Сделка с дьяволом

      Холмс встал у входа, чтобы видеть обоих Джимов. Тот, который казался ему более настоящим, подсел к Сайрусу и стал с ним что-то обсуждать. Во всей фигуре была видна деловая хватка, а черный строгий костюм лишь подчёркивал намерения его владельца. Джим почти ничего не заказал и чётко выдавал цифры и данные собеседнику. Холмс читал по губам, да и так понимал, о чём речь: Мориарти предлагал за далеко не маленькую сумму организовать беспорядки. Величина гонорара напрягала американца, как ни странно, последним аргументом стала фраза:       — Вы имеете дело с Мориарти. Разве это не достаточная гарантия, что всё будет сделано идеально?       Американец кивнул. Одним глазом Холмс старался приглядывать за другим Джимом тоже. Тот так самозабвенно и умело целовался, отдаваясь процессу без остатка и не обращая ни на кого внимания, что Холмс пожалел о том, что на нём такие узкие штаны. Ещё пара минут созерцания этой эротической сцены и проблема в районе ширинки станет заметна всем. Когда ладонь Себастьяна плавно скользнула со спины партнера ниже, переходя грань приличного и откровенно предлагая Джиму продолжить в другом месте, Шерлок снова переключил внимание на делового Джима, чтобы унять гормоны. Тот пожал руку американцу, заключая сделку, и ещё минут десять обговаривал детали. Тут Шерлок понял, что потерял любвеобильного Джима: они с Себастьяном исчезли, хотя и гадать не приходилось куда. Скорее всего, или уехали в отель, или продолжили прямо в машине. Холмс стал подозревать, что на роль себя Джим взял любовника Себастьяна, и эти двое просто отрываются, пока есть возможность: в дорогом отеле, в шикарной машине.       Вот только Шерлок хотел иметь дело с настоящим Джимом. Когда второй Мориарти выходил из ресторана, Шерлок бесцеремонно схватил его за рукав.       — Нам надо поговорить!       — Нам не о чем говорить, — Джим попытался вырвать руку.       — Мы заключили с тобой сделку!       — Я с тобой, — Джим сделал акцент на слове «я», — ничего не заключал. Отпусти меня и убирайся!       Чёрные глаза зло сверкнули. Себастьян, казалось, материализовался из воздуха:       — Тебе лучше отпустить его и вернуться в отель, — обратился он к Холмсу. В его голосе не было угрозы, но всё и так было понятно. Военный был напряжён, как струна: под широкой рубашкой, за поясом его джинсов можно было разглядеть пистолет. Кроме того, они привлекли совершенно ненужное внимание охраны этой гостиницы. Шерлок резко развернулся и зашагал к выходу. Он попробует что-то вытрясти из того Джима, который первым назвался Мориарти. Тот сидел в гостиной, устроившись с ногами на диване, в махровом бледно-розовом халате и смотрел какую-то слезливую черно-белую мелодраму на французском языке. Героиня как раз театрально заламывала руки, умоляя любовь всей своей жизни не уходить. Шерлок почувствовал лёгкую тошноту от наигранности момента и хотел было что-то сказать, как Джим зло зашипел на него:       — Помолчи! Сейчас она будет бежать за ним по дороге и упадёт.       Холмсу казалось, что огромные глаза сейчас наполнятся слезами, настолько Джим пристально вглядывался в этот миг в экран телевизора, сжимая добела собственные пальцы.       — Потрясающий момент: такая драма, столько эмоций! Еле сдерживаюсь, каждый раз, когда смотрю, — доверительно поделился он с Шерлоком, который терпеливо дождался конца отрывка и готов был уже просто трясти Джима так, чтобы голова отлетела.       Холмс сделал шаг к дивану и схватил Мориарти за отворот халата:       — Ты мне сейчас расскажешь всё!       — Что всё? — к недоумению Шерлока спокойно спросил Джим. — Я ничего не знаю. Я только привёз тебя сюда и даже не смог обговорить условия сделки с тобой до сих пор.       Для Шерлока это было дежавю — Ричард Брук.       — Ты лжёшь! Сейчас же говори, кто настоящий Джим?       Он рванул лже-Джима на себя, пояс развязался, и халат распахнулся. Шерлок совсем не удивился тому, что у соседа по номеру под халатом ничего не оказалось: смысл одеваться, если занимаешься сексом постоянно. В спальне лже-Мориарти пронзительно зазвонил мобильник. Джим выдержал минуту и спросил:       — Может, позволишь мне ответить?       — Да, иди, — Шерлок вдруг осознал, что задумался и так и держит в руках отворот халата. Детектив разжал пальцы. Лже-Джим прошествовал к своей спальне, даже не удосужившись запахнуть полы, и аккуратно закрыл за собой дверь прежде, чем начать разговор, но Шерлок знал, что перегородки здесь довольно тонкие и отличная слышимость. Фразы: «Еще, Себастьян» и «Да, так хорошо», просто остались вырезанными на его мозге за прошлую ночь, столько раз он их услышал.       Холмс пошёл в свою спальню и услышал сквозь тонкую перегородку.       — Я всё сделал со своей стороны, и ты тоже, чтобы он не узнал правды. Мы выполнили свою задачу — сбили детектива с пути. Завтра на встрече в Брюсселе он будет заключать сделку с одной из стран Европы на поставку оружия в Южную Африку, — слово «он» Джим произнес почти с благоговением, и Шерлок понял о ком речь — о настоящем Мориарти. — Сделка нелегальная, поэтому все должно пойти тихо и гладко. Шерлок считает тебя Джимом, так что ты задержи его здесь. Детектив не должен там оказаться.       Холмс подумал о том, что у Мориарти отличная команда, которая смогла его запутать. Лже-Джим заглянул к нему в комнату:       — Послушай, мы, наконец, можем обсудить условия нашей сделки?       — Нет, — коротко ответил Шерлок, быстро просматривая все события в Брюсселе.       Джим с силой захлопнул дверь и, как показалась Холмсу, обиделся.