Клетка

Дверь в комнату приоткрылась, и Хёнвон едва слышно вошёл в помещение. Окна были задернуты плотными шторами так, чтобы свет не попадал в комнату. Единственным источником освещения в помещении была небольшая настольная лампа. Че бросил взгляд на большую кровать, стоящую посередине помещения. На темной ткани, свернувшись калачиком, лежал худой парень. Он был нагой. Но тело прикрывала лишь тонкая простыня. На бледной коже Минхека были видны как старые синяки и раны, так и свежие кровоподтёки. Юноша спал, но сон его не был спокоен. Ли крутился, всхлипывал и что-то шептал в темноту комнаты. Хёнвон сел на край кровати и погладил Минхека по голове. Тот мгновенно проснулся и резко открыл глаза. - Маленький, тебе снилось что-то плохое? - ласковым голосом спросил брюнет. Ли не ответил. Он напугано смотрел на сидящего на кровати и едва дышал, - ты же был хорошим мальчиком, верно? - продолжал ластится Че. Минхек сглотнул. Ему было больно. Не только физически, но и морально. Если бы он мог вернуть время назад, он бы никогда не сел в то такси. Уже несколько месяцев он живёт в этой комнате, не имея возможности выйти. А этот парень каждый день, каждую ночь истязает его тело и убивает душу. Он не знает, как ему сбежать, он не знает как спастись. Минхек потерял надежду. Когда Хёнвон стянул с него простыню, он не шевелился. Когда Хёнвон повернул его на спину, он не дернулся. Когда Хёнвон привязал его запястья к кровати, он не произнес ни слова. Лишь когда на его грудь упали первые капли воска, Минхек тихо зашипел от боли. Когда Че оставил его тело в покое и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, Минхек позволил себе заплакать. Надежда умирает последней. Но его надежда давно мертва.