Instincts (the Series)

В день, когда Луи почувствовал запах другого Альфы в школе, все его чувства перешли в состояние сильной тревоги. Он никогда не испытывал такого рода чувств раньше, потому что, конечно, единственный Альфа, запах которого он ощущал, был его парой, и он был сбит с толку и немного поддавлен из-за этого опьяняющего и тревожного запаха. Хотя, это и не была главная проблема. Главная проблема была в том, что Гарри, его пара, не хотел признавать, что он тоже встревожен появлением ещё одного доминанта в их школе. И он абсолютно не справлялся с тем, чтобы скрывать эти чувства, и его поведение вышло из-под контроля с того дня, как Зейн приехал. Например, он всегда провожал Луи к классам и слишком внимательно следил за его эмоциями, если Зейн был в кабинете. Связь между ними была очень сильна, поэтому Луи всегда отвлекался из-за эмоций Гарри во время математики. Это было плохо, потому что Луи и так не силен в математике и без мешающего ему Гарри. Ещё одной изменившейся вещью стало то, что теперь Гарри прижимался к нему всё гребанное время, чтобы почувствовать его запах. Это было хорошо, Луи определенно не будет жаловаться (его внутренний омега, чёрт возьми, сгорал от этого особенного внимания), но такое поведение было ненормальным для Гарри. Обычно он не был таким собственником. Это случилось, когда в первую неделю Зейна в школе они шли в столовую вместе, рука Гарри обернута вокруг плеч Луи, и он зарычал. Этот звук заставил учеников — бет — вокруг них задрожать и расширить глаза, но худшая реакция была у Луи. Он оступился, упав лицом вниз на пол, всё его тело покрылось гусиной кожей, и появилась нереальная необходимость подчиняться. — Гарри! — храбрый голос, пришедший спасти Луи, принадлежал Элеонор, его лучшей подруге. Она, само собой, была напугана, так как никогда не слышала такого сильного рычания альфы, но её лучший друг был на полу, что выглядело словно он отключился*, они кое-что читали об этом в старинных книгах, но никогда не сталкивались с подобным. А Гарри смотрел в другой конец коридора, он скалился на… на Зейна. — Гарри! Очнись! — она практически кричит, боясь прикоснуться к Луи и разозлить альфу, но также сильно переживая. На это глаза Гарри снова стали мягкими и зелёными, и он моргал, будто только что проснулся, автоматически переводя взгляд на Луи на полу. Ему понадобилась секунда, и неожиданно он оказался прямо рядом с Луи, беря его на руки и выглядя напуганным тем, что только что произошло. — Луи, милый, мне так, так жаль, — он прижал лицо Луи к своей шее, где больше всего чувствовался запах, сильно переживая. Луи определенно не привык к такому поведению Гарри, обычно он только рычал или издавал эти животные звуки, когда у него был гон или у Луи была течка. Это было так необычно, что единственным способом, которым внутренний омега Луи смог отреагировать - это упасть. Он, чёрт подери, упал прямо посреди долбанной школы. Гарри был зол на себя. Он впервые оглянулся вокруг и обнаружил множество перепуганных глаз, наблюдавших за ними. Он развернулся к Элеонор и вздохнул: — Эль, можешь, пожалуйста, предупредить школу, что я отведу Луи домой? — она перевела взгляд с дышащего в шею Гарри Луи, уверенно кивая. — Что мне казать? Они будут так злиться… — спросила она, сомневаясь и хорошо зная, что это, на самом деле, не разрешено. — Скажи, что у нас альфа/омега проблема. Они ничего не могут сказать на это, — уверенно ответил Гарри, поднимаясь с Луи. Омега стоял на трясущихся ногах. Гарри поцеловал его в макушку, не зная, как он приведёт Луи в порядок. Элеонор ушла, прося Гарри отправить ей сообщение позже, и сказать в порядке ли Луи. Гарри вышел из школы, игнорируя все взгляды, направленные на него. Он мог чувствовать присутствие Зейна где-то слева от него, его запах преследовал Гарри весь путь, пока он не вышел за ворота школы. Когда Гарри прибыл домой с Луи, мягко похрапывающим в его руках, он направился прямо в свою комнату, пытаясь не наделать слишком много шума, потому что он не хотел, чтобы мама услышала их. Он не знал, как начать объяснять ей эту ситуацию, слишком смущенный тем что он сделал. Он положил Луи на кровать, садясь рядом и пытаясь успокоить своё сжимающиеся сердце. — Луи, милый, ты можешь проснуться для меня? — прошептал он около уха Луи, наблюдая, как его омега тотчас ворочается, просыпаясь и открывая сонные глаза. — Альфа, — Гарри услышал бормотание Луи, и его сердце снова сжалось. — Мне так жаль, малыш. Я не хотел этого делать, я был совершенно не в себе, — шепнул он, смотря в голубые глаза Луи. Он почувствовал руку своего омеги, поглаживающую его щеку, и закрыл глаза из-за этого жеста. — Всё нормально. Я просто не был готов к этому. Я отреагировал слишком сильно, я думаю. Я не привык к такому. Гарри стыдливо закусил губу, чувствуя, как его шея начинает гореть из-за этого чувства. — Прости за подчинение прямо посреди школы, — прошептал Луи, его щеки приобрели розовый оттенок. Гарри вдохнул, не желая думать об этом. Это была его вина, а не Луи. — Это не твоя вина, Лу. Я заставил тебя упасть, и мне жаль, что я сделал это посреди школы у всех на виду, — Луи быстро сел, открывая руки, но единственная вещь, что Гарри мог сделать вместо этого - это посадить Луи к себе на колени, обнимая его в защитном жесте, зарываясь носом в связующую метку на шее Луи и заставляя омегу дрожать из-за контакта. — Всё нормально. Просто, пожалуйста, попробуй не делать этого снова, ладно? Не за пределами наших кроватей или не в местах полных людей, — пробормотал Луи, мягко перебирая кудри Гарри, в тепле и безопасности. — Прости. Зейн заставляет меня чувствовать себя не комфортно, мне надо быть спокойней рядом с ним, — голос Гарри был приглушён кожей Луи, омега только кивнул в согласии. Гарри, на самом деле, надо быть поспокойней около другого альфы. — Я твой, Хаз, мы всегда будем вместе. Зейн милый парень, и он не будет вредить мне или унижать, он друг Найла и Лиама, так ведь? Ты их знаешь, они бы тоже не стали дружить с придурком, — Луи заверил альфу, оставляя поцелуи на его лбу и мягко улыбаясь, потому что Гарри не выглядел так, будто хочет перестать прижиматься к их метке. — Я знаю, ты прав, — он, наконец, снова посмотрел Луи в глаза, улыбаясь и немного наклоняясь вперед, чтобы сократить расстояние между их губами, и целуя сквозь улыбки. — Я люблю тебя, — сказал Луи. И через их связь Луи мог чувствовать всю любовь, которую Гарри тоже испытывает к нему.

ХхХ

Итак, Гарри сдержал слово и стал спокойнее рядом с Зейном в школе. Он перестал всё время ошиваться около Луи, и тот был очень горд этими изменениями, хотя, он всё равно мог чувствовать дискомфорт альфы через их связь. Дни проходили, и всё было спокойно. Гарри даже пытался стать друзьями с Зейном, иногда разговаривая с ним, Найлом и Лиамом в коридорах. Луи ходил с Элеонор и только улыбался им, прежде чем уйти в класс. Это было хорошо. Возможно, это было всё, что нужно Альфе: немного времени для того, чтобы привыкнуть делить пространство с другим альфой. Проблема была в том, что Гарри комфортно делил школу с Зейном, но он всё еще не хотел, чтобы его омега находился где-нибудь поблизости с другим альфой. И это было немного отстойно, когда Луи хотел поговорить с Найлом и Лиамом и не мог этого сделать, потому что Зейн всегда был с ними. В этот день Гарри был особенно спокоен, Луи не мог чувствовать всё то, что он обычно чувствовал через их связь, и это было чертовски великолепно, потому что омега был абсолютно уверен, у него будет прекрасный следующий урок. — Пока, Лу! — крикнула Элеонор, входя в свой класс. Луи сходил с ума, пытаясь найти свое расписание. Он не мог вспомнить, какой у него следующий (вероятно, прекрасный) урок чтобы спасти свою жизнь, и он уже опоздал. Он почувствовал, как весь воздух покидает его тело, когда он врезался в другого человека, шагая слишком быстро. — Черт же ж тебя побери, прости, — быстро сказа он, поднимая свои выпавшие из рук книги. — Всё в порядке, — Луи услышал голос Зейна прежде, чем почувствовал его запах и поднял взгляд, видя, что парень протягивает ему листок. Его расписание! — Чтоб тебя, маленькая сучка, — пробормотал он себе под нос, беря лист и открывая, чтобы посмотреть какой у него следующий урок. — Геометрия, конечно, черт возьми, — ругнулся он громко, и только когда он услышал смех рядом с собой, он вспомнил, что он не один. — Прости, — ему было не жаль, но какая разница. — Всё нормально. Хорошего дня, Луи. Передай Гарри мои поздравления, — легко сказал он, прежде чем обойти его и уйти прочь, оставляя озадаченного Луи позади. К черту, у него нет времени, чтобы понять, что только что произошло. У него есть несколько клеток головного мозга, которые надо сжечь на геометрии. Когда урок закончился, он вышел из школы, чтобы подождать Гарри. Он увидел, как альфа направляется к нему, ненамного позже, чем он попрощался с друзьями и улыбнулся Луи. — Привет, милый, как прошел ур… — он прервал себя в тот момент, когда подошёл достаточно близко, чтобы обнять Луи, отодвигаясь от омеги и зажимая нос рукой. Его глаза тут же наполнились влагой. Луи был ошарашен, стоя со всё еще раскрытыми руками, ожидая объятий альфы. Что за дерьмо? — Гарри? Что за чёрт? — громко спросил он, чувствуя себя маленьким. Гарри все ещё смотрел на него так, будто он убил его кота. — Ты пахнешь, как Зейн, — сказал он, дыша через рот, его линия челюсти была напряжена. — Что?! — он наклонил голову, чтобы понюхать себя, не чувствуя ничего кроме своего собственно запаха смешанного с запахом Гарри. — Ты с ума сошёл? — он снова посмотрел на своего альфу, на этот раз со злостью и болью. Он сделал шаг ближе и, решившись, обернул руки вокруг талии высокого парня. Луи тут не причём. — Луи, серьезно, это… — Гарри не обнимал его в ответ. Луи хныкнул. Его внутренний омега начал чувствовать себя нежеланным. Он не дал Гарри время отреагировать, потому что сразу же развернулся и ушёл от него. Луи решил дойти до дома, прежде чем начнет плакать прямо перед школой. Он мог слышать шаги Гарри прямо позади себя, но тех чувств, что омега посылал ему через их связь, было достаточно, чтобы альфа знал, что не должен вмешиваться. Когда он наконец добрался до дома, Джей была с Эрнестом в гостиной. Она посмотрела на Луи, удивленная его ранним приходом домой. — Привет, Луи, что… Он не остановился, чтобы ответить маме, направляясь прямиком в свою комнату. — Гарри? Что…? — Джей начала вопрос. Луи закрыл дверь комнаты и лёг в кровать, обнимая подушку и крепко закрывая глаза. Вскоре его дверь открыли и закрыли. Новый вес на кровати предупредил его, что Гарри сел рядом с ним. — Уходи, — сказал Луи. Его голос решительный. Но тело замерло, когда он услышал низкий гул в горле своего альфы, которому, очевидно, не понравилось его желание. — Луи, — позвал он, но Луи только проигнорировал его, пытаясь отгородиться от беспокойства, которое он мог чувствовать от Гарри. — Омега, — на это Луи заскулил. Это был удар ниже пояса, и Гарри знал это. Омега открыл глаза и посмотрел на своего альфу, все ещё расстроенный, но не способный игнорировать его. — Ты пахнешь как другой альфа, и я был не готов к этому, — легко сказал Гарри, заставляя Луи снова отодвинуться. — Я не хотел причинить тебе боль. Он опустил руку в волосы Луи, утешающе прочесывая их. Он наклонился к лицу Луи и принюхался, ощущая его. С этим маленьким проявлением любви Луи уже чувствовал себя лучше, но он не мог отделаться от сохранившегося плохого чувства. Как будто бы Гарри мог чувствовать это (он мог, вероятно), он уткнулся носом в шею Луи, кусая их метку, феромоны Луи тут же перевозбудились, делая его мягким и податливым. — Прости, малыш, — сказал Гарри, как только убрал свои зубы от шеи омеги, вылизывая метку, чтобы залечить ее. — Не ревнуй, Хаз, — пробормотал Луи, обнимая Гарри вместо подушки и чувствуя себя сонным и насыщенным. — Я врезался в него, — пояснил Луи, устало вздыхая. Он мог бы легко уснуть, если бы Гарри остался здесь с ним. — Я знаю. Мне жаль. Я работаю над этим, — ладони Гарри проходились сквозь мягкие волосы Луи. Единственный запах исходивший от него, был тот, что Гарри любит больше всего. — Теперь спи, малыш. Я буду здесь, когда ты проснешься, — и Луи не надо повторять дважды.

ххх

Самая большая проблема в обществе полном бет это то, что Альфы и Омеги, или Чувствительные, если вы хотите, не могут иметь определенные неортодоксальные отношения. В истории, когда Альфа и Омега создают пару, они обычно съезжаются вместе. Это, на самом деле, не самая лучшая идея — разделять связанную пару, так как для них очень трудно быть врозь, но Луи и Гарри были чрезвычайной редкостью, и никогда в миллион лет мама Луи не позволила бы покинуть ему дом в четырнадцатилетнем возрасте. Поэтому они должны были жить как обычная бета-пара. Это отстойно, но они могли подождать пока им не исполнится по восемнадцать, чтобы получить то, что они хотят. Им остался всего лишь год. Омеги были даже большей редкостью, чем Альфы. Большинство альф были пассивны, потому что они никогда не были и, вероятно, никогда не будут пробужденными омегой. Они живут как беты, женятся как беты, и заводят детей с бетами. Таким образом, Чувствительные с каждым поколением становятся всё большей редкостью. В настоящее время никто не мог точно сказать, когда беты начали становиться большинством. Многих людей это не беспокоило, потому что, на самом деле, в этом не было ничего особенного — эволюция и все дела. Другой отстойной вещью была омежья беременность. Как уже было сказано, омег было не много, а парни-омеги были такой редкостью, что Луи мог поспорить - он один из немногих. Их ,вероятно, можно сосчитать на пальцах одной руки. Итак, Луи парень, который может забеременеть. Он боится даже думать об этом. Он не мог представить себя расхаживающим по городу с беременным животом. Это, наверное, было бы отвратительно. Гарри, тем не менее, больше всего хотел, чтобы в будущем Луи забеременел, и чтобы у них было много маленьких, бегающих вокруг, щеночков. Луи не знал, как он мог когда-либо сказать "нет" своему альфе, но этот день настанет. Он знал это.

ххх

Слова распространяются быстро в маленьком городке, и ещё быстрее в маленькой школе. Зейну пришлось узнать это худшим способом. Кто-то, кто сидел за тихим столом в первый его день в школе видел, как он врезался в Луи, что, вероятно, и вызвало воспоминание о том, как Зейн назвал маленького омегу твинком. Этот человек рассказал другому человеку, который сообщил ещё одному, а тот сказал третьему, и сейчас Гарри шёл к нему, его глаза были черные, наполненные гневом. Боже. Черт возьми. Зейну надо начать учиться закрывать свой рот, он был так хорош в молчании. — Гарри! Неожиданно, когда Гарри был в нескольких шагах от Зейна, Луи встал прямо перед альфой, заставляя его остановиться. Найл и Лиам пришли немногим позже, храбро вставая между двумя альфами. Пара Луи злобно зарычал, он оскалил зубы и жаждал смерти. Луи был в ужасе от этой стороны Гарри, о которой он не знал. — Гарри, мне все равно, что он сказал обо мне, это был его первый день, — умолял омега, кладя обе руки на грудь своего альфы. Он боялся за себя, если он будет честен. Он не знал, как Лиам и Найл защищали себя. Гарри никак не навредит Луи, но Найл и Лиам не были в безопасности. Лицо Гарри постепенно начало возвращаться в норму, его поведение медленно успокаивалось, пока он не стал растерянно моргать. — Ох боже мой, я не могу сделать этого, — сказал он и развернулся на каблуках, уходя тем путем, которым он пришёл. Он не обернулся на Луи или Зейна. Луи остался позади, держа руки на груди и пытаясь успокоить своё бешенное сердце. Он никогда не думал, что увидит своего милого, любящего и доброго альфу таким агрессивным. Но несомненно, это ни для кого не было сюрпризом, что Гарри отреагировал так сильно из-за чего угодно касающегося Луи. Хорошо, теперь Луи мог видеть, почему Беты стали большинством, чёртов естественный отбор. Альфы отстой, когда они ведут себя, как альфы. Луи не мог сказать, что был бы намного лучше, если бы он увидел другого омегу на своей территории. Омеги в исторических книгах известны тем, что они намного большие собственники и защитники своей территории, он бы, вероятно, тоже вел бы себя как задница в такой ситуации. Луи посмотрел на Найла и Лиама, оба "вросли в пол" как и Луи. Когда Зейн сделал хриплый вздох, атмосфера вокруг него оставалась жесткой и доминирующей. Он, возможно, даже не знал, что излучает эти феромоны, но они, чёрт побери, душили Луи. — Зейн, слишком много, — предупредил Луи, натягивая на нос воротник свитера. Этот запах делал его взвинченным и заставлял чувствовать себя не комфортно. Его тело отвергало запах, которой исходил не от его альфы.  — Прости, это просто… — начал Зейн, но не закончил, вероятно, пытаясь отделаться от страха, что он только что чуть не был атакован Гарри, который был вне себя. — Да… я чуть не наложил в штаны от этого, — сказал Найл, и Луи рассмеялся, качая головой. Толпа вокруг них стала расходиться. Люди возвращались к тому, что они делали до этого, но четверо из них продолжали стоять. — Богом клянусь, я видел смерть, — поделился Зейн, прижимаясь спиной к шкафчикам и съезжая вниз. Его волосы упали ему на лицо. — Он собирался убить меня, я не думаю, что во мне есть силы ответить ему в драке. Лиам похлопал его по спине, успокаивающая улыбка играла на его лице. Единственная вещь, которую Луи мог сделать — это фыркнуть: — Никогда больше не называй меня твинком, я лично убью тебя. Глаза Зейна расширились, и он посмотрел на Луи, извинения уже готовы на его языке, но Луи рассмеялся. — Я шучу. Мне всё равно, на самом деле. — Итак… что теперь? — Найл посмотрел на Луи, чтобы узнать, и Луи нахмурил брови, шутливо оглядываясь назад, будто бы он искал кого-то кто дал бы ответ. — Да блин, не знаю я. Никогда не видел, чтобы он вёл себя так, — прохрипел он, раздражаясь, что ему вообще пришлось. — Он, вероятно, снаружи ждёт меня, он не оставит меня в школе одного с Зейном, — пожал он плечами. На этот раз Зейн был тем, кто фыркнул, закатывая глаза. — Пары Чувствительных — отстой. Без обид, — пробормотал Лиам, прежде чем вспомнить, что Луи был здесь. — Всё нормально. Рад, что мы почти исчезли, — рассмеялся Луи, поднимая рюкзак, который он оставил на полу, когда прозвенел звонок, оповещая, что школьный день был закончен. — Так же рад, что мы все выходим целыми. Увидимся в понедельник, — он махнул им, уходя, готовый отправиться домой и поговорить с Гарри о той сцене, что он устроил.

хХх

На самом деле, всё сработало не так, как Луи предполагал что всё решится, как это всегда случалось. Они бы поговорили, Гарри бы извинился, и Луи обнял бы его, они бы разобрались во всем или, возможно, занялись бы сексом, если бы были одни дома. Гарри не смотрел на Луи весь путь до дома, даже несмотря на то, что он крепко держал его за руку, ни за что, не отпуская. Он провёл их в резиденцию Стайлсов, открывая дверь и не говоря ни слова. Луи остался один ещё до того, как смог сбросить пальто. На его лице читался вопрос. Гарри был зол на него? Что он сделал? Это, должно быть, шутка. — Ты, блять, злишься на меня? — прошипел Луи, как только переступил порог комнаты Гарри. Альфа сидел к нему спиной за своим рабочим столом. Он не дал Луи такой роскоши, как ответ. — Гарри! Я не шучу. Еще чуть-чуть и я буду кричать на тебя, — он не шутил, запах в комнате душил даже Гарри. Он мог чувствовать Луи повсюду, что заставляло его внутреннего альфу беситься. — Луи, остановись, — предупредил Гарри, закрывая глаза и продолжая дышать. — Ты остановись! Почему ты зол на меня? Я ничего не сделал! — Не сделал? — Гарри был тем, кто вышел из себя, поднимаясь со стула, на котором он сидел. Тот с грохотом приземлился на пол, пугая Луи. — Ты защищал его, вместо того, чтобы быть на моей стороне! — обвинил он, указывая пальцем на Луи. Луи был достаточно храбрым, чтобы оттолкнуть его, заставляя глаза Гарри перейти из светло-зеленого в более темный оттенок. — Хватит вести себя как псих! Кто ты, чёрт возьми? — зарычал Луи. Звук, который никогда раньше не покидал горла Луи, заставил глаза обоих комично расшириться. — Ты… ты только что зарычал на меня? — спросил он немного с опозданием, потому что Луи уже развернулся, закрывая рот рукой. — Я не знаю, думаю, да? — он снова развернулся к Гарри, практически прося утешения. Его внутренний омега был чертовски сбит с толку. — Сейчас я схожу с ума, ради всего святого, — пробормотал он, садясь на кровать Гарри. — Неожиданно начинает иметь смысл, почему связанные пары такие редкие в наши дни, не так ли? — горько спросил Луи, почти прохныкав вопрос, все силы покинули его тело. — Да. Так и есть, — ответил Гарри, и Луи отшатнулся, наконец-то сдаваясь и позволяя глазам наполниться влагой. После этого они на некоторое время остались в тишине, оба со своими собственными громкими мыслями, которые завладели их разумом. Гарри был первым, кто нарушил тишину. — Я думал обо всём, и я, на самом деле, не знаю, что ещё могу сделать, чтобы исправить это, — признался он вздыхая. — Я тоже. Мы связаны, мы вместе, я твой. Все ещё. Ты ведешь себя, как чертов монстр при любом удобном случае, — он высказался прямо, не сдерживаясь, слишком хорошо зная, что легкомыслие не приведет ни к чему хорошему. Ранее Гарри напугал его и заставил переживать за собственное благополучие. Ему это не нравится, и, если бы он мог никогда больше не испытывать подобные чувства снова, он был бы счастлив. — Похоже, нам нужна помощь. Думаю, мы должны поискать что-то об этом и спросить совета… — предложил Гарри. Луи быстро согласился, мягко улыбаясь Гарри в первый раз с начала инцидента. Альфа ответил ему тем же. Он подошёл к Луи, садясь рядом с омегой и целуя его в висок, заставляя его улыбку стать шире. Затем, дыхание Гарри задевает его ухо, заставляя дрожать. — Никогда больше не рычи на меня. Это горячо, но это заставляет моего альфу практически терять контроль, — предупредил он. Его голос серьезный и низкий, хриплые нотки в нём, заставляют Луи сильно закатить глаза, призывно открывая губы. Гарри рыкнул на это зрелище, укладывая Луи вниз и накрывая его своим телом. Они оба были счастливы, что это один из тех дней, когда они совершенно одни, чтобы делать всё, что они только захотят.