You can make me whole

Тем же вечером Фригг подошла к Тору, обняла его и успокоила, сказав, что с Локи всё хорошо. Один с помощью силы Всеотца вновь наделил его магией, и Лафейсон пошёл на поправку. Также Фригг сказала, что какое-то время ему нужно отдохнуть, и Тору обязательно сообщат, когда он сможет его навестить. Так прошли долгие три дня, пока Локи находился в лазарете, и вот наконец Громовержец стоял возле двери в его покои, сжимая в руке мидгардскую коробочку, внутри которой находилось кольцо. Мысль сделать Локи своим мужем давно пришла ему в голову, и с каждым днём решение это всё крепло, пока не стало безапелляционным, а земная традиция делать предложение, преподнося обручальное кольцо, показалась ему весьма интересной и в их случае необходимой. В Асгарде особа королевских кровей запросто могла наречь кого угодно (желательно, конечно, подобающего статуса) своим супругом, а далее просто назначалась дата пиршества, но Тор считал, что после всего, что было, обязан спросить согласия Локи. Тор не сомневался в любви Лафейсона, он был твёрдо в ней убеждён, но, познакомившись с остальными частями его натуры, не был уверен в его положительном ответе. Сделав глубокий вдох, Громовержец спрятал коробочку в складках своего царского плаща, тихо приоткрыл дверь спальни и вошёл, ожидая застать возлюбленного спящим. Локи стоял у окна спиной к нему. - Локи! – Тор быстрым шагом подошёл к нему, намереваясь заключить в объятия. - Не трогай меня, - холодно остановил его Лафейсон. Тор остановился в полнейшей растерянности. Такой реакции он не ожидал. Особенно после его последнего разговора с Любовью Локи. Но учитывая его не самые тёплые отношения с некоторыми частями его души и категорично негативный настрой Разума брата по отношению к нему… Кроме того, Тор не знал, что последнее помнил сейчас Локи. Если это были последние события его «прошлой жизни»… - Локи, нам нужно о многом поговорить. - Ты спал с той частью меня, что являла моё йотунское женское начало? Признавайся, ты трахнул мою… Любовь? – почти прошипел Локи, поворачиваясь и со злостью глядя в глаза Громовержцу. Этот разговор принимал совершенно неожиданный оборот. - Ну… Мы были близки со многими частями… тебя. - Ну да. Конечно, - горько усмехнулся бог коварства. – Ну зато теперь я хотя бы уверен, что это не какой-нибудь грубый йотун, и всё было добровольно. Хотя от этого не особо легче. Тор мало что понял, но, чего уж скрывать, речи Локи для него частенько были загадкой. - Локи, - Тор взял в руки его ладонь. – Я искренне прошу у тебя прощения за то, что не поверил тебе тогда и допустил то… что произошло. Я виноват перед тобой. Но, поверь, я сделал всё, что только мог, чтобы вернуть тебя. Ты… - Снова твой раб? - Локи мягко, но настойчиво высвободил свою руку и вновь отвернулся. Слова «нужен мне» так и повисли в воздухе. - …волен делать то, что тебе захочется, - закончил фразу Тор. Настроение вмиг упало. Громовержец не собирался отступать, но знал, насколько Локи бывает упрям. Особенно когда он сам когда-то дал для этого повод. Одинсон задумался, решая, сказать ещё что-то вроде «дай мне шанс» или просто уйти, но Локи сам нарушил молчание. - Я чуть не умер во второй раз, воссоединившись, но оставшись без магии. На этот раз без какой-либо страховки. И всё потому, что ты трахнул мою Любовь и заделал ей ребёнка. - Что?! – Тор развернул Локи за плечи, заставив смотреть себе в глаза. Ребёнок? Он не ослышался? - Только не говори, что она тебе не сказала, - съехидничал трикстер. - Срок не настолько мал, чтобы она не знала. Учитывая её природу, она должна была тебе сообщить. - Боги, так вот, о чём она хотела мне сказать перед ритуалом! Тор положил ладонь на пока ещё плоский живот Локи. - Он в порядке? - Теперь да. Но даже когда… Один… наделил меня магией, без заговоров матери его было бы не спасти. Всё было в её руках, и она хотела, чтобы он… остался. - Локи! – Тор упал перед ним на одно колено и достал коробочку, открыв, протянул ему со словами: «Локи Лафейсон, я так сильно скучал по тебе и мечтал об этом моменте. Пожалуйста, будь моим супругом». Локи от неожиданности округлил глаза и аккуратно достал из коробочки кольцо из чистого золота цвергов с вкраплениями изумрудов. - Это что, я могу подумать? – лукаво спросил он. Тор, едва не задыхаясь от радости, встал, подхватил его на руки, донёс до кровати и аккуратно уложил на постель, нависая сверху, проводя пальцем по щеке Локи, а другую руку кладя ему на живот. - Ты можешь думать сколько угодно. Но никогда не сомневайся в моей любви. Их губы сомкнулись в сладком и таком долгожданном поцелуе. Наконец-то на сердце у Громовержца воцарилось ликование и счастье.