос, с яростью глядя на него. — Я не знал до конца… не был уверен, — замялся он. — Не лги! — закричала я, кинув в него свой телефон, что был у меня в руке. — Ненавижу тебя! Ненавижу! Я не хочу тебя больше никогда видеть! После этого я выбежала из дома и села, в свою машину желая поехать лишь к одному человеку которому я могла рассказать всё. Он был единственным после Лиссы кому я доверяла. Я ехала к Данку планируя излить ему свою душу и боль разочарования.