Ах, эта свадьба

Стив и Баки сидят на диване, на экране идет какой-то не слишком правдоподобный боевик, за окном кружится снег, а на столе медленно остывают две позабытые кружки чая. — А давай поженимся? — просто, без какого-либо вступления, без контекста, слету выдает вдруг Стив. И, прежде чем он успевает как-то объясниться, Баки переводит на него взгляд и кивает. — А давай. — То есть… Я узнавал, это теперь разрешено. Несмотря на то, что мы оба мужчины. — Да, в Нью-Йорке вроде разрешено, — соглашается Баки, вновь обращая взгляд к экрану. Он вспоминает про чай и подхватывает со стола кружку левой, не чувствительной к жару рукой. — Во всей Америке разрешено. С 2016-го года. — Тогда вообще супер. Только у меня паспорт-то не американский, это ничего? — Наоборот, ты сможешь получить гринкарту, а потом и гражданство. У тебя же паспорт не фальшивый, а настоящий и легальный, так что и с законом проблем не будет. — Ага, подарок от румынского правительства за участие в программе защиты свидетелей… А что для этого нужно? Подать заявление? — Да, для начала заполнить анкеты, написать биографии. Ты… Ты распечатаешь их тогда? А то я боюсь даже подходить к этой штуке после прошлого раза, — Стив вздрагивает и передергивает плечами, вспоминая тот случай, когда принтер зажевал сразу восемь листов бумаги и размазал по ним чернила. Стиву, конечно, удалось в итоге их вытащить, даже не сломав принтер, но воспоминания остались не лучшие, а руки он потом долго отмывал. Баки серьезно кивает, встает с дивана и, все еще поглядывая на экран, отходит к ноутбуку. — Скажи мне, что нужно найти и распечатать. — У меня есть ссылка. Я тогда сохраню документы и пришлю их тебе на почту. Сейчас. — Я могу сам себе их прислать, — Баки улыбается и протягивает ему раскрытую ладонь. Стив с облегченным вздохом передает ему телефон. — Так, это и это? А это надо? Ну пусть будет на всякий случай. Ага, давай распечатаем. О, у тебя наше фото на заставке? — Мне оно нравится, — Стив несколько смущенно пожимает плечами. — Ты тут такой… — Безобидный? — Баки усмехается, кивая на свои тапочки и халат. Фото сделала Наташа на пенной вечеринке, куда их затащил — кто же еще — Тони. Баки облокачивается на Стива, одетого только в плавки, пену и огромный круг с голубой уточкой. Они улыбаются, в волосах пена, а на их лицах застыли цветастые блики светомузыки. — Расслабленный. Довольный. Счастливый, я бы даже сказал. — Да, это был действительно счастливый момент. Надо тоже это фото поставить, что ли, а то у меня стандартная заставка стоит… Смотри, все распечаталось, дальше что? — Ну… Нужно написать биографии. — А ты можешь это за меня сделать? У тебя почерк красивый, а я пишу как курица лапой. — Это все равно нужно будет перепечатать, но я напишу, хорошо. — Может, тогда сразу на компьютере это и сделать? — Мне удобнее по-старинке… А ты не хочешь биографию писать, потому что все еще остались вещи, которые ты не вспомнил? — Я же говорил, что все помню. Это тест? Ну давай сюда, я напишу биографию. Но твою, чтоб было интереснее, а ты мою пиши. У кого больше ошибок — тот проиграл и выполняет желание, идет? — Идет. — Я написал что-то не то? — Нет-нет, просто… Почерк… Я не видел твой почерк с того времени, как ты писал мне письма с фронта. — Оу. Воспоминания нахлынули? Очень мило. Но ты главное давай, ошибки ищи. — А их нет. У меня есть? — И у тебя нет. Блин, так неинтересно, что ж мы это, оба без желания останемся? — Ну… Давай тогда оба выполним желания друг друга? — Давай. Но сначала нам нужно еще что-то заполнить? А где мы жениться будем? Может, в Вегас махнем? Там можно хоть сегодня. — А зачем нам торопиться? Давай в Нью-Йорке. — Я просто решил брать быка за рога, вдруг ты передумаешь и сбежишь от меня, мм? — Обещаю — не сбегу, — Стив серьезно качает головой. — Это ты можешь свое согласие назад забрать, а я аннулировать предложение не могу. — Предложение, тоже мне, — Баки хмыкает. — Хоть кольцо бы купил! И мог бы встать на одно колено. Мы вроде еще не настолько старые, чтоб потом не разогнуться. — Да я только сейчас это придумал и сразу сказал. Иначе бы я подготовился, столик в ресторане бы заказал, купил кольцо и цветы. Прости, что я так, спонтанно. — Ладно уж, зато ты поскорее сообщил мне радостную весть… Ммм… Да не так много документов-то требуется, паспорта, страховки… Биографии — это именно для гринкарты надо, а пожениться мы можем хоть послезавтра, если сегодня возьмем разрешение. — Хорошо. Хотя я всегда хотел свадьбу летом. — Можем пожениться сейчас, а отметить летом. Так делают? Мне кажется, можно так сделать. Как раз подготовим все, отметим с размахом. — Баки… — Ага? — Мы серьезно делаем это? — глаза Стива светятся, а на губах появляется улыбка, которую зеркалит Баки и толкает его кулаком в плечо. — Тогда давай поженимся в субботу. А отметим летом. Разрешение получим сегодня, а завтра как раз собрание — скажем остальным, хочу увидеть их лица. — О, да. Мм, тогда мне нужно зайти домой за документами. Мы же успеем? А то вечер уже. — Они работают до восьми, успеем. Встречаемся там в шесть? — Ага. И потом зайдем поесть, а то мы не поужинали же. — Тогда выбирай ресторан, а я тебя туда приглашу. Только чтоб там места были. — Ишь, какой, все самые крутые рестораны уже всяко забронированы! Нехорошо экономить на будущем супруге, Стив! — Нам же нужно где-то сегодня поесть? А свадьба будет в самом, как ты говоришь, крутом ресторане, обещаю. — Да ладно, я же шучу. А то подумаешь еще, что я меркантильный, и выхожу за тебя только из-за денег. А мне, между прочим, важна только твоя душа! — А мне твоя. Стив все не может прекратить улыбаться, глядя на Баки. Случайно пришедшая в голову идея теперь захватила его полностью. Он уже думает о ресторане, гостях, костюмах, конкурсах, фотографе… А Баки стоит напротив с точно такой же улыбкой и даже не собирается его останавливать. Он ведь даже вопроса не задал — зачем? В смысле? Стив, ты с дуба рухнул? Просто согласился и все. — Обожаю тебя, — тихо говорит он, немного отвлекаясь от своих мыслей. Баки шагает к нему и крепко-крепко обнимает, гладит по спине. — И я тебя. Ну что, я за паспортом? — Давай. *** Разрешение лежит у Баки в кармане, и Стив даже видит его край, сидя в кресле напротив остальных Мстителей. Дождавшись относительной тишины, он поднимается и обводит всех присутствующих взглядом. — Кхм. Перед тем, как мы начнем собрание, у нас есть небольшое объявление. Мы с Баки… Мы… Эм… — Съезжаетесь? — спрашивает Клинт, прекратив разговор с Наташей. — Давно пора. — Мы женимся, — вступает Баки, глянув на застывшего Стива. Клинт реагирует мгновенно, никак не меняя выражение лица: — А, ну тоже давно пора. Мстители замирают на секунду, а затем со всех сторон слышится: — Поздравляем! — Мои поздравления! — Вот это действительно хорошая новость! — Так, а когда свадьба? — Церемония в эту субботу, мы хотим как можно скорее. А торжество летом. В июне? — не слишком уверенно тянет Стив, и Баки кивает ему. — В июне, число мы попозже скажем. Вы все приглашены и туда, и туда. — Ура! Вам нужна помощь с организацией? — оживленно интересуется Наташа. И это единственное, что ее волнует? Тони поднимает руку, и Стив жестом разрешает ему задать вопрос, мысленно приготовившись к нападению и шуточкам. Но нет, Тони спрашивает только: — А кто свидетели? — Моим будет Сэм, — отвечает Стив. Для Тони у них была припасена другая роль, и они надеятся, что он согласится. Стив замолкает, позволяя Баки сказать самому: — А моим Наташа. — О, вот это спасибо, Стив. Я украду твоего жениха, ну, знаешь, по традиции! — Сэм заговорщицки подмигивает ему и усмехается. И опять же — ни одного вопроса! Стив качает головой. — Ты мне его только верни к самой церемонии. — Вот это не гарантирую. — Я прослежу, — обещает Наташа. — Доставлю в целости и сохранности. И спасибо, Баки. Баки улыбается ей и кивает. Осталось последнее, и можно начинать собрание. Стив смотрит на Тони и дожидается, пока тот не ловит его взгляд. — Тони, проведешь церемонию? Мы читали, что можно получить в интернете разрешение и… — Запросто! Все будет в лучшем виде, Кэп! — Хорошо, — Стив облегченно выдыхает и садится в кресло. Баки под столом сжимает его руку, и они обмениваются улыбками. Все прошло куда удивительнее, чем они ожидали, но куда лучше, чем они планировали. — Что ж, а теперь к делу… *** Они неспешно идут домой по вечернему Нью-Йорку. Баки все норовит убежать вперед, а Стив хочет пройтись, так что хватает его под локоть и вынуждает замедлиться. Баки оборачивается к нему с улыбкой. — Я столько раз слово поздравляю ни на одном своем дне рождения не слышал. — Да, я тоже… Как-то странно все прошло, — делится сомнениями Стив. — Они же даже не спросили, ну, что-то вроде — правда? Почему? А вы встречаетесь? Они вообще никаких вопросов не задали! — Ага. — И это… Это же странно? — Пожалуй. — Как это все вообще произошло? — Ты же сам предложил. — Да, а ты просто согласился. Не спросил, зачем, не покрутил у виска, ты просто… Согласился. Сразу. — Почему ты так удивлен? Зачем предлагать что-то, если не ждешь согласия? — Я думал, ты хоть пару вопросов задашь. Я что, один удивляюсь происходящему? Я не знаю чего-то, что знают остальные? И ты тоже? — Не понимаю, чего ты хочешь, Стив? Знать, почему я согласился? Потому что ты предложил. Почему остальные не удивляются? Спроси у них сам. А если ты передумал, мы всегда можем объявить, что мы пошутили и все отменить, только скажи. — Ладно. Прости. — Так что, скажем остальным, что проиграли друг другу в карты? — Нет. Раз все в порядке, то пусть все так и идет. Я тоже не буду удивляться. И еще кое-что: где мы будем жить после свадьбы? — То есть? В Нью-Йорке? — В разных квартирах? Так не пойдет. Это и служба иммиграции заметит, да и вообще это странно. Переезжай ко мне? — Серьезно? — Ага, значит, это предложение тебя удивляет? Да, серьезно, я хочу жить вместе со своим… женихом. И тем более со своим мужем. Так что до свадьбы можешь подумать, но вообще жду тебя в нашем общем семейном гнездышке как можно скорее. — Хорошо, — Баки улыбается и пожимает плечами. — Тогда пошли сейчас ночевать ко мне, утром поможешь мне собрать вещи. — Пошли. Я рад, что ты решил не медлить. — У нас послезавтра свадьба, медлить некогда! — И то правда. *** — Думаю, нам стоит обсудить все то, что нам предстоит? — Ты про семейную жизнь? — В общем, да. — Давай обсудим. Объявляю семейный совет! — Не думаю, что у нас возникнут проблемы в быту, мы ведь уже жили вместе. Но мы достаточно известные личности, и информация о нашей свадьбе так или иначе просочится в прессу. Предлагаю, чтоб не ползли слухи и сплетни, самим дать интервью какому-нибудь хорошему изданию. — Ха, конечно, ты же Капитан Америка, а я — главный киллер двадцатого века. Звездная выходит парочка! — Нет, ты Баки Стан, 1987 года рождения, гражданин Румынии. — Это будет нашей официальной версией? — Это написано в твоем паспорте, нам придется так сказать. Мы же хотим избавить тебя от проблем с законом, а не создать их. Джеймс Барнс официально признан мертвым, а Зимний Солдат был повержен Щ.И.Т.ом, так что нам нужна другая история. Где мы познакомились и прочее. — А знаешь, что я предлагаю? Давай говорить правду? Они все равно ничего нам не сделают. Встретились в Бруклине, знакомы давно, свои чувства поняли не сразу, да, я внешне напоминаю Джеймса Барнса, без понятия, кто такой Зимний Солдат, женимся в субботу и планируем жить долго и счастливо. — Не сразу поняли свои чувства? — Тебе не нравится этот пункт? А как, страсть вспыхнула неожиданно? Искра промелькнула с первого же взгляда? Нет, так не пойдет, это педофилия какая-то. Нам было-то лет по десять, когда мы встретились, я не хочу такое говорить. Ну, чего ты так смотришь, мм? — Да вот, решил сделать еще кое-что. Стив опускается на одно колено и лезет в карман. — Господи, ты серьезно? — Абсолютно серьезно. Я хочу провести с тобой всю свою жизнь, бегая от миграционной службы, пока ты не получишь гражданство. Но это не так важно, как… Баки, ты выйдешь за меня? — Я согласен! — кричит Баки и, подняв его с колен, бросается Стиву на шею. — Ну вот, теперь все это нравится мне еще больше. Подожди, дай на кольцо-то посмотреть. Стоп… Оно что, настоящее? — Ну, а какое еще? Пластмассовое? — Ну да, я думал, ты бижутерию какую-то купил. Может, не стоило? — Стоило-стоило, примерь. — Подходит. Как ты узнал мой размер? — Нитка, палец, в интернете подсмотрел этот способ, — Стив пожимает плечами. — А еще я заказал нам кое-что для церемонии. И, надеюсь, это не будет слишком, так что предупреждаю заранее. — О чем? — У нас будут особенные кольца. — Стив, ты банк ограбил, кольца тут закупать в промышленных масштабах? Но ладно. Это… Круто. Спасибо. Мне никогда кольца не дарили, даже игрушечные, а тут сразу так… Это золото, да? И циркон, а то я не разбираюсь? Вау, у меня ведь глаза такого же цвета. — Это топаз. И золото, да. Я не сделал ситуацию странной, надеюсь? — Ты сделал ситуацию крутой! Иди сюда! Стив, ты лучшее, что со мной случалось! — Взаимно, — Стив улыбается, заключая его в теплые крепкие объятия. — Ну что, вернемся к обсуждению? Журналистам можно и расплывчато отвечать, а вот с миграционной службой нужно быть внимательными. — Тогда давай решим, в каком году мы познакомились и все прочее, чтоб в датах не путаться. Нам ведь не придется выдумывать много. — Да, у нас ведь есть наша история. Сядем тогда? — Ага, но я хочу сидеть в обнимку. Нам же нужно привыкать вести себя расслабленно друг с другом в плане прикосновений? — Разве нужно? — Ну, интервью и… — Я в том плане, что я уже давно привык. — А. Хорошо. Я тоже, в принципе. — Можешь сесть мне на колени. Так мы раньше не делали. — Да, так не делали. Я тяжелый, ничего? Рука весит тонну. — Поверь, я выдержу. — Ну тогда получай всего меня, — Баки усаживается к нему на колени и обнимает Стива за шею. Тот опускает руки ему на талию и несколько неловко усмехается. — Интересно, как это выглядит со стороны. — Если будем завтра давать интервью так, то увидим на фото. Но это как-то слишком. — Мы можем просто сидеть рядом и держаться за руки. — Да, хороший вариант. Я тебе голову на плечо положу. — А я тебя обниму за плечи свободной рукой. — Что ж, мы почти все продумали. — Стив… — Да? — А мы целоваться будем? На свадьбе-то? Старк уж точно этот пункт не проигнорирует. — Значит, поцелуемся тогда. — Ладно. — Нет, если ты против, можно же с ним поговорить. Это ведь не обязательно, да? Брак нам и так зарегистрируют. — Да я не против. Почему нет? Ничего сложного ведь нет. — Ну да, наверное. А ты целовался с парнями прежде? — Нет. Ты тоже? Ну… Это ведь не должно сильно различаться? — Да вроде нет, не должно. — Можем проверить. Ну, чтоб не было так неловко делать это там. — Да? Давай. — Прямо сейчас? — Ну да. — На счет три? — Черт, это уже неловко, — Баки тихо смеется. — Да, давай на счет три. Раз, два, три… Они замирают друг напротив друга на несколько секунд, словно не готовые поверить в то, что правда собрались сделать это, а потом Баки перемещает руку с шеи Стива на его затылок, тянет его к себе и целует. Стив закрывает глаза и отвечает на поцелуй, его ладони обхватывают лицо Баки, а губы раскрываются навстречу его губам. — Ммм, вроде неплохо, да? — неуверенно тянет Стив, отстранившись секунд через тридцать. — Спрашиваешь еще? Обалденно! Уверен, со стороны никто бы и не сказал, что мы это в первый раз. Так и будем, значит? — А как еще? Давай попробуем по-другому? — Ну… С языком? Или это слишком? — Да целуй уже, — усмехается Стив, и Баки послушно наклоняется к его губам вновь. Этот поцелуй затягивается дольше, и они пару раз сталкиваются носами, прежде чем устраиваются так, чтоб обоим было удобно. У Баки блестят губы, на его лице улыбка, а на пальце кольцо. Стив берет его за руку и переплетает их пальцы. — Так что, на каком варианте остановимся? — спрашивает он. Баки вдруг ерзает, а так как он все еще сидит у Стива на коленях, выходит несколько… Ох. — Бак? — Да? — Сиди спокойно, ладно? — А что? Оу, так ты тоже… — Баки снова смеется и замирает на одном месте, прекращая волновать Стива неожиданными телодвижениями. — Хорошо, что ты тоже, а то мне стало бы неудобно. Ну, мы же целовались, и ты хорошо целуешься, а это… Это естественная реакция наших организмов. — Знаешь, такое только у нас с тобой могло сработать. Старка я бы уже убил за шуточки еще на этапе предложения, Сэма — на этапе переезда ко мне, с ним же невозможно выжить, Наташа бы, думаю, сама убила меня за медлительность и дотошность, Брюсу я бы и предложить не осмелился, Клинт уже женат, а многоженство пока еще не разрешили. Кто еще? Ванда… Ванда мне как дочь, о таком мне думать странно. Хотя и у нас все должно бы быть странно, но почему-то не странно. Кто я тебе? Мы ведь не братья, но… — Какие братья? Инцест сюда не впутывай! А ты мой будущий муж. Мой лучший друг. Мой самый близкий человек. Мое все. Родственная душа. Вторая половинка, — Баки умолкает и продолжает смотреть на него с легкой улыбкой на губах. Стив тянет его к себе, целует в щеку и в нос, прижимается к его лбу своим и шепчет: — Это все абсолютно взаимно, Бак. — Поэтому мы и женимся? Стив думает о миграционной службе, а потом его взгляд цепляется за кольцо, камень на котором сияет ярко, но все же не так ярко, как счастливые глаза сидящего напротив него Баки. Да все же очевидно! Он улыбается открыто и искренне, кивает. — Да. Поэтому мы и женимся. Баки усмехается и обвивает его шею свободной рукой, от чего Стив сперва вздрагивает, а потом начинает улыбаться еще шире. — Надо тебе перчатку такую длинную, как у невест, а то рука холодная. Нет-нет, оставь. Оставь. — Хорошо. *** Стив договаривается об интервью через Вижна — у того еще в обличие Джарвиса сохранилась масса контактов различных журналисток, по рабочим ли делам или весьма нерабочим, а те частенько оставляли Тони визитки в былые времена. Стив с Баки долго подбирают рубашки и брюки, решив одеться друг под друга, Баки расчесывает волосы под чуть насмешливым взглядом Стива, и они выходят из — ставшего общим — дома. — Что? Я хочу, чтоб жених Капитана Америка выглядел хорошо. — А он будет выглядеть прекрасно, даже если придет в драной майке и трусах. — Не удивлюсь, если драные майки — это теперь модно. Джинсы же рваные покупают. И если ты хочешь сделать мне комплимент, не обязательно использовать третье лицо. — Ты красивый, — выходит как-то слишком прямо, и Стив смеется. — Да нет, правда красивый. — Ты тоже очень красивый. Всегда был, и до сыворотки, и после. Если б я умел рисовать, я бы нарисовал твои портреты — бруклинский ты, военный ты, сейчас-пойду-против-Зимнего-Солдата ты и ты сейчас. Может, сам нарисуешь? — Я лучше нарисую тебя. В те же самые периоды. После свадьбы займусь этим. Фух, глубокий вдох… Возьмешь меня за руку? — Разумеется, дорогой, — усмехается Баки и с довольным видом переплетает их пальцы. — Итак, вперед! Мы же не робкого десятка, так что справимся! Интервью проходит… Отлично. Баки, как они и договаривались, большую часть времени лежит на его плече, а Стив обнимает его за плечи, незаметно сжимая руку чуть крепче, когда вопросы задевают его за живое. Они туманно отвечают на вопросы о том, где именно в Бруклине они познакомились, и кем Баки работал до службы в Щ.И.Т.е, а за удивленное «какой еще Джеймс Барнс?» Баки нужно бы выдать Оскар. Стив ему об этом сообщает на ухо, а Баки смеется и запрокидывает голову. — Ох, Стиви, ну не сейчас же. Стив усмехается и целует его в щеку. Он представляет реакцию людей — а ведь, на его удивление, нашлось так много людей, которым не все равно, которым важно знать подробности его жизни и следить за ней. Стиву весело, и он окончательно расслабляется, соглашаясь поучаствовать в фотосессии и раз за разом обнимает Баки так, как его просит фотограф. Они выходят, все еще держась за руки и посмеиваясь. — Это самое безумное из того, что мы делали! — сообщает ему Стив. Баки фыркает. — Ага, ты еще свадьбу подожди. Вот где будет все веселье. Старк в организаторах — да даже мне страшно! — Там ведь будут все наши близкие, это главное, — Стив улыбается. Ему нравится, как рука Баки лежит в его руке, как кольцо чуть колет кожу, напоминая о том, что они собрались делать, так что Стив не планирует в ближайшее время выпускать его пальцы. — Зайдем пообедать? Или домой? — Давай в магазин, я что-нибудь приготовлю. Мне не хотелось бы сейчас общаться с кем-то, ну, кроме тебя, разумеется. Завтра уже начнется. — Да, завтра начнется, — улыбаясь, как идиот, повторяет Стив. — Мы женимся! Баки хитро посматривает на него, а потом поднимает их руки вверх, на манер судьи на ринге, поздравляющего победителя. Набрав в грудь побольше воздуха, Баки сообщает всей улице: — Мы, блин, женимся! И под удивленные смешки и хлопки, Стив утаскивает Баки в сторону ближайшего магазина. *** Церемонию они проводят в Башне Старка. Если бы не костюмы и оформление, судя по собравшимся, можно было бы принять происходящее за собрание Щ.И.Т.а, потому что тут Мстители, Коулсон, Мария Хилл, Шерон Картер, Роуди, Скотт Лэнг. Плюс фотограф, видеограф, официанты и диджей. Стив и Баки в костюмах, с бабочками и бутоньерками, все официально и традиционно — миграционной службе и газетам на радость. Они стоят напротив Тони, справа от Стива ухмыляющийся Сэм, слева от Баки — улыбающаяся Наташа. Коробку с кольцами приносит Ванда и замирает неподалеку. — Согласны ли вы, Баки Стан, — Тони маскирует усмешку в голосе под кашель. — Взять в мужья Стивена Гранта Роджерса и быть с ним в горе и радости, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас? Баки смотрит на Стива и немедленно отвечает: — Согласен. Потому что это то, как все оно есть, и как было всегда. Баки единственный, кому довелось быть со Стивом в болезни, и единственный же, с которым сам Стив хочет быть в здравии. А радость они создадут сами — уж заслужили за все пережитые вместе и по отдельности горести. — Согласны ли вы, Стивен Грант Роджерс, взять в мужья Баки… Стив не слушает Тони, глядя на Баки. Не удержавшись, он ловит руку Баки и переплетает их пальцы, как они часто делали в последнее время. Это успокаивает, и все направленные на них взгляды меркнут и становятся не важны. — Скажи да, — с улыбкой подсказывает ему Баки, и Стив поспешно говорит: — Да, согласен. — Тогда властью, данной мне вебсайтом, чье название я на шпаргалку не записал, объявляю вас женой и женой. То есть, мужем и мужем. — Тони! — возмущенно шикает на него Стив. — Да целуйтесь уже! А, кольца. Обменяйтесь кольцами, потом целуйтесь. Открыв коробочку, Баки смотрит на кольца, не моргая, секунд десять. Потом переводит взгляд на Стива и приподнимает брови, пораженно улыбаясь. — Особенные, говоришь? На кольцах красные рубины складываются в половину звезды Баки — такой же, как на его руке, а другую половину звезды составляют бриллианты и сапфиры — копия знака со щита Стива. Баки поднимает кольцо и чуть не роняет его, заметив гравировку изнутри. — До последней черты. Вместе, — шепчет Баки, надевая кольцо на его руку. — До последней черты, — повторяет Стив. У Баки дрожат пальцы, а на лице какое-то странное выражение, которое Стив не успевает разгадать до того, как Баки притягивает его к себе и целует. И он решает использовать второй вариант поцелуя, так что у Стива подкашиваются колени, и он крепче цепляется за Баки. — А теперь выпьем! Ура! За здоровье — здоровье у них уже есть — за счастье молодых! — Пойдем? — Стив тянет Баки к столу, и они садятся рядом. Баки не решается посмотреть ему в глаза, так что просто почти привычно уже опускает голову ему на плечо и наблюдает, как Стив раскладывает еду по их тарелкам. — Мне кажется, это лучший день в моей жизни, — тихо признается Баки, и Стив не может сдержать улыбку. — Мы целы и невредимы, свободны и спокойны, никакая угроза не нависает ни над нами, ни над миром, мы в кругу друзей и мы… — Вместе, — заканчивает за него Стив и кивает. — Да. Я сегодня так счастлив, что даже фото на телефоне сменю, как нам фотограф сегодняшние снимки пришлет. — Ну, или я нам обоим сменю, чтоб тебе не разбираться, как это сделать. — Спасибо, — облегченно шепчет Стив и, увидев направленную на них камеру, разворачивается и целует Баки в щеку. — Поедим и займемся фотосессией? — Ага. Черт, потом еще ехать насчет этой гринкарты… Может, ну ее? У меня ведь есть рабочая виза, я могу ее и так продлить? Стив смотрит на Баки, но не решается задать вопрос. Раньше ему казалось, что они делают все это ради гринкарты. То есть, они начали делать это ради гринкарты, но сейчас… Сейчас Стиву так уже не кажется. Он просто счастлив, что это произошло, и все сложилось именно так. Стив пожимает плечами. — Как скажешь. Но лучше тебе будет все же получить американский паспорт. Мало ли что со Щ.И.Т.ом? Как показала практика, произойти может что угодно. — А если у меня закончится виза, покрывать нелегального иммигранта и прятать меня в своей квартире ты не намерен? Понятно, — тянет Баки, шутливо сдвигая брови. Стив усмехается. — Да я просто с тобой уеду. Куда там? В Румынию? Хорошо. Я там был только один раз, когда за тобой приехал. — Прости, что я от тебя бегал. Что не остался рядом после крушения хеликарриеров. — Тебе нужно было разобраться со всем произошедшим, я понимаю, — шепчет Стив и гладит Баки по голове, целует его в лоб. Их сейчас даже никто не снимает, но ему все равно. — Вспомнить все. — Тебя я вспомнил сразу, как увидел. А может, никогда и не забывал. Слишком уж глубоко ты мне в душу запал, — Баки усмехается. Он не возражает ни против руки в своих волосах, ни против осторожных поцелуев в лоб и в щеки, напротив жмется к Стиву ближе и бодает носом в висок. — Ладно, давай сделаем мне гринкарту. Больше вариантов для свадебного путешествия будет, а то я не хочу проволочек с визами. — У тебя уже есть идеи, куда мы поедем? Они это даже ни разу не обсуждали, но сейчас становится очевидно — летом у них свадьба, а потом медовый месяц. — Как насчет тыкнуть в глобус три раза и выбрать? — Отличная мысль! Надеюсь, это будет не Аляска. — Ой, нет, я холода уже достаточно в своей жизни натерпелся, хотелось бы погреть косточки. Мальдивы? Бали? Тунис? — Мы об этом подумаем. — Мы, — с улыбкой тянет Баки. — Блин, а здорово звучит, я теперь постоянно буду говорить «мы»… *** Они приезжают домой уставшие и вымотанные. Миграционка их основательно так помяла и погоняла по вопросам друг о друге, но они были сами удивлены тому, насколько хорошо справились. Баки снимает пиджак и бабочку, оставаясь в белой рубашке. Он морщится, хватаясь за плечо. — Чего такое? — чутко спрашивает Стив и подступает к нему, заменяет его руки на спине своими. — Давай помассирую. — Спасибо. Оно иногда ноет. — Я хотел еще кое-что сказать. — Мм? — Когда мы были у нотариуса, я переписал на тебя половину квартиры. Понятно, что если со мной что-то случится, она по наследству перейдет к тебе, но пусть и сейчас у тебя свое жилье будет. — Так, ну, во-первых, никаких «если что». Максимальное «если что», которое я тебе разрешаю — это попасть в больницу, но чтоб не что-то серьезное, понял? А я теперь кстати могу при операциях присутствовать и навещать тебя где угодно… Это я отвлекся. Во-вторых, я завтра переложу деньги с одного счета на другой. Так что они станут совместно нажитым имуществом, а ты сможешь этим счетом пользоваться. Можно купить где-нибудь домик и путешествие оплатить. — Баки… — Да? — Я все еще до конца не верю, что мы это сделали, но я так рад, — шепчет Стив и обнимает его на несколько долгих секунд. — Ладно. Нам нужно заполнить бумаги, которые нам выдали. Пойдем, ляжешь, раз у тебя плечо болит. Они перемещаются в спальню Баки, на уложенную, увы, не лепестками роз, а бумажками кровать. Стив тоже снимает пиджак, чтоб не помять его, и заваливается рядом с Баки. Они тихо переговариваются, уточняя друг у друга какие-то моменты, и сами не замечают, как начинает светлеть. — Черт. — Чего такое? Ошибся? — Стив вскидывает голову. — Да нет, я закончил. Но сейчас четыре утра. — Ничего себе. Так, минуту… Я тоже закончил, ура, — Стив собирает все бумаги в аккуратную стопку и кладет их на тумбочку. — Выходит, мы пропустили брачную ночь? — Да, осталось лишь брачное утро. — Тогда… — Стив неуверенно поднимается. — Спокойного утра? — Стив, помнишь, у нас же осталось по одному желанию из-за спора? Так вот… Останься, — тихо просит Баки. Он на коленях стоит на кровати и смотрит Стиву в глаза. — Останься, а? Стив молча расстегивает ремень, снимает брюки и рубашку. Пока он вешает их на стул, Баки тоже остается в одних боксерах и, выключив свет, ложится в кровать. Стив юркает под одеяло и обнимает Баки обеими руками, крепко прижимает к себе. — Мне кажется, я… Я увлекся, — признается Стив ему на ухо, оставляет пару ласковых поцелуев на его щеке. — То есть? — Я не знал, что все сложится так. Я ведь… Я предложил тебе пожениться ради твоего гражданства, — признается Стив. Баки дергается, но отвечает: — Ну да, я сначала так и понял. Мы ведь говорили об этом на той неделе, у меня отложилось это в памяти. — И ты поэтому согласился? — Честно? Нет. Мне просто понравилась эта идея. Стать твоим мужем. Мне всегда не хватало слов рядом с тобой, даже то, что я сказал тебе после того, как мы репетировали поцелуй — этого мало. Если бы мы родились в одной семье, ты был бы мне братом. Но мы родились в разных и создали свою собственную семью, а это вроде как и называется браком. Это глупо? — Нет. Это очень красиво и точно. — И все же это глупо. Ты-то предложил мне пожениться, чтоб меня из страны не выкинули. Что тоже мило, но имеет другую цель. — Может, я и предложил тебе за меня выйти ради гражданства, но женился на тебе потому, что я тебя люблю. Я так сильно люблю тебя, Бак, — шепчет Стив, пока гладит Баки по голове, рассматривает его в свете восходящего солнца и не может налюбоваться. Баки улыбается и, поймав, целует его пальцы. — Я тебя тоже люблю, Стив. Выходит… Наш брак настоящий? — Конечно, настоящий, у нас есть официальное заключение миграционной службы, что он настоящий. И брак — это же добровольный, равноправный союз двух людей, заключаемый для создания семьи, а это и было нашей целью. — Здорово, — шепчет Баки. Они смотрят друг на друга, почти не моргая, минуты две. Затем Баки смеется и качает головой. — Ты меня с ума своим взглядом сводишь, прекрати. — Не смогу. Я не умею смотреть на тебя иначе, а тебе стоило думать о том, на что ты подписался. Тебе ведь придется терпеть это до конца наших дней. — Точнее, до последней черты? — Ага. — И чем я думал… — сокрушаясь, вздыхает Баки. — А с кольцами — это ты сам или надоумил кто? — Сам. Нарисовал эскиз и доплатил за срочность. Но меня ювелир узнал, так что было проще. Пожелал нам счастья. — Это очень мило, Стив, — Баки гладит его по щеке, проводит вдоль его губ большим пальцем. Стив улыбается. — Спасибо, просто у нас же особенная связь, так что нам и кольца нужны особенные. — Я безумно хочу поцеловать тебя последние полчаса, а ты совершенно не помогаешь мне бороться с этим желанием. — Ну… Я хочу поцеловать тебя весь вечер, так что… Баки усмехается, а потом тянет его к себе и целует. Они смещаются на кровати, так, что теперь Баки под Стивом, обвив его руками и ногами, и все это просто восхитительно хорошо. — Ты можешь целовать меня в любое время, дурак, ты же мой муж, — шепчет ему Баки, продолжая улыбаться. И Стив решает не упускать возможность, а потом не упускает ее еще раз и еще. Они так и проводят утро, целуясь и обжимаясь, пока не засыпают в обнимку, лежа друг на друге. Стив просыпается от запаха блинчиков и чувствует себя так, словно проснулся в мелодраме с предсказуемым хэппи эндом. Он встает и идет в душ, а затем спешит на кухню, где Баки уже заканчивает возиться с последней партией. Стив подходит к Баки сзади — позволив услышать его шаги, чтоб не оказаться на полу с заломанными руками — и крепко обнимает его со спины. Баки разворачивается, чтобы поцеловать его, но слишком резко. А на Стиве было одно лишь полотенце, так что… — А давай позавтракаем попозже? — предлагает Баки, переступая через упавшее полотенце и шагая к Стиву ближе, прижимаясь вплотную. — Отличная идея, — охрипшим голосом говорит Стив. Баки тихо смеется и все же целует его. — Тогда пошли в спальню? — Ага. Только не бойся. Вместе мы разберемся и что-нибудь сообразим. Ты же хочешь? — Очень хочу, если честно, — смущенно признается Стив, и Баки обвивает его шею руками. Идея слишком заманчивая, так что Стив подхватывает его на руки, да так и несет до кровати. — Ты просто чудо, — улыбается Баки. Он позволяет Стиву снять с себя футболку и, как и позавчера, садится к нему на колени, только теперь ощущения совсем другие и сдерживаться необязательно. — Я не знаю, что делать, ты только не смейся. Баки все-таки смеется, но очень по-доброму и заразительно, так, что Стив начинает смеяться тоже. — Да все в порядке, говорю ж — разберемся. Господи, я так люблю тебя, — шепчет Баки ему на ухо. — И я тебя, — Стив прерывает его смех поцелуем и заваливает Баки на кровать. У него самый прекрасный муж на свете, но, кажется, стоит после завтрака позвать Баки на свидание. Стиву не хочется ничего упустить в их отношениях, и неважно, в каком порядке наверстывать. А так как у Стива ещё осталось желание с их дурацкого спора, можно будет уговорить Баки пойти куда угодно. — И я тебя, — повторяет Стив, нависая над счастливо улыбающимся Баки. Все абсолютно правильно, все именно так, как должно было сложиться. Это было лучшим решением в его жизни.