Тьма не отпустит

      Небо над маленькой деревушкой было затянуто темно-серой пеленой, а со стороны леса надвигались черные тучи, будто бы сопровождая что-то ужасное. Так оно и было: чернота тянулась за королевской каретой, которая приближалась к деревне. Она остановилась неподалеку, чтобы остаться незамеченной.       Скрипнула металлическая дверца, и из нее появилась королева во всей своей красе. Как всегда прекрасна: красное платье обтягивает, подчеркивая фигуру, обшитый черным кружевом бюст выделяет пышные формы. Спустившись, она направилась в сторону деревянных домов, чувствуя, как на полуобнаженную спину падают капли начинающегося дождя.       Ее губы растягиваются в легкой улыбке, когда она видит в окне силуэт девушки, за которой пришла. Реджина решила быть вежливой сегодня, поэтому, подойдя к нужной двери, постучала. Ей открыла дверь маленькая девочка с глазами фиалкового цвета, которые сейчас были наполнены страхом и осознанием неизбежной гибели; она чувствовала, что Королева придет, но не думала, что так скоро. — Мне нужна девушка в красном, — Миллс попыталась приветливо улыбнуться, но больше это походило на злой оскал, что еще больше напугало девочку.

***

      Прошло уже несколько дней с момента, как уехала Эмма, и Руби не на шутку нервничала, когда вспоминала, что ее возлюбленная поехала к Темному магу. Они договорились встретиться в доме Риммы сегодня утром, еще до ее поездки, но время уже близилось к вечеру, а Свон так и не было; из раздумий ее выдернул детский голос. — Я чувствую ее, тебе нужно срочно уходить отсюда, — девочка, лет восьми, дергала Руби за край плаща. — Она идет за тобой. — Кто «она»? — на лице Волчицы отражалось полное непонимание.       Малышка хотела было ответить, но в дверь постучали, и она побежала открывать. Не прошло и минуты, как Руби последовала за девочкой, встав за углом, она услышала лишь одну фразу: — Мне нужна девушка в красном.       Руби поняла, про кого говорила малышка. Сердце бешено колотилось, готовое в любой момент выпрыгнуть из груди. Она пыталась найти пути отступления, придумать, как избежать встречи с Королевой. Из раздумий ее выдернул грохот.       Выйдя из-за угла, она увидела ту самую девчушку, лежащую на полу. Переведя взгляд выше, на руку Королевы, волчица заметила маленькое сердечко, которое еще пульсировало в ладони монстра. Рука с силой сжала столь хрупкий орган, и он превратился в пыль. Подняв взгляд еще выше, она увидела серьезный взгляд Ведьмы, что все это время был устремлен на нее; Королева двинулась вперед, хватая девушку за горло. — Я искала тебя, — улыбнувшись, шепотом произнесла Миллс, сильнее сдавливая тонкую шею — Отпусти ее! — за спиной Реджины стояла Свон, направив меч в ее сторону.

***

***       Эмме не нравилось, как портилась погода. В ее груди зарождалось чувство тревоги, она хотела как можно скорее добраться до деревни, где должна встретиться с Руби. Проклятая морось только раздражала Свон. Вдруг она резко остановила коня, не веря своим глазам — карета Ведьмы.       Блондинка тут же поняла, почему всю дорогу ее сердце неприятно сжималось, будто что-то вот-вот произойдет. — О, нет! Руби, — она с силой ударила коня по бокам, что тот рванул изо всех сил. — Давай же, ну, быстрее! — въехав в деревню, она соскочила со своего верного друга и побежала к дому, где ее должна была ждать Руби.       Дождь усиливался, Эмма подбежала к дому, увидев на пороге Римму — девочку, что часто заходила к ним на ферму и тренировалась с Эммой. Только ей стоило ступить на порог, как ее взору предстала картина: Королева, держащая Руби за шею. Свон резко достала меч. — Отпусти ее!       Брюнетка улыбнулась, разжимая руку. Руби упала на пол, кашляя и пытаясь восстановить дыхание. — Кто к нам пожаловал, — губы Реджины растянулись в самой коварной улыбке, — Решила победить меня ножиком? — она повернулась лицом к Эмме, делая шаг в ее сторону. — Не подходи, Чудовище!       С пухлых губ сорвался смешок. — Или что? — Дерись честно, без магии! — Эмма, пятясь назад, вышла из дома.       На улице вовсю шел дождь, где-то вдали сверкала молния, и слышался гром. Свон моментально промокла, но сейчас ей было наплевать на это: она хотела покончить с Миллс раз и навсегда, она не позволит ей больше причинять боль невинным людям. Оглядевшись по сторонам, блондинка увидела горожан, что повыходили из своих домов, чтобы вместе с Эммой противостоять Злой Королеве.

***

***       Королеву забавляло то, что она видела: до нитки промокшая Свон, окруженная со всех сторон крестьянами, которые держат в руках вилы и топоры. Она сделала шаг вперед, выходя из убежища, которое прятало ее от дождя. Королева подняла голову, и капли беспощадно начали хлестать ее по лицу, остужая гнев и ярость Ведьмы. Простояв так несколько секунд, Реджина окинула подданных брезгливым взглядом — Вы даже не понимаете, насколько же вы все глупы. Я пришла сюда за одной девчонкой, но, видимо, вместо этого, убью кучку идиотов. — Мы не боимся тебя, с нами Спаситель! В пророчестве сказано, что она убьет тебя! — выкрикнул кто-то из горожан, и на него сразу уставились две пары глаз. — Пророчество? — в один голос спросили Эмма и Реджина. Ни одна из них не понимала, о чем идет речь, только Миллс у себя в голове проклинала темного мага, который умолчал и об этом. — Ладно, с этим позже, а пока, сладких снов, болваны, — щелчком пальцев Королева усыпила всех жителей, оставляя ничего непонимающую Эмму стоять посреди людей, которые падали, как безвольные куклы, будто кукловоду обрезали нити. — Эмма, — Миллс улыбнулась, обнажая ряд белоснежных зубов, и направилась в сторону неподвижной девушки, — У меня для тебя есть заманчивое предложение, — она обходит блондинку, вставая у нее за спиной и шепчет на ухо. — Они все — ничтожество, ненужные вещи, от которых необходимо избавиться. Примкни ко мне, Эмма, и я покажу тебе, что на самом деле должно быть важно.       Слова, будто яд, проникали в каждую клеточку блондинки, заставляя сомневаться в правильности своих действий. Этот яд был пропитан чернотой, которая стремилась добраться до чистейшего сердца. Брюнетка продолжала шептать, и Эмма не хотела отстраняться, она хотела, чтобы эта женщина говорила.       Ее голос был подобен самой красивой музыке, и она хотела слушать. Королева была довольна результатом, она нашла слабое место «Спасителя», но сама же девушка этого так и не смогла понять. После высвобождения своей же магии в ее сердце образовалась червоточина. Ненависть и злоба, которые ее разъедали только при одной мысли о королеве, делали свое дело и еле заметно разрастались черным пятном в сердце Свон. Нет, не Эмма хотела слушать Реджину, ей был неприятен голос Ведьмы, а тьма, что росла с каждым днем все сильнее, тянулась к Злой Королеве. Эмма не могла знать, что маг нарочно подтолкнул ее к Тьме, что он и вовсе не был на стороне девушки и теперь Миллс было проще добраться до ее сердца и подчинить своей воле.

***

*** — Итак, Эмма, — приторно сладким голосом сказала Королева, — Теперь ты выполнишь всё, о чем я тебя попрошу. Верно? — Реджина наклонилась к уху девушки.       Свон хотела закричать, хотела вцепиться в шею этого монстра и разорвать на части, она хотела достать ее прогнившее сердце и растоптать ногами, но на смену гнева пришло спокойствие и покорность. — Да, Ваше Величество, — голос блондинки был монотонный, без намека на жалость или любовь. — Эмма! — Руби окликнула свою девушку. — Не слушай её, она тебя заколдовала! Она убьёт тебя и всех! Эмма, она Чудовище!       На последних словах Королева повернулась к волчице, надвигаясь на нее, и яростно спросила: — Чудовище, значит? — Реджина резко остановилась, мило улыбнувшись, и вновь подошла к Эмме.       Она подалась немного вперед, так, что между их губами оставались считанные миллиметры и прошептала: — Убей её.       Свон моментально сдвинулась с места. Подходя к Руби, она замахнулась мечом. — Эмма! Что ты делаешь? Милая, прошу тебя, остановись! Ты под чарами! — закричала Шапка, уворачиваясь от очередного удара Свон. — Давай же, твоя Королева ждет, — прокричала Миллс, с азартом наблюдая за происходящим.       Блондинка отвлеклась на голос Реджины, поворачиваясь к ней лицом, что вызвало у второй восторженную улыбку; к ней был прикован взгляд глаз, которые точно не могли принадлежать человеку или кому-то из живых существ. Они были черны, как бездна, не было видно даже белка, это были глаза демона. Эмма не заметила, как Руби осторожно подошла сзади и обняла её со спины.       Развернувшись к волчице лицом, Свон начала терять эту черноту. Девушка приходила в себя, что вызвало улыбку на лице Руби, которая прижалась своими губами к губам Эммы. — Умоляю тебя, беги отсюда — прошептала блондинка; чувствовалось, что ей было тяжело говорить, будто что-то отнимало ее голос и жизненные силы. Так оно и было: девушка так сильно ненавидела Королеву, желая всем сердцем ее смерти, не догадываясь, что именно это стало причиной, по которой Ведьма могла ее контролировать. — Прости, — это все, что смогла сказать Свон перед тем, как ее глаза снова превратились в бездну, и холодная сталь пронзила тело ее возлюбленной.       В серо-голубых глазах угасала жизнь, но Лукас ни в чем не винила Эмму; она любила ее всем сердцем и погибала с мыслью о том, что они еще встретятся и снова будут счастливы, построят свой дом рядом с фермой и заберут Римму жить к себе, воспитывая, как свою дочь. Руби верила, что это еще не конец, что они будут вместе. — Я обязательно тебя дождусь, — прохрипела волчица, улыбнувшись уголками рта, из которых сочилась кровь; она медленно закрыла глаза. Свон вытащила меч, и бездыханное тело Руби упало на землю.       Поцелуй Истинной любви не сработал.       За спиной послышался смех Королевы и щелчок пальцев, после которого Эмма пришла в себя. Почувствовав в руке меч, она перевела на него взгляд и увидела кровь. Дождь бил по стали, пытаясь смыть алую жидкость, но взгляд Свон был уже направлен не на оружие. Оно полетело в сторону, в то время как блондинка упала на колени перед бледной Лукас, убирая мокрые пряди волос со лба. Она прижимала тело девушки к себе, моля ее очнуться. — Не оставляй меня, родная, прошу! Руби, открой глаза! Умоляю тебя, я сделаю все, только очнись, — последние слова дались с трудом задыхающейся девушке. Сердце Эммы пронзила острая боль, внутри все жгло, весь ее мир был в огне, который не щадя пожирал все, что ей было дорого, все, что она так любила и пыталась всегда защищать, оставляя после себя только пепел. Свон казалось, что она готова разорваться на миллион частиц от ощущения пустоты и беспомощности. О чем она только думала, затевая войну с Ведьмой? Почему не подумала о том, что могут пострадать близкие ей люди? Слез уже не было, как и эмоций; боль достигла своего апогея, она проиграла битву, потеряла любимую, но война только началась. Поцеловав ледяные губы в последний раз, Эмма встала с колен, поворачиваясь лицом к той, что все это время стояла, усмехаясь. Свон посмотрела на Ведьму опухшими от слез глазами. — Я убью тебя, и эту клятву я сдержу, — в ее голосе нет эмоций, в ее взгляде только боль, что усиливается с каждой каплей дождя.       Внутри разгорается огонь, что грозит вырваться наружу и унести не одну жизнь, и дождь не спасет от этого огня.