Intervention / Вмешательство

***

      — Эмма, можно тебя на минутку? — позвала Мэри-Маргарет.       — Да, конечно! — крикнула Эмма. — Мне нужно… это ещё что такое?!       В гостиной было полным-полно народу: родители, Руби, мать-настоятельница, Бабуля и за каким-то хреном Лерой. Все они расселись по кругу лицом к ней. Эмма скрестила руки на груди в защитном жесте и изогнула бровь. Мэри-Маргарет ответила ей чуть нервной улыбкой, кашлянула.       — Прежде чем мы начнём, хотим напомнить, что мы все очень сильно тебя любим.       — Кроме Лероя, надеюсь? — фыркнула Эмма. — Без обид, но я не думаю, что смогу пережить такое.       — Пожалуйста, Эмма, всё очень серьёзно, — в голосе Мэри-Маргарет проступили нетерпеливые нотки. — Почему бы тебе не присесть и не поговорить с нами?       — Допрос что ли? — попыталась отшутиться Эмма. Ответом ей стала тишина. Она ещё раз вгляделась в обеспокоенные лица собравшихся и помрачнела. — Серьёзно? Будете долбить меня, что много бухаю? До Руби и Лероя мне всё равно далеко! Я ни разу не нахрюкалась в хлам после приезда сюда.       — Мы не о бухлишке хотели поговорить, — сказала Руби.       — Тогда о чём? Переживаете за моё питание? — предположила Эмма. — Бабуле спасибо скажите. Если бы она не готовила такие обалденные медвежьи когти, я могла бы устоять. И вообще. В очередь встаньте. Мне Реджина регулярно мозги промывает этой фигнёй…       — Вообще-то… — перебила Мэри-Маргарет. — Речь пойдёт о Реджине.       — А что такое? — взвилась Эмма. — С ней что-то случилось? Где она?       — Ничего с ней не случилось, — ответила Мэри-Маргарет. И, проигнорировав ворчливое уточнение Лероя «пока», добавила: — Дело в тебе.       — Не забывайся, Снежка, никаких обвинительных речей, — вмешался Дэвид. — Используй «Я».       — Точно, — грустно улыбнулась та. — Я чувствую, что ваши отношения с Реджиной, они… нездоровые.       Эмма нахмурила лоб.       — Что? Я просто уживаюсь с ней, потому что она — мать Генри. Она часть его жизни.       — Как бы там ни было, я не думаю, что такого рода отношения со Злой Королевой идут тебе на пользу, — ввернул Дэвид.       — Какого рода? — не поняла Эмма.       Лерой хохотнул.       — Кончай дурить, сестрёнка, мы знаем, что ты крутишь с ней.       — Кручу? — нахмурилась Эмма. — Ты хочешь сказать… Что?.. Слушайте сюда, я не кручу с Реджиной, а если бы даже крутила, это было бы не вашего ума дело.       — Конечно, нашего! — глаза Мэри-Маргарет блестели от непролитых слёз. — Мы — твоя семья.       — Угу, канешна, но она тоже моя семья, — ответила Эмма. — Она — мать Генри.       Собравшиеся переглянулись.       — Блю? — Мэри-Маргарет посмотрела на мать-настоятельницу.       — Я проверю, — та вытащила палочку.       — Стойте! — воскликнула Эмма. — В чём дело?!       — Мы должны удостовериться, что она не заколдовала тебя, — пояснила Голубая фея. Добавила: — Больно не будет, — и взмахнула волшебной палочкой.       — Ой! — Эмма уставилась на своё вспыхнувшее фиолетовым колено. — Что это?       — Её магия, — ответила мать-настоятельница. — Она наложила заклинание на колено нашей Эммы.       — Видишь? Ты не можешь доверять ей! — заявила Мэри-Маргарет. — Она сделала что-то нехорошее с твоим коленом.       Эмма закатила глаза.       — Ага. Исцелила. Я повредила колено, пока гонялась за одним из Трёх Поросят, который, должна вам сказать, действительно вёл себя плохо, вот и заскочила к Реджине, чтобы вылечила.       — Ты разрешила ей воздействовать на себя магически! — завопила Мэри-Маргарет. — Она могла навредить тебе!       — Или, наоборот, не навредить, — Эмма ещё раз закатила глаза. Из-за абсурдного разговора она снова чувствовала себя подростком. — И она не навредила.       Присутствующие опять переглянулись.       — Слушай, Эмма, я понимаю… — Руби деликатно кашлянула. — Королева горячая. Нереально горячая. Ты бы видела её раньше, в Зачарованном лесу, где она носила кожаные прикиды… В общем, я понимаю, почему попадают в королевские сети. Расстёгнутые верхние пуговицы на блузке, и она отвлекает тебя, отвлекает, а потом — хопа! — и ты сама не замечаешь, как оказываешься у неё в кровати.       — Мм, нет… — протянула Эмма, — По-моему, если кого и прёт от разговора о перепихонах с Реджиной, то это тебя.       Руби фыркнула и скрестила руки на груди.       — Всё произошло во времена первого проклятия…       — Да иди ты! Взаправду?! — завизжала Эмма. — Ты спала с ней?!       Руби вспыхнула.       — Ну, да, было… Она наверняка сделала это из мести. Я была лучшей подругой её смертельного врага. И я была проклята. Я не помнила, что она когда-то была злой. И вообще — ты больше не можешь отрицать, что вы с ней вместе, ты слишком сильно ревнуешь.       — Ревную?! — Эмма осеклась. Перевела дыхание. — Я не… я не ревную. Просто подумала, что Реджина упомянула бы о таком, вот и всё.       Собравшиеся скептически посмотрели на неё.       — Послушай, Эмма… — вздохнула Мэри-Маргарет. — Мы просто переживаем. Ты проводишь с этой женщиной всё свободное время. Ты неделями пропускала завтраки в закусочной, а вчера я узнала, что ты ешь у неё дома.       — Ну да… — отозвалась Эмма. — Реджина позвала меня поговорить о Генри, но её стряпня такая вкусная… Разве я могла отказаться, если она сама меня приглашала?..       — Ты могла завтракать с нами. Со своей семьёй, — отрезала Мэри-Маргарет. — Я тоже вкусно готовлю.       В гостиной воцарилась тишина. «Семья» старательно избегала встречаться взглядами с Мэри-Маргарет.       — Не велика проблема, — кашлянула Эмма. — Я каждый день провожу с Реджиной немного времени, а вечером возвращаюсь сюда. Нельзя же сказать, что мы с вами совсем не видимся. И я обедаю в закусочной.       — С Королевой, — уточнила Бабуля.       — Бывает, что мы с ней обедаем в одно время, ничего криминального.       — Эмма, ты всегда бежишь к ней по первому зову, — напомнил Дэвид.       — Потому что ей угрожает опасность, Генри чего-то хочет или там… еда, — бросилась защищаться Эмма.       — Каждый день? — не унимался Дэвид.       — Она звонит не каждый день… — договорить Эмме помешала мелодия её сотового. — Подожди. Алло? О, привет. Нет, я могу прийти. Увидимся через минуту.       — Кто звонил? — поинтересовался Дэвид.       — Реджина, — ответила Эмма. — Она только что поставила лазанью в духовку. Я не хочу пропустить ужин, и…       — Видишь?! Вот об этом мы и говорим! — запричитала Мэри-Маргарет. — Стоит ей позвонить, и ты сразу мчишься к ней. Ты каждый вечер ужинаешь с ней! И обедаешь! Вы встречаетесь!       Эмма возвела глаза потолку.       — Да, канешна. Вот что, я не хочу пропустить ужин, поэтому мы могли бы продолжить… никогда. Я не встречаюсь с Реджиной.       Эмма вышла из квартиры, уверенная в своей правоте.       Она не встречается с Реджиной.       Правда? …       По дороге в особняк Эмма решила забежать за бутылкой хорошего вина.       Просто случая ради.