Просто дождь

Уже который день, не прекращаясь, шел дождь. Ди стоял у окна и безучастно смотрел на улицу. В лужах размытой рябью отражалась неоновая вывеска, незамысловатое название мотеля «Встреча». Похоже, сегодня её не удастся избежать. Тотецу метался по комнате, пытаясь второпях собрать разбросанные вещи. – Надо спешить, он уже мурыжит консьержку. – Думаешь, она поверит его поддельному значку? – Она поверит двадцатке. Мы ещё успеем уйти через чёрный выход. Ди так и не обернувшись, грустно улыбался. – Не сегодня, на улице дождь… Сколько уже было таких «Встреч» на их пути. Да собственно, где они сейчас находятся? В какой богом забытой дыре. Айова? Айдахо? Ничего не говорящие названия на языке давно исчезнувших народов. Тотецу прав, ещё есть время, чтобы опять сбежать. Схватить чемодан и скрыться за пеленой дождя. Но почему-то сегодня Ди совсем не торопится. Человеческая оболочка слаба. Если её ранить, можно умереть от инфекции или потери крови. Обязательно нужно есть и пить, чтобы сохранить свою жизнь. Если свыкнуться со своей человеческой сущностью, можно даже научиться чувствовать: радость, удовлетворение, грусть, боль от потери. Быть человеком так просто и, в тоже время, так сложно. Что будет, если поддаться первобытным инстинктам, заложенным в саму основу? Стать неотличимым от зверя? Желание найти пару, продлить свой род. Или просто не замерзать от одиночества в дождливую ночь. За размышлениями Ди не заметил, что остался в комнате один. От кого он пытается убежать, как не от самого себя. От слабой человеческой сущности, от низменных желаний, которые свойственны всем людям, но никак не ему. Как он мог допустить подобное – пустил в своё сердце любовь, познал вкус наслаждения и захотел большего. Есть только один выход, единственно верное наказание за содеянное: добровольно обречь себя на одиночество. Это его удел, его путь. И изменить правила невозможно. Но, хотя бы сегодня, пока идёт дождь и скрывает его от вездесущих глаз Вселенной, можно попытаться украсть ещё капельку тепла. Позволить себе быть обыкновенным человеком. Скрипнула дверь, но Ди даже не обернулся, прекрасно чувствуя вошедшего. Привычные запахи крепких сигарет и кожаной куртки снова окутали его. Как же он соскучился по таким простым вещам. А ведь когда-то ругался и просил не курить перед их встречами, а тем более, во время. Стоит что-то сказать, или лучше молчать, не начиная первым. В отражении стекла было видно, что незваный гость застыл у порога. Казалось, не веря, что тонкий силуэт перед ним не растает в одночасье. Сколько раз Леон рисовал в воображении их встречу. Тот момент, когда сможет со спокойной душой и чувством выполненного долга защелкнуть на хрупких запястьях браслеты наручников. Он представлял, как браво откроет ногой дверь, даже проигрывал про себя возможный будущий диалог. Как будет насмешничать, а Ди умолять, а в итоге просто окажется в его власти. Но время шло, обида постепенно остывала, но появлялись вопросы, ответы на которые он и хотел получить. Ведь Леон Оркотт был неплохим полицейским. Все загадочные случаи, внезапные смерти и пропажа людей связаны с магазинчиком. Прямо или косвенно. И в каждом новом городе всё снова повторялось. Это не китайская мафия, не наркотики и не проституция. Что-то не поддающееся никаким объяснениям, как летающий дракон, которого он видел собственными глазами. Вернее, не хотел видеть, принимая действительное за желаемое. В какой-то момент главным стало быть рядом с Ди. Разгадать его тайну, или хотя бы попытаться понять. Сладость их связи обернулась непроходящей горечью. И Леон пообещал себе просто найти, ещё раз посмотреть в лживые глаза, в робкой надежде увидеть в них всё то, что сияло прежде. – Почему? – единственное слово, что он смог сейчас произнести. Ди опустил голову, не зная, что ответить, слишком многое подразумевалось этим вопросом. Почему бежит? Почему без объяснения бросил? – Почему ты остался? Леон сделал шаг к нему, но нерешительно остановился, уловив плавное движение хрупкой фигуры. Ди развернулся, не отводя прямого взгляда от ночного гостя. – А почему ты до сих пор преследуешь? – ровный спокойный голос, словно внутри не обрывается всё от вида такого родного лица. Усталого и измождённого. Со светлой неухоженной бородой и всклоченными отросшими волосами. Вокруг синих глаз залегли морщинки, но взгляд оставался твёрдым и испытывающим. – Потому, что ты убегаешь, – ещё полушаг навстречу. – Ты, конечно, не ответишь ни на один мой вопрос. – Тебе незачем эти ответы, – Ди оттолкнулся от подоконника, медленно подходя ближе. – Ведь ты давно их все знаешь. Леон просто привлёк Ди к себе, зарываясь лицом в шелковистые волосы, пахнущие так до боли по-родному приятно. Сладкие цветы и экзотические благовония – неизменный запах его графа Ди. – Я наконец-то нашел тебя! Острожный поцелуй, словно на пробу, что получится, и не получит ли за своеволие по лицу. Но Ди не сопротивлялся, тая под натиском горячих губ. Леон ловко подхватил любовника на руки, заваливаясь с ним на узкую кровать. Никакой робости, только страстная жадность. Скорее распутать хитроумные застёжки, чтобы добраться до нежной кожи и наконец-то поверить, что это не сон. Ди позволял делать с собой всё, что угодно, млея от уверенных действий Леона. Сейчас, как никогда прежде, хотелось принадлежать. Раствориться в ощущениях и запахах, больше ни о чём не думая. Леон перевернул Ди на живот, заставляя прогнуться в пояснице и выставить округлый маленький зад. Шелковые штанишки скользнули по гладкой коже, открывая бесстыдную ложбинку. Маленькая дырочка в предвкушении уже сжималась, и Леон, раздвинув упругие холмики, широко лизнул нежную плоть. Рядом с Ди никогда не возникало чувства, что это неправильно или негигиенично. Это же Ди! Светлая щетина на щеках оказалась на удивление мягкой и не причиняла дискомфорта. Леон вылизывал эластичное колечко, чувствуя, как привычно расслабляются мышцы, готовые впустить в себя долгожданного гостя. Ди вцепился в матрац, стараясь сдерживать громкие стоны. Но где удержишься, когда горячее дыхание и влажный жар заполняют самое беззащитное и сокровенное место. Раз за разом, как порхание бабочки, настойчиво пробиваясь внутрь. Ди потянулся ниже, сжал в ладони свой давно возбуждённый член. Это только животная страсть и реакция на раздражители, но почему настолько хорошо и нестерпимо хочется большего. Ощутить на себе вес большого тела, да так, чтобы не пошевелиться, а в себе – пронзающий насквозь горячий поток. В какой-то момент Леон отстранился, чтобы скинуть с себя оставшуюся одежду и перевернуть Ди на спину. – Я ничего не буду спрашивать, – проговорил он, нависая над раскинувшимся по смятому покрывалу упрямцем. – Не стану угрожать, или просить. Я просто… Слаженное движение, выработанное годами службы в полиции, и тонкое запястье пристёгнуто наручниками к спинке изголовья. –… не отпущу тебя! Разноцветные глаза сияли, глядя так знакомо, и эта самодовольная улыбка – её можно только сцеловать, иначе не убрать. Ди сам подался вперёд, призывно разводя в стороны ноги. Зачем ждать, когда всё ясно без слов. Так прекрасно отпустить себя. Скользкое движение, член Леона всё такой же внушительный и горячий, каким запомнился с последней встречи. Первые секунды даже непривычно больно, чувство жжения и неприятное давление. Но это проходит с каждым новым толчком. Ди не может обнять Леона двумя руками, поэтому вскинул ноги и обхватил ими сильные бёдра, двигающиеся в древнем, как сама жизнь, ритме. Нельзя быть настолько жадным, но хочется поглотить любовника целиком. Слиться воедино, и на какой-то миг им это удаётся. Громкий рык и неконтролируемые содрогания где-то там, внутри, где наконец-то стало правильно! Леон завалился прямо так, сверху, накрывая собой маленькое тело, крепко обнял, чувствуя между ними липкую влагу. Это только начало, и после недолгой передышки они обязательно продолжат. – Хотел бы я быть твоим питомцем, чтобы ты обо мне заботился. – Вот ещё, спи, ты выглядишь уставшим. Ди и сам задремал, чувствуя тепло и спокойное сердцебиение рядом. Но к утру его разбудила пронизывающая тишина. Дождь за окном закончился, напоминая о том, что надо уходить. Оставленные в комнате благовония сделали своё дело, Леон крепко спал и не проснулся даже тогда, когда острые когти зверя разорвали звенья наручников. Ещё один город позади и ещё одна случайная встреча. Так выходит само собой, совершенно ненамеренно, во всех новых намеченных Ди городах возможны частые осадки.