You can make me whole

- Я так понимаю, теперь ты будешь неустанно следить за двумя «заключенными». Тони, ты думаешь, он настолько опасен, что Джарвис не в силах справиться без твоего постоянного надзора? - Тор сказал, что это Коварство Локи. И я подозреваю, что за все гадости, которые натворил в свой прошлый визит на Землю асгардский бог, ответственен именно он. - Но в данный момент он уже четвертый час сидит в углу своей камеры, а ты – в лаборатории, наблюдая за ним. Может, Тор ошибся? Он ведь даже не объяснил толком, чем эта часть Локи настолько коварна. - Радуйся, кэп, что в Асгард со срочным визитом прибыла богиня Фрейя, и Тор не смог задержаться здесь настолько, чтобы поинтересоваться поведением Похоти Локи. Роджерс замолчал и уставился в монитор, где Похоть Локи, абсолютно обнаженная и свободная от каких-либо оков, стояла посреди камеры и задумчиво оглядывала целую коллекцию вибраторов, анальных пробок и прочих секс-игрушек, пытаясь выбрать. Стив слабо верил в то, что это может сработать, но доктор Беннер связался с Тони по скайпу и, проанализировав свои наблюдения, а также чувствуя вину, предложил попробовать отвлечь неугомонную часть Локи таким образом, а также поставить в его камеру пилон. Как ни странно, доктор оказался прав – уже второй день стриптизер танцевал, ловя запрограммированные Джарвису аплодисменты, и пытался выбрать себе подходящий аксессуар для развлечений. Размышления капитана прервал звонок. Довольная Наташа сообщила, что они с Брюсом скоро вернутся, и добавила, чтобы Стив, Тони и Тор готовились к сюрпризу. Судя по заговорщическому выражению лица и хитрому прищуру глаз, расспрашивать её о чём-либо было бесполезно… *** Тору пришлось вернуться в Асгард, не успел он отбыть в Мидгард. Путешествующая уже много лет по мирам Иггдрасиля Фрейя решила озарить Асгард своим великолепием и возжелала непременно повидаться со своим другом детства Тором Одинсоном. - Позволь поприветствовать тебя, о прекраснейшая Фрейя. Тор вошел в гостевые покои, гостеприимно отведенные богине, где та расположилась с шиком, присущим ее избалованной натуре. Фрейя полувозлежала на некоем подобии трона из мягких пуховых подушек, застеленных легчайшей шелковой тканью. Богиня не обременяла свое тело массивными нарядами из тяжелых и плотных тканей и украшениями из камней и металла, что были распространены в Асгарде, а облачалась в легкие полупрозрачные наряды, и если становилось холодно, предпочитала натуральный мех. Вот и сейчас ее платье соблазнительно очерчивало формы, но при этом создавало образ не пошлый, а загадочный и манящий. - Здравствуй, Тор Громовержец, - с самодовольной улыбкой произнесла богиня. Тор вышел из ступора, мысленно отругав себя за то, что позволил себе заглядеться на прелести богини, и почему-то до боли реалистично и отчетливо представил взгляд Локи, будь он сейчас здесь. Тор никогда не был трусом, но почему-то вся мечтательность вмиг улетучилась из его головы и на смену ей пришла, возможно, даже немного чересчур суровая серьезность. Громовержец оглядел комнату – вокруг ложа богини любви, причудливым образом занимая все пространство, расположились пять больших грациозных кошек. Тор по-доброму усмехнулся. - Помнится, когда мы виделись в последний раз, ты путешествовала на двух котах, а теперь, я смотрю, в твоей свите пополнение. Тор расположился в кресле напротив Фрейи. Она хлопнула в ладоши, и ее личные слуги принесли фрукты и кувшин ванахеймского вина, недостаточно хмельного и чересчур сладкого на вкус Громовержца, а потому вполне подходящего под определение «дамского» напитка, которого, однако, он был вполне не прочь отведать, чтобы выказать уважение гостье. - Да, в моей колеснице котов теперь шестеро. Это существенно увеличивает скорость движения, скажу я тебе. – Фрейя весело улыбнулась, было видно, что она соскучилась по другу детства. - Однако их здесь нет. Один Всеотец выделил для них отдельные апартаменты в помещении для королевских ездовых животных. Тор еще раз окинул комнату удивленно-вопросительным взглядом, что вызвало у богини веселый смех. - Перед тобой же кошки, мои верные спутницы. Это Ингрид, это Келда, а это Ханна. Фрейя указала на трех кошек белого, рыжего и леопардового окраса, вальяжно спящих на подушках вокруг ее ложа. Тор оглядел животных, устремил взгляд куда-то поверх них и, ухмыльнувшись, откинулся на спинку кресла, поднося к губам кубок с ванахеймским напитком. - Ты настолько заботишься о своих ездовых котах, что завела гарем из жриц любви для них? Фрейя едва не поперхнулась вином, глоток которого только что сделала. В её глазах мелькнула сталь, и точно такая же сталь отразилась в глазах всех кошек, в один миг недобро воззрившихся на Тора. - Как ты смеешь говорить такое о моих красавицах, Громовержец?! Мои кошки – богини, подобные мне, а не распутные девки для увеселения моих возничих. К тому же, все мои коты кастрированы. Тор обернулся, в углу на подушке лежали два представителя семейства кошачьих, и, судя по тому, как они вылизывали друг друга, заигрывания их выглядели недвусмысленно. У Громовержца не было сомнений, что они являлись парочкой. - Если все твои коты кастрированы, что тогда делают вон те двое? – спросил Тор, натянув на лицо самую доброжелательную улыбку, чтобы вспыльчивая богиня вновь не нашла повода для обиды. Фрейя обернулась. - Ах, это Мэрит, - ласково и с невероятным обожанием произнесла богиня. - А эта великолепная черная красавица совсем недавно у меня. Она появилась при таких загадочных обстоятельствах, при которых рождаются лишь боги. Около месяца назад, когда была чудовищная гроза… Интересно, кстати, узнать её причину, Тор, такого буйства и печали стихии я ещё не видела на своём веку. Так вот, в этот кошмарный дождь эта кошка просто появилась на пороге моей резиденции в Свартальвхейме. Возникла будто из ниоткуда. Я назвала её Рунгерд. Услышав имя, кошка повела ушами и подняла голову. От яркости пронзительных зелёных глаз у Тора на миг перехватило дыхание. - Кис-кис, иди сюда, красотка, - позвала кошку богиня. Рунгерд с некоторым сожалением оторвалась от вылизывания своей подруги, на что та ответила явно разочарованным взглядом и тяжелым вздохом, и грациозно направилась к Фрейе. Тор смотрел на прекрасное животное, и ему упорно не верилось, что это кошка. Длинное стройное тело, покрытое лоснящейся черной шерстью, на вид жесткой, как у пантеры, сильные лапы и мышцы, отчетливо выделяющиеся при ходьбе. Тор бы поклялся, что перед ним огромный, красивый, идеальный в своей грациозности, но всё же кот, а не кошка. Когда животное прошло мимо, Одинсон постарался максимально незаметно для Фрейи и кошки заглянуть последней под хвост, но всё, что ему удалось разглядеть за те доли секунды, прежде чем животное гордо село у ног своей хозяйки, это пушистый мех, способный с успехом скрыть мужские половые признаки кошачьего. Рунгерд подошла к Фрейе и, сев у её ног, ласково уткнулась богине в подставленную ладонь. Фрейя провела по лоснящейся шерсти, почесала за ухом, от чего кошка начала сладостно и громко мурлыкать. Тор неоднократно наблюдал в Мидгарде, как кошки влияли на людей, умиротворяя своим мурлыканьем, заставляя людей счастливо улыбаться и порой совершать странные поступки. Например, Дарси, ассистентка Джейн, кормила своего кота с ложки из своей тарелки, потому что из миски на полу этот пушистый обормот наотрез есть отказывался. «Он породистый кот элитных кровей», - объясняла она, хотя однажды Тор случайно заметил, как кот гонял во дворе воробья, а когда увидел, что за ним наблюдают, метнул в Тора такой убийственный взгляд, обещающий все кары небесные, если тот выболтает хозяйке хоть слово, что Громовержец решил промолчать. Тор ждал, что Дарси сама заметит, когда тем же вечером она вычесывала бурые перья из шерсти кота, но она лишь бросила взгляд на распотрошенную перьевую подушку в углу, вздохнула и под громкое мурчание пушистого подлизы отправила подушку в помойку. Тор поразился наглости и хитрости рыжей мидгардской кошачьей морды. Сейчас же он понимал, что, похоже, магия кошачьих действовала не только на людей, но и на богов тоже. А точнее, на богинь. - Ты уверена, что это кошка, а не кот? - стараясь говорить как можно мягче, начал Громовержец. - Твои слуги произвели тщательный осмотр, когда она появилась? - Безусловно, мои самые верные жрицы тщательно вычесали ее и окропили храмовыми благовониями, затем принесли ей дары, - продолжая гладить кошку и пребывая от этого в явном экстазе, ответила Фрейя. - У нее шикарное воспитание и повадки грациозной царицы. Уж не знаю, при чьем дворе она выросла, но теперь она моя и никому отдавать ее я не собираюсь. - То есть, под хвост ей никто не заглядывал? – наконец Тор озвучил прямо беспокоивший его вопрос. Фрейя и кошка уставились на Громовержца одинаковыми ошарашенными взглядами, будто он только что сморозил самую несусветную глупость и совершил тяжкое преступление одновременно. - Разумеется, нет! – возмутилась богиня. - Ни одна взрослая кошка не позволит оскорбить себя подобным образом! - Прости, Фрейя, но тогда я совершенно не понимаю, почему ты решила, что перед тобой именно кошка. - Тор, ну это же очевидно. Ты только посмотри а неё. Коты никогда так себя не ведут. Они слишком суровы, воинственны и скупы на ласки, а кошки… - Рунгерд подошла к Тору и начала ластиться, вылизывать пальцы, преданно заглядывая в глаза. - Да и потом, коты гораздо крупнее. Не знаю, возможно, в Мидгарде кошачьи растеряли свою боевую природу, но наши коты разительно отличаются от кошек, им не нужно заглядывать под хвост, чтобы определить, кот перед тобой или кошка. Смотри, ты ей понравился. Рунгерд вылизывала его пальцы, неспешно проводя шершавым влажным языком и неотрывно смотря на него изумрудно-зелеными глазами, а в памяти предательски остро вспыхивали моменты, когда другой податливый рот вбирал в себя его пальцы, всасывал, водил языком, предвещая большее, заставляя сердце бешено биться, а член болезненно тяжелеть. Тор мог поклясться, что видел в глазах этой кошки знакомый блеск, и это сводило его с ума. В том, что это Локи, сомнений практически не было, как и в том, что перед ним кот. Кот, а не кошка! Хотя Любовь Локи оказалась женщиной, почему бы одной из его частей не быть кошкой? *** Вечером весь Асгард собрался на пиру в честь Фрейи. Богиня занимала почетное место во главе стола напротив царствующей четы Одина и Фригг. Позади Фрейи было выделено специальное место для её кошек, где пушистые красавицы разлеглись на оленьих шкурах и мягких подушках. - Мама, посмотри на ту чёрную кошку из свиты Фрейи, - имитируя светскую беседу, едва не на ухо шепнул матери Тор. – Это ведь Локи? Фригг стала внимательно наблюдать за поведением Рунгерд и на правах хозяйки несколько раз за вечер выходила из зала в кухню проверить, как справляются повара и лично принести почетной гостье особого хмельного мёда, нарочно проходя как можно ближе к месту лежбища кошек. - Определённо, это его взгляд, - в конце, когда изрядно запьяневшие гости начали расходиться, ответила Фригг Тору. Громовержец посмотрел на Фрейю, которая весело танцевала и обнималась с асгардскими воинами, потом перевел взгляд на кошек и… не обнаружил среди них Рунгерд. Тор осмотрелся – кошки нигде не было. Он встал из-за стола, чокнулся с воинами, допил свой кубок и незаметно вышел из зала. - Рунгерд! – негромко звал Тор, зная, что если кошка захочет выйти к нему, она и так его услышит, а не захочет, то можно орать сколько угодно громко – толку не будет. Громовержец шел по пустым коридорам дворца и звал, но нигде не было ни шороха, ни намека на присутствие пушистого зверя весьма внушительного размера. Вдруг за дверьми тронного зала послышался грохот. Тор ринулся к стражникам у ворот. - Кто-то мог проникнуть в тронный зал? - Никак нет, Ваше Высочество. - Откройте. Громовержец вошел внутрь и увидел, как Рунгерд вылизывается, сидя на троне, а рядом валяется перевернутый кувшин с лавандовым благовонием. Тор решительно направился к пушистой нарушительнице порядка, не осознавая, как на его губах против воли появилась улыбка. «Я в курсе, что ты терпеть не можешь лаванду, братец, а также что тебе понравилось на троне, пока отец спал, а я был сослан в Мидгард, но это уже выглядит как наглость», - проговорил он про себя. Тор приближался к кошке, а она, кажется, даже не думала убегать от него. Складывалось впечатление, что животное достигло своей цели: оно выглядело вполне довольным собой и с присущей всем кошачьим грациозностью показывало, что ему плевать, что думают по этому поводу другие. Одинсон подошел вплотную к трону и, когда Рунгерд подняла на него свои хитрые зеленые глаза, не удержался и положил руку на мягкий затылок, провел по шерсти и стал чесать за ухом. Кошка наклонилась и ткнулась в руку, подставляясь под ласку, показывая, что ей нравится, и требуя еще. Довольное урчание эхом разнеслось по пустому залу, подобно грому. - Хорошая киса. Пойдем со мной. Фрейя будет очень расстроена, если узнает, что ты сбежала от неё. Пожалуйста. Тор слегка подтолкнул кошку под лопатки. Конечно, он мог бы взять её на руки, но в случае сопротивления это превратилось бы в настоящую схватку с весьма плачевными последствиями. Одинсону не хотелось ходить со следами от когтей и придумывать достойную героя легенду о том, где он их получил. К тому же, кошка Фрейи могла счесть такую фамильярность оскорблением её кошачьего достоинства. «Хотя Локи наверняка позволил бы мне», - промелькнуло в голове. Тем не менее, Рунгерд, кажется, нисколько не разочарованная тем, что ее потревожили и попросили уйти, с лукавым блеском в глазах спрыгнула с трона и, изредка оглядываясь на Тора, бесшумно направилась к выходу. - Никто не мог проникнуть в зал, говорите? – Тор не смог не остановиться и не пристыдить зазевавшихся стражников. - Ваше Высочество, мы понятия не имеем, как это животное оказалось там, - оправдывались стражи. - Вернее, это же кошка Фрейи. Она пришла, вертелась тут, ласкалась, тёрлась, просила, чтоб погладили. А потом вдруг исчезла, мы и понятия не имели, что она могла пробраться в тронный зал. «Хитрость», - про себя подумал Тор и посмотрел на кошку. Та сидела и как ни в чем не бывало облизывала лапу. - Идём, Рунгерд. Нужно вернуть тебя Фрейе. Громовержец направился дальше по коридору, прочь от тронного зала. Хитрость Локи, а теперь у бога грома не было сомнений, что Рунгерд была именно ей, казалась Тору, наверное, самым необычным воплощением части личности брата. Хотя всё было вполне логично. Одинсон поймал себя на мысли, что, наблюдая за братом, не раз про себя сравнивал его с котом в его томной грации и умении совершать шалости с самым невинным выражением лица. Близость Локи, пусть лишь ещё одной его части, успокаивала и в то же время щемила сердце. Коридор был длинным и пустым. Тору необходимо было пройти мимо покоев родителей, своих и Локи, чтобы потом свернуть в гостевое крыло и отвести Рунгерд в ту часть дворца, которую занимала Фрейя и остальные кошки. Рунгерд шла чуть впереди, будто дворец был ей хорошо знаком. Тор усмехнулся и, проходя мимо своей спальни, едва не споткнулся об остановившуюся кошку. - Эй, это мои покои. К сожалению, я должен отвести тебя к Фрейе, иначе она поднимет шум… Рунгерд подняла на Тора свои завораживающие глаза, ткнулась мордой в ладонь и замурлыкала, потом положила лапу на дверь, безапелляционно давая понять, что хочет зайти именно в эту комнату. Тор без лишних пререканий отворил и впустил кошку в свои покои. - Ну вот, Локи. Узнаёшь? Хотя, я так понимаю, вся твоя память сосредоточена в том компьютерном файле, но всё же. Рунгерд осмотрелась и подошла к Тору ближе, вплотную, ласкаясь и мурлыча и методично оттесняя его к кровати, пока он, споткнувшись, практически не упал на неё. - Что ты творишь? Кошка запрыгнула на него и улеглась сверху, придавив своей немалой массой поверх парадного доспеха. - Подожди, позволь мне хоть переодеться. Рунгерд нехотя слезла с Тора и легла на кровать рядом, пристально наблюдая, пока тот переоденется в пижамные штаны и льняную рубаху. Затем снова стала ласкаться, облизывать лицо и пальцы и громко утробно мурчать. - Ха-ха, эй, прекрати, щекотно! Тор пытался уворачиваться, зарываясь пальцами в густую шерсть, жесткую и гладкую сверху, под которой, как оказалось, был невероятно мягкий пушистый подшёрсток. Вытянувшись, эта кошка была практически с Тора ростом, но он совершенно не боялся ни мощных лап с острыми когтями, ни огромных клыков. Громовержец обхватил морду животного и посмотрел ему в глаза. - Локи. Ты нужен мне. Пожалуйста, идём со мной. Завтра утром заберем остальных, Любовь и Страх, и отправимся в Мидгард. Я нашёл почти всех вас. Остался лишь разум, но я думаю, Старк уже подключил свои гениальные изобретения к его поиску. Я соберу вас всех вместе, заберу у Хель твою Глупость и воссоздам тебя. И больше никогда не сделаю тебе больно. Локи… - Кошка мурчала, привалившись всем своим тёплым пушистым телом к боку Громовержца, пока он, бормоча что-то и продолжая перебирать пальцами густую шерсть, не уснул. Когда Тор внезапно открыл глаза, будто выброшенный из сна в явь, Хитрости Локи рядом не было. Комната была пуста. Тор поднялся с кровати, не представляя, где искать Хитрость Локи. Он вышел из своих покоев. Признаков паники во дворце не было, криков Фрейи тоже. Может, кошка вернулась в покои богини? Хотя с Хитрости Локи сталось бы снова пробраться к трону. Решив проверить просто на всякий случай, Тор направился к тронному залу. Стражники возле которого… спали. - Хм… На моем веку я ни разу не видел, чтобы стражники спали во время вахты… Как и я раньше никогда не проваливался в сон под будто бы гипнотическое кошачье мурлыканье. Тор вошел в тронный зал. Рунгерд гордо восседала на троне, выпятив грудь и величественно подняв морду. Не хватало лишь рогатого шлема но голове да зеленого плаща, которые дорисовало воображение Тора. И он прыснул со смеху, зажав рот кулаком от представшего перед глазами образа. Чем тут же обратил на себя недовольный взгляд зеленых кошачьих глаз. - Ладно, Локи, полно дурачиться. Пойдем, мне нужно отвести тебя к Фрейе, пока она не подняла шум на весь Асгард. – Тор стал медленно приближаться к кошке. Та насторожилась, стройное тело напряглось. – Кис-кис. Иди-ка сюда, Хитрость моего братца. Стоило Одинсону приблизиться ещё на шаг, как Хитрость Локи ловко спрыгнула с трона и, буквально выскользнув из рук Громовержца, была такова. Тор тщетно облазил весь тронный зал, пытаясь найти чёрную кошку в тёмной комнате. Когда же он всё-таки вышел и вернулся с горящим подсвечником, Рунгерд и след простыл. Выругавшись и помянув синего йотуна, – тут же прикусив язык, вспомнив об образе Любви Локи, - Тор покинул тронный зал и, разбудив стражников, но решив не устраивать им нагоняй, отправился в свои покои в надежде провести ночь в объятиях йотунки. Оставалось только гадать, куда могла скрыться хитрая часть его братца, но искать её, Громовержец понимал, было бесполезно. В том, что Любовь Локи придет ночевать к нему в покои, сомнений не было. Она всегда приходила, когда Тор был в Асгарде. И Громовержец с нетерпением ждал этой встречи. Каждый раз. Несмотря на несколько необычный внешний вид, эта часть личности его брата была такой нежной, чувственной и… тёплой. Как бы парадоксально это не было для представителя йотунской расы. Тор тонул в её объятиях, крепко, но бережно прижимая к себе, будто самое драгоценное сокровище, поражаясь её невинности и чистоте. И частенько проклинал себя, вспоминая, как держал на руках бездыханное тело Локи, за то, что не сумел разглядеть её в нём, пока Локи был жив, и допустил всё это, причинив ему столько боли. Погрузившись в тоскливые думы, Тор вошел в свои покои и встрепенулся от неожиданности, будто его резко вытолкнули из сна. Любовь Локи сидела на его кровати к нему спиной и чесала пузо огромной черной кошке, вальяжно возлежащей перед ней и оглашающей высокие своды покоев довольным мурлыканьем. - Локи, - позвал Тор. В ответ на него посмотрели две пары глаз. - Привет, - ласково улыбаясь, произнесла йотунка. - Твоя мама забрала малыша в свои покои. Я подождала, пока он уснет, и пришла к тебе, а тут… Не знала что ты завел кота. Тор подошел и сел на кровать рядом с Любовью Локи, но едва он попытался протянуть руку, чтобы коснуться мягкой шерсти на пушистом животе кошки, как раздался недовольный предупреждающий рык. Громовержец сделал вид, что вообще не намеревался её трогать, и опустил руку на колено Любви Локи. - Это Рунгерд, одна из кошек Фрейи. Она сбежала во время пира и пряталась в тронном зале. Я хотел вернуть её обратно, но она скрылась от меня и вот, оказывается, обнаружилась здесь. - Тор, но это же кот, - спокойно и безапелляционно заявила Любовь Локи. Тор уставился на йотунку, периодически переводя взгляд на животное, покорно лежащее под ласкающей его женской рукой. - Если честно, мне тоже так показалось сначала, но Фрейя уверила меня, что её боевые коты не способны быть ласковыми, а посему Рунгерд явно кошка… - Тор. При всём уважении к богине Фрейе, это кот. Ласковый и послушный, но кот. Вот, смотри. Животное абсолютно спокойно лежало под руками йотунки и не выразило даже намека на сопротивление, когда она, проведя от шеи по животу до самого паха, раздвинула густую черную шерсть и указала Тору на ярко выраженные половые признаки. Громовержец громко выдохнул, не веря глазам. Всё оказалось так просто! Теперь он знал, как сможет забрать у Фрейи Рунгерд без угрозы развязать войну! А ещё неожиданно сознание заполнила мысль, что Хитрость Локи, оказывается, подчиняется его Любви. Одна из сильнейших частей личности бога Хитрости, обладающая и без магии способностями оказывать необъяснимое воздействие на других, кошка, которая в состоянии мурлыканьем усыпить стражников на посту и проникнуть, ни много, ни мало, в тронный зал дворца короля Асгарда, спокойно раскрывает все свои секреты под влиянием такой части его личности как Любовь… Тор по-новому взглянул на маленькую хрупкую йотунку, гадая, какая же великая сила в ней сокрыта. И сердце наполнилось невообразимой радостью, а тело бросило в жар от мысли о том, что Любовь Локи принадлежит ему. Тор потянулся к девушке, чтобы поцеловать, но вместо того, чтобы ответить на поцелуй касанием чувственных губ, она ловко дернула Громовержца за руку, тем самым лишив его тело опоры, и, повалив на спину, оседлала его. Взгляд изумрудно-зелёных глаз, практически точно таких же, как и у кошки, растянувшейся во всю кровать и довольно мурчащей рядом, светился радостью и озорством. Тору не приходилось ещё видеть в чистой и первозданной Любви Локи эти лукавые нотки хитрости. Не успел Одинсон предаться мысленным рассуждениям о том, как должна повлиять Хитрость Локи на его Любовь, как йотунка накрыла его губы своими, проворными пальчиками забираясь под рубашку и под пижамные штаны. Все мысли разом улетучились из головы Громовержца, даже не успев толком там обосноваться… Утро началось с паники во дворце. Страдающая хмельной головной болью богиня Фрейя, очнувшись в своих покоях и собрав вокруг себя свиту из своих любимых кошек, внезапно обнаружила пропажу чёрной любимицы и подняла крик с угрозами, что соберет армии Ванахейма и Свартальвхейма и объявит войну Асгарду, если ей не вернут её кошку и не предадут публичной казни подлого вора. Проводя ночи вместе с Тором, Любовь Локи спала очень чутко, реагируя не только на малейшие шорохи вокруг, но и на изменение дыхания или частоты пульса Одинсона. Поэтому когда Громовержец проснулся, шум во дворце уже стих, черноволосая йотунка делала вид что спит на его плече, на самом деле просто нежась в объятиях, наслаждаясь близостью и любимым запахом, а чёрной кошки в покоях не наблюдалось. - Кот вернулся к богине Фрейе. Всё хорошо. Войны не будет, и казнить некого, ведь кот вернулся сам. Богиня счастлива, - не открывая глаз, сообщила Любовь Локи. Тор вздохнул и крепче обнял её. - Нам необходимо забрать его с собой в Мидгард. А для этого придётся открыть Фрейе правду. Он подчиняется тебе, поэтому ты мне поможешь. *** После обеденной трапезы, когда Фрейя, уже справившись с похмельем, пребывала в сытом и умиротворенном состоянии, Громовержец постучался к ней в покои. - Тор! Ты представляешь, моя красавица Рунгерд едва не потерялась! Я думала её похитили. - Помилуй, Фрейя! Поверь, никто в Асгарде не осмелился бы на такую дерзость. Однако, возвращаясь к вчерашнему разговору, я убеждён, что ты заблуждаешься. Твоя Рунгерд на самом деле кот, а не кошка. - Да как ты смеешь! – возмутилась богиня. Кошки, окружавшие её, недобро уставились на Тора, чувствуя настроение хозяйки. - Пусть ты и принц Асгарда, но я не позволю тебе оскорблять меня подобным образом! Я уже начинаю жалеть, что прибыла сюда с визитом, и не намерена больше… - Предлагаю пари, - улыбаясь, перебил Тор. Ему был хорошо известен взрывной нрав Фрейи, и он нисколько его не пугал. – Если я докажу, что Рунгерд на самом деле кот, я забираю его себе. - Так я и знала! Ты сразу положил глаз на неё! Так может, это ты пытался вчера выкрасть её у меня? А сегодня вернул, боясь огласки и войны! Да ты трус, Тор Одинсон! - Если же окажется, что ты права, и Рунгерд на самом деле кошка, то я принесу тебе официальные извинения. И ты сможешь забрать себе любое украшение из королевской сокровищницы Асгарда. Открывшая было рот для очередной гневной тирады богиня Фрейя резко замолчала и выдохнула, натянув на лицо светскую улыбку. Тор едва удержался от широкой довольной улыбки, видя, как азартно заблестели её глаза. Он знал, что Фрейя падка на украшения. - Я принимаю твоё пари, Тор Одинсон. И как же ты собираешься мне доказать, что моя кошка на самом деле кот? Видишь, перед тобой четыре чистокровные королевские кошки. Помимо Рунгерд. Утончённые аристократки. Богини. Неужели ты думаешь, что какой-либо кот смог бы устоять перед ними и стал бы скрывать свою самость? Это глупо. И неужели ты думаешь, что хоть один королевский кот, рождённый природой для славных битв, стал бы демонстрировать нежность, мягкость и покорность, словно… - Муж женовидный? – вкрадчиво перебил Тор, отчего Фрейя побледнела. - Ты что же хочешь сказать, что твой брат на самом деле?.. - Нет. Конечно же, нет. Локи погиб, и весь Асгард скорбит по нему. Он был лишён своей магии, и лишь Хель теперь властна над ним… - Тор ни за что не раскрыл бы Фрейе правду, но и нагло врать во всём тоже не хотел. Фрейя потупила взгляд. - Так как же ты собрался мне доказывать, что моя кошка – это кот? Неужели думаешь, что Рунгерд подпустит тебя близко и обнажит перед тобой живот? Такого кошки не позволяют даже мне. - Есть способ. Только не задавай вопросов. Это ещё одно условие пари. С твоего позволения. Тор завёл в покои Фрейи Любовь Локи, той стоило лишь протянуть руку, как кошка сама подошла и легла перед ней на спину, доверчиво задрав лапы и подставляя под ласки пушистый живот. Йотунка повторила то же самое движение, что и накануне вечером для Тора, и Громовержец с торжествующим взглядом наблюдал, как наливаются гневом глаза богини Фрейи. Он жестом указал Любви Локи на дверь, чтобы ненароком не подвергнуть её опасности, и йотунка покорно удалилась. - Что ж, по-моему, вполне очевидно, что я выиграл. Ты права, мне понравился этот кот. Я думаю, мы с ним поладим. Тор погладил Хитрость Локи по шее и собирался уже уйти, забрав кота с собой. - Подожди. Ты прав, Громовержец, ты выиграл пари. И я пожалую тебе этого… - Фрейя посмотрела на животное, как на гадкого предателя, взглядом, полным разочарования и обиды, - кота. Но только после того, как он пройдёт обязательную процедуру кастрации. Тор замер и нервно сглотнул. К такому повороту событий он явно не был готов. Он бросил взгляд на Хитрость Локи. Кот явно был недоволен грядущей перспективой, но сказать, что он боялся… Тор вдруг подумал, а испытывают ли части личности Локи страх, если он является самостоятельной частью? В этот момент два сильных грозных вана, слуги Фрейи, схватили кота, ловко прицепив толстую цепь к ошейнику, который Тор и вовсе не заметил поначалу. - Фрейя, послушай, может, не надо? Можешь выбирать сокровище… - Нет, Тор. Такая дерзость! Я приютила этого мерзавца, а он обманывал меня всё это время! Это дело принципа, и решения своего я не поменяю. Процедуру проведут завтра на рассвете. И после обеда сможешь забрать себе это животное. А сейчас, пожалуйста, оставь меня. *** Весь день Тор не находил себе места. Фрейя была непреклонна, и дело приняло такой оборот, что выход был лишь один: выкрасть Хитрость Локи из покоев её слуг и той же ночью бежать в Мидгард к Старку. Тор придумал план, велел матери собрать Любовь и Страх Локи и ждать его у Радужного моста, заручился поддержкой Вольштагга, Хогуна и Сиф, которые должны были в случае чего избавить его от погони, и, едва ночь накрыла своим пологом чертоги Асгарда, направился вызволять Хитрость Локи. Тор знал, что слуг-мужчин у Фрейи четверо. Им были выделены отдельные покои. Двое из них были ванами, двое – тёмными альвами. Громовержец тихо подкрался, взвешивая в руке верный молот и надеясь справиться собственными силами. Он тихо постучал в дверь, приготовившись нанести удар, как только ему откроют, но дверь оказалась не заперта. Громовержец легонько толкнул её, заглядывая в комнату. Двое ванов спали на полу, прислонившись друг к другу, на одной ноге у каждого из них красовался браслет от кандалов, которые были соединены общей толстой цепью. Альвы спали, лёжа лицами на столе, и их волосы были заплетены в единую белую косу. К Тору тихо подошёл чёрный кот с видом полного превосходства. - Даже не буду спрашивать, как ты это сделал, - сказал ошеломлённый Громовержец, пропуская Хитрость Локи в коридор. – Надо уходить сейчас, иначе завтра ни ты, ни я так легко не отделаемся. Кажется, кот был с ним согласен. Он без попыток сбежать или как-то схитрить прошествовал рядом с Тором к Радужному мосту, где их ждали Один, Фригг, Любовь и Страх Локи. - Боюсь, сынок, этот позор Фрейя тебе будет долго припоминать, - усмехнулся Один. - Будьте осторожны, - напутствовала Фригг, затем поцеловала в лоб каждого из своих детей и погладила кота за ухом. - Скоро всё закончится, мам. Я всё исправлю, и скоро он будет с нами. Тор обнял на прощание мать и отца. Хеймдалль открыл портал. Коммуникатор Старка работал без сбоев в межпланетном режиме, а потому в месте прибытия в Мидгард их уже ждал вертолёт. Примечание: Значение имен кошек Фрейи: Ингрид – защита короля Келда – весна, фонтан, хорошая Ханна – храбрая, смелая Мэрит - жемчуг Рунгерд – тайной защищенная