Хвостик

      Юна никогда не была поклонницей огромных сборищ вообще, а мероприятий, подобных этому, в особенности. Она не слишком разделяла гиковские пристрастия своей девушки, а потому всевозможные Комиконы были для нее всего лишь местом, где люди с безумным фанатизмом разговаривают на странные темы, яростно спорят о том, кто сильнее — Тор или Зеленый Фонарь, осуждают еще не вышедшие экранизации, и начинают смотреть на девушку с легкой снисходительностью, если она признается, что не знает разницы между Бетменом и Менбетом.       В общем, ничего интересного Юне на подобных мероприятиях не было.       Кроме Ханны, разумеется.       О, в отличие от нее Ханна была в восторге от каждого подобного фестиваля. Она готовила костюмы, предвкушала с какими авторами сможет встретиться, а также всегда рада повидаться с фанатами, которые стайкой вились вокруг популярной киберспортсменки, вызывая у Юны смешанные чувства.       С одной стороны, наблюдать за радостной Ханной, весело приветствующей поклонников, раздающей автографы и улыбающейся в очередную камеру, в очередной раз вскидывая руку с оттопыренными буквой V пальцами, было одним удовольствием. В ней не было какой-то усталости, скрываемой за бездушной улыбкой, и Юне было просто приятно видеть, как Ханна буквально светится изнутри получая свою порцию внимания, комплиментов и признательности.       Конечно, большую роль играло и то, что поклонников у стримерши было все же не так много, чтобы суметь утомить.       С другой же стороны, картину изрядно портили те самые поклонники. Юна прекрасно понимала, что определенную часть аудитории Ханны мало интересует то, как она ведет стримы, как играет на чемпионатах, как рассказывает о стратегиях и секретах игр и какие усилия она прикладывает, чтобы ее деятельность была интересна людям. Кто-то следил за ней просто потому, что она была симпатяжкой с кавайным голосом, проецируя на её образ определенного рода фантазии. Юна ничего не могла с собой поделать, но каждый раз, когда замечала этот взгляд очередного парня, пускающего слюни на ее девушку, она невольно сжимала кулаки, кусала щеку изнутри, стараясь притушить полыхающее в груди пламя злости.       — Скучаешь? — знакомый звонкий голос, бальзамом проливающийся на душу, отвлек прислонившуюся к стене Юну, от сверления взглядом очередного паренька с мысленной трансляцией ему пожелания «Сгинь, сгинь, сгинь!». Она тут же перевела взгляд на подошедшую девушку, отметив, как на мгновение замерло сердце.       В конечном итоге, как она могла в чем-то винить других, если у нее Ханна Сон вызывала тот же спектр реакций — от благоговейного восхищения, до пошлых фантазий.       К тому же, сегодняшний ее наряд давал определенный простор для подобных мыслей. Ханна расстаралась и подготовила наряд вроде бы Черной Кошки из какого-то аниме. Юне был не слишком интересен оригинал, все ее мысли были посвящены тому, насколько сексуальна ее девушка в черном готическом платье с фиолетовыми вставками, чулках, с непривычными белыми волосами, из которых выглядывали накладные кошачьи ушки. Из-под полы платья свисал и пушистый хвостик с кокетливым розовым бантом на кончике. Юна знала, что Ханна прекрасна в любой одежде, от домашней мятой футболки, до бального платья, но новый образ девушки зажигал в ней искорки предвкушения.       Искорки разрастались в огни, при мыслях о том, как Юна будет снимать с Сон все это великолепие вечером. Пожалуй, из фестивалей все же можно было извлечь какую-то пользу.       — Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к вашим сборищам, — слегка фыркнула Юна, оторвавшись от стены и положив руки на талию девушки. Она с неудовольствием отметила, что корсет мешает почувствовать тело Ханны под пальцами. Обычно Юна не слишком стремилась к проявлению чувств на публике, но после нескольких десятков минут наблюдения за раздачей автографов, во время которых Сон как будто вовсе позабыла о своей девушке, ей хотелось более интимного прикосновения.       Может быть, стоило бы набраться немного наглости и скользнуть рукой под подол платья, провести кончиками пальцев по стройной ножке до самой…       Ханна не дала ей развить соблазнительную мысль, привстав на цыпочки и коротко, но горячо поцеловав ее.       «Завидуйте», — успела мысленно усмехнуться Юна в сторону возможных наблюдателей, прежде чем нежные губы и легкий флер духов Ханны выветрили из ее головы все посторонние мысли. Удивительно, какой эффект производила на нее эта девушка, даже спустя столько лет после знакомства.       Момент не продлился долго, и очень быстро Ханна выскользнула из ее объятий, взяв Юну под руку, предлагая продолжить их продвижение по выставочному центру. Похоже, в этом месте с фанатами было покончено, чему Юна была только рада.       — И что ты думаешь о фестивалях теперь? — лукаво поинтересовалась Ханна, когда они двинулись вперед. Юна закатила глаза.       — Я никогда не отрицала, что не могу устоять перед твоими неотразимыми аргументами. — скрывая улыбку, заявила она. Ханна с победоносным видом провела рукой по волосам, убирая мешающие пряди за ухо. — Но сколько бы ты меня ни соблазняла, факт остается фактом — я здесь лишняя. Хотя надо признать, есть на что посмотреть. Столько девушек в интересных нарядах…       — Вот как? — выгнула бровь Сон. — Приглянулся кто-то особенный?       Юна больше не могла сдерживать улыбку и тряхнула головой, позволяя иссиня-черным волосам упасть на лицо, чтобы те скрыли смешливое выражение. А для надежности еще и отвернулась в сторону.       — Может быть… — многозначительно отозвалась она. По случайному совпадению в этот момент неподалеку проходила группка косплееров с весьма привлекательной девушкой в наряде Морриган во главе, которая, заметив на себе взгляд Юны, улыбнулась и помахала им. Ханна тут же высунулась из-за плеча Ли, с наигранным видом согнув пальцы, изображая коготки, и зашипев. Встреченная группа рассмеялась, Юна составила им компанию, а Ханна, вновь почувствовав себя в центре внимания, горделиво выпрямилась.       — Ты милая, — улыбнулась ей Ли, борясь с искушением взлохматить ей волосы, а потом зацеловать до смерти. Если против последнего Ханна вряд ли бы возражала, то уничтожения своей прически она бы не простила.       — Я лучшая, — вздернула носик девушка, положив руки на талию, приняв модельную позу. Юна вновь хихикнула, впрочем, даже не подумав хоть в какой-то малости оспаривать громкое заявление.       Привлеченные смехом из основной толпы тут же вынырнули несколько человек, опознавших Сон, и Юне пришлось вновь отойти, позволяя Ханне сфотографироваться, раздать автографы и ответить на вопросы и выкрики из толпы. Все их Юна слышала уже не один десяток раз.       — Мне нравится твоя прическа, тебе очень идут белые волосы! Это парик?       — Нет, я решила покрасить их.       — Ты будешь участвовать в турнире по… ?       — Нет, в этот раз команду не собрали. Но меня пригласили комментатором, так что в каком-то смысле, вы меня там увидите.       — Мне нравятся твои стримы!       — Спасибо. Мне тоже нравятся мои стримы. Хотя я всегда стараюсь сделать их лучше.       — Ты сама сделала костюм или он купленный?       — Кое в чем мне помогали, но можно сказать, что платье я сшила сама.       — Покажи сиськи!       — Парень, если твои мечты исполнятся за пять секунд, жизнь станет бессмысленной. Я не могу так поступить с тобой.       — Что ты думаешь о новом герое в «…»       — Извините, я забросила эту игру. На мой взгляд, она не слишком хорошо сбалансирована для киберспортивной дисциплины.       — Ты будешь принимать участие в конкурсе костюмов?       Ханна задорно вскинулась, поглощенная сценическим образом боевой девушки, который, как знала только Юна, все же несколько отличался от реальности, и подняла сжатый кулак над головой.       — Когда это я отказывалась от соревнования?! — под одобрительные возгласы. Боевой задор, прочем тут же испарился, уступая деловитости. — И, кстати, официальная часть фестиваля вот-вот начнется, так что если я хочу успеть на этот конкурс, то мне придется откланяться.       Моментально пройти сквозь собравшихся людей не удалось, Ханне пришлось сделать еще несколько фоток и ответить на пару реплик, прежде, чем она вырвалась из кольца людей к Юне. Та приобняла девушку за талию и собралась двинуться дальше, когда вдогонку и прилетела радостно-восторженная реплика:       — Эй! А как закреплен хвост?!       Юна почувствовала, как у нее невольно дернулся уголок рта. Она этот намек слышала уже раз восьмой за сегодня. Неужели они все считают себя очень оригинальными?       — Надежно, — бесстрастно бросила Ханна через плечо, ничуть не сбившись с шага ни из-за самого вопроса, ни из-за пары смешков и двусмысленного (а, если быть точным, совершенно однозначного) намекающего присвистывания.       Ответ девушки вызвал нездоровое оживление среди собравшихся, пара человек даже принялась обсуждать какой же способ имела в виду девушка, но Юна успела отойти на достаточное расстояние, чтобы не слышать подробностей. К счастью для некоторых из комментаторов. Ханна и вовсе не замечала посторонних шумов, следуя за девушкой. Предмет обсуждения выглядывал из-под полы платья, слегка покачиваясь в такт шагам девушки.       — Ты не представляешь, как иногда я ненавижу твою аудиторию, — вполголоса произнесла Юна.       — Брось, — рассеяно произнесла Ханна. Вопреки своим же словам о спешке, она почему-то не собиралась увеличивать темп, шагая вперед с изящной неторопливостью. — Не позволяй негативу затмить то хорошее, что есть. Идиотов меньше, просто их выходки привлекают больше внимания.       — Все равно, — брюнетка чувствовала, что слегка кипит от злости. — Каждый раз, когда я слышу эти тупые вопли, натыкаюсь на эти идиотские обсуждения или арты в интернете…       — Со-о-обственница, — подначила ее Ханна, ткнув пальцем в бок. На ее губах мелькнула легкая улыбка. — Не волнуйся, милая, все твои сегодняшние страдания будут в должной степени вознаграждены.       Юна тут же повернула к ней голову — она слишком хорошо знала этот тон. Ханна же успела принять невинный вид и захлопала ресницами в ответ на подозрительный взгляд девушки.       — Ханна Сон, что ты задумала? — осторожно осведомилась Юна.       Ее девушка промолчала, но демонстративно прикусила нижнюю губку, мечтательно глядя куда-то в пространство. Если так подумать Юна у нее уже видела такой взгляд, еще утром, когда они только готовились к выходу на фестиваль.       — Ты точно что-то задумала, — сделала вывод Ли.       — Ммм… — Ханна все же не смогла долгое время держать маску предвкушающей соблазнительницы, вернувшись к более привычному озорному тону. — Ну, все же не нужно делать из меня злодейку. Я просто… подготовила маленький сюрприз, который, надеюсь, тебе понравится.       Юна несколько секунд вглядывалась в лицо своей девушки, пытаясь разгадать ее мысли, но та явно не собиралась давать ей ни малейшего намека. В ответ на ее изучающий взгляд, Ханна лишь насмешливо выгнула бровь, а в ее глазах таинственно полыхали те самые огоньки, предназначавшиеся только Юне. Сердце Ли всякий раз пропускало удары, когда девушка ловила на себе такой взгляд, а где-то внизу живота начинала проявляться приятная тягучая истома…       — Ты и есть злодейка, — недовольно буркнула Юна, торопливо отвернувшись в сторону, осознав, что это легкое возбуждение, замешанное на интересе, уже не покинет ее до самого вечера. А им еще предстояло высидеть выступление организаторов, авторов, пройти конкурс косплееров, неизвестное количество разговоров с поклонниками… — Ты ведь специально меня заинтриговала?       Ханна с победным видом задрала носик, довольная произведенным эффектом.       — Все не могла выбрать момент, — призналась она. — Решила, что намекать тебе с самого утра будет слишком жестоко.       Юна тряхнула головой.       — Ну и пусть, — фыркнула она, скрывая эмоции. — И ты уже, кстати, опаздываешь на начало выступлений. Пора пробежаться, если хотим занять хорошие места.       Если бы Ли наблюдала в этот момент за лицом своей девушки, она точно заметила бы легкую тень неуверенности, пробежавшую по ее лицу — слишком уж хорошо они друг друга знали, чтобы скрывать такие детали.       — Мм… — слегка протянула Ханна, — Я же на каблуках.       — Раньше тебя это не останавливало.       — Не будь занудой. Я просто не хочу сейчас бегать. К черту хорошие места.       Юна лишь пожала плечами. Ей-то все эти выступления были и вовсе до лампочки.                     Зал, в котором организаторы и авторы общались с гостями фестиваля, был довольно большим, но к тому моменту, как подошли Юна и Ханна, оказался заполненным полностью. Два свободных места нашлись только в самом последнем ряду, почти у выхода. Помещение было погружено в полумрак, а на сцене уже кто-то обращался к слушателям, так что девушки просто мышками юркнули к местам и, стараясь привлекать как можно меньше внимания, сели на стулья.       Точнее, Юна села, а вот Ханна отчего-то замялась, несколько секунд провозилась с платьем, аккуратно поправляя подол, а после того, как уселась, продолжала отчего-то ерзать на месте. Юна успела даже поймать несколько недовольных взглядов соседей, прежде чем Сон, наконец, притихла.       Сперва Юна не обратила внимания на это. Несколько минут она старалась слушать историю о какой-то графической новелле, не рискуя мешать Ханне, но довольно быстро заскучала. Как и всегда в таких обстоятельствах, Ли быстро вернулась к наблюдению за единственным интересующим ее объектом на этом мероприятии — Ханной Сон.       И, скосив глаза, Юна с легким удивлением отметила странную позу девушки — Ханна сидела чуть ли не по стойке «смирно», выпрямив спину так, словно проглотила лом, что было для нее совершенно нехарактерно.       Заинтересовавшись, Юна откинулась на спинку стула, постаравшись исчезнуть из поля зрения Ханны (если бы та заметила ее взгляд, то точно постаралась бы принять более расслабленный вид), и продолжила наблюдения за своей девушкой.       То, что Ханна мало следит за происходящим на сцене, стало очевидно достаточно быстро. Взгляд девушки блуждал по сторонам, то и дело становясь каким-то стеклянным. Юна продолжала вглядываться в ее лицо, отмечая подрагивающие ресницы, знакомое выражение, то и дело мелькавшее сквозь маску заинтересованной слушательницы, приоткрытые губки, по которым то и дело нервно пробегал розовый язычок… И, забавное дело, Ханна как будто продолжала слегка ерзать на стуле, и кажется частота ее движений напрямую влияла на частоту дыхания, подрагивания ресниц и нервного облизывания.       Юна аккуратно придвинулась к ней, стараясь до поры действовать как можно незаметней. В последнем, впрочем, не было серьезной нужды — Ханна, поглощенная собственными переживаниями, природу которых Юна очень хотела выяснить, не обращала на нее внимания до тех пор, пока Ли не коснулась ее волос, слегка играясь локонами.       — Ханна… — многозначительно шепнула Юна ей на ушко. Сон вздрогнула, выныривая из плена ощущений, тут же принимая невинный облик.       — Что такое, Ю, я слуша…       Но Ли не собиралась позволять ей притвориться невинной овечкой.       — Ханна… — вновь обдала она горячим шепотом ушко девушки, положив руку ей на колено, обтянутое чулочком. Сон явственно вздрогнула, прервавшись на полуслове, а Юна мысленно улыбнулась, отмечая первую победу. Она продолжила говорить интимным шепотом, едва различимым на фоне шумов помещения. — Что происходит?       — С чего ты взяла, что что-то происходит? — Ханна быстро овладела голосом, вернув ему видимость спокойствия. Юна увидела, как уголок ее губ дернулся, в попытке скрыть улыбку, и восприняла это как добрый знак. Что ж, если она хочет поиграть…       Юна оставила легкие круговые поглаживания колена, попытавшись заползти ладошкой под подол платья, но Ханна тут же остановила ее у самой границы, придавив своей ладонью. Но и стряхивать не стала. Еще не время, понятно.       — Потому что ты за десять минут вдруг начала дрожать от возбуждения, — тихо шепнула ей на ушко Юна, зарылась рукой в светлые локоны и аккуратно повернула голову девушки к себе. Как только лицо Ханны оказалось в сантиметре от ее, Юна тут же поймала ее губы своими и без церемоний скользнула языком в ее ротик, будучи уверенной, что подобное действие будет встречено исключительно с одобрением. Она не ошиблась, на полпути встретившись с мокрым нежным язычком Ханны, закружившись вокруг него в приятном танце.       Они самозабвенно целовались несколько минут, пока разум не затуманился, а внизу живота не поселилась приятная истома. Только после этого девушки разомкнули губы и уперлись лбами друг в дружку, восстанавливая слегка сорвавшееся дыхание и встретившись слегка мутноватыми, заполненными влюбленностью взглядами.       Ханна была вынуждена слегка повернуть корпус, чтобы принять более удобную позу, что вызвало новое ерзанье на стуле и… на этот раз совершенно явственную волну дрожи прокатившуюся по ее телу. Сон беззвучно выдохнула, обдав губы Юны теплым воздухом.       — Будешь отрицать? — попыталась быть саркастичной та.       — Ммм… — Ханна на мгновение прикрыла глаза и улыбнулась. Обеими руками она обхватила Ли за шею, прижимая к себе, Юна воспользовалась свободой и слегка сместила ладонь руки на внутреннюю сторону бедра девушки, хотя пока и не продвигаясь вверх. — Не буду. Хотя я думала, что смогу дотерпеть до конца фестиваля, но, черт, эта штука… Мм… Выскажи свою самую безумную догадку.       Юна слегка приподняла бровь.       — В тебе вибратор? — она смутно подозревала нечто подобное, а слова Ханны косвенно подтверждали версию.       — Ммм… близко, но нет. С вибратором я бы так долго не проходила. Дам подсказку… — Сон на мгновение зажмурилась, а потом испытующе заглянула в глаза своей девушки. — Хотя это должен был быть сюрприз… но… как ты думаешь, как закреплен хвостик?       Глаза Юны медленно округлялись, пока до нее доходил смысл намека.       — Ханна, нет, — шепнула она пораженно. Сон вновь поерзала на стуле, сладко дернулась, как от удара током, и прикусила губу.       — О, Ханна, да…— горячо прошептала она. Юна нервно облизала губы. Она чувствовала, как кое-что в штанах начинает двигаться, упираясь в ткань джинсов.       — У тебя в… — предпочла уточнить она, все еще не до конца веря услышанному.       — Да.       –… хвост?       — Да.       — Как тебе вообще пришло это в голову?       — Ну, пока я готовила костюм, я столько раз натыкалась на эти шутки про хвост… А потом представила, как ты снимаешь с меня это платье, я остаюсь в чулках, ушках… и с хвостиком… пыталась представить твою реакцию… и в конце концов решилась сделать тебе маленький сюрприз… жаль, не удалось дотерпеть до вечера.       Ханна еще раз прикусила губу, пронзив Юну странным, то ли умоляющим, то ли насмешливым теплым взглядом, и придвинулась к девушке чуть ближе, вновь поерзав на стуле.       — Ничего не могу с собой поделать, — горячий выдох был больше похож на легкий стон. — Это… ощущается так странно.       — Но не неприятно?       — Нет… Очень непривычно… Но мне скорее нравится…       Юна не выдержала и повела рукой вперед, скользя по ткани чулка. На этот раз никакого сопротивления не возникло — Ханна лишь слегка развела ножки, позволив ладошке Ли беспрепятственно скользнуть под платье. Юна почувствовала, как кончики пальцев добрались до резинки чулок, ткань сменилась бархатной кожей. Пару мгновений она слегка дразнила Ханну, вычерчивая на внутренней стороне ее бедра бессмысленные узоры, забираясь ноготком под резинку, но довольно быстро двинулась дальше, вверх, пока не коснулась самого сокровенного места девушки, нежного, трепетного и мокрого.       — На тебе и белья нет? — поинтересовалась Юна, ничуть не удивленная тому факту, что Сон уже порядком возбуждена. — Как много я о тебе еще не знаю, Ханна Сон?       — Охх… — тихо вздыхала Ханна, тая от ласок изящных пальчиков. Юна пока не стремилась к самым чувствительным точкам, но учитывая все обстоятельства, девушке хватало и этих, пока что легких касаний. — Ну подумай головой, милая, как бы я натянула трусики на хвост?... мффф… Да…давление обстоятельств. И ка-ажется, я перед тобой полностью открыта… Душой и всеми частями тела.       — Я хочу увидеть тебя… с хвостиком. В подробностях.       — Не можешь потерпеть до вечера?       Юна снова поймала ее губы, в слегка нервном, дрожащем от захватывающей их страсти поцелуе. Ханна явно восприняла отсутствие словесных аргументов как свою маленькую победу, и с готовностью приняла ласку, наслаждаясь выигрышем. Вот только Юна считала поцелуй скорее отвлекающим маневром.       Воспользовавшись увлеченностью Ханны, Юна аккуратно двинула рукой, скользя пальчиками по мокрым нежным складочкам и с привычной уверенностью надавила большим пальцем на бусинку клитора. Ханна удивленно мыкнула, широко распахнув глаза, отстранилась, но Юна уже сделала несколько осторожных круговых движений, и вместо возражений с губ девушки сорвался сладкий вскрик.       Достаточно громкий.       Ханна тут же испуганно зажала рот ладошкой и покосилась куда-то за спину Юне, пытаясь понять услышали ли ее их соседи. Ближайший возможный свидетель, по крайней мере, делал вид, что ничего не заметил, и Сон слегка перевела дух, вцепившись в руку Ли, требовательно отодвигая ее от себя.       — А ты? — злорадно улыбнулась Юна, слегка царапнув нежную кожу на внутренней стороне бедра Ханны.       Девушка издала тихий полувздох-полустон и быстро вскочила с места. Не успела Юна испугаться, что она сделала что-то не так, как Ханна требовательно схватила ее за запястье и потянула к себе.       — За мной. Быстро, — процедила сквозь зубы она, решительно застучав каблучками по полу, даже не удосуживаясь проверить, успевает ли Юна следовать за ней. Впрочем, у той и не оставалось выбора, хватка у хрупкой девушки в этот момент была стальной.       Ханна быстро вылетела из конференц-зала в основную часть выставочного центра, где между стендов по-прежнему бродили толпы народа, но если кто и узнавал стримершу и пытался ее окликнуть, в лучшем случае он оказывался проигнорирован, в худшем, сметался с дороги.       Юна же только улыбалась такому напору, восхищение и умиление Ханной в этот момент даже оттеснило возбуждение. Она невольно скользила взглядом по ее фигурке, отмечая, как белые локоны подпрыгивают на ее плечах в такт шагам, как она слегка раскраснелась, а пальцы, сжатые на руке Ли, похолодели — стандартная реакция Ханны, выдающая ее волнение. И как призывно покачивался кончик пушистого хвостика, выглядывающего из-под полы.       Глядя на него, Юна почувствовала, как у нее пересыхают губы.       Ханна вихрем промчалась по зданию, быстро покинув зону для основной публики, добравшись до служебных помещений, где косплеерам выделили пару комнаток для переодевания.       Осторожно осмотревшись в одной из них, Сон чуть ли не зашвырнула Юну туда и быстро хлопнула дверью и щелкнула замочком.       — Люблю, когда ты так загораешься… — призналась Юна, скрывая улыбку. Это касалось не только их интимной жизни. Ханна была эмоциональным человеком, и именно огоньки в ее глазах и азарт, с которым она бралась за любое дело, были одним из факторов, что в первую очередь привлекли к ней внимание Ли.       — Имеешь в виду, когда я выгляжу так горячо? Или…— Ханна прикусила костяшку указательного пальца, исподлобья бросая на Юну взгляд чистой невинности, который идеально контрастировал со словами. — …когда я такая распаленная?       — Напрашиваешься на комплименты? — закатила глаза Ли. Что поделать, у каждого свои недостатки — она была слегка ревнива и начинала скрипеть зубами из-за фантазий школьников, Ханна любила считать себя лучшей во многих вещах и получать подтверждения этому. — Ты всегда выглядишь горячо. Даже в своей дурацкой растянутой футболке с кроликом.       — Эй! Особенно в моей дурацкой футболке.       — Что же касается второго пункта, — Юна положила руки на талию девушки, притягивая ее поближе и склонилась к ее губам. — Всегда приятно видеть результаты своих действий…       Ханна негромко мурлыкнула что-то, но слова потонули в новом поцелуе, и она быстро смолкла. Хотя Юна была бы не против, если бы губы девушки продолжали так мягко вибрировать. Руки Ханны блуждали по телу Юны, то зарываясь в темные волосы, то скользя по талии и слегка проникая под футболку, обжигая кожу прикосновением, а потом спустились чуть ниже, нажимая на заметный бугорок в районе паха.       — К слову о результатах своих действий, — довольно хмыкнула Ханна, оторвавшись от губ Юны, и вдруг с силой толкнула ее в грудь, вынуждая резко отступить на пару шагов. Подмигнув ошарашенной девушке, она повернулась к Ли спиной и сделала несколько плавных кошачьих шагов, плавно покачивая бедрами.       Юна, не отрываясь, следила за покачиванием хвостика.       — Ты кажешься крайне заинтригованной… чем-то… — поддразнила ее Ханна, оглянувшись через плечо.       — О, у меня много вопросов. Мне определенно стоит тебя заставить рассказать о том, как ты выбирала его и как готовилась ко всему этому. Я чувствую, это будет еще та история… Но прямо сейчас… Ты правда хочешь, чтобы я стащила с тебя это платье самостоятельно.       Ханна предвкушающе улыбнулась,       — Я еще надеюсь выиграть конкурс. Так что боюсь доверить тебе столь деликатную работу. Так что удовлетворяй свое любопытство… — она слегка согнула колени, хватаясь за ткань, и медленно выпрямилась, приподнимая сзади подол до пояса. — …так.       Юна, как зачарованная, медленно осматривала открывшуюся картину, скользя взглядом по каблучкам, стройным ножкам, очерченным чулками, открытой коже, которая в контрасте с черной одеждой выглядела молочно-белой, и Ли находила это безумно сексуальным, упругой аккуратной попке и, разумеется, главному виновнику торжества — длинному пушистому черному хвосту.       Медленно, как под водой, Юна подошла к своей девушке, для начала прижавшись всем телом к ее, чмокнув в щеку, и вернула недавний толчок, аккуратно пихнув ее между лопаток. Ханна покорно упала грудью на стену, выпятив попку и не забывая придерживать платье. В такие моменты они начинали понимать друг друга без слов.       Юна же пробежалась ноготками по ягодице девушки, оставляя длинные красные полосы. Сейчас ей было видно лишь половину лица Ханны — та прижималась щекой к стене и изо всех сил косила глаза, стараясь разглядеть, что творит Ли — но даже так Юне было понятно, насколько возбуждена девушка. Возбуждена настолько, что страсть и желание вытеснили даже игривость и озорство, бывшие неотъемлемой частью Сон.       Юна не собиралась отказывать себе в удовольствии подлить масла в огонь.       — Как это чувствуется? — поинтересовалась она, пальцами исследуя их новую игрушку.       — Слегка давит на стеночки. Я думала, что смогу привыкнуть, и в начале так и было… но когда садишься и пробка начинает двигаться… я уже сказала, непривычные ощущения. Не могу описать точно… Не так ярко как с… нормальным способом. Но достаточно… приятно.       Юна нашла место, где хвост переходил в металлическое основание, и слегка потянула за пушистую веревочку. Дрожь удовольствия прокатилась по телу Ханны, когда она, еще сильнее выпятив попу, потянулась вслед движению Ли.       — Кажется, чуть больше, чем просто приятно, — шепнула Юна, продолжая исследования. Свободной рукой она попыталась отодвинуть сейчас в общем-то мешающую основную часть хвоста, но пушистые нити, подобно кисточке щекочащие нежную кожу в довольно интимных местах, ударили по чувствам Ханны, добавляя в копилку эмоций головокружительных ощущений.       Девушку затрясло. Психологические переживания и восторги, связанные с тем, в каком виде она проходила целый день, сложились с ощущениями и осознанием того, что сейчас ее девушка игралась с хвостом в ее попке, и Ханну накрыл мини-оргазм. Не такой уж и интенсивный, просто теплая волна пробежавшая по всему телу, заставила на мгновение сжаться в безумном напряжении каждую клеточку ее тела, а через секунду ее уже отпустило. И переполнило желанием продлить удовольствие.       — Юна… — простонала она, слегка расставляя ножки, под аккомпанемент перестука каблучков. Зло фыркнув, Ли перестала бороться с падающим хвостом, и направила руку между ножек девушки, тут же скользнув в нее двумя пальцами. — Да-а-а…       Ханна слабо постанывала в такт движениям пальцев и то и дело слегка приподнималась на носочки, с громким цоканьем вновь опускаясь на каблучки. Юна же продолжала изучать, как именно крепится хвостик, скользя пальцами вокруг металлического кружка, надавливая на пробочку то с одной, то с другой стороны, вызывая у Сон уже откровенные всхлипы.       — Я больше не могу, — прошептала она, вновь слегка натягивая хвостик. — Ханна…       Ее девушка в очередной раз переживающая волну ощущений от инородного предмета растягивающего ее попу, с тихим шипением завела руку за спину, вслепую зашарив по одежде Юны и вцепившись в ремень.       — Да что ты так долго… — зло зашипела она, и Юна поспешно заскребла ногтями по застежке и пуговицам, стараясь как можно сильнее сократить миг ожидания. Всего несколько мгновений, и давно напряженный член футанарьки выскользнул из плена одежды, больше ничем не отделенный от Ханны.       Короткая мысль, даже окончательно не оформившаяся, молнией сверкнула в голове Юны.       — Ханна… — осторожно поинтересовалась она, прижавшись к девушке, приобняв ее в районе талии. Ее член скользил по мокрым складочкам кожи, но не проникал внутрь, и такая близость плохо влияла на мыслительные функции обеих девушек. — Можно мне… вытащить его?       Ханна вдруг напряженно замерла. Юна следила за ее реакцией, пытаясь поймать взгляд карих глаз, наблюдая за подрагиванием ресниц.       — Ты… — с прерывистым дыханием осведомилась Ханна. — Хочешь… трахнуть меня в попу?       — Если ты хочешь…       Ханна на мгновение прикусила губу. Казалось, она сейчас была в таком состоянии, что согласится на что угодно, лишь бы вновь ощутить Юну внутри себя, но все же…       — Давай… не сегодня… — облизнув то и дело пересыхающие губы. — Не сегодня и уж точно не здесь…       Юна коротко поцеловала ее в щеку и отстранилась. Она была уверена, что если будет настаивать, то Ханна поддастся уговорам, но Ли не собиралась заниматься подобной ерундой. Ханна была готова исполнить что угодно для Юны, а та в свою очередь не просила ничего, что, как она знала, могло бы не понравиться девушке. И наоборот.       Вместо словесного ответа, Юна лишь нашла нужный угол и привычным слитным движением полностью вошла в девушку, претворяя в жизнь то, чего они сейчас хотели больше всего.       Звонкий крик прокатился по маленькой комнатке. Ханна выпустила платье из рук, опираясь на стену, стараясь как можно лучше выгнуться навстречу движениям Юны, при этом же приподнимаясь на цыпочках, словно старалась изо всех сил отдалиться от нее.       Юна сразу же почувствовала отличие от их обычного секса, ощущая в Ханне, ее горячей, мокрой, такой мягкой и податливой Ханне, инородный предмет, который отказывался поддаваться вторжению, оставаясь на месте, отделенный тонкой стеночкой. Ханна же чувствовала, как в нее раз за разом погружается раскаленный стержень, вновь и вновь принося великолепное чувство заполненности… на этот раз чуть большее, сопровождаемое оттенком легкого дискомфорта, которого было недостаточно, чтобы причинить неудобство, но в самый раз, чтобы оттенить удовольствие. К тому же член Юны раз за разом прижимался к металлическому шарику, разделенные лишь перегородкой, тем самым стимулируя неожиданно много новых точек…       Ханна застонала. Ее начало откровенно потряхивать. Она и не подозревала, насколько возбужденной была все это время — не последние полчаса, а весь день, с того самого момента, как вышла на улицу в костюме с кошачьим хвостом. И сейчас ей не требовалось много, чтобы освободить накопленные чувства.       Ноготки с розовым лаком заскребли по штукатурке, оставляя длинные царапины. Ханна со сладким вскриком встречала каждый новый толчок, больше не сдерживаясь. Ее затуманенный взгляд бесцельно шарил по сторонам, не в силах зацепиться за что-то, чтобы заставить разум отвлечься от ощущений и ей оставалось лишь поддаваться безумному удовольствию, не имея возможности хоть как-то ослабить его.       В какой-то момент ей даже пришло в голову, что она сойдет с ума, если продолжит стоять под этим водопадом ощущений.       — Юна… Юна… — на выдохах шептала она, не в силах составить членораздельное предложение. — Пожа… Пожалуйста… Ю… Юна…       Разумная часть ее мозга хотела попросить любовницу сбавить темп. Снизить уровень ощущений до того, что она сможет переварить.       Ханна была рада, что так и не смогла сформулировать пожелание.       Экстатический взрыв в ее теле произошел столь неожиданно, ослепительная вспышка в самом буквальном смысле заполнила ее поле зрения, не давая увидеть хоть что-то кроме белизны. Оргазм мгновенно распространился по ее телу, сжигая все запасы сил, эмоций, желаний, оставляя взамен неземное блаженство и негу. Колени конвульсивно содрогнулись, Ханна же даже не почувствовала, что у нее просто не осталось сил, чтобы стоять. Она бы так и сползла на пол, если бы не Юна.       — Эй-эй-эй, — зашептала Ли. — Не растекайся, я еще не все.       Ханна издала слабый полустон, который при большом желании можно было истолковать как согласие, но не сделала ни малейшей попытки помочь футанари.       Ли чертыхнулась, она уже была на грани, но приходилось непрерывно сражаться и с платьем, и с хвостом, а теперь еще и с самой Ханной. Трахать размякшую девушку было определенно не столь возбуждающе, как активно принимающую участие в процессе, но вокальная партия предшествующая этому, а также легкие судороги, все еще прокатывающиеся по телу Сон, заставляющие ее влагалище нежно сжиматься вокруг члена футанарьки, искупали все недостатки.       Аккуратно прижав девушку к стене, Юна усилила движения, жмурясь от удовольствия, когда головка члена проходилась по твердому шарику где-то внутри Ханны, и довольно быстро догнала свою девушку, почувствовав, как тугой шар внизу живота разворачивается стремительной пружиной, распространяя тепло и удовольствие по всему организму, и выталкивает потоки горячей жидкости. С легким неудовольствием Ли выскользнула из Ханны, и несколько полос теплой липкой спермы пролилось на попку девушки.       Юна с облегчением выпустила подол платья и хвост, позволив им упасть вниз, и прижалась к спине Ханны, стараясь соприкоснуться с ней как можно большими участками тела.       Несколько минут они просто восстанавливали дыхание и отходили от оргазма. Постепенно они все же начали ощущать окружающий мир — в комнатке было жарко, витал запах секса, и в любой момент в дверь мог постучаться кто-то посторонний. Несмотря на это, Юна не спешила отпускать девушку, наслаждаясь ее теплом и флером духов.       — Я лучшая, — безапелляционно заявила Ханна, когда, наконец, дрожь в ногах немного отступила. На ее губах мелькнула ее обычная озорная усмешка.       — Ты лучшая, — согласилась Ли, из-под полуприкрытых век наблюдая за огоньками во взгляде Ханны. Вновь азарт и радость. Она любила эту девушку.       — Только лучшая девушка в мире могла организовать нам такой секс!       — У меня есть слабое ощущение, что я тоже внесла свой вклад, но не буду спорить…       Ханна наконец извернулась и повернулась к Юне лицом, не делая, впрочем, ни малейшей попытки отвоевать себе хоть немножко больше места между Ли и стеной.       — И надо будет повторить, — несмело прикусив губу, заглянула она ей в глаза. — Я не совсем все распробовала… Я имею в виду, это было бурно и безумно, но мне хотелось бы сделать это в более… спокойном темпе. И в более комфортных условиях…       Юна только сейчас вспомнила, где они находятся.       — С радостью приму участие в твоих экспериментах, — фыркнула она. — И, кстати, не думай, что после этого я вдруг полюблю фестивали.       — Ну… может, если в следующий раз хвостик будет у тебя…                     Конкурс косплееров Ханна так и не выиграла. Какой-то парень, сделавший доспех Братства Стали из металла, заслуживал приза больше, чем все остальные.       Да и сама Ханна уже не могла произвести на жюри того впечатления, что в начале дня. Прическа растрепалась, лак на ногтях ободрался, платье было слегка помято, а выглядывавший хвостик казался каким-то взъерошенным.       Хорошо, что никто не мог узнать о белых следах, оставшихся на внутренней стороне подола и на коже Ханны.       В любом случае, расстроенной Ханна совершенно не казалась .       — А я думала, что ты играешь ради победы, — поддразнила девушку одной из ее же присказок Юна.       — Так и есть! — вздернула носик Ханна, и тут же улыбнулась, взяв Ли под руку. — Просто пока ты рядом со мной, я чувствую, что я победитель по жизни.       Юна улыбнулась в ответ и неспешно повела свою девушку в сторону дома.       Черный пушистый хвостик, торчащий из-под полы, медленно покачивался в такт их шагам.